— Значит, ты стала лучше в обработке чисел, хранении информации и её извлечении? — повторила Алка. — Звучит как искусственный ментальный помощник.

— Да, и я не преуменьшаю это. Даже с классом героя, который усиливает интеллект, я не чувствую себя так. Эффекты класса героя больше похожи на очень сильное интуитивное чувство того, что нужно делать. Это я точно знаю, какое вычисление было сделано. Это как видеть доступные варианты вместо того, чтобы просто интуитивно чувствовать, какой путь верный.

Новообретённая вычислительная мощь Кей действительно улучшила её способность производить вычисления, но всё равно всё сводилось к тому, чтобы задавать правильные вопросы, а сами кристаллы не понимали сложных или расплывчатых вопросов.

Что посеешь, то и пожнёшь.

Потребуется некоторое время для формирования стандартизированных процессов и вычислений. У нас были некоторые идеи того, что было бы полезно в битве против демонов, но я хотел бы увидеть их в действии.

В Трёх Мирах я расширял свои деревья так быстро, как только мог. Хотя большая часть земель была бесплодной, я всё же мог, через корни, порождать другие типы деревьев, подходящие для этой местности. Кактусы и некоторые виды кустарников были естественно приспособлены к таким землям.

Я быстро распространил их, и в конце концов деревья достигли города Пирамиды, дома Чжаньпу и Великой Пирамиды.

— Твоё присутствие интересно, — сказал Чжаньпу. Он говорил с пальмой во внутреннем дворе своего города. — Неудивительно, что хрустальный король заявляет, будто ты захватчик.

— Вижу, ты можешь меня чувствовать.

— Мы неодушевлённые объекты. Я — труп, привязанный к пирамиде, моя жизнь поддерживается этой связью. Эта связь простирается по всему городу и на земли за его пределами. Я знаю, когда деревья появляются из ниоткуда. Тем не менее, приятно наконец поговорить без присутствия детей.

— Это не так уж плохо.

— Должно быть, есть что-то, о чём ты хочешь спросить.

— Пакт с богами. Позволяет ли он тебе общаться с ними?

— Редко. Когда звёзды сойдутся и колебания солнца окажутся в нужном месте, мы могли бы.

— Как?

— Мы молимся и приносим в жертву двух моих жрецов. Их кровь и моя магия открывают ключ, что позволяет нам вновь поговорить с этим далёким богом.

Я усмехнулся. — Похоже, у богов плохая репутация.

— Вполне заслуженно для далёкого бога. Что мы можем сказать, кроме того, что его нет рядом, когда он нам нужен? — вздохнул Чжаньпу.

— Ты мог бы добраться туда, набрать уровни. Ты ведь набираешь уровни, верно?

— Я? За последние сто лет я набрал четыре уровня. Четыре. — Странно, но в тот момент Чжаньпу не походил на могущественного фараона Песочных людей; вместо этого он был просто обвисшим, усталым трупом.

— Система поощряет бой.

— И я провалился как правитель, если мне пришлось бы выйти на поле боя, и битва достигла бы моего города. Провалился. Как противоречиво, не так ли?

— Разве ты не мог бы назначить тех, кто будет сражаться от твоего имени?

— Назначал. Они умирают слишком быстро.

44

ГОД 231

Янаблюдал, как играют дети. Дети, настроенные на Пустоту.

Возможно, это было сентиментально, но я попросил детей, которые со мной говорили, называть меня ДеревоДеревом.

Мои жрецы быстро превратили это в два аспекта моей божественности. Эон, хранитель континента, и ДеревоДерево, древо юности и детей. Было немного неловко слушать проповедь вживую, но, полагаю, если пропаганда работала, то почему бы и нет.

В мифах и легендах для богов было обычным делом иметь разные аспекты самих себя. Точно так же, как у Лилий были разные лики, разные взгляды, потому что они представляли собой комбинацию, собранную из духов мертвых.

Это была мелочь, на самом деле, хотя я задавался вопросом, так ли начинались эти многоликие или многоголовые боги.

Неважно, я сосредоточился на небольшой группе детей, играющих и борющихся. Каала и остальные представители древонарода Пустоты хорошо росли, и мы стали свидетелями появления первых людоящеров, настроенных на Пустоту. У нее была кожа цвета черных оливок, ее чешуя сияла как-то по-особенному.

Маленькая, но не менее опасная по своему потенциалу.

Это игровое обучение на самом деле не было боевой подготовкой. Пока нет. Каала разговаривала со мной об их друзьях, об их жизни.

Они были особенными, и они это чувствовали. К тому времени у нас были специализированные воспитатели, няни и опекуны, обладающие навыками, обеспечивающими здоровое и крепкое развитие детей. Некоторые даже имели способность улучшать характеристики перманентно за счет простого воздействия, хотя абсолютный прирост характеристик был не так уж велик. Тем не менее, в этом возрасте это было относительное преимущество.

На Древодоме и Ветвяной Обители мы наблюдали улучшение здоровья детей. Обычный ребенок Центрального Континента или Ветвяной Обители теперь имел здоровье и физические данные, сопоставимые с показателями богатых и могущественных аристократов прошлого.

Тем не менее, даже болезни иногда приводили к получению уровней. Любая неудача оценивалась по их состоянию, их борьбе, процессу исцеления.

Одной из проблем, которая действительно возникла, было то, что по мере усиления моей ауры исцеления скорость получения уровней моими целителями замедлялась. Жрецы также открывали меньше исцеляющих заклинаний и больше способностей типа усиления.

Это было следствием системы получения опыта, основанной на преодолении трудностей.

В качестве смягчения, чтобы мои целители все еще успевали, они проводили больше времени в подземельях, исцеляя раненых или отравленных существами подземелий, поэтому подземелья и окружающий их город превратились в центры, где собирались целители.

— Сколько героев достаточно? — задала Кефри вопрос, который волновал почти всех.

— Мы не знаем, — ответил я. Героиня-скорпион хотела получить подробности о том, на что именно она подписалась.

— Мы пытаемся получить более точные данные и показания датчиков об относительных уровнях силы черного солнца и всех других оборонительных сооружений, которые мы можем видеть, но это скорее диапазон, и он не преобразуется в истинную силу. Уровни силы — это очень расплывчатое понятие, — объяснила Стелла.

— Вы не знаете, — Кефри повторила с нажимом. — Так к чему же мы готовимся?

— Подождите. Здесь какое-то недоразумение, — тут же пояснил Люмуф. — Насколько я понял, Лига Героев — это в основном оборонительный пакт. Проблема, вкратце, заключается в том, что герои рано или поздно закончатся. Способность бога открывать кран и штамповать новых героев либо ограничена количеством, либо каким-то магическим расстоянием. Лига Героев стремится продлить выживание живых миров, объединяя героев и тем самым эффективно нивелируя присущие Королю Демонов преимущества в противостоянии с героями.

Кефри уловила суть из Книги Героев.

— Значит, вы не планируете атаковать это черное солнце?

— Подождите. Позвольте мне уточнить. Мы, то есть Эон и владельцы владений, планируем, — ответил Люмуф. — С героями или без них. Если мы сможем уничтожить черное солнце, мы попытаемся это сделать. Мы хотим посмотреть, что произойдет, и есть ли конец этой дурацкой волне атак.

— А если существуют другие черные солнца?

— Тогда нам конец. — Все выглядели в ужасе, и Люмуф рассмеялся. — Ну, не совсем. Нам просто придется постоянно играть в эту игру Ударь крота и искоренять Королей Демонов по мере их появления или перенести битву в земли демонов, освободить ядро и со временем создать буферную зону между живыми городами и демоническим миром.

— Итак, эта Лига Героев. Мы перемещаемся между мирами и защищаем их от демонов. Как кучка супергероев, — объяснил Кен. — Что я, конечно, хочу знать, так это как присутствие других героев взаимодействует с пактом богов, который есть в вашем мире.

Кефри пожала плечами. — Разве я похожа на ту, кто знает такие вещи? Все, что я делаю, это развлекаюсь со своими красавчиками.

Герои закатили глаза, но в моем уме это, вероятно, было не уникальным. Должны быть миры, где местные власти заключали соглашения с этими далекими богами.

— План состоит в том, чтобы держать оборону, пока мы ищем способы перейти в наступление. Демоны видят героев, мы это знаем, но мы не знаем, правда ли это в масштабах планов, — объяснил Кен. — Вот почему лучше всего поручить разведку владельцам владений Эона.

— Хорошо, но давайте назовем цифру, — настаивала Кефри. — Двадцать? Я имею в виду, чтобы атаковать это черное солнце.

— Нет, — ответила Стелла. — Минимум сто.

— Черт. Мы и близко не подберемся к этой цифре, если в каждом мире таких, как я, всего один-два.

— Если только мы не найдем способ сместиться ближе к местам, где боги призывают героев, — сказала Стелла. — Проблема, с нашей точки зрения, в том, что расстояние влияет на то, сколько героев боги могут призвать. Также вероятно, что у каждого бога есть определенный радиус действия, и некоторые места просто слишком далеки от любого бога, чтобы получить призывы.

Кен кивнул. — Это одно из преимуществ движения в другом направлении, а не к демоническому солнцу. Вероятно, мы приблизимся к богам и тем самым получим доступ к мирам с большим количеством героев. Это должно довести нас до нужного числа.

Герой из Мира-Горы кивнул. — Если мы когда-нибудь снова встретим богов, я им такого наговорю. Например, какого черта они творят!

Героиня-скорпион закатила глаза. — Я должна быть первой в очереди. Я даже не человек!

— Ты права. Что это за превосходство гуманоидов среди героев? — согласился Кен. — Почти все герои будто бы произошли от людей, лишь с незначительными косметическими изменениями.

— Может быть, первые боги были людьми?

— Или, может быть, изначальные миры были человеческими? — Если все источники героев были из этих клонов Земли, было естественно, что это распространилось по мультивселенной. Особенно учитывая, как часто герои заводили гаремы и спаривались с местными жителями.

— Вы ведь понимаете, что это означает, что каждый человек в этих мирах — потомок какого-то похотливого героя где-то там? — вмешался Чунг.

Девушки выглядели испуганными. — Фу-у-у.

— Итак, вы утверждаете, что постоянное появление героев, большинство из которых люди, функционирует как супер-производители потомства в популяции, что способствует формированию населения, состоящего преимущественно из гуманоидов. — Кен задумчиво кивнул. — Это очень интересная теория.

— Это как родословная Чингисхана.

Девушки покачали головами. — Ребята, давайте не будем развивать эту тему.

— Мы все здесь взрослые. Почему мы не можем обсудить это? — ответил Чунг. — Интересно рассмотреть последствия влияния героев на долгосрочные тенденции человеческой популяции. Наше увеличенная продолжительность жизни также означает, что у нас может быть больше детей.

— Боже, это делает героев похожими на супер-производителей потомства, на гиперсексуальных особей, и об этом действительно неприятно думать.

— Гаремы имеют свои последствия.

Кефри неловко помолчала. У нее был гарем, и, как оказалось, у Хафиза и Адриана тоже были гаремы. Небольшие, но все же гаремы, поэтому они молчали во время разговора.

— Разве это не должно относиться ко всем долгоживущим существам? Даже к высокоуровневым индивидам.

Кен кашлянул. — Вы ведь понимаете, что у героев множество преимуществ?

На Ветвяной Обители была эпоха относительного затишья, и мои попытки построить вертикальный, более плотный город столкнулись с некоторыми препятствиями.

С одной стороны, наблюдалось явное повышение общего качества жизни; с другой, плотность, шум и суматошная обстановка, даже подавляемая древом молитв, отталкивали некоторых жителей, что приводило к эмиграции в окружающие районы.

По сути, разрастание. Образ жизни.

Некоторые люди просто предпочитали более спокойную обстановку, но при этом желали той безопасности, которую мы обеспечивали.

Пока никто не пытался нас атаковать, но, по наблюдениям моих шпионов и деревьев, это было неизбежно. Зависть, страх — все эти факторы все еще проявлялись, хотя некоторые были достаточно мудры, или их система давала им достаточно предупреждений о поражении, чтобы они решили этого не делать.

Лилии наконец-то создали аватар. Неполноценный, ну, полагаю, все будет неполноценным по сравнению с Люмуфом, но все же аватар.

Аватар представлял собой, по сути, фрагмент души этого более крупного коллективного разума, обладающий деревянной марионеткой. Он был создан путем комбинации постоянного заклинания Ясновидения и какой-то способности к проекции.

Тем не менее, он не имел боевой силы, а радиус действия деревянной марионетки все еще был довольно ограничен. Пока он мог перемещаться лишь в небольшом регионе вокруг Лилий.

С ростом уровней он получит расширенный радиус действия, чего они очень ждали, потому что им действительно хотелось самим испытать и увидеть другие миры.

Ария и Айшпенг также попытались сделать что-то подобное, потому что многократное демонстрация того, что я видел в других мирах, была странно соблазнительна. Они попытались создать ледяной аватар, так как именно в этом их способности к формированию и ваянию были наилучшими, а Ария настаивала, что они хотят выглядеть хорошо.

Я втайне чувствовал, что они тратят слишком много времени на внешний вид, но это было несущественно. Так они решили тратить свои усилия.

Как собратья по пантеону, я старался изо всех сил общаться с ними, поэтому Патрик помогал мне назначать встречи с ними по крайней мере раз в три года, и внепланово, если возникали какие-либо серьезные события.

Три года казались довольно регулярным сроком для двух моих бессмертных товарищей. Почти казалось, что мы встречаемся каждую вторую неделю. Я задавался вопросом, не покажется ли это слишком частым по мере увеличения моего возраста. Но пока разговоры с ними в основном сводились к демонстрации того, что мы видели, а они давали комментарии и идеи.