Если кристаллы могли изначально поддерживать и обрабатывать утверждения напрямую, первой идеей Алки было то, что они по сути являются искусственными разумами, но в кристаллической форме. Поэтому мы объединили их с моим комплектом живой деревянной брони, чтобы усилить наших Вальтхорнов в бою.

Это было фактически первым полезным применением, поскольку суперкомпьютеры-кристаллы могли служить домом для искусственных разумов. Затем мы объединили искусственные разумы, суперкомпьютеры-кристаллы и ядро короля демонов. Стелла назвала это Камерой Пустоты, и это была наша первая полномасштабная попытка поддержать Стеллу в её стремлении заглянуть глубже и дальше в карту демона.

Это сработало лучше, чем ожидалось. У неё не было носового кровотечения или боли в глазах, и она могла начать манипулировать картой и преобразовывать её во что-то полезное.

Координаты. Направления.

Стелле нужна была Камера Пустоты, потому что ядро короля демонов не было предназначено для обычного разума. Камера помогала интерпретировать и преобразовывать сигналы, знаки и входные данные во что-то более пригодное для использования и позволяла ей всё это воспринимать.

Мне нужно немного демонической маны, — сказала Стелла после нескольких дней экспериментов с ядром короля демонов. — Некоторые сегменты заблокированы ключом из демонической маны, определённые вырезанные пути внутри ядра нужно запитать демонической энергией.

Понял.

Небольшая армия магов пустоты наблюдала, как рядом появилось дерево-демонический гибрид, и тонкая струйка демонической энергии проникла в ядро короля демонов.

Оно странно загудело, и Стелла направила демоническую энергию по пути.

Она замерла, почувствовав присутствие необычной смеси божественной энергии, которая просачивалась, а затем трансформировалась, распадаясь во что-то иное.

Эон, я не уверена, правильно ли я это читаю, но по тому, что я вижу в тюрьме есть что-то мёртвое. Оно источает божественную энергию, похожую на ту, что была у древнего обломка, но очень слабо, и я думаю — я думаю, оно превращается в какую-то демоническую энергию.

Бог ?

Да. Этот сгусток похож на тюрьму или своего рода устройство для извлечения, и каждый король демонов — это часть того павшего существа, которое, возможно, является богом, что был повреждён.

Мы действительно собираемся сразиться с богом, — я выругался. — Это будет куда традиционнее, чем я ожидал. Вот те на.

Там ещё Чёрт, — выругалась Стелла. — Герои. Души захваченных героев в этой тюрьме. Эта штука содержит и героев, и мёртвое божественное существо. Король демонов по сути представляет собой слияние трёх частей: тела планет, воли и духа этого павшего бога, и крови и энергии демонов. Этот сгусток содержит волю, а кровь передаётся с каждым королём демонов.

Понятно.

Итак. Когда вы повреждаете тело антимагического короля демонов, это нарушает „кровь и энергию“ демона, а также тело мира, поэтому оно не так хорошо работало при приземлении.

Стелла замолчала.

Но это не помогает. Это не говорит нам, как до него добраться. Расстояние между нами и сгустком огромно. Мне нужно набрать как минимум сто уровней, чтобы получить достаточно маны пустоты, чтобы приблизиться.

Можем ли мы телепортироваться туда?

Камера Пустоты загудела, когда я почувствовал, как ядро короля демонов загорелось. — Да. Нам придётся захватить по пути как минимум сорок миров. Но вот в чём дело. Чем ближе мы будем к сгустку, тем больше королей демонов они смогут на нас бросить.

Подожди. Почему?

Технически у них нет ограничения на количество королей демонов, которых они могут направить на один мир. Это просто их настройка по умолчанию — нацеливаться на один мир за раз, чтобы максимизировать рост. Это Это передаёт команду.

Стелла уже начала читать команду.

Её, по сути, можно резюмировать как матрицу между ближайшим миром, максимальной концентрацией демолита и специальным весом, который обычно равен нулю. Так что она в основном пытается вторгнуться в мир с наибольшим взвешенным баллом, ближайший мир на их звёздной карте. Она также получает импульс от других миров демонов каждые неизвестное количество лет, что помогает обновлять эту звёздную карту. Если мир уже был целью другого короля демонов, применяется отрицательный модификатор.

Подожди. Ты можешь повлиять на этот импульс?

Я сделаю это, но нам придётся какое-то время работать в режиме прослушивания, чтобы понять, что это за импульс. Если я узнаю, что передаётся, я попытаюсь изменить и имитировать его. Мне понадобится твоя помощь, чтобы построить своего рода пункт прослушивания на Лавамире и других демонических мирах.

И ты знаешь, что мы ищем?

Да, — Стелла ухмыльнулась. — Я только что поняла, что именно нам нужно искать.

Стелла и её маги пустоты вскоре провели месяцы, создавая сотни маленьких демолитовых самоцветов, заполненных особой надписью, предназначенной для имитации точной энергопринимающей формации внутри ядра короля демонов.

Эти устройства затем были разбросаны по всем мирам, особенно в таких местах, как Лавамир и Мир Снека. Они будут функционировать как записывающие устройства, чтобы видеть, что передаётся и сообщается демоницами-матерями, королями демонов и сгустком.

Теперь мы будем ждать.

Мы не беспокоили Рафа и остальных из Ангельского Мира, да и нам не было интереса продолжать с ними взаимодействовать. У нас были другие дела, на которых нужно было сосредоточиться.

Нам нужно было обучать новых владельцев владений, и чем больше мои владельцы владений играли роль в битве, тем труднее было остальным набирать уровни. Это был просто факт, что доступный вклад был ограничен.

Это было своего рода неписаным правилом.

Чем легче битва, тем меньше их роль, тем меньше опыта они получали.

На Трёхмирье пришло время нам установить контакт с Народом Песков и кентаврами, несмотря на предыдущие сомнения хрустального короля.

Для этой цели у нас были свои кентавры на Центральном Континенте, и мы обучили группу из них действовать как шпионы.

Люмуф играл более наблюдательную роль.

Ведущий кентавр-мастер шпионажа, Евдокс, инициировал контакт после месяцев наблюдения. Урок из Ангельского Мира, или Адвокатского Мира, заключался в том, что мы явно не могли предполагать добросовестности в нашем контакте, и, как инопланетяне, имеющие дело с другими инопланетянами, мы должны сначала понять, с кем имеем дело, прежде чем пытаться установить любой контакт.

Нам также нужно было проникнуть к нашим целям и узнать о них больше, прежде чем вступать в любое надлежащее взаимодействие с властями. Мне также нужно было действовать более скрытно, в отличие от довольно громкой кампании покупок Люмуфа в Хрустальной Горе.

Оглядываясь назад, это был здравый смысл.

Но, очевидно, мне его не хватало, поскольку я страдал от этого на протяжении многих лет. Что-то в деревьях не хватает здравого смысла.

Кентавры Трёхмирья имели общинную иерархию, организованную вокруг их обширных особых земель. Особая реликвия контролировала их Великую Исчезающую Страну, которая веками защищала их вид. Те, кто получал контроль над реликвией, в конечном итоге становились совместными лидерами их земель.

Но что произошло?

Арджан, один из моих давно служащих кентавров, вскоре смог выведать историю у нескольких местных кентавров.

Местные жители Трёхмирья, как и Ангельского Мира, не предполагали присутствия инопланетных кентавров или кентавров вне их непосредственного контроля.

Великие патриарх и матриарх не могли полностью контролировать реликвии Гаяара! Можете в это поверить? — местный вождь кентавров выругался, потягивая крепкий алкоголь. — За сотни лет нашей истории реликвия никогда нас не подводила. Это их некомпетентность!

Повествование Шептунов утверждает, что реликвия потеряла силу, что наши предки злоупотребляли ею! Даже с энергиями героя-кентавра реликвия неполна! — другой вождь кентавров с окраин быстро поделился слухами. Кентавры были на удивление очень, очень сплетничающими, хотя мы в конечном итоге осознали, что там было довольно много собачьей чуши.

Арджан и Евдокс, оба игравшие роль странствующих кентавров из далёкой деревни, кивнули. — Я слышал, что в бескрайних степях царит демоническая скверна.

Шпионская группа состояла из шести кентавров, все с Древодома, и они бесшовно влились в кентавров окраин.

Да! — вождь кентавров выглядел расстроенным. — Такого никогда не случалось в нашей истории! Великие патриарх и матриарх должны оставить свои посты за свою неудачу!

Арджан подтолкнул: — Разве это что-то оскорбительное сказать?

Эх. Если это оскорбительно, патриарх не сможет удержаться на своём месте, — ответили деревенские жители, наполовину опьяневшие от какого-то сброженного молочного алкоголя.

Скоро настанет великое голосование, — сказал вождь кентавров. — И патриарху предстоит защищать свою позицию.

А ты бросишь ему вызов? — спросил Арджан.

Нет. Но я слышал о тех, кто это сделает. Местные вожди назвали имена как минимум шести тех, кто выставил свою кандидатуру. Всё это звучало чуждо.

Вернувшись домой, мы обсудили то, что обнаружили.

Есть земли, не принадлежащие ни одной фракции, — сказал Рун. Эти земли располагались на крайнем юге, у границ пустынь Народа Песков, и у границ земель, удерживаемых людьми и хрустальным королём.

Единственная причина, по которой они никому не принадлежали, заключалась в их непродуктивности. Это были разбросанные слишком холодные, бесплодные пустыни и немного необитаемых каньонов. Еды не было, и погода была слишком уж холодной.

Животных тоже не было, и место отличалось отвратительной погодой.

Мы могли бы взять это, хотя бы для того, чтобы заявить о территории, — Люмуф обследовал эти земли ранее, и они ему не понравились. В идеале лучше всего было бы найти место с магической лей-линией. Но учитывая мою способность распространять деревья где угодно, это на самом деле не имело значения.

Или мы могли бы прийти по приглашению других фракций.

Или просто посадить наши деревья и распространяться невидимо? — возразил Рун. — С маскировкой Эона, насколько трудно спрятаться?

Было странно даже задумываться, имеет ли дерево право сажать себя и расти, где ему вздумается. Само по себе право на землю было большим преимуществом, поскольку это означало, что никто не мог отнять её у нас, но в действительности они не могли обеспечить соблюдение этого требования.

На самом деле, как только моё семя будет посажено на этом мире, я буду распространять свои деревья повсюду, не обращая внимания ни на какие юридические правила. Я не заботился о юридических правилах на Древодоме. Почему я должен заботиться здесь?

Может быть, мне не стоит так уж сильно об этом беспокоиться и просто найти кого-то подальше от трёх фракций, чтобы избежать конфликта и всё равно распространить свои деревья.

Но по крайней мере у одной из них было владение, что означало, что они могли бы почувствовать моё присутствие.

Это был риск. Стоило ли оно того?

По моему мнению, да. Но я сделаю это после контакта с двумя другими фракциями. Должна быть одна фракция, которая будет готова или хотя бы немного более сговорчива, чем остальные.

Арджан и Евдокс прибыли на одно из крупнейших собраний кентавров, в их самый большой город, Копытную Залу. Им как-то удалось убедить нескольких кентавров-торговцев взять их с собой, и группа из шести кентавров-шпионов зарекомендовала себя как телохранители торговцев.

Кентавры совершали набеги друг на друга, и набеги были довольно обычным делом в их обществе. В результате они выработали определённые нормы, чтобы предотвратить гибель людей. Лидеры кентавров-налетчиков часто сражались с главой телохранителей или местной милиции, и если телохранитель или милиция проигрывали, они сдавали свои товары, но обычно никто не погибал. Если они выигрывали, налётчики уходили.

Города и поселения даже имели свои собственные отряды налётчиков, которые поступали так же с другими городами. Жестокость, как правило, не одобрялась, несмотря на то чистое мачизм, который кентаврам-военачальникам приходилось демонстрировать в бою.

Арджан был сто тридцать шестого уровня Копейщик-Святой, и поэтому в бою не было никакой конкуренции. Поэтому обычно Евдокс брал на себя роль главы, так как Евдокс был восемьдесят седьмого уровня Мастер шпионажа и около пятидесятого уровня Закаленный воин. Ему было легко подделать свою силу мастера шпионажа.

Когда они въехали через ворота Копытной Залы, они сразу же заметили странные отметины на земле, и Люмуф, скрытый и замаскированный в повозке, сразу же увидел линии магии.

Весь город был переполнен магией, не похожей на магию шаманов или ящеролюдов. Это была смесь рунической силы и народной магии кентавров.

Народная магия была более мягкой смесью энергии души и их собственной энергии. Подобно тому, как шаманы и знахари могли использовать ограниченный набор магии, связанной с душой, как и ритуалы жрецов могли касаться души. Народные маги и спиритуалисты кентавров развивались на схожих концепциях.

Кентавры-стражники пропустили их после проверки документов. Подделать их было довольно легко, но им это не понадобилось. Вожди кентавров из приграничных деревень были более чем счастливы выдать им новые бумаги.

Стражники инстинктивно отступили от Арджана; он был самым сильным из присутствующих кентавров, и его присутствие всё ещё ощущалось системой, даже если он изо всех сил пытался скрыть это.

Испытания скоро начнутся, — Евдокс быстро удалился, чтобы узнать, что будет дальше.

Испытания? — спросил Арджан.

Претенденты вызывают патриарха на поединок за титул? — объяснил Евдокс.

Стоит ли нам? — Арджан одолел бы патриарха, если бы это был прямой бой.

Мы никого не знаем. Лучше нам залечь на дно и создать свою сеть. Я дал им десятилетие или два, чтобы создать реалистичную фракцию среди кентавров с целью лоббирования кентавров для установления дружественных отношений. С нашей силой это было не невозможно.