Опять же, маловероятно.

Лично у меня была третья идея. Демоны могут просто выждать нас. Если бы я поставил себя на место демона в качестве главного стратега и тактика демонов, и увидел мир, который доставляет мне проблемы, мой первый инстинкт мог бы быть не в том, чтобы бросать на него более сильные отряды, а просто подождать и посмотреть.

Это было потому, что я был бессмертным, в то время как эти населенные миры обычно были населены гуманоидами, а гуманоиды не жили очень долго. Если бы я просто оставил мир в покое, защитники состарились бы и умерли, и когда я отправлю короля демонов через сто или двести лет, те, кто противостоял мне, возможно, давно исчезли бы или погрязли в междоусобицах.

Подобная стратегия требовала некоторого знания природы и образа мыслей смертных, но демоны умели читать мысли, и они приобрели это знание, захватывая героев в прошлом.

Если это была выбранная демонами стратегия, она требовала вечной бдительности и тщательной подготовки в течение десятилетий и столетий, и это было очень трудно эффективно реализовать обществу смертных.

— Что ж, хорошо, что у нас есть бессмертный на нашей стороне, — рассмеялась Алка.

— Вы все бессмертны. Проблема в том, чтобы наши смертные друзья разделяли наши опасения. Если мы будем предупреждать их слишком много и слишком последовательно, но ничего на самом деле не произойдет, они через десятилетие или два подумают, что это просто нагнетание страха, а мы — просто надоедливые старые создания.

У меня не было проблем с долгожителями, потому что они знали. Для того, кто пережил катастрофы, случающиеся раз в сто лет, эти вещи были очень реальны, но для тех, кто не пережил, или вырос после этих катастроф, они просто не ощущали этого лично и относились бы к этому легкомысленно. Я смягчу это у моих Вальторнов с помощью моих академий снов и других подобных способностей и отправлю их в другие миры.

Я понимаю, что это противоречило мысли, которая у меня была ранее относительно Ветведомья. Что у разных обществ разные временные горизонты будущего. Некоторые культуры готовились. Некоторые культуры реагировали.

— Эон, твои опасения преувеличены. На самом деле нет причин вообще их предупреждать, — вмешалась Алка. — Что могли бы сделать королевства со своими уровнями и ресурсами? Ничего по-настоящему существенного. Ничего по сравнению с тем, к чему имеем доступ мы. Если уж на то пошло, обязанность готовиться ложится на нас, тех, у кого есть домены. Мы не ожидаем, что обычный человек с улицы будет знать, как вести корабль сквозь ураган, и точно так же мы не ожидаем, что деревенский староста будет знать, что делать против бога.

— Это из какой-то книги? — съязвила Стелла.

— Нет. Но наши глаза видят, наш разум предвидит, и мы поведем наших собратьев сквозь эти темные леса.

Стелла даже захлопала в ладоши. — Ты читал.

— Да, читал, — рассмеялась Алка.

Полагаю, это было правдой: эти общества мало что могли сделать против такой экзистенциальной угрозы.

Кравьек, мой Древолюд Эонический Лорд Роста, подошел ко мне с последним из древолюдов, сонастроенных с Пустотой. Самый младший теперь умел говорить и хорошо развивался. К этому времени у нас было около пятнадцати таких древолюдов, но наш процесс их размножения был медленным, потому что мы все тщательно проверяли.

Наши опасения относительно их слабого телосложения были преувеличены, поскольку вскоре стало ясно, что душа приспосабливалась к телу, а тело — к душе. Их источники души стали необычной смесью как пустотной, так и обычной маны, и их источники души имели двухслойную структуру: один слой — обычная мана, другой — пустотная.

Еще слишком юный, чтобы изучать магию, первый сонастроенный с Пустотой Древолюд был назван Каалой. Любопытный и неуверенный в своем месте в мире, мы много разговаривали, и дитя Пустоты очень напоминало мне когда-то юную Лозанну.

У них все еще была их наивная невинность, ясное, широко распахнутое удивление миром вокруг них. Они не знали, что значит быть запуганными; сам факт разговора со мной не вызывал у них страха.

Каждый раз, когда я смотрел на детей, которых тренировал и создавал, — и все это ради будущего ведения войны, — я чувствовал себя противоречиво.

Они были необходимы. Навыки, адаптации, которые они имели, все, по моему мнению, было необходимо.

Реальность не знает жестокости, и поскольку демоны были по всей мультивселенной, мой набор талантливых детей никогда не прекращался. Непрерывный процесс создания потока талантов для нашей войны, чтобы положить конец этому циклу, никогда не заканчивался.

Я надеялся, что однажды в будущем наступит мир, где дети смогут быть детьми и им не придется сражаться в войнах от моего имени.

Когда мы уничтожили и победили короля демонов, я на мгновение задумался, достиг ли я своих целей. Однажды я спросил своих владельцев доменов, было ли это все.

Что это было то место, где нам следовало остановиться, поскольку мы остановили цикл для Древодома.

Но все знали, что это не так.

Все, что мы сделали, это выиграли время и заставили их переосмыслить свою стратегию.

Они вернутся. Они все еще там.

Я смотрел на своих будущих молодых солдат по всему Древодому и Ветведомью и готовил их к войне, которую я не хотел бы никогда вести.

Но это должно произойти.

Однажды это закончится. Однажды мы одержим победу. Но до тех пор я буду продолжать наращивать наш военный потенциал.

37

ГОД 226

Я здесь. Я достигла мира Снека, — произнесла Стелла слова, которых они все так ждали.

— Правда? Серьёзно?! — Кен вскочил со стула, как только сообщение распространилось среди всех старших руководителей и групп, связанных с героями. Мы знали, что она приближается, но неопределённый характер Пустоты и её непредсказуемые паттерны затрудняли прогнозирование точного времени и даты.

Пустота была одновременно бушующим морем, сворачивающимся пространством и густым, тёмным, запутанным лесом.

Снек тут же спросил: — Что она видела?!

— Моё пустотное тело только что прибыло и я ничего не вижу. Пустотное тело — всего лишь зонд-портал Пустоты. Мне придётся открыть портал⁠ —

— Стой! — крикнул Снек, а Кен лишь покачал головой.

— Ну и что теперь? — сказал Кен. — Мы наконец-то достигли твоего мира, цели, которую ты всегда желал, а теперь ты говоришь стой?

— Я не готов!

— Ты духовный змей, готовый пожертвовать жизнью, чтобы как-то вернуть героев в свой мир, и теперь ты не готов? Ну же! — Снек испытывал целый спектр эмоций, которые я редко видел в духовном змее: замешательство, неуверенность, страх, надежда.

Вернуться спустя столько времени. Сколько же времени прошло?

Он не знал. Мы тоже.

— Врата открыты, — сказала Стелла, и вновь через них шагнул Люмуф. Нас встретили такие высокие горы и каньоны, что они казались нереальными. Мгновенно мы почувствовали присутствие демонов.

Мир драконов-демонов, тех самых, которых мы видели в более раннее время. Тех, с кем сражалась Лозанна. Они проносились над головой, так высоко над каньонами, что не могли нас видеть. — У них не очень хорошее зрение, — пошутил Люмуф, когда демоны, казалось, нас игнорировали.

Снек и Кен пробежали через город, поспешили к крепости Вальторнов и ворвались в комнату, где посреди воздуха парил портал.

Стелла кивнула в комнате. — Что ж, врата здесь. Люмуф уже по ту сторону.

Маленькая змеиная форма Снека казалась нервной, и я это почувствовал. — Безопасно ли это? — спросил Кен. Он на самом деле никогда не переходил в мир демонов.

— Да. Погода немного сухая, но пока ещё дышать можно. Демоны не сильно повлияли на воздух.

— Ну, это твой дом? — спросил Люмуф. Снек сидел у него на плече.

— Да. Да, это так! — сказал он. — Это то же самое солнце и луна! — Ландшафт изменился, и их мир стал ещё более гористым. Там были огромные утёсы, глубокие долины и горы, заполненные пещерами, все они были населены драконами-демонами.

Драконы-демоны летали над головой, и, по правде говоря, они были бледной имитацией настоящих драконов. Им не хватало той подавляющей силы, которую я ощущал в древних костях драконов, той энергии и магии, что могли выдерживать натиск времени.

— Где твоя семья? Или друзья? — спросил Люмуф, пока мы шли по долинам. Во всех долинах текли небольшие ручьи; трава и листва всё ещё росли по берегам. Казалось, что некоторые демоны не уничтожали свои миры напрочь, а лишь высасывали из ядра, словно какой-то планетарный паразит.

— Я не уверен, — ответил Снек. — Ландшафт сильно изменился, но мой народ живёт под землёй.

Странное сосуществование, о котором я задумался, и Люмуф почувствовал мир ногами. — Хорошая новость в том, что твой мир, похоже, почти не постарел.

В ядре всё ещё ощущалось сильное, пульсирующее присутствие, глубоко переплетённое с присутствием демонов. Король демонов в этом мире всё ещё рос, и пройдут годы, прежде чем он будет готов к вторжению. Стелла появилась прямо рядом с ними.

Первым делом она посмотрела вверх, и мы увидели растущий, но всё ещё слабый астральный путь, ведущий куда-то.

— Итак, как нам найти твой народ? У них есть какая-нибудь магия или метки?

— Нет. Мы всё спрятали. Но всё могло измениться.

Стелла закрыла глаза, и я почувствовал, как её энергия пульсирует наружу, подобно расходящейся волне. Люмуф активировал мой режим аватара, и мои магические лаборатории появились по краям ручья. Затем эти магические лаборатории активировали мою систему магических датчиков.

Сначала нам пришлось нейтрализовать магические энергии ядра и демонов, но как только это было сделано, у нас остался меньший пул возможных мест, около пятисот.

— Как думаешь, мы сможем спрятаться от драконов? — спросил Люмуф Стеллу, и она пожала плечами, будто это был глупый вопрос.

— А нам это вообще нужно?

— Верно. Они могут выглядеть как драконы, но им не хватает их силы. — Если Лозанна могла справиться с ними, то Люмуф и Стелла уж точно могли пронестись сквозь них.

— Вообще-то, сейчас самое подходящее время, чтобы привести следующее поколение Вальторнов в боевую готовность, — понял Люмуф.

— Вот это другое дело! — Стелла ухмыльнулась.

Стелла и Люмуф находились в центре группы из примерно двухсот пятидесяти Вальторнов, все уровня сто и выше.

— Это возможные места обитания народа Снека, основываясь на показаниях наших магических датчиков, и они называют себя Уларанцами.

Улара.

— После демонического вторжения их коммуникационная инфраструктура рухнула, так что в этом мире могут быть многочисленные выжившие Уларанцы, рассеянные по всему миру. Снек утверждает, что он родом из Уларанцев Севера, и есть Уларанцы Юга.

Вальторны разделились на группы по пять человек и рассредоточились. — Проще говоря, устройте зрелище, много шума, сокрушите демонов и посмотрите, выйдут ли Уларанцы и поговорят с нами.

Все кивнули.

Люмуф и Стелла просто следовали по их следу разрушений. Драконы-демоны сами по себе были сильны по сравнению с другими типами демонов, но их малочисленность была недостатком.

Вальторны прорывались сквозь полёты демонов; здесь Вальторны-следопыты-лучники имели огромное преимущество. Их пробивающие стрелы и стрелы с кристаллическими бомбами были очень эффективны против их тяжёлой чешуи.

Наша стратегия шума и ярости увенчалась успехом.

— Патриарх Люмуф, мы обнаружили нескольких туземцев, — доложил Адеран, монах-воин Вальторн-Древознатства, через нашу систему сообщений. — Один из них шпионил за нами, и мы выследили его до сети туннелей в близлежащих долинах.

Я почувствовал, как Снек испустил огромный вздох облегчения. Он опасался за своих сородичей-змеелюдей.

— Мы обнаружили нескольких Уларанцев.

Всего мы обнаружили три отдельные группы Уларанцев, пока мы рассредоточивались, и Стелла с Люмуфом телепортировали нас к ближайшей. Они жили в том, что казалось действительно сложной сетью глубоких туннелей и камер, и построили секретные ирригационные туннели и светособирающие сооружения, которые направляли свет в подземные фермы.

Снек нервничал, но он знал, как работают туннели. Туннели были маленькими и не предназначались для гуманоидов обычного размера.

Вместо этого Снек, в своей странной форме, подошёл к двери и что-то искал —

Там была металлическая пластина, не больше маленькой чайной чашки, и он ударил по ней пять раз. Он поднял её, и она завибрировала в воздухе.

И ждал.

Вскоре появился Уларанец, змей с двумя руками и без ног, который напоминал очень маленькую нагу. Все Уларанцы были небольшого размера, не больше маленького стола, но интересно было то, что у всех у них была большая, похожая на кобру голова.

В маленькой руке он держал кинжал.

— Кто это?

— Я Савабесаруларс, — представился Снек. — Я был когда-то одним из Ритуалистов Высокой Крови, предназначенных для поиска героев для Улары. Я вернулся и желаю поговорить с нынешним Уларанским Владыкой Логовищ.

Уларанец выглядел неуверенным. — Мне не знакомо это имя или ритуал, о котором ты говоришь. Прочь, тебе здесь не рады.

— Подожди. Мы действовали по приказу Уларанского Владыки Раджатедунгулара и Владыки Капакулара. Эти имена тебе знакомы?

— Они давно мертвы, и их логово давно разрушено.

— Сколько лет прошло? — спросил Снек.

— Я не знаю. Не входи, тебе здесь не рады.

— Им рады? — Снек указал на Люмуфа и Стеллу. — Они могут победить демонов этого мира и, возможно, даже привести нас в мир без демонов.

Ответа от Уларанца не последовало; вместо этого он просто зашипел.

— Всё пошло не по плану, — вздохнул Снек. — Давай попробуем другие логова, но это хороший знак, что мой народ всё-таки выжил.

Вторая попытка прошла намного лучше. — О. Ты один из древних ритуалистов, а это предводители существ над землёй?

— Да.

— Они не похожи на людей, которых боги раньше посылали. Они выглядят такими старыми. — Стелла нахмурилась.