Мы набрали часть Канари в члены Ордена Вальтриан, но из-за их относительной молодости с нами, даже их сильнейшие были лишь около восьмидесятого-восемьдесят пятого уровня. Я также ещё не даровал ни одному члену Канари ни одного из моих семян, укрепляющих душу, чтобы они могли превзойти свои пределы.

Канари обладали довольно сильными стайными инстинктами, чем-то похожими на оборотней, и поэтому мне было трудно использовать Канари против одного из своих, поскольку их внутренние связи были сильнее, чем их верность мне.

В конечном итоге, однако, я верил, что найдётся Канари-одиночка, которого я смогу завлечь в Орден Вальтриан.

Или, по крайней мере, создать группу Канари, которая полностью войдёт в структуру Вальтрианского Ордена, так что их верность и стайные инстинкты будут на нашей стороне.

Мир, освобождён? — спросил Лилис, когда смысл сказанного дошёл до него. Я поделился образами битвы, и в награду получил полное молчание на два дня.

Я знал, что он обдумывает и внутренне обсуждает это. Я чувствовал волнения чего-то через общие корни. Это был не первый раз, когда Лилис так отвечал мне; тогда, когда я успешно вторгся в ядро и атаковал короля демонов, он отреагировал почти так же.

Два дня спустя Лилис задал вопрос, полный крайней неопределённости, что было на него непохоже. Набор событий, с которыми они не сталкивались. Будут ли они мстить?

Возможно. Мои пустотные маги наблюдают за звёздами на предмет этого. Полагаю, они должны были это заметить. Мои пустотные маги утверждали, что оно испускало некое предупреждение.

Это опасный путь, и мы не знаем, какими силами на самом деле обладают демоны, помимо короля демонов.

Действительно, но мы разберёмся. К более приятным новостям: моя пустотная магичка, Стелла, обрела домен. Должен поблагодарить тебя за то, что ты познакомил её с заратанами.

Целая жизнь страданий и ещё больше, и всё это ради сил системы.

Я, естественно, нашёл это утверждение забавным. Вся жизнь наполнена страданиями.

И это правда. Можно выбрать лишь тип страданий. Ты выбрал путь страданий в пожизненной борьбе против демонов.

Это путь дерева — сражаться с теми, кто стремится погасить жизнь и превратить целые живые миры в фабрики разрушения. Это наше страдание позволяет другим иметь счастье страдать в своей жизни. Я не был настолько самонадеян, чтобы считать себя богом или чем-то в этом роде. Но, несомненно, мир, полный жизни, был лучше, чем мир без неё. С моей точки зрения, это не подлежало обсуждению, потому что жизнь была лучше.

Стелла снова попыталась использовать реплику ядра короля демонов и получила доступ к карте внутри него. На этот раз, защищённая своим собственным доменом, она исследовала и направляла свои усиленные способности через ядро короля демонов.

Она надавила, и я почувствовал, как этот круглый объект засветился, а затем, во внезапном порыве, я почувствовал, как что-то треснуло изнутри ядра, и затем ядро разлетелось на множество мелких фрагментов.

— Ядро явно связано с какой-то пустотной сетью, — Стелла сказала, а затем улыбнулась. — Мне не удалось продвинуться так далеко, как хотелось, но у меня есть хорошие новости. Но позвольте мне попробовать ещё раз и подтвердить свои выводы.

Она попыталась использовать другую реплику, но вместо этого обнаружила, что ядро не может быть использовано. С ядром всё было в порядке, но то, с чем оно было связано, сумело заблокировать доступ к нему.

— Ах, чёрт. Ну ладно, всё равно сообщу.

Держатели доменов и герои собрались, и Стелла сделала ужасное, ужасное объявление.

— Мне удалось расшифровать часть ядра короля демонов, и у меня есть три основных вещи, о которых нужно сказать.

Рун наклонилась вперёд. — Ох, это будет интересно.

— Первое: у демонов есть некий узел управления или командный центр. Каждый король демонов связан через определённую частоту в пустотном лесу с этими командными центрами. Именно через эту особую частоту демоны координировали свои атаки, а также просили о помощи. Это совпало с частотой, используемой демонической матерью, когда она призвала это ядро. Пустотные маги начнут работу и сконструируют достаточно большой демолитовый артефакт, чтобы воспроизвести этот эффект и начать глушить этот процесс координации. Вероятно, этот кристаллический артефакт будет атакован.

— Значит, нам нужно обороняться?

— Да. Женьшеневое дерево в гораздо большем масштабе. Я подумал, что жизнь, казалось, любила фракталы, и это были просто те же самые вещи, увеличенные в масштабе.

— Или мы могли бы оставить его как резервное оружие, пока у нас не будет более широкого спектра инструментов для развёртывания. Лично я считаю, что нам не стоит слишком сильно настораживать демонов. Мы не уверены в их интеллектуальных способностях и в том, какая ответная реакция последует, если они начнут рассматривать нас как угрозу. — Они начнут обращать на нас внимание, и чем дольше мы сможем пускать им пыль в глаза, тем сильнее мы сможем стать.

— И это тоже, — Стелла кивнула. — Во-вторых, плохие новости. У демонов есть набор ядерных солнц. Это те чёрные солнца, что мы видели, и я насчитала как минимум пять или шесть из них, каждое расположено в своём сегменте пространства. Эти штуки, по тому, что я мельком увидела через ядро, обеспечивают топливо и демоническую ману, а также есть чёрная субстанция, которая даёт интеллект, стоящий за ядром. Если конечная цель — победить демонов навсегда, нам нужно каким-то образом уничтожить эти солнца. Так что, к сожалению, нет единой настоящей цели в центре всего этого, если только эта чёрная субстанция не окажется ядром всего.

Я вдруг осознал, что, возможно, это был вариант моей собственной способности к клонированию. Неужели демоны, по сути своей, были созданы каким-то демоническим богом жизни?

Или мне следует воспринимать термин поработители буквально, что существовал паразитический вирус, стремящийся ассимилировать все расы в свою паству, порабощая тех, кто сопротивлялся?

— Третий пункт заключается в том, что я должна суметь найти родной мир Снека в течение следующих десяти-пятнадцати лет и установить связь с этим миром. Вопрос, следовательно, в том, достаточно ли важен мир Снека, чтобы мы это сделали? Я спрашиваю это, потому что способность моего пустотного исследователя к сканированию миров весьма ограничена.

— Мы ограничены клоном Эона, — ответила Эдна.

Кен немедленно вмешался и поддержал Снека. — Да. Мир Снека ценен. В его мире есть демонические драконы, и его народ невероятно хорошо знаком с магией крови и духовной магией. Собственные способности Снека хороши, но на его родном мире этого гораздо больше. Спасение его или спасение тех, кто остался, — это общее увеличение боевой мощи.

— Ты ведь понимаешь, что мы тоже должны согласиться, верно? — добавил Чанг, что было редким упрёком позиции Кена.

Кен сердито взглянул на друга, но быстро поправился. — Да, я в курсе, но, по крайней мере, мы могли бы организовать эвакуацию для тех, кто ещё живёт в том мире, если полное вторжение невозможно. Мы видели, что демоны делают, когда их миры подвергаются вторжению.

Наступила неловкая тишина, но затем вмешался Прабу. — Что, если мы используем пустотного исследователя Стеллы для поиска других миров, конкретно живых миров? Там должны быть свои собственные герои, и с их помощью мы могли бы расширить Лигу Героев. Это значительно облегчит победу над любой демонической напастью, имея большую Лигу Героев.

— И это тоже, — сказала Стелла. — Сейчас есть два основных направления: либо я отправляю своего пустотного исследователя к демоническому ядру и узнаю, что там, либо мы идём в другом направлении, где находится мир Снека, и смотрим, что ещё сможем найти по пути. Насколько я могу судить, моему пустотному исследователю требуется очень много времени, чтобы куда-либо добраться, потому что пространство между мирами чертовски велико, и в пустоте есть ещё какие-то странные существа, которых я хотела бы избежать.

— В пустотном лесу есть что-то?

— Вещи, довольно трудные для описания. Если вы знакомы с диковатыми штуками из космических ужасов да уж. Они там, и, ну, что мы делаем, так это избегаем их.

— Могут ли они сражаться с демонами?

Стелла лишь пожала плечами. Я хотел бы побывать в пустотном лесу. Я считал, что это путь вперёд, и, если понадобится, хотел бы встретиться с этими существами.

— Стоит ли голосовать по последнему пункту? — спросила Стелла, и Люмуф кивнул.

Эдна пожала плечами. — Лига Героев определённо выиграет нам время, я думаю, и мы должны спасти то, что осталось от мира Снека. За.

В конце концов большинство проголосовало за, за исключением Чанга, Рун и Иоганна. Было забавно, что против проголосовали именно три героя-лучника и держателя доменов. Они были сосредоточены на своих целях.

Прошёл год с тех пор, как мы освободили Мир Паразитов, и уровень энергии мира продолжал расти. Мы заметили появление всё большего количества естественных монстров и животных, включая большее количество вариантов обычных животных, таких как кошки и собаки. Даже растительность, казалось, начала прорастать.

Из ядра, которое теперь светилось, мы заметили, что дыры в нём начали заполняться. Это займёт некоторое время, но в конечном итоге, я верил, мир восстановится.

Пока же сознание изнутри ядра оставалось в состоянии покоя.

Я думал взять ядро раньше, но не хотел уподобляться демонам. Я также хотел посмотреть, смогу ли я сотрудничать с ним.

27 ГОД 217

“Появляется! — один из владык древонародов не мог сдержать своего восторга, когда из крошечной скорлупы, посаженной в особо удобренную землю, появился древолюд. Из земли вырос древолюд угольно-черного цвета с естественным магическим присутствием.

Древолюд был маленьким, размером с небольшой горшок, но сам факт его выживания был чем-то грандиозным. Исследователи Вальтхорна восхищенно наблюдали, а затем приготовили свое оборудование. — Поразительно.

Маг Пустоты установил первый контакт, приблизившись к маленькому древолюду. Тот зевнул и потянулся своими крошечными, будто из темного дерева, конечностями. Владыка древонародов немедленно напомнил ему быть предельно осторожным. Древолюд выглядел таким хрупким и крошечным, словно один палец мог легко сломать эту веточку.

Они прикоснулись к нему с величайшей нежностью, и он огляделся, его глаза были затуманенными и расфокусированными. Затем он последовал за ними.

Младенец-древолюд мог ходить с рождения, но его походка была неуверенной и шаткой. Маг Пустоты кивнул владыке древонародов. — Думаю, это безопасно.

Владыка древонародов немедленно приблизился и протянул палец к детенышу. Десятилетия экспериментов с жизнью привели к рождению первого древолюда, чувствительного к Пустоте. В конечном итоге целью было создать мага Пустоты, сильнее Стеллы, так что этот первый молодой древолюд Пустоты не будет сильнейшим, ведь мы станем лучше в этом.

Но сам факт того, что мы смогли это сделать, искренне радовал меня. Я посвятил применение своих эволюционных сил в основном тем расам, которые находил наиболее податливыми, таким как древолюды, ящеролюды и, в некоторой степени, люди. С эльфами, кентаврами, гномами и канари было немного сложнее работать с эволюционной точки зрения, главным образом потому, что их жизненные циклы были значительно длиннее, что влияло на экспериментальный цикл рождение — рост — зрелость — смерть.

Древолюды тоже были долгоживущими по своей природе, но они могли легко скрещиваться, что является наследственной особенностью их растительного происхождения, и это сделало их первым выбором моих исследователей для попытки внедрения магических сил и создания супермагов.

На самом деле, я иногда задавался вопросом, почему древолюды не были более распространены по всей мультивселенной, учитывая их адаптивность и магико-генетическую податливость.

Мои исследователи, конечно, были в восторге, и многие захотели бы планировать более детализированные варианты, такие как древолюды, ориентированные на водную стихию, или особые типы по набору навыков.

Наряду с этим мы продолжали наши усилия по обучению более специализированных классов в рамках нашей борьбы с демонами, в частности физических бойцов, таких как борцы и другие типы варварских классов, и даже имели очень хорошее сочетание расовых талантов от кентавров, гномов, ящеролюдов и древолюдов.

У нас был относительно хороший успех; мы подняли некоторых кандидатов варварского типа или бойцов до семидесяти пяти-восьмидесяти уровня, но потребуется десятилетие или два, прежде чем мы начнем видеть первых, кто достигнет сто сорокового уровня, которых мы затем будем подталкивать к получению их доменов.

Относительно короткое время, учитывая все обстоятельства.

Для классов экзорцистов, алхимиков и ведьм нам приходилось намного сложнее. В этом мире было очень, очень мало ведьм. Настолько мало, что их, вероятно, было меньше десяти, и они, казалось, были классом в упадке. Что касается экзорцистов, то их вообще не существовало. Эти роли обычно выполнялись жрецами, поэтому экзорцизм как специализация был излишним. Для алхимиков трудность заключалась в получении уровней и помощи алхимикам в повышении уровней в соответствующих классах.

Мы изо всех сил старались предоставить различные виды экзотических материалов, но прогресс был медленным. Этот опыт повторялся и для классов кузнецов или ремесленников. Нам удалось поднять нескольких до сотых уровней, но затем их прогресс значительно застопорился. Они брались за более крупные проекты и амбициозные творения, но почему-то уровни росли очень медленно.

Как в случае с Алка, он, казалось, набирал большинство своих уровней от производства оружия и его последующего применения в бою. Было почти так, как если бы система приказывала нам сражаться, и мне ненавистно, что система поощряла конфликты.

Это было отвратительно, но я продолжал снабжать их все более экзотическими материалами.