— Но эти сооружения можно активировать издалека? Леди Кэй, вы прекрасно знаете, что это стратегический риск. Комитет не одобрит это, и вам придётся обратиться к Эону, чтобы получить разрешение.

— Но герои

— Это должны решить Эон и высший совет, — ответили чиновники Вальтхорнов. — Вопросы стратегического риска не могут быть решены провинциальными чиновниками.

Бюрократия пронизывала весь Центральный Континент, централизованно курируемая моим советом и высшими руководителями. Мои искусственные разумы в целом наблюдали за бюрократией, хотя они больше беспокоились об угрозах, внутренней коррупции и инакомыслии. — Значит, мне придётся идти на встречу с Эоном? Но герои скоро уходят!

— Они могут вернуться, как только будет получено одобрение.

Мои искусственные разумы помогли отследить ожидаемые сроки появления следующего короля демонов. Это было относительно легко сделать, теперь, когда моя способность видеть астральные звёздные пути означала, что время было абсолютно ясным. Я мог буквально видеть их приближение. До них оставалось по меньшей мере семь-восемь лет. Это было хорошо. У героев ещё было много времени для их планов.

Арди, муж-человек Лозанны, скончался от старости. Он прожил долгую жизнь для человека, около ста лет, и его продолжительность жизни уже была увеличена его уровнями. Он был на ранних шестидесятых уровнях. Возможно, он прожил бы ещё несколько десятилетий, если бы достиг восьмидесятого уровня.

Для него устроили небольшие похороны во Фрешке, где его тело было погребено в соответствии с упрощённой версией церемонии смерти Хавы. В последние годы его жизни возраст действительно давал о себе знать, в отличие от Лозанны, которая была чистокровной эльфийкой. Лозанна даже сегодня выглядела лишь немного старше, чем в тот день, когда она отправилась в своё большое путешествие по миру.

Арлиса и Лауда тоже вернулись, чтобы увидеть своего отца. Лауфен, как свекровь, также присутствовала на похоронах. Примерно через неделю Лауфен села с Лозанной. — Ты жалеешь об этом?

Лозанна отпила чай. — Я пока не знаю. Я помню, как говорила тебе, что не буду, но теперь, когда это случилось, я не так уж уверена.

Лауфен просто держала дочь за руку. — Особенность нас, эльфов, в том, что когда наши дети женятся на ком-то, кто не так долго живёт, как мы, мы часто будем свидетелями старения и смерти наших правнуков. Как Арлиса и Лауда, будучи полуэльфами, они проживут гораздо дольше, но в конце концов умрут раньше нас. Это очень печально — видеть, как дети наших детей и их дети уходят раньше нас.

Лозанна просто тихо сидела, осмысливая всю тяжесть этой истины.

— Но я верила в красоту момента. Это то, в чём люди и существа с более короткой жизнью, вроде ящеролюдей, невероятно хороши. Их способность отбросить осторожность и просто жить настоящим. У нас, эльфов и древесного народа, тоже искажённое чувство времени, и мы слишком много беспокоимся о будущем.

— Ага.

— Итак, проведи время с Арлисой и Лаудой, — улыбнулась Лауфен. Лауда не унаследовал любовь матери к копьям. Вместо этого он был скорее учёным и напоминал мне Рому, которая теперь была старшим руководителем в одной из многочисленных торговых компаний Центрального Континента. Он ненавидел мамины экспедиции в подземелья и предпочитал более спокойные занятия, такие как писательство и искусство. — Желательно не вместе.

Два брата и сестры, рождённые с такой большой разницей в годах, не слишком ладили. Они родились в разное время и с разными ожиданиями. Лозанна в какой-то момент была довольно напряжена тем, что она была одной из самых сильных во Фрешке, но теперь у меня были Эдна, Люмуф и многие другие, кто был сильнее.

Возможно, это был груз долга, из-за которого, будучи одной из сильнейших, она чувствовала себя, пусть даже совсем немного, ответственной за эту нацию, которую я построил, а не свободной жить той жизнью, которой хотела. В каком-то смысле я полагал, что пренебрёг их личными желаниями. Когда этот груз спал, Лауда смог вырасти с более уверенной, менее напряжённой матерью, и это также отразилось на том, насколько расслабленным был характер Лауды, по сравнению с Арлисой, которая была растеряна и легко подвергалась стрессу, несмотря на её природные таланты.

Обучение людей было настоящей азартной игрой. Они не всегда получались такими, какими ты их хотел видеть, и часто у них были свои собственные планы. Это то, к чему я пришёл, и поэтому способ поддерживать стабильный кадровый резерв заключался в его расширении и постоянном поиске. Таким людям, как Эдна или Люмуф, молодым или старым, до тех пор, пока у них были стремление и искра, я был готов дать шанс.

Потому что я видел, как многие таланты угасали после хорошего старта. Люмуф, например, был одним из тех стариков, кто обрёл второе дыхание. Теперь он был вторым по силе. Жизнь была странной, и многое в ней требовало возможностей, стремления, мотивации и правильного настроя в нужное время. Некоторым из этих талантов нужно было дать время, чтобы стабилизироваться, созреть самостоятельно, прежде чем их можно было бы продвигать дальше.

Это была игра чисел, а также умение замечать их по мере их роста.

Фрешка была посвящена развитию талантов. Вот почему я хотел создать все эти различные академии, чтобы обучать разных людей для разных целей.

Но, как и в случае с Арлисой, было также важно признать тех, кто, обладая всеми талантами, был замечен и быстро обучен, но затем просто угас.

Некоторые были такими. Возможно, что-то потушило огонь в них. Возможно, комфортная обстановка академий подавляла их. Им нужно было быть одним, бороться с миром, чтобы преуспеть. Люди, казалось бы, в схожих обстоятельствах могли действовать совершенно по-разному.

Несмотря на это, я всё же видел ценность наличия надёжной сети сбора талантов. Одна Эдна или Люмуф легко перевешивали затраты на обучение ста тысяч студентов, которые так и не достигли успеха. По правде говоря, около пятидесяти-пятидесяти пяти процентов в итоге становились выше среднего уровня, достигая пятидесятых-шестидесятых уровней. От тридцати до сорока пяти процентов отсеивались, обычно застревая на сороковом уровне, и меньший процент, от двух до пяти, поднимались до восьмидесятого уровня. Это происходило несмотря на то, что эти люди уже были предварительно отобраны за какой-либо талант. Это также занимало годы, особенно для тех пятидесяти-пятидесяти пяти процентов. Они упорно трудились и имели некоторый талант, но путь оставался тяжёлым.

По всему Центральному Континенту у нас было множество малых городов-академий, подготовительных школ для обучения даже самых маленьких детей основам и для рекомендации любого, кто обладал хоть каплей таланта, для дальнейшего развития. С относительной безопасностью и процветанием Центрального Континента, особенно в последние несколько десятилетий, мы заметили незаметное, но вскоре ставшее очевидным снижение рождаемости и увеличение числа молодых детей, занимающихся торговлей и коммерческой деятельностью.

По мере улучшения качества жизни, казалось, семьи тоже становились меньше. Я думал, это лишь феномен современного мира, но, похоже, даже в таком мире, как этот, улучшение условий жизни в целом приводило к снижению рождаемости. Что было крайне странно, и мне нужно было исследовать это подробнее.

Очевидно, были лучшие условия для поддержки маленьких детей, и существовали централизованно финансируемые ясли и детские сады. И всё же семьи просто становились меньше.

33

ГОД 185

— У меня плохие новости и хорошие. Начну с плохих, — сказала Стелла, завершая годы экспериментов с Испорченным Ядром Демона. — То испорченное ядро демона, что у тебя есть, почти наверняка сломано. Оно повреждено и не подлежит ремонту на моем уровне способностей. Не без риска детонации. После многочисленных тестов я уверена, что причина его повреждения — нежелательное взаимодействие со звездной маной. На ядре обнаружилось несколько весьма убедительных следов повреждений.

Впрочем, это было не в первый раз, когда она сообщала мне о поломке, но я попросил ее провести тесты, чтобы быть абсолютно уверенным. Конечно, это заняло много времени, и мне пришлось помогать ей в течение последних нескольких лет с гибридной маной и поставлять крошечные порции звездной маны.

— Значит, у нас нерабочий экземпляр. Подтверждено. А теперь хорошие новости: из того, что я видела и могу с разумной долей уверенности заключить, твоя идея о том, что ядро демона является генератором порталов, весьма вероятно, верна. Исходя из внутренней структуры и конструкции, я теперь почти на девяносто процентов уверена, что ядро демона — это массивная экранированная аккумулятор пустоты и портальный ключ. В нем есть несколько неповрежденных элементов, которые так естественно реагировали на пустотную ману, и были магические пути, пытавшиеся получить доступ к неким записям или путям во встроенной библиотеке, которая, к сожалению, по большей части повреждена.

Это объясняло ощущение, будто испорченное ядро демона хотело что-то сделать, словно запустить компьютер с неисправным оборудованием. Оно обращалось к всё ещё функционирующим частям ядра демона, но не могло полностью завершить запуск.

Стелла, конечно, уже знала о моих земных воспоминаниях.

— Это практически как гиперпространственный реактор звездолета, звездная карта и навигационный модуль, объединенные в одном.

— Хорошо. Абсолютно уверена, что это повреждение от звездной маны?

— На девяносто девять процентов, — ответила Стелла.

— Значит, если я хочу воспользоваться демоническим способом переброски кого-то вроде короля демонов, мне придется убить короля демонов, не используя звездной маны.

— Что ж жив ли король демонов или мертв, это ведь не имеет значения, верно?

34

ГОД 186

Мы слышали истории о героях, завершивших свой поход по Северным Островам. Они провели около полугода, посещая различные королевства и города, и, судя по всему, даже создали какие-то защитные устройства. Затем пошли рассказы об убийцах.

На героев напали убийцы, вооружённые геройскими предметами. Это не было упомянуто по официальным каналам, но моя шпионская сеть Вальтхорна чётко зафиксировала произошедшее.

Настолько, что один из моих главных шпионских мастеров обратился ко мне с просьбой отправить на север больше людей.

— Вам слово, Мастер Интип.

— Север всегда был одним из самых трудных мест для проникновения. Естественная природа архипелага означает, что новости распространяются медленнее обычными способами, а магические послания часто искажаются магическими ветрами.

— Мы сталкиваемся с такими проблемами и в других местах, — ответил Люмуф. Действительно, острова и магические возмущения не были редкостью.

— Верно. Но мы столкнулись с убийцами. Уже десять наших информаторов убиты, а наши собственные агенты вынуждены скрываться. На севере нам нужны высокоуровневые специалисты, а не просто рядовые сотрудники тридцатых-пятидесятых уровней.

В этот момент я спросил: — Разве у нас нет шпионов более высокого уровня?

— Шпионы — это, по сути, воры и осведомители. Их классы по своей природе криминальны. Шпионов, которые у нас есть, мы, по сути, вербовали из дворянских классов, традиционно служивших своим господам для шпионажа за соседями. — Внутренние распри между моими вассалами, по сути. Они умирали быстро и часто, так что хорошие долго не задерживались. Это был явный недостаток. Я не осознавал, что моя зависимость от моих деревьев как основной разведывательной сети означала отсутствие реальной программы по развитию моей шпионской и разведывательной службы; даже если бы я мог даровать им более высокие классы, им всё равно нужны были возможности и испытания.

Но было уже слишком поздно. Придётся это исправить для будущих конфликтов. — Хорошо, и что же нам теперь делать?

— Мы можем отправить наших более высокоуровневых Вальтхорнов, тех, кто уже перевалил за пятидесятый уровень, и обучить их некоторым шпионским навыкам, — предложил Мастер Интип. — Это даст нашим шпионам необходимую боевую компетентность, если им придётся столкнуться с теми, кто убивает наших информаторов.

Эдна замолчала. — Эти убийцы, они связаны с Лаензой?

Кей, случайно присутствовавшая на встрече, сказала: — Когда я была там, я столкнулась с другой организацией и воспользовалась её услугами. Союз Роузвуд.

Мастер Интип кивнул. — Роузвуды — одни из моих главных подозреваемых, но мы всё ещё пытаемся установить мотив. Раньше они работали с нами, по крайней мере, на низшем уровне, но что-то изменилось недавно, и они отказались от сотрудничества. Те, кого мы захватили, мало что сказали, кроме того, что они не будут с нами работать.

— Есть какие-нибудь подозрения?

Кей замялась. — Это из-за героев? — В этот момент Кей повторила свой опыт и то, что она сказала Роузвудам.

Шпионский мастер явно кивнул. — Я подозревал, что это как-то связано с нашей прежней миссией, но мы не были в курсе содержания того разговора. Очевидно, это то, чем следовало поделиться гораздо раньше. — Шпионский мастер испепелил Кей взглядом, и та неловко заёрзала.

— Похоже, они уже знали, что это мы, и это также было связано с героями. Как это вяжется с покушениями на героев? Как эта группа убийц раздобыла геройские предметы, и каковы их мотивы?

— Мои источники утверждают, что это давняя вражда. Они — культ поклоняющихся демонам, которые пытаются использовать силы демонов, чтобы принести спасение.

Это звучало очень знакомо.

— Они часто смешиваются с теми, кто использовал магию крови, но несколько десятилетий назад те, кто использовал магию крови, отделились от них, и они практически исчезли на некоторое время. Но мало кто знает правду.

Эдна нахмурилась. — Если у них есть геройские предметы, они могут угрожать любому из нас. Эти геройские предметы не так-то просто найти, так как же они их заполучили?

— И геройские предметы все очень громоздки, если их нужно перезаряжать.