Это было довольно умно. Правители, в конце концов, не обладали железной хваткой и старшим братом над своим населением, а теперь их собственные граждане были напичканы всеми этими обвинениями от храмов.

Эти обвинения усиливали существующее недовольство. Первая победа Свежеземья и последующее изменение лояльности привели к переселению многих людей, к этому добавились сдавшиеся солдаты, несколько сотен тысяч, что затем увеличило нагрузку на города и деревни, принявшие их.

Это было то, что медленно накапливалось со временем. По мере расширения Свежеземья возникали естественные стратификации и линии разлома. Были те, кто из основных городов, те, кто жил в первоначальных сегментах Свежеземья, а затем были вновь присоединённые и ассимилированные королевства.

У каждого были разные мнения друг о друге, и это могло быть что-то безобидное, например, граждане одного города считали граждан другого города странными. Все эти маленькие различия, подозрения и различные культуры были формулой для конфликта.

Это было нормально. По мере расширения видов, многие вступали в конфликт с другими видами, занимающими ту же нишу.

Культурные различия были источником конфликтов, и Совет Представителей, несмотря на своё разнообразие, всё ещё не мог развеять все эти обвинения и подозрения. Люди просто естественно формировали свои и чужие группы. Мы и они.

Восстания вспыхнули в нескольких соседних государствах. Это было то, что Жасмин предсказывала на основе своих наблюдений. Моя способность наблюдать за этими соседями была довольно ограничена, так как многие построили укреплённые дороги и площади, а деревья росли в основном в садах и на специально отведённых аллеях. Тем не менее, мы хорошо чувствовали их настроение, их недовольство и несчастье.

Я разработал план с военным советом. Они знали, что что-то подобное произойдёт. На самом деле, все знали. Даже сами короли знали, что вот-вот вспыхнет восстание. Даже обычные граждане, обладавшие чуть большим кругозором, могли это предвидеть.

Это было настолько очевидно. Эти культурные линии разлома вспыхнули. В некоторых случаях это приняло расовый оборот. Люди против не-людей. Эльфы против кентавров. Некоторые короли обладали навыками подавления восстаний и нелояльности и быстро использовали их. Более слабые короли такими навыками не обладали, поэтому произошло восстание. Они использовали свои армии для их подавления. Я решил не вмешиваться, если меня не пригласят.

Тем королям, которые смогли контролировать свои королевства, мы быстро предложили помощь в устранении основных причин их недовольства. Обычно это были довольно простые вещи, такие как нехватка еды, плохой урожай или просто плохое обращение со стороны местных лордов. Вещи, которые одна-две повозки с едой иногда могли решить.

В некотором смысле, это были обычные программы завоевания сердец и умов, направленные на снижение социального давления, существующего в этих королевствах.

Изобилие помогало развеять опасения по поводу дефицита. Многие из этих групп населения едва были самодостаточными. Тем не менее, изобилие никогда не удовлетворит жадность смертных. Единственный способ обеспечить достаточное распределение помощи и припасов заключался в том, чтобы у меня были люди повсюду для разумного распределения этих ресурсов.

— Мы собираемся распространить социальные службы Валтрийского Ордена на все наши союзные государства. На все.

Лауфен, конечно, был перегружен. Но к этому времени Валтрийский Орден стал огромной институцией и вырос почти до сорока тысяч человек. Было множество Валторнов, обладавших более оборонительными или поддерживающими навыками, которые могли помочь в широкомасштабной социальной и общественной работе, будь то простые вещи, такие как повышение урожайности или ремонт плохого жилья, до обычных видов социальной работы, выполняемой храмами, а именно целительства и ритуалов.

— Нам нужна массовая система подготовки жрецов и система поддержки. Мы не можем просто отправлять наших людей во все эти соседние королевства и ожидать, что они преуспеют без надёжной логистической сети.

Поэтому Валтрийский Орден начал массовый набор персонала. Нам нужно было увеличить численность рабочей силы, если мы хотели попытаться преодолеть эту пропагандистскую атаку.

Было два аспекта: решение краткосрочной проблемы восстания, а затем решение долгосрочной проблемы того, что вызывало и питало восстание. Это была не обычная война.

Это была культурная война.

Группа из двух тысяч жрецов и различных других социальных работников направилась в горячие точки. Места, где социальные модели Жасмин и Патрика указывали на возможное беспокойство.

Казалось немного похожим на Особое мнение, что мы отправляли социальных работников до того, как что-то плохое случится, но в некотором смысле это была превентивная работа, верно?

Никто не бунтует в одночасье. Это кульминация десятилетий страданий. Аналогично, чтобы развеять эти чувства дискомфорта, также потребуется самоотверженная забота и внимание. Я мог бы порождать больше Древ Молитв повсюду. Эти деревья могли бы снизить общий уровень стресса и вызвать чувство спокойствия и безмятежности. Но это не сработало бы, если они уже были в бешенстве.

Если бы они были в моей долине, я мог бы быть ещё более навязчивым и использовать психические и сновидческие атаки на них, но это было бы всё равно что использовать молоток, чтобы разрезать торт.

Итак, массовый набор персонала.

Как только у меня появятся нужные цифры, их нужно будет обучить и подготовить.

Давайте создадим масштабный учебный центр для жрецов, — мысленно сказал я себе. Поскольку эти боги относились ко мне как к равному божеству, даже если я был злым, пришло время перейти в режим сверхнагрузки и вести себя как настоящая религия.

Культурную войну можно было победить только другой культурой. Если я хотел устойчиво оттеснить эти вражеские культуры, я должен был сначала обратить всех в Свежеземье в свою культуру и религию. Иначе одно постановление или божественное послание — и большая часть моего населения восстанет.

Это было неприемлемо.

Я отметил холмистую местность рядом с Фрешкой и приступил к работе. Большая лесная зона была объединена с несколькими Гигантскими Деревьями-Стражами. Это должен был стать мой Ватикан, моя Святая Резиденция, и я хотел, чтобы эта область была видна даже издалека.

Я использовал свои силы, чтобы сделать их самыми высокими Гигантскими Деревьями-Стражами из когда-либо созданных, и на это ушёл примерно месяц работы и придания формы с помощью моего формования древесины. Это было легче, так как я работал с более крупными объектами. Я сделал жилые помещения, лекционные залы, тренировочные комнаты, множество ритуальных комнат, места для гостей и всё такое.

Я призвал десять самых опытных и высокоуровневых эонических жрецов.

— Я чрезвычайно доволен вашими усилиями за последние несколько лет по противодействию пропаганде, распространяемой нашими противниками.

Все десять преклонили колени в кругу вокруг Древа Молитв. Это было то же место встречи.

— Пришло время вознаградить вас за вашу веру и преданность. — Там было пятеро мужчин и пятеро женщин.

Все десять получили либо Патриарха Эона, либо Матриарха Эона. Это были улучшенные классы эонических жрецов, которые должны были значительно усилить способности всех их обычных жрецов.

Они съели плоды, содержащие классы, и мгновенно все десять вскрикнули. Их тела затряслись, и я почувствовал, как их духи ярко засияли. Их кожа слегка позеленела, и все их глаза приобрели зелёное светящееся кольцо.

Один из них, мужчина средних лет, служивший в основном в Юго-Восточных Сегментах, поднялся первым. — О, Эон, наш великий покровитель земли, мы получили твои благословения.

Все они поднялись, их тела стали здоровее и сильнее. Я почувствовал, как присутствие моего Домена слегка вливается в них.

Повлиял ли выбор моего Домена на тип силы, которой обладали мои жрецы? Но неважно. — Встаньте, мой Совет Архов, ибо бремя расширения нашей веры лежит на ваших плечах.

Десять поднялись и сели в круг. Вместе они, казалось, излучали физическое сияние.

— Другие боги отрицают моё присутствие в нашем мире, — сказал я. — Мне потребуется, чтобы вы отбросили их. Мой первый приказ — основать Школу Древологии, где будут обучаться все жрецы. Мой второй приказ — обеспечить веру и лояльность всех наций, союзных Свежеземью.

Десять ответили в унисон, их голоса, казалось, эхом разнеслись, подобно хору. — Мы принимаем твои заповеди!

Затем я призвал эонических жрецов отовсюду. Если я хотел стать настоящей глобальной религией, пришло время создать надлежащую структуру, единый свод принципов и, ну, силу. Обычные Жрецы получали обычные способности: исцеление, лечение ран, некоторые защитные и щитовые силы.

Пришло время этим новым десяти Патриархам и Матриархам управлять всем и распространять веру Древа по всему миру.

51

ГОД 132

Это третья группа будущих жрецов и студентов. Жрец жестом указал Патриарху на группу из пятидесяти человек, входящих в комнату. Все они поклонились и быстро прошли короткое собеседование. Проверка их веры: Патриарх заставил их зачитывать устав Свежеземья. Затем последовал опрос о моих способностях.

Чувство было странным, но в то же время я оцепенел. Школа Древологии должна была быстро расширяться, чтобы удовлетворить потребность в социальном и культурном влиянии в регионе, поэтому ей пришлось расти стремительно.

Конфликты и путаница возникли естественным образом. Скорость означала отсутствие должного планирования, и казалось, что десять Декархов — Декархи, потому что их было десять: патриархи и матриархи — быстро пришли к разным мнениям о том, как расширять школу. Вскоре они препирались из-за таких вещей, как правильный способ молитвы, правильный способ ведения дел и их методы.

Я созвал их всех, и каждый представил свою позицию. Каждый Патриарх прибыл из разных мест, и наблюдалось некоторое разнообразие рас. Один из них был полуэльфом, другой — кентавром, третий — древолюдом. Таким образом, у каждого были свои области, которые они считали важными в своей вере.

Для некоторых это была забота о земле. Это означало, что они были одновременно жрецами и друидами. Для другого это касалось рождения и смерти душ, а также церемоний. Хотя казалось, что они могли бы сосуществовать, их споры перерастали в прения о том, что имеет более высокую ценность, или в семантические расхождения.

Например, один из них, в своей практике чествования умерших, хоронил тело в земле и сажал на нем дерево. Однако тела смертных иногда несли в себе болезни или яды. Для одного было все равно правильно хоронить их. Для другого забота о земле имела приоритет, поэтому больной или отравленный труп следовало сжечь или, по крайней мере, обработать перед погребением.

Эти конфликты часто порождались небольшими, но фундаментальными различиями в том, какие ценности считались наиболее значимыми. Это были малые конфликты, в том смысле, что они все еще могли жить друг с другом и действовать в одной и той же области, но, безусловно, это было идеологическое расхождение. В некотором роде это было похоже на разных учителей в школе, каждый из которых считал свой предмет самым важным.

Но в то же время я не хотел подавлять эти различия во мнениях. Я не видел себя основателем ортодоксии, где существовал бы только один источник истины или мнения; это, безусловно, не соответствовало тому, как растения эволюционировали и приспосабливались к своему окружению.

Таким образом, моя вера должна быть способна эволюционировать, и было бы правильно изначально заложить готовность принимать различия во мнениях. Но в то же время, вера, которая могла эволюционировать, также могла бы ссориться и в конечном итоге развалиться. Однако, когда я размышлял над этой проблемой, независимо от того, создал я ее или нет, вера естественным образом эволюционировала бы, поскольку жадность и инстинкты человека означали бы, что правила со временем менялись бы. Было бы правильно, если бы я заранее установил механизмы для этого и донастроил их, поскольку я, в конце концов, был их божеством.

Итак, десяти Декархам я решил позволить каждому из них возглавить свой собственный отдел. Студент должен был бы ротировать и пройти через все отделы в течение двух-трех лет обучения на жреца. Были бы дебаты и система голосования, поскольку десять Декархов должны были принимать решения. Со временем я понимал, что, вероятно, расширю Декархов до полноценного совета верховных жрецов, но это будет в ближайшем или отдаленном будущем.

Пока же, департаментский подход казался лучше. В теории я мог бы согласиться с любым из десяти и решить, что это канон, но дерево существует в реальном мире, и правильным способом было позволить жрецам выполнять свои обязанности и наблюдать за последствиями таких верований, а затем применять корректирующие указания по мере необходимости.

Одна вещь, которую я быстро заметил среди смертных этого мира, заключалась в том, что они не верили ни во всемогущество, ни во всеведение бога. Концепция единого бога всего не существовала просто из-за видимой божественности меньших божеств и высших богов.

Поэтому мне показалось довольно странным, что в этом аспекте эти люди были прогрессивными. Они могли принять, что боги могли менять свои мнения, и часто в своих молитвах к божествам они пытались договориться с богами. Даже если это было бесполезно. Было ли это потому, что они всегда жили в мире, где ожидался пантеон богов? И они, казалось, без особых оговорок признавали, что боги имели ограниченный круг сил.

Тем не менее, различия возникали из-за их разных интерпретаций и приоритетов. Это было естественно, и я должен был позволить этому идти своим чередом.

В этот период напряженного мира, когда храмы все еще планировали второй крестовый поход, я продолжал улучшать наших жуков и пауков — новые варианты убийц и античеловеческих видов, а также увеличивал дальность стрельбы для моих новых артиллерийских жуков-бомбардировщиков. Они были крупнее, размером с гигантского жука, и двигались гораздо медленнее. Но они могли выстреливать кислотным снарядом, который пролетал на несколько сотен метров, что делало их полноценными стрелками. Даже если во всем остальном они были совершенно беззащитны.