— Наш брифинг предполагал, что эти места всегда были полны демолита.

— Прошло четыре десятилетия. Возможно, герои уже добыли их все.

По мере того как я отталкивал всё больше и больше демонической жижи, она открывала истерзанный ландшафт. Там были огромные подземные дыры, пещеры, образовавшиеся в результате магических взрывов. Мы могли судить по круглой форме пещер, гладким краям, которые указывали на то, что что-то уничтожило всё на своём пути.

Фарис сильнее всего страдал от опустошения — тяготы Великого эонического друида; их эмоции очень сильно зависели от состояния земли. Он видел массивную расщелину и останавливался, ненадолго касаясь земли.

— Ты в порядке? — Эдна подошла. Там было много других Вальторнов; они тщательно осматривали территорию на предмет любых потенциальных магических предметов.

Фарис должен был остановиться. — Не совсем. Этот ландшафт он давит на меня.

— А?

— Силу друида в некотором смысле можно разделить на три основные ветви. Деревья и животные, ветер и вода, и, наконец, земля, — объяснил Фарис. — Наша связь с этими тремя ветвями поначалу может быть почти равной, в зависимости от нашего класса, хотя обычно мы больше известны своей связью с деревьями и животными. — Конечно, были вариации в классах и школах обучения. Некоторые друиды были чисто древесными. Я полагал, что мои Эонические друиды были более ориентированы на деревья, хотя Фарис как Великий эонический друид должен был быть похожим.

Эдна мгновенно всё поняла. — Ах, значит, боль земли говорит с тобой.

— Что-то вроде того, — сказал Фарис. — Неприятное ощущение.

Эдна улыбнулась и поддразнила подругу и соратницу. — Наверное, это как быть слишком чувствительным.

Фарис ударил её палкой.

Следующее место, которое я хотел исследовать, было то, где погибли Гуйхванг, Харрис и все остальные. Я, конечно, был свидетелем их смерти, и мощный взрыв оставил огромный кратер. Этот взрыв уничтожил короля-демона и все деревья, которые у меня были в этом районе. С тех пор территория была недоступна из-за непрекращающейся огненной бури.

— Магическая буря. — Эдна и Вальторны наблюдали за ландшафтом. Остаточная магия. Со временем она утихнет. Возможно, через несколько лет. Однако это происходило не всегда, что было странно. Будто боги бросали кости, будет ли магическая буря или нет.

— Придётся подождать, пока она успокоится, — мысленно произнёс я. — Бывают дни, когда огненная буря немного ослабевает.

Может быть, там был демолит.

Множество королевств представили свои предложения, несмотря на протесты храмов и прочих. Некоторые делали это тайно. Они не хотели публично заявлять храмам, что ищут альтернативы.

Предложения были интересными. Наше приглашение к торгам было разослано довольно широко, с указанием, что я ищу способ создать трансконтинентальный путь через Гнилоземье.

Некоторые королевства предлагали своих принцесс в жёны. Некоторые предлагали долю от налогов. Некоторые прямо предлагали контроль над всей своей армией.

Представители сели и оценивали предложения.

— Какой в этом смысл? — спросил один довольно циничный представитель. — В конце концов, Эон ведь всё равно решает, верно?

Кавио кивнул. — Эон согласился на три потенциальных альянса, и сказал, что выберет два из них. Последний предстоит решить нам.

Причина, по которой я это сделал, была проста. Жасмин, по её наблюдениям за людьми, и ментальные чтения Патрика показали, что совет уставал. Они обладали большой властью над второстепенными вопросами, но я чувствовал, что они ощущали себя отстранёнными от общего курса Свежеземья. Позволить им иметь голос в важных делах, я полагал, помогло бы?

Я наблюдал за их мыслями. Все они думали, серьёзен ли я или это испытание.

— Кавио, ты когда-нибудь думал о женитьбе? — телепатически обратился я к присутствующим представителям.

Лицо Кавио мгновенно побледнело. — Эон, ты ведь не имеешь в виду

— Некоторые королевства предлагали браки. Конечно наши представители более чем достойны такого положения.

В их умах закрутился вихрь мыслей, и я обнаружил некое вожделение среди присутствующих представителей. Некоторые из них были дворянами, делегатами своих родителей, которые управляли их городами или владениями. Некоторые были избранными представителями от своих родных государств. Были некоторые различия в том, как воспринималось это положение местными правителями; некоторые рассматривали это как ключевую тренировочную площадку, прежде чем они вернутся домой, чтобы принять дела от своих семей; некоторые дома посылали сюда своих младших детей, в то время как их первенцы оставались дома, активно тренируясь.

Я подумал, что это сделает этих представителей не столь преданными, поскольку теперь они будут находиться под влиянием и указаниями этих далёких королевств. Их жёны, или, возможно, мужья, использовали бы их как лазейку для общения со мной.

Реалии геополитики. Свежеземье больше не было просто долиной Фрики.

Я должен был обладать мудростью и принять тот факт, что можно управлять конкурирующими приоритетами и влияниями. Точно так же, как деревья росли в пышных тропиках, так и в холодных, заснеженных высокогорных районах и в сухих, обширных степях. Мир не состоял из одного типа среды. Деревья тоже адаптировались и эволюционировали, хоть и крайне медленно.

Люди тоже были разными. Свежеземье было растущим, обширным пространством. Пути и методы городского государства и империи должны были различаться.

Представители несколько дней вели серьёзные дебаты. Теперь было около семидесяти двух представителей, так как внутреннее Свежеземье разрослось до более чем двадцати сегментов. Были также делегаты от Шести Портов, а затем представители сдавшихся или союзных королевств.

— Возможно, рука должна быть предложена Верховному Представителю Шести Портов?

— Или рука королевств?

Это был сущий беспорядок, и я не обращал на это особого внимания. Каждый представитель хотел чего-то для своего родного государства. В конце концов, только одно из трёх мест будет выбрано представителями.

— Рад, что ты больше не на месте Кавио? — Ивон улыбнулся и похлопал Юру по плечу. Ивон был почти семидесятого уровня как Мастер-наставник.

— В точку. — Юра кивнул. — Я, может быть, и Военачальник, но иметь дело с препирающимися дворянами очень утомляет. Я бы лучше сражался с высшими гибридными чемпионами.

Мои элитные Вальторны тоже почти достигали предела. Эдна была на семьдесят восьмом уровне как Великий эонический рыцарь, а Фарис — на семьдесят шестом. Многие другие были на шестидесятых уровнях. Они всё ещё совершали регулярные экспедиции в Гнилоземье, но в эти дни стало труднее находить демонических гибридов чемпионского класса для боя. Поэтому их рост соответственно замедлился.

Вместо этого многие начали подрабатывать авантюристами, сражаясь с другими монстрами, которые появлялись в Свежеземье.

Согласно нашей конституции, я обеспечил безопасность на определённых обозначенных маршрутах. Жуки патрулировали те места, и поэтому эти территории были безопасны. Однако монстры всё ещё часто появлялись, и магические аномалии, низшие некроманты и прочие неприятности оставались на откуп авантюристам.

Это была уступка для лоббистской группы авантюристов.

— Ты уже сотого уровня достиг? — спросил Ивон.

— Нет. Всё ещё на девяносто четвёртом уровне, — ответил Юра. — Но, честно говоря, дело не в ограничении. Просто нехватка подходящих противников на этом уровне.

— Может быть, ты мог бы сам нырнуть в подземелье и в одиночку уничтожить их?

— В Свежеземье нет подземелий. Присутствие Эона это обеспечило. Все подземелья находятся за пределами Свежеземья.

Досадный поворот событий заключался в том, что моё подавляющее присутствие помешало росту естественно возникающих подземелий, поэтому в Свежеземье не было подземелий! Это, конечно, было проблемой для авантюристов. Какая же, в конце концов, приличная фэнтезийная империя обходится без авантюристов? Но если нет подземелий, то количество авантюристов и их качество, естественно, будут ниже.

Я был осведомлён об этой проблеме некоторое время Просто, ну, я мог сосредоточиваться лишь на нескольких вещах одновременно. Подземелья были естественными явлениями, возникающими из накопления магии. Присутствие деревьев и моих корней, которые распространялись повсюду, по сути, вытягивали магию и предотвращали слишком большое накопление магической энергии.

Вместо этого магия распределялась и накапливалась в лесах. Поэтому леса и джунгли Свежеземья в среднем имели более сильных монстров. Волки, птицы и всё такое были обычно крупнее, сильнее и чаще обладали магическими особенностями. Некоторые даже имели эонические варианты, и я мог давать этим эоническим монстрам инструкции, хотя они не всегда им подчинялись. Большинство этих лесных монстров были территориальны, поэтому они оставались в пределах лесов, и в сочетании с тем, что леса были охраняемыми территориями, они редко встречались широкой публикой или авантюристами.

Меня терзали сомнения. Если я хотел укрепить авантюристов, им пришлось бы сражаться с более сильными монстрами. В Свежеземье это либо найти способ создать подземелье, где могли бы появляться более сильные монстры, либо позволить этим авантюристам сражаться с этими эоническими монстрами. Но я не хотел этого; я вообще-то привязался к этим лесным собратьям.

— Мы можем использовать авантюристов для прореживания популяций монстров, которые слишком разрослись. — В настоящее время Тревор управлял численностью монстров в лесах. Если их становилось слишком много, он уничтожал их армией жуков.

Я всё ещё был в смятении.

Но на самом деле это было краткосрочное решение. Сокращение численности больших стай не было бы устойчивым, да и не дало бы много заданий этим авантюристам.

Представители в конце концов остановились на одном из королевств, которое предложило трёх принцесс, большой объём торговли и регулярные выплаты. Мне всё ещё предстояло решить относительно двух других.

О чём я вскоре пожалел. Я смотрел и обдумывал все варианты и решил, что не очень хорош в принятии решений.

— Патрик, Тревор, Димитрий Поможете? В смысле, поделитесь мыслями?

— Конечно.

Прошла пара недель активных обсуждений, и мои искусственные разумы вскоре представили мне презентацию. Я чувствовал себя генеральным директором, которому представляют отчёт о наилучшем решении.

— Мы оценили следующие заявки и отобрали следующие пять королевств для вашего рассмотрения, Хозяин, — начал Тревор. Он был старейшим из искусственных разумов, поэтому он как бы руководил.

— Совместная заявка от двух королевств-близнецов Иллисар и Аленас является нашим первым выбором. Они предложили четверых детей двух королей в качестве потенциальных брачных партнёров. У них также есть доступ к четырём крупным месторождениям драгоценных камней, и они согласились отчислять нам 15 процентов, а их расположение близко к северным рекам. У них была история войн с соседями, и их два более крупных соседа всегда хотели их завоевать. В прошлом они терпели неудачи из-за двух королей высокого уровня, и у них есть небольшой круг сильных генералов. Но их сильнейший король умер от демонической раны несколько лет назад, и новый король слабее.

Я мысленно кивнул. Ладно, они были слабы, и у них были все причины сотрудничать с нами. У них также были месторождения драгоценных камней, которые мне были нужны для улучшений.

— Они также являются страной, не имеющей выхода к морю, поэтому им действительно нужен этот альтернативный торговый путь. Их торговцы часто становятся мишенью речных пиратов, особенно когда корабли путешествуют по землям соседних стран, и поэтому главная река, протекающая через их королевство, является ненадёжным источником торговли.

Ладно, они были в отчаянии.

— Вторая лучшая заявка, по нашему мнению, от Королевства Тиапесок. Опять же, они предложили пятерых детей королевской семьи на наш выбор.

— Патрик, Тревор, может, вырезать часть про детей. Мне это совершенно неинтересно.

— Я полагаю, что они актуальны для наших Вальторнов, и политически мы можем использовать их как награду для лояльных наций, — сказал Тревор. — Если мы хотим поддерживать лояльность на обширной территории, было бы неплохо использовать их в качестве наград.

— Серьёзно?! Что?! Это что, как в игре Тотальная война или ЕУ4, или Короли-крестоносцы, где я свожу королевских особ с достойными генералами для поддержания лояльности? Серьёзно?

— В связи с этим количество имеет значение, — продолжил Тревор. — Жасмин также подтвердила, что многие дворяне часто борются за хороших брачных кандидатов. Таким образом, эти брачные кандидаты обладают политической и экономической ценностью.

— Но каково наше место в этом?

— Мы контролируем торговые пути, Хозяин. Богатство, генерируемое торговыми путями, — это кнопка, которую мы можем включать или выключать.

Жасмин, Тревор и Патрик замолчали.

— Кроме того, получение брачных кандидатов также имеет решающее значение, поскольку они ценны из-за потенциальных наследственных навыков.

— Наследственные навыки?! — Ладно, что это, чёрт возьми, такое?

— Из наших анализов дворянства, общая черта, которая позволяла дворянам сохранять свою власть и влияние, несмотря на постоянные изменения в мире, — это способность передавать определённые навыки и преимущества своему потомству.

— что?

Это звучало до чрезвычайности знакомо. Разве у меня уже был такой разговор? Неужели какие-то дворяне говорили мне о наследуемых навыках?

— Хозяин, наше предложение требовало, чтобы мы использовали наборы навыков дворянства для производства более сильного потомства. Дворяне и различные расы демонстрируют эффекты унаследованных навыков. Возможно, это чуть более сильная физическая мощь, или просто естественные способности к обучению, или немного более высокая скорость набора уровней.