Харрис, теперь, когда он начал чувствовать себя немного лучше, несмотря на то, что его конечности всё ещё горели от боли, отправил сообщение своим подчинённым и приспешникам домой. Я задавался вопросом, счастливы они или опечалены тем, что их король жив. Возможно, королевство продержится ещё немного. Или это может означать, что конфликт, который произошёл, когда все дети стали старше, будет более смертоносным и свирепым.

— Мы оба не можем покинуть это место, — сказал Харрис. Он сидел в зоне отдыха в Тайном убежище. Даже с моим исцелением я смог лишь подавить порчу, чтобы они могли позволить себе некоторую степень свободы, но оставленная без присмотра, она вспыхнула бы в течение недели.

— Мы могли бы телепортироваться туда и обратно, — сказала Мирей.

— Я не могу управлять своим королевством вот так, — пожаловался Харрис, и у него было много забот. — Мне придётся делегировать свои полномочия.

— Отлично! — Мирей просто рассмеялась над своим другом. — Наконец-то тебе придётся взять себя в руки и отрезать этот чёртов кусок. Передача власти и обеспечение того, чтобы они не дрались друг с другом до твоей смерти, — это лучшее, что ты можешь сделать как отец, Харрис. Эта медицинская проблема — лучшее, что когда-либо случалось с твоим королевством.

Харрис, казалось, не хотел сталкиваться с проблемой. Это напомнило мне меня самого, и, чёрт возьми, это было больно. Я тоже слишком долго колебался, сталкиваясь с проблемами. — Эон, есть ли шанс, что ты сможешь, э-э исцелить меня удалённо из моей столицы?

— Э-э нет. — По правде говоря, такой возможности не было. Такой вид маны и энергии, необходимый для подавления проклятия короля демонов на их телах, у меня был только здесь, и для этого требовалось присутствие энергии моего основного тела.

Мирей была весела, хотя её состояние было худшим из всех троих из-за проклятия, расположенного близко к источнику её души. Она нашла время, чтобы насладиться пребыванием во Фрешке и совершала долгие прогулки. Как герой, её силы позволяли ей передвигаться очень быстро.

— Не будешь скучать по своим красавчикам? — рассмеялся Харрис.

Мирей лишь пожала плечами. — Это было моим хобби несколько десятилетий назад. Теперь я покончила с этим. Как часто мы вообще об этом говорим? — По правде говоря, хотя ей было уже за сорок, она всё ещё выглядела очень подтянутой и юной благодаря влиянию героической магии. Герои, я полагал, если выживут, вероятно, будут жить до двухсот лет, как и люди, практикующие магию.

— Тогда на что ты тратишь время?

— Как большинство обычных дам: вкусная еда, чаепития, хорошие торты и печенье, и мода! — рассмеялась Мирей. — Всё, что мне нужно сейчас, это перенести сюда всю свою деятельность.

— О.

— Ты не можешь перенести королевство! — поддразнила его Мирей. — Так что отпусти, Харрис. Лучше позволить твоим многочисленным детям занять свои троны сейчас. По крайней мере, ты сможешь наблюдать и давать им советы. — После нескольких дней обсуждений Харрис в конце концов поддался на уговоры Мирей.

Как бы то ни было, теперь, когда я был их целителем и, по сути, их жизни были в моих руках, я начал требовать больше вещей в качестве компенсации за свои целительные услуги. Например, самоцветов. Много.

Так что это наконец позволило мне починить моё Великое Древо Разума.

С этим я почувствовал возвращение большего количества статистики и чисел в свой разум, и оно проверило мои мысли на наличие внешних влияний.

Всё это время я продолжал расширение своих Гнилых земель и заявлял права на новые территории. Итак, как только значительная часть территории была отвоевана, я открыл пять новых участков для новых беженцев и мигрантов. Были и некоторые области, которые я отвёл под парки гибридных деревьев, где находились гибридные растения, над которыми я получил контроль.

Я полагал, что некоторые из этих новых беженцев будут удивлены этим, но решил оставить всё как есть.

— Вы, ребята, серьёзно ничего не нашли, что было бы источником порчи? — спросил я Харриса о кристалле, который они уничтожили несколько лет назад.

Харрис, вероятно, был весьма удивлён, что я только сейчас заговорил об этом, ведь, по сути, мы обсуждали это много лет назад. — Э-э нет. Мы, честно говоря, просто искали наших товарищей-героев. После того как мы уничтожили кристаллы и получили уведомление, мы просто остановились?

Есть ли источник всей этой порчи? — подумал я. Возможно, если моё понимание гибридной ботаники улучшится, проследить её источник энергии через корни этих гибридных демонических растений. Это должно откуда-то исходить.

Но это было то, что я боялся делать.

Если бы я заглядывал в бездну, то она вполне могла бы заглянуть и в меня. Не закончу ли я как Зер'атул, случайно раскрыв демонам местоположение родного мира? Я немедленно настроил Великое Древо Разума действовать как антивирус и брандмауэр, чтобы блокировать любые попытки вторжения в мой разум. Алексис уже многое раскрыла демонам, когда была заперта в режиме огненного демона, то же самое сделали Симона и Виктор.

— Я дома! — вернулась Лозанна после многих лет путешествий. Она обняла Лауфен. Это было практически первое, что она сделала.

— Ты была в отъезде очень долго, — Лауфен посмотрела на свою взрослеющую дочь. — Как всё прошло?

Они пообедали вместе. — О. Я побывала на всех континентах! Я сражалась со множеством монстров и существ.

— Это хорошо. Ты что-нибудь нашла или кого-нибудь?

Лозанна застенчиво кивнула. — Да. Эм-м это отчасти то, почему я вернулась, мам.

— О?

— Я э-э присоединилась к команде искателей приключений, когда была на континентах. И, эм-м я путешествовала с ними несколько лет.

— И? — У Лауфен был вид ожидающей мамы, словно: Давай же, выкладывай уже.

— Я думаю выйти за него замуж. За моего капитана.

— А-а. — Лауфен понимающе кивнула. — Так он здесь? Он приехал?

— Да. Он в гостинице. Я хотела просто, э-э рассказать тебе о нём сначала, прежде чем ты с ним встретишься.

— Не глупи. Я этого и ожидала! Ни одна юная эльфийка не путешествует по миру почти семь-восемь лет и не находит кого-нибудь, в кого можно влюбиться. — Лауфен улыбнулась и одарила дочь понимающим взглядом. — Так ты здесь, чтобы пригласить меня на свадьбу, я полагаю?

— Ага, — застенчиво сказала Лозанна.

Однако это быстро обернулось, — пронеслось у меня в голове. — Она была всего лишь ребёнком. Потом подростком. А теперь она выходила замуж. Я если бы я был человеком, мне, вероятно, понадобилось бы некоторое время, чтобы смириться с этим. Типа вау. Время и правда летит быстро, и это было ещё более заметно, когда я видел, как все эти другие люди движутся вперёд по жизни.

Я почувствовал одиночество. В этот момент я ощутил тепло и причастность от всех моих собратьев-деревьев, словно они пытались утешить меня.

Великое Древо Разума перехватило попытку Влияния от деревьев. Следующее сообщение было удалено: Мы едины, мы, деревья, все едины.

Да. Дерево всегда одиноко. Все эти другие деревья в лесу, но я всё равно был просто собой.

34

ГОД 117

— Сюда, — Юра повёл их в туннели. Пятнадцать молодых подростков, прошедших год или два обучения. В ином мире они бы ходили в школу, но здесь они были воинами, следопытами, магами, друидами или рыцарями, готовыми насмерть сражаться с чудовищами.

— Сюда? — спросил один из молодых магов. Он поднял свой посох, и кристалл засиял в темноте туннеля. Это был один из множества корневых туннелей, ведущих в Долину Неразложившихся. В конце концов, они никогда там не бывали; доступ в эту область был ограничен для героев: Юры, Лауфена, Кавио и нескольких других из нового жречества, которые сопровождали мёртвые тела к местам их захоронения в долине.

— Да, — указал Юра. Они прошли мимо группы жуков-стражей. Подростки замерли, немного удивлённые видом неподвижных жуков. — Вас ждёт повышение. Идёмте.

Пятнадцать подростков кивнули. Они знали, что это оно. Момент, которого многие ждали. Вскоре они увидели слабый свет в конце туннеля и остановились у входа в Долину Неразложившихся.

Сейчас в долине проживало очень мало людей, поэтому Гигантские Древа-Прислужники, многие из которых горели, разбросанные по всей долине, были основным источником света. Наверху, над моим главным древом, всё ещё оставался один небольшой лестничный пролёт.

Долина светилась оранжевым огнём. Здешние деревья выживали в основном за счёт питания и энергии, которыми я их снабжал. Повсюду росли травы и цветы, а затем виднелся небольшой поток чёрных огней — подавленные энергии демонического разложения. Избыточная разлагающая энергия собиралась здесь, чтобы быть переработанной моим основным телом и деревьями.

Их путь был вымощен деревом, затвердевшим из повсеместно раскинувшихся корней, и по бокам его фланкировали деревянные статуи. Я изготовил их для практики. Мои излишки деревянного оружия и большие антидемонические болты также использовались в качестве ограждения, поскольку у меня было мало места для их хранения.

Вскоре они прошли мимо поля оливок, фруктов и смеси других культур, которые я выращивал в небольших количествах, — остатков более ранней эпохи, когда выжившие ещё жили в долине. Старые здания выглядели так, будто повидали немало лет. И призраков. Жнецов душ и жнецов кошмаров. Здесь, в долине, где они находились ближе всего ко мне, они были легко видны любому, кто обладал хоть малейшей склонностью к магии. Они напоминали гигантские саваны и парили повсюду.

Некоторые из них почувствовали страх.

Призрачный Лес.

Юра похлопал их по спинам. — Не позорьтесь. Эон наблюдает. — Это было испытание для юных Валтхорнов, чтобы получить своих фамильяров. Во многих смыслах это был скорее ритуал, чем настоящее испытание, — путь в Долину Неразложившихся, чтобы увидеть истоки их учреждения.

Жук время от времени пробегал по их спинам, и они, вздрогнув, оборачивались, особенно следопыты с их луками и стрелами.

В конце концов, они прибыли туда, где Кавио проводил свой инструктаж — на небольшую круглую площадку, окружённую высокими деревьями, с маленьким Древом Молитвы посередине. Там также был пьедестал, на котором они могли стоять, чтобы увидеть моё главное древо.

— Ну что ж, мы здесь. Встаньте на пьедестал и получите своего фамильяра.

Ритуал. Это было глупо; я мог бы с такой же лёгкостью дать им их фамильяров, пока они спали в своих комнатах в Фрешке. Но если бы они получили это легко, то не познали бы веса и ценности дарованного, а они были молодыми, впечатлительными подростками. Часть меня чувствовала, что важно чётко обозначить тяжесть ответственности.

Итак, это был ритуал.

Прогулка в Долину Неразложившихся, чтобы увидеть, где жили выжившие, и встретиться с защитником долины.

Как можно получить фамильяра, так и не узнав, что именно даровало его тебе?

Пятнадцать подростков по-разному реагировали, когда получали свои фамильярские контракты. Они никогда здесь не бывали.

Одна чаша появилась для всех пятнадцати, и каждое из высоких деревьев, окружавших древо молитвы, раскрыло стручок.

— Пора пить, — проинструктировал Юра. — Закончите это и войдите в стручки.

Древесный сок, Мистические Сны, Наставник Снов

Сон был всего лишь сном, или он мог быть чем-то большим. Этим пятнадцати молодым подросткам, принявшим фамильярский контракт, я даровал сон о том, что фамильяры могут делать, — своего рода обучающее руководство. В то же время это было и послание. Фамильяры служили многим хозяевам на протяжении столетия. Многие погибли со своими фамильярами, и я чувствовал, что важно внушить им тот факт, что, хотя фамильяры и полезны, в конечном итоге именно от них зависит полное использование их потенциала.

Опять же, с властью пришла ответственность. Но также и с ответственностью пришла власть.

Примерно через три часа, проведённых в стручках, все они вышли немного ошеломлёнными, и Юра повёл их обратно во Фрешку.

Я задумался о своих методах. Вероятно, это было немного слишком в духе Большого Брата. То, что я делал со снами, возможно, в другом мире попахивало бы правительственным лагерем перевоспитания.

После того как дети вернулись во Фрешку, Ивон спросила Юру: — Как они это восприняли?

— Они притихли. Думаю, с ними всё будет в порядке. — Юра кивнул. День был долгим; для освежения он выпил большой стакан холодного чая с лимоном и имбирём.

— Жаль, что меня там не было, — вздохнула Ивон. — Моя форма не позволяет мне отходить от этой двери дальше чем на десять футов. — Опять же, герои были такими уникальными. Способность Эриз разделять своё тело на несколько саженцев была особенной для её класса, и Ивон тоже могла разделять своё тело на каждое из тренировочных деревьев, в которых она находилась. Сейчас у неё могло быть три тренировочных дерева.

— Просто поговори с ними, когда увидишь. Думаю, всем им нужен небольшой сон после того, что они видели.

Ивон нахмурилась в своей деревянной форме. Она была их наставником уже некоторое время и достигла примерно сорокового уровня как Тренировочное Древо. Естественно, она заботилась о своих учениках. — Надеюсь, Эон не дал им сны о жестокой войне.

Из всех видов снов, которые я мог даровать человеку, сны о жестокости войны, по-видимому, были самыми страшными. Это был сон, в котором они оказывались на огромном поле битвы, и все вокруг них были убиты и изувечены по-разному, а всё, что они могли делать, — это бежать, спасаться, чувствовать боль и кричать.

— Думаю, нет. Они не выглядели такими уж испуганными.

— Понятно, — сказала Ивон, но она не была убеждена.

Новые Валтхорны набирались со всех Фрешлендов, из всех маленьких деревень и городов, вплоть до немногих растущих мегаполисов. Политика была запутанной, и Фрешка походила на федеральное правительство, препирающееся с городами и посёлками, которые функционировали как муниципальные и государственные органы власти.

Кавио, избранному вождю, предстояла трудная задача по управлению рыхлой федерацией, и ему часто приходилось полагаться на силу жуков, чтобы доказать свою точку зрения.