— Не приходи сюда и не веди себя так высокомерно из-за своей матери!

Что? Откуда это? Почему? Она просто не могла ответить. Разве не мама основала этот приют? Мальчики начали выходить из зала. Лозанна чувствовала, что ее присутствие здесь этим мальчикам нежеланно.

Всё, чего она хотела, — это потренироваться в фехтовании, так как дядя Юра был занят. Он сказал ей помочь в приюте, попрактиковать основные приемы с детьми; хорошие герои всегда так поступали. И она согласилась. Она хотела быть хорошим героем.

Но почему эти дети, примерно ее возраста, относились к ней с такой враждебностью? Она даже ничего толком не сказала; всё, что она сделала, это вошла, объявила, что поможет с тренировкой мечом, и тут же последовал этот шквал оскорблений.

Одна из воспитательниц приюта заметила оскорбления и поспешила в тренировочный зал. Воспитательница, пожилая женщина, подошла к Лозанне и отвела ее в сторону, прежде чем ситуация переросла в драку. — Простите их, мисс Лозанна. Многие из них испытывают сильную неприязнь, много злости, поэтому, когда они видят молодую девушку их возраста, пришедшую учить их, они они не могут с этим справиться. Пожалуйста, пройдите сюда со мной.

— Они очень злятся на меня. — Лозанна кивнула, глядя на морщинистое лицо пожилой дамы. Та взяла Лозанну за руки и, придвинувшись, заговорила с ней теплым, по-бабушкиному нежным голосом.

— Это сложное чувство. Эти мальчики, у них внутри много чего накопилось, и поэтому они хотят — нет, они нуждаются в уважении и признании, жаждут изучать настоящие навыки. Поэтому, когда взрослые солдаты приходят и тренируются с ними, они чувствуют, что их их уважают.

— Хм-м-м значит, они не хотят тренироваться со мной, потому что я молодая девушка? Даже если у меня есть настоящие навыки? — Лозанна вздохнула. Она ничего не могла поделать с этими ребятами, которые были крупнее, если она им не нравилась. Надо будет рассказать об этом дяде Юре и маме позже.

Она посмотрела на воспитательниц, большинство из которых были пожилыми женщинами, нанятыми ее матерью для помощи в управлении приютом. В этом месте было около двухсот детей разного возраста, и многие из них оказались здесь, потому что потеряли обоих родителей, в основном во время их бегства от резни в Салахе. Эта группа была в возрасте от девяти до двенадцати лет.

Ей было грустно, но она обещала Юре помочь, поэтому попросила найти ей другое занятие. Может, если бы были другие девочки? — Э-э-э ну, дядя Юра действительно просил меня помочь. Может, я могу поиграть с младшими детьми? Есть ли тут девочки, с которыми я могу поиграть?

— А-а-а да, хорошо. Девочки девочки — Женщина улыбнулась и повела Лозанну в другую комнату, где около десяти-пятнадцати маленьких девочек, вероятно, четырех-шести лет, играли в мяч. Это была относительно пустая комната, и у них было не так много игрушек, поэтому они в основном играли друг с другом. — Может быть, ты присоединишься к этой группе?

— Привет, — улыбнулась Лозанна. Все они были младше нее, и часть ее почувствовала себя счастливой. Было приятно, что на этот раз она не самая младшая.

Они улыбнулись ей в ответ и радушно приняли в игру. Ах, эта группа намного приятнее, — подумала она. Возможно, они были слишком малы, чтобы испытывать сильную неприязнь, или, возможно, эта группа была немного более защищенной. Это была простая комната с несколькими стульями, но она хорошо освещалась естественным светом благодаря множеству больших окон; тонкие полоски солнечного света просачивались сквозь листья снаружи. Тут и там лежало несколько деревянных кубиков, но это были почти все их игрушки.

К Лозанне подошла маленькая девочка с коротким каре. — Привет, старшая сестренка. Я Цзиен. — Она была ниже ее. Лозанна улыбнулась и обняла ее.

— Я Лозанна. Можно мне поиграть?

— Хорошо. Во что хочешь поиграть? Обычно мы играем в мячик. Или перебрасываемся кубиками.

— Хорошо, давай так и сделаем.

Они играли вместе весь остаток дня, до самого вечера, и Лозанна узнала их имена. Самой крупной девочкой была Сэмми; ей было около шести. Она не знала, когда ее день рождения, потому что ее родители умерли, когда она была еще совсем младенцем, и это было довольно обычным явлением среди тех, кто жил там. Поскольку девочки не знали, кто старше, они ориентировались на ту, что была крупнее.

Цзиен была на год младше, и, как и у остальных девочек, ее родители умерли. Или, возможно, они каким-то образом разлучились. Большинство из них не были до конца уверены, умерли ли их родители или просто потерялись, но эта деталь их не сильно беспокоила.

Лозанна чувствовала себя счастливой после полудня игр и подумала, что, возможно, ей стоит помочь им. Мне следует попросить Три-Три о новых деревянных игрушках. Помню, у нас их много в игровой комнате.

— Ты тренировалась с другими детьми?

— Нет, мам. Они не хотели драться с девочкой. Им нужны были капитаны.

— Вот как, — Лауфен кивнула и отложила отчеты, которые подготовили другие сотрудники. В эти дни у нее было много помощников, поскольку она была главой общественной службы. Честно говоря, она не очень любила бумажную работу, но отчеты для подсчета расходов и доходов всё равно были необходимы, и их по-прежнему составляли реальные администраторы или жрецы. — Почему? — Лауфен присела, чтобы посмотреть Лозанне прямо в глаза.

— Одна из дам сказала, что это потому, что они хотят драться со взрослым, — надулась Лозанна. — Может быть, потому, что я недостаточно хороша.

Лауфен обняла Лозанну, а затем погладила дочь по голове. — Нет-нет. Я уверена, что это не так.

— Дамы мне так сказали. Мальчики сказали, что им нужны капитаны.

— Лозанна, моя дорогая, они не это имели в виду. Я уверена, что ты им нравишься.

Лозанна покачала головой. — Мам нет, не нравлюсь.

— Правда?

— Правда. — Лицо Лозанны было серьезным и немного печальным.

— Ну, когда-нибудь ты им понравишься.

Лозанна покачала головой. — Хмф, — она прижалась и поцеловала маму в щеку. — Спокойной ночи, мам.

— Спи крепко. Не позволяй этому беспокоить тебя.

Лозанна снова покачала головой. Возможно, эта мысль будет беспокоить ее этой ночью.

Некоторое время спустя

— Спасибо, что тренировались со мной, госпожа Ивон.

— Пожалуйста. Я всегда с нетерпением жду спаррингов с такой талантливой юной девушкой.

Обе они быстро поклонились друг другу и приступили к тренировочным спаррингам: простые взмахи и удары, движения, призванные разогреть тело и подготовиться к настоящему бою. Ивон всё еще была намного впереди Лозанны по мастерству, но рост Лозанны был выдающимся, так как она достигла почти тридцатого уровня.

— Как дела? — небрежно спросила Ивон, уклоняясь от горизонтального удара и затем парируя следующий горизонтальный удар.

— Три-Три набирает небольшой класс учеников. Он называет их своими избранными воинами.

— А?

— Ага он говорит, что планирует тренировать их и, возможно, однажды дать им особые способности, как у меня, но до этого ему нужно их подготовить.

Ивон блокировала шквал ударов и ответила ударом по корпусу. Лозанна активировала Уклонение и сумела его избежать.

— Он говорит, что, возможно, ему придется исправлять их, если они позже окажутся несовместимы. Как он использует свои силы, чтобы исцелить дядю Юру от проклятия

— Действительно, почему Три-Три хочет заниматься чем-то подобным?

— Хм-м-м он не очень много мне рассказывал, но, может быть, ему просто нравится, как мы растем? Он говорит, что хочет внимательно наблюдать за нашим ростом, так как будет использовать на нас какую-то эссенцию.

— Эссенция? Разве это не что-то вроде сконденсированной энергии?

— Не знаю, госпожа Ивон. Но Три-Три говорит, что у него много эссенций и других вещей, таких как его минералы и мана, которые он хочет использовать.

— На девочках?

— Ага. Он сказал мне, что это будет им на пользу.

— Ты тоже это получала?

— Э-э-э думаю, да? У меня часто бывают сны, где я тренируюсь или где кто-то учит меня чему-то. И Три-Три говорит мне каждую неделю погружаться в капсулу.

— И твоя мама не возражала?

— Мама считает, что Три-Три знает, что делает. Она говорит, что именно так я стала так хорошо сражаться.

— Подожди. Ты не была прирожденным талантом в бою?

Лозанна улыбнулась. — Если спросишь дядю Юру, он скажет тебе, что поначалу я была в этом совершенно ужасна. Но Три-Три помогал мне, давая эти сны.

Лозанна заблокировала еще несколько ударов Ивон и попыталась нанести удар ногой.

— Сны?

— Ага. Это как будто я засыпаю дома, и щупальца Три-Три каким-то образом касаются моего лба, и я вижу эти сны.

— Расскажи подробнее, — Ивон бросилась вперед и обрушила шквал ударов. Лозанна попыталась парировать их, но несколько ударов не смогла отразить, поэтому получила удар деревянным клинком.

Лозанна отшатнулась от удара. Было больно, но у нее было сопротивление боли. — О-о-ох каждый раз по-разному. Иногда это как будто в моей голове голос, и мы разговариваем. О разных вещах, о какой-то теме. Иногда это язык, как будто я получаю урок по нему. Иногда он рассказывает мне о людях, о местах

Ивон внимательно слушала, и они взяли перерыв.

— Некоторые сны были очень, очень забавными. Это как все эти цвета и все эти образы по-настоящему странных вещей, причудливых монстроподобных существ и форм, но они не нападают на меня. Это как будто я нахожусь на вершине горы и падаю вниз.

— Это похоже на видение. Э-э хм. Галлюцинация.

— Что?

— Неважно, продолжай.

— Ох, а еще на прошлой неделе мне приснился сон, где я сражалась с гигантским демоном. У меня были очень сильные способности, и мне пришлось использовать их, чтобы сразиться с гигантским демоном.

— Сражаться с демонами — не слишком веселый сон, — Ивон покачала головой и отпила из своей фляги с водой. — Так что, продолжай?

Лозанна кивнула, и они обе вернулись на ринг. — Ну, я думаю, Три-Три пытается меня чему-то научить.

— Похоже, он создает элитных воинов.

Лозанна улыбнулась. — Ну, он просто помогает мне стать героем.

Ивон нахмурилась, а Лозанна пригнулась, затем отскочила в сторону, чтобы избежать целой серии ударов. — Вот как? Я не знала, что он так много для тебя сделал.

— Ох, он еще и мое тело чинит, вроде как тут косточку поправит, там косточку. И у него есть штука, которая помогает укреплять кости и мышцы. Всё это в зеленой капсуле.

— Я начинаю думать, что зеленая капсула не так проста, как кажется

— Эта капсула была удивительна, госпожа Ивон. Она поддерживала жизнь героя, страдавшего от демонического проклятия.

— Правда?

— Разве дядя Юра не рассказывал вам? Одно из предыдущих поколений героев было поражено каким-то проклятием, и Три-Три поддерживал ее жизнь, пока не было найдено лекарство.

— До нашего прихода

— Ага, ага! Я тогда еще совсем крохой была. Но я смутно помню женщину, которая постоянно находилась в капсуле.

— Ладно, давай остановимся. — Они выполнили еще несколько простых упражнений, чтобы остудить тела. — Как девочки восприняли эту новость?

— Они в восторге. Это первый раз, когда их для чего-то выбрали, так что они были в полном восторге, когда получили контракт фамильяра. Им нужно будет спать в особом дереве и регулярно погружаться в капсулу. Это как будто их превратят во что-то удивительное, так что все они очень-очень этого хотят.

— Им следует быть осторожными. У Древесного Духа, вероятно, есть свои планы на них, и они могут оказаться не такими, как им кажется.

Лозанна улыбнулась. — Мы верим в Три-Три. Он нам поможет.

Ивон вздохнула. — М-м-мне нужно будет поговорить с Три-Три.

Сны, физические изменения. Галлюцинации. Потребность принимать странные жидкости. Всё это немного напоминало то, что племенные шаманы давали своим воинам, чтобы привести их в боевую ярость, или работу какого-то алхимика, испытывающего странные зелья. Она слышала слухи о существах, которые давали странные, меняющие сознание вещества, чтобы поработить приспешников, и хотя не похоже было, что Три-Три этим занимался, ей нужно было убедиться.

Ивон принадлежала к числу эльфов-модернистов, которые придерживались довольно оборонительного, осторожного взгляда на Древесных Духов, считая, что Древесные Духи не были одомашненными животными, которых можно приручить, если только ты не герой, сосредоточенный на контроле духов.

Эльфы-модернисты считали, что миф о добром и дружелюбном древесном духе на самом деле является уникальной особенностью Великих Древесных Духов эльфийских городов, и не следовало полагать, что все дикие древесные духи столь же благожелательны. Как дриады, феи и другие лесные духи, эти аватары природы обладают общей чертой: они иногда бывают эфемерными, непостоянными, капризными и склонными к манипуляциям. Хотя их цели часто совпадали с тем, чего желало большинство эльфов, к ним также следовало относиться с осторожностью, ибо ярость древесного духа часто проявлялась тонко.

Однако Лозанна так не думала. Для нее Три-Три был дружелюбным, и всё, что он пытался сделать, это помочь.

По-своему, обе они были правы.

79-Й ГОД, 9-Й МЕСЯЦ

— Слышали? Вчера ночью ограбили один из частных садов гильдии магов, что возле Королевской рощи! Пропало много ценных трав и растений.` — Я подслушал разговор нескольких жителей Рансалы.

— О? А есть предположения, кто это сделал?

— Маги подозревают, что это дело рук мага, поэтому королевская гвардия была поднята. Но никаких следов нет. Будто растения просто растворились в земле.

— А разве это не мог быть какой-нибудь вор с волшебным мешком? Или артефакт, управляющий растениями? — Местные жители выдвигали всевозможные предположения.

— Думаю, это просто какой-то недовольный маг мстит. В гильдиях магов сейчас много политики. Это просто реакция на голосование совета магов!

Рансала.

Это был большой город, изобилующий высокоуровневыми личностями: сильными искателями приключений, могущественными генералами и магами. Само их присутствие пронизывало воздух, и я иногда улавливал эффекты их навыков, несмотря на то что был по большей части невосприимчив к магии.