Юра кивнул. — Ага. Какое-то огненное создание.

— Это намного больше, чем просто огненный зверь.

Алексис парила в небе, окруженная темным, багровым пламенем, которое яростно бушевало. Остатки огня Короля Демонов, оно, казалось, не поддавалось воздействию этой магической метели, или же, если и поддавалось, то это влияние было, вероятно, ничтожно мало.

Ивон посмотрела на Юру и покачала головой. — Что бы это ни было, оно летает. Очень мало способов сразиться с ней, если только она не спустится на землю. Наши стрелы ей не повредят, и сомневаюсь, что огненные шары наших магов тоже!

Пока Ивон и Юра обсуждали, Алексис, очевидно, не считала их угрозой; вместо этого она продолжала метать огненные шары в лес, опустошая целые участки долины, шар за шаром. Первый удар испарял весь накопившийся снег и лед, а второй удар мгновенно поджигал обычные деревья.

Действительно, учитывая, что монстр был огненным элементалем, лучшим вариантом было использовать противоположное элементальное оружие или уничтожить ядро элементаля.

— Ну и что? — Юра посмотрел на Ивон. Он перешел в режим медвежьей брони, когда черное дерево окутало все его тело, и он выглядел как гигантский медведь, бросаясь в бой, устремляясь в сторону Алексис.

Огненный элементаль заметил его и направил огненные шары на Юру. Каждый раз он активировал деревянный щит, чтобы отбить эти огненные шары, но щиты могли поглотить лишь два огненных шара, так что Юре приходилось постоянно активировать новые деревянные щиты.

— Ну, и как ты собираешься в нее попасть? — удивилась Ивон, активируя магическую стрелу. Тот факт, что это был огненный элементаль, означал, что Ивон быстро реорганизовала команду, которую подготовила для этого. Не все были пригодны для противостояния столь высокоуровневому монстру, поэтому часть парней отступила в Новую Фрику и заняла оборонительные позиции.

Медвежьи лапы Юры изогнулись, и деревянная броня скрутилась в пружиноподобную структуру, подбросив его высоко в воздух, достаточно близко, чтобы вступить в контакт с огненным элементалем

Его накрыло адом в упор. Он взорвался прямо перед ним, и Юру отбросило далеко на землю; деревянная броня, уже черная, теперь была обугленной и дымилась. Удар был достаточно сильным, чтобы вырубить Юру, но, к счастью, не убить его, так как броня приняла на себя большую часть урона. Я почувствовал, как Бамбук отключился. Юре, вероятно, потребуется провести несколько дней в постели.

— Юра! — крикнула Ивон, но быстро повернулась обратно, чтобы встретить Алексис, которая теперь заметила остальных людей и нанесла ответный удар еще несколькими огненными шарами. Я активировал свой Деревянный щит, чтобы защитить их от огненных шаров.

Что ж, это прошло ужасно хорошо, — подумал я, активируя множество деревянных щитов, чтобы блокировать огненные шары. Их эффективность была весьма высока: они блокировали множество ударов, прежде чем разрушиться.

— Мастер, они не смогут навредить этому монстру, — быстро подытожил Тревор. Верно, с достаточным количеством деревянных щитов я мог значительно уменьшить урон, наносимый Алексис, но мы не могли сильно ударить или ранить элементаля.

И тут я заметил, как Рога бросился к монстру. — За мастера!

Э-э. Что?

— Я одолею врага!

Я полагал, что он почему-то забыл, что не умеет летать, поэтому не был уверен, что им овладело, чтобы предпринять такой шаг, и что именно он пытался сделать.

— Что он делает?

— Думаю, у него могут быть какие-то навыки, Мастер.

— Правда? Посмотрим, но я думаю, он проиграет. — Алексис была героем, а это пламя исходило от самого Короля Демонов

Рога бросился на Алексис, его панцирь жука был покрыт какой-то смолой, которая на самом деле неплохо поглощала огненные шары. А затем, когда он наконец оказался под ней, он зарылся в землю и выстрелил шипами в Алексис из своего панциря.

Выстрел Шипами

— О. Я не знал, что он так умеет.

Но это был слишком низкоуровневый навык, и шипы сгорели, прежде чем причинить вред ее телу. И поэтому Алексис швырнула несколько огненных шаров обратно в Рогу.

Он был бы хрустящим жареным жуком, если бы не несколько Деревянных щитов.

— Отступай, Рога. Ты ей не пара—

Алексис махнула рукой и выстрелила непрерывной струей синего огня, и она испепелила все на своем пути, включая деревянный щит. Я мгновенно попытался активировать еще несколько щитов, чтобы защитить Рогу, но этого было недостаточно: синее пламя довольно быстро прожигало деревянные щиты, опалив также половину спины Роги, прежде чем тот успел выбежать из зоны поражения.

— Мастер, я потерпел неудачу—

Я почувствовал, как Рога отключился. Он был вероятно, еще не мертв, но мне придется его починить после этого.

— Все в порядке. Режим гибернации.

Ивон, очень умно, решила отступить ко мне. Я полагал, что тот факт, что она так долго выживала в политике, не был случайностью.

— Мы не ровня этому монстру.

В этот момент я понял. У Алексис была огненная аура, которая сжигала любой меньший объект, приближавшийся к ней, и она обладала почти безграничными запасами магии огненного типа — а это синее пламя было по-настоящему мощным.

— Есть предложения?

— Нет, господин. Думаю, наши шансы против нее довольно малы. — Даже сейчас, одно лишь ее присутствие растапливало весь снег в воду, затем в пар, а затем деревья загорались. Было абсурдно, как она могла в одиночку менять погоду.

— Неужели нет способа добраться до нее? — вздохнула Мила. Ей было досадно, что Алексис сжигает лес, и что она проложила путь разрушения, который вел прямо ко мне.

Корневой Удар. Корень взлетел вверх и ударил ее. Урон был мал, так как огненная аура частично испепелила корень, уменьшив воздействие.

Я думал, что смогу повторить свою прежнюю стратегию, используя множественные Корневые Удары, но затем заметил, что огонь быстро восстанавливал нанесенный урон. Шквал Корневых Ударов должен был нанести смертельный удар, иначе я мог просто терять время.

Мила попыталась пойти по пути дружбы: она помолилась и попыталась мысленно связаться с Алексис, чтобы убедить ее прекратить атаковать нас.

Я сделал еще несколько Корневых Ударов, просто чтобы убедиться, и, как и предыдущие, они попали, но нанесенный урон был невелик. Я бросил в нее несколько плодов, просто чтобы убедиться, но они сгорели в воздухе, ничего не добившись.

— Ивон, ты можешь эвакуировать эльфов? И держитесь подальше от этого. — Это будет нелегко, и я подозревал, что маги будут бесполезны.

— А да. Конечно. — Ивон быстро взяла эльфов и убежала. Несколько огненных шаров полетели в их сторону, но я заблокировал их Деревянными щитами. Деревья-Генераторы щитов также пытались блокировать огненные шары, но поскольку генераторы щитов были независимы от меня, их сила была ниже, и они могли блокировать лишь два-три огненных шара.

— Она там, и говорит, что испытывает сильную боль, — действительно сумела передать Мила.

— Как?

— Это то, что могут делать герои одного поколения. Своего рода телепатическая связь на коротких расстояниях В общем она не может нам помочь. Демонический огонь слишком силен, а ее душа слишком слаба, чтобы сопротивляться или вернуть себе тело.

— Ладно, путь дзюцу дружбы не подходит.

Алексис сожгла еще несколько вспомогательных деревьев, а затем послала несколько огненных шаров прямо в мое основное дерево, и они взорвались прямо на моем стволе.

Мой прошлый опыт с огнем сделал меня очень устойчивым к нему, поэтому огненные шары даже не оставили царапины на моем основном теле. Мое основное тело, в отличие от расширений навыков, в полной мере пользовалось преимуществами моего Сердца Древа, и это побудило Алексис направить на меня синее пламя.

И они не причинили вреда. Синее пламя тоже не могло меня обжечь.

Это казалось тупиком. Она могла сжечь весь лес, а я бы все еще стоял, но и я не мог ей навредить.

Такой исход меня не устраивал, поэтому мне нужно было найти другую стратегию.

Раздраженная, Алексис выпустила волну огня из своего тела и практически сожгла почти все обычные деревья вокруг моего основного дерева. Вспомогательные деревья, ковочное дерево и Корнемозговой Комплекс в значительной степени разделяли мои способности к сопротивлению огню, но пламя было достаточно сильным, чтобы Тревор почувствовал боль.

— Мастер, мне нехорошо. — Тревор находился в корнемозговом комплексе, и синее пламя медленно подбиралось к нему. Он унаследовал меньший процент моего божественного сопротивления огню и был бы неуязвим для большинства видов огня. За исключением огня героя или короля демонов.

— Отключись и перейди в режим гибернации. Рога, ты тоже!

— Принято. — Вместо того чтобы потерять Тревора и Рогу от постоянного огненного шквала, было лучше извлечь их искусственные души из тел и поместить их в режим гибернации внутри меня.

— Это не идеально. — Я покачал головой. Алексис все еще опустошала лес, а я изо всех сил старался блокировать как можно больше огненных шаров. Что сработало и, как следствие, еще больше раздражило демоническую Алексис.

Мила покачала головой. — Алексис пытается вернуть контроль, но это не получается. Воля демонического огня слишком сильна.

К этому моменту эльфам удалось эвакуироваться в относительную безопасность Новой Фрики, и остались только я, духи и Алексис. Ивон также удалось утащить Юру с поля боя.

Было странно чувствовать такой жар, когда совсем недалеко бушевала холодная метель. Жаль, что я не мог направить силу метели прямо на Алексис.

— Мы не можем ее победить, — вздохнула Мила. — Все, что ты можешь сделать, это задержать ее, но она вольна уйти в другое место.

Я остановился и попытался подумать.

Если я не мог ее победить, то попытался бы сдержать. Моя логика была проста. Она не могла навредить мне, поэтому если я сдержу ее так, чтобы она не могла навредить никому другому, это тоже будет победой!

Алексис швырнула еще несколько огненных шаров и выпустила множество огненных волн, и то, что когда-то было зеленой долиной, превратилось в пылающий ад, а я остался единственным нетронутым деревом в центре, так как синее пламя было достаточно сильным, чтобы жечь даже тех, кто обладал более высоким сопротивлением огню.

— Какой у тебя план? — спросила Мила.

— Что ж, помнишь мою невероятно безумную сопротивляемость демоническому огню и пламени? Я собираюсь этим воспользоваться.

— Как?

— Я собираюсь ее съесть.

Сжатие 30. Шестьдесят корней и лиан выстрелили из моего основного тела и попытались дотянуться до огненного тела Алексис. Отчасти благодаря тому, что ее целью был я, что, как я полагал, объяснялось тем, что она чувствовала присутствие Милы или, возможно, тех фрагментов героев, она теперь была очень близко ко мне, пытаясь сжечь меня.

Я не был уверен, поняла ли Алексис, что это не работает, но эй, если все, чего она хотела, это продолжать попытки что ж, валяй.

Огонь действовал на корни и лианы в ограниченной степени. Ее огненная аура сожгла несколько нитей корней и лиан, но связывающих лиан и корней было достаточно, чтобы образовать толстую сеть. Я вдохновился телом Роги, чтобы покрыть корни и лианы слоем огнестойкой смолы, и когда они коснулись ее огненной формы, некоторые из них сгорели.

С помощью покрытой смолой огнестойкой сети вокруг нее, я потянул и сумел захватить ее огненное тело, притягивая ее ко мне, в меня.

— Ты действительно собираешься — Мила выглядела удивленной.

— Съесть ее — Да, собирался.

Тело Алексис, казалось, запаниковало и выпустило непрерывный поток синего огня, и даже более сильного черного пламени, но ближе к моему основному телу сопротивление огню корней и лиан увеличилось, так что она оказалась в ловушке. Огненный шар за огненным шаром взрывался, пока я притягивал ее еще ближе.

Тело Алексис теперь почти касалось моего ствола, и она выпустила огромную цепь огненных волн — действия тонущего человека, отчаянно барахтающегося в попытке сбежать, — но она все еще не могла прорваться сквозь мои лианы. Однако этот огоень выжег окрестности: ковочное дерево и Корнемозговой Комплекс горели, земля теперь была черной и обугленной.

Затем, когда она приблизилась к стволу, основная часть моего ствола открылась, явив Биолабораторную капсулу. Лианы затем втолкнули ее внутрь биолаборатории. Демонический огонь атаковал биолабораторию, и теперь я чувствовал себя как в сауне. Или как арктическая обезьяна, сидящая в горячем источнике зимой.

Это не остановило Алексис. Она продолжала попытки, выпуская волну за волной огня. Возможно, она думала, что мое сопротивление вызвано экстремальной регенерацией и что у меня закончится мана, или, каким-то образом, надеялась, что огонь в конце концов прорвется.

Но этого не произошло.

Я был своего рода благодарен, что ее единственной силой был огонь, и поэтому ее единственным ответом на любую угрозу было сжечь ее к чертям. То есть, если бы у нее были мозги Алексис, она бы, вероятно, попробовала молнию или, возможно, лед. Когда у тебя в руках молоток, все кажется гвоздем.

— Это безумие, — сказала Мила. Она, очевидно, была весьма поражена, видя, как я затаскиваю Алексис в свое основное тело и фигурально гашу ее огонь.

— Что ж, это работает.

Затем я приступил к следующему шагу, пытаясь сразиться с присутствием демонического огня. Это было странно знакомо. Как Огни Баала, что когда-то пылали на вершине моего ствола, огонь даже казался довольно приятным. На этот раз я был уже не тем деревом, что раньше, и поэтому я сам одолею демонический огонь.

Я черпал всю ману, что у меня была: из лей-линии, из обычных деревьев, из хранилища, из всего, и ею я наводнил тело Алексис своей маной, вытесняя демонический огонь и демоническую ману, что теперь текли по ее телу.

Это было похоже на попытку переливания крови: вытеснить грязную демоническую кровь и заменить ее моей чистой кровью.

В то время, без моего ведома, из Новой Фрики казалось, будто деревья всей долины охвачены огнем из-за того, что тело Алексис оказалось внутри меня. Жар, исходящий от пойманного демонического огня, высвобождался через мои корни, мои ветви, как из носика кипящего чайника вырывается горячий пар, и по всей долине мои ветви и корни периодически извергали пойманный демонический огонь.