Сидя на краю постели, Тайлер аккуратно натягивала чулок. Когда она прицепила его к черному поясу, в дверь постучали.

– Кто там? – крикнула девушка.

– Это я, – раздался с той стороны голос Эйба.

– Минутку, – откликнулась Тайлер и стала торопливо натягивать второй чулок. – Ты один?

– Один-одинешенек.

– Бедняжечка.

– А что поделать.

Тайлер закрепила чулки, метнулась к двери и открыла ее, стоя так, чтобы ее не было видно снаружи. Эйб зашел внутрь.

– Быстро ты, – заметил он и захлопнул дверь.

За десять минут, которые прошли с тех пор, как они расстались, он успел переодеться в синие брюки и светло-голубую рубашку поло. Тайлер только высушила волосы и начала наряжаться.

– Я не мог так долго оставаться без твоей компании, – сказал Эйб.

Тайлер шагнула в его объятия и поцеловала. Его ладони скользнули вниз по ее спине, обхватили обнаженные ягодицы и притянули ближе к нему.

– Замечательный наряд, – сказал он через некоторое время. Потом подцепил пальцем ремешок на поясе для чулок.

– Я рада, что тебе нравится, – сказала Тайлер и прижалась к нему еще теснее, когда ее вновь одолели воспоминания о Дэне. Дэн преподнес ей первый пояс для чулок в подарочной коробке во время ужина в ресторане «Белый кит» на Рыбацкой пристани. Пояс был красный и весь в кружевах. Дэн добавил в коробку и пару чулок. Он не успел ничего сказать, а Тайлер уже извинилась, встала из-за стола и переоделась в уборной. А теперь он мертв, и его изуродованное тело выставлено на потеху публики. Нет, не тело. Всего лишь восковое изображение.

– Что такое? – прошептал Эйб.

– Не знаю. – Тайлер пожала плечами.

Эйб взял ее за плечи и немного отстранил от себя.

– Я точно знаю, что тревожит меня, – сказал он, глядя ей в глаза.

– Что?

– Завтрашний день.

Тайлер застонала.

– Я не хочу с тобой расставаться.

– Мы могли бы остаться еще на один день.

– Я буду только рад, но так мы лишь отложим неизбежное.

– И пусть, – сказала Тайлер, и у нее перехватило горло и защипало в глазах. Потом на них навернулись слезы. Девушка опустила голову и по ее щекам покатились слезы.

– Когда тебе нужно вернуться на работу?

Тайлер пожала плечами.

– Тебе обязательно возвращаться на работу?

Тайлер подняла голову.

– Ты хочешь, чтобы я умерла с голоду?

– Нет. Я хочу, чтобы ты поехала со мной.

– Правда?

– Конечно. Я… Мне кажется, мы с тобой… Наверное, все дело в том, что я тебя люблю.

– О, Эйб… – Всхлипывая, Тайлер обхватила его руками. – Я так тебя люблю.

Долгое время они просто стояли обнявшись. Когда Тайлер успокоилась, она вытерла слезы о рубашку на плече Эйба и поцеловала его.

– Раз все решено… – сказал он.

– Что мы будем делать дальше?

– Пойдем в ресторан вместе с Джеком и Норой.

– А завтра?

– Что бы мы ни решили, мы решим все вместе.

– Мне придется вернуться в Лос-Анджелес. Рано или поздно.

– Ты можешь отложить возвращение на пару дней?

– Конечно. Наверняка.

– Давай тогда сначала обсудим все с Норой. Если все согласятся, мы вместе поедем ко мне.

– К тебе? Куда?

– В «Сосняк». Это курортный отель на горе Шаста.

– И он твой? – Тайлер не могла скрыть изумления.

– Мой и моего отца. Он давно хотел, чтобы я занялся управлением вместо него, чтобы он мог спокойно рыбачить. Но я не впрягусь с первого же дня. Черт, раз он уже столько ждал, я могу провести еще немного времени в свое удовольствие. Там очень здорово. Ты оглядишься, поймешь, хочется ли тебе обосноваться в подобном месте, завести детей…

– Детей?

– Ну, знаешь, такие маленькие человечки?..

– Боже мой, Эйб.

– Если свежий воздух окажется тебе не по вкусу или тебе захочется сохранить работу, один мой приятель предлагал работу в управлении шерифа в Лос-Анджелесе. Он здорово расстроился, когда я отказался. И наверняка только обрадуется, если я…

– Нетушки, – сказала Тайлер. – Я ничего не имею против свежего воздуха, а моя работа… – Она покачала головой. – Я вполне проживу и без нее. Кроме того… – она взглянула ему в глаза: – Лос-Анджелес – крайне неподходящее место для детей.

– Ну тогда… – сказал Эйб с широкой улыбкой.

– Ну тогда… – повторила Тайлер. Потом еще раз его поцеловала. – Тогда мне стоит поскорее одеться.

– Только не делай этого ради меня.

Эйб наблюдал, как она застегивает юбку и натягивает через голову белый кашемировый свитер. Устроившись за туалетным столиком, Тайлер застегнула на шее тоненькую золотую цепочку. Эйб стоял у нее за спиной и смотрел на ее отражение, пока девушка причесывалась и красила губы. Слегка повернув голову, Тайлер посмотрела на небольшое красное пятно у себя на шее и подумала, не стоит ли попытаться скрыть его косметикой.

– А это у тебя откуда? – спросил Эйб.

– А то ты не знаешь.

Эйб казался озадаченным.

– Это что, я натворил?

– Своими собственными губами, дорогуша. И я показала бы еще несколько, но так как я уже оделась…

– Думаю, с этим можно подождать до окончания ужина. Буду пока утешаться надеждами на будущее.

Тайлер решила ничего не делать. В конце концов, никто и не заметит это пятно, кроме Норы и Джека, а они отлично понимали, что они с Эйбом провели вечер в постели. Они и сами наверняка были заняты чем-то подобным.

Тайлер встала из-за туалетного столика, натянула босоножки и взяла сумочку.

– Ключ с собой? – спросил Эйб.

Тайлер кивнула. Эйб открыл перед ней дверь и взял за руку, когда они вышли на парковку. Несмотря на ветерок, лучи закатного солнца грели Тайлер спину. В воздухе, который казался сладким, аромат сосен мешался с запахом океана.

– Твой «Сосняк» такой же?

– Немного побольше. Завтра сама все увидишь. Как думаешь, Нора не будет против такой поездки?

– Не думаю. Она вечно ищет приключений. Особенно таких, в которых замешан мужчина. Пока Джек ездит вместе с нами, она даже не пикнет.

– Мы можем поменяться так, чтобы они могли ехать вместе.

– Чтобы они могли ехать вместе?

Эйб сжал ее ладонь.

– Ну, я тоже не прочь заполучить нового пассажира. Ты куда симпатичнее Джека.

– Льстец.

Они миновали «Мерседес» Гормана Харди – напоминание о том, что Брайан Блейк пропал. Блейк, владельцы мотеля и их дочь. Хотя за обедом путешественники некоторое время гадали, что с ними могло случиться, после этого Тайлер о них ни разу не вспоминала. Она внезапно почувствовала себя виноватой, будто из-за собственного эгоизма не обращала внимания на их страдания, будто забыла свой долг беспокоиться о них.

Она попыталась успокоить себя, ведь что бы с этими людьми ни случилось, от ее тревоги легче им не станет.

Кроме того, с пропавшей девушкой она вообще не встречалась, лишь коротко переговорила с ее отцом, когда они только приехали, и видела мать всего несколько секунд вчера вечером в ресторане. А Брайан Блейк ей вовсе не нравился.

Впрочем, это не имело никакого значения. Ей следовало бы переживать, не случилось ли с ними чего-то плохого.

Ну хорошо, она переживает. Вместо того, чтобы размышлять об их с Эйбом будущем, она гадает, что с ними могло приключиться. То есть переживает. Тайлер понадеялась, что с ними все в порядке. Ну вот, пожалуйста.

Что с ними могло приключиться?

И перед ее глазами внезапно возник образ Мэгги Кач, которая с ухмылкой раздвигает алый занавес, чтобы продемонстрировать распластанные на окровавленном полу комнаты изуродованные тела Блейка и остальных. Голова Блейка оторвана и его глаза смотрят прямо на нее…

– Боже мой, – пробормотала она.

Эйб посмотрел на нее.

– Я думала о Блейке и остальных, – пояснила Тайлер. – Я их едва знаю.

– «Смерть каждого человека умаляет и меня, ибо я един со всем человечеством», – процитировал Эйб.

– Как думаешь, они живы?

– Понятия не имею. Но есть вероятность, что мертвы.

– И ты думаешь, что зверь…

– Капитан Фрэнк наверняка скажет, что это дело лап Бобо. Я в этом не уверен. Но в этом городке явно погибает слишком много людей.

– Не могу поверить, что тут водится какое-то чудище.

– По моему опыту большинство чудовищ – это люди. – Эйб открыл двойные двери «Каретного двора» и пропустил Тайлер вперед.

Вместе они подошли к пустому столику распорядительницы. Склонившаяся над книгой заказов лампа на гибкой ножке была выключена.

– Ужин? – окликнула их подросткового возраста девушка, торопливо выходя из общего зала. Ее светлые волосы были собраны в хвостик. На ней были черная юбка и чинно застегнутая до самого верха белая блузка.

– Меня зовут Лоис, – сказала она прежде, чем Эйб успел ответить. – Я сегодня буду для вас распорядительницей.

– А, пропавшая Лоис, – сказал Эйб.

– Нет, это не я пропала. Это моя двоюродная сестра, Дженис, и…

– Сегодня тебя искал отец, – пояснил ей Эйб. – И, как я понимаю, нашел.

Девушка закатила глаза.

– А, вы об этом. Понятное дело, он меня нашел. Блин. Теперь я понимаю, как чувствовали себя рабы. Жаль, что Линкольн не освободил и меня тоже, пока у него было настроение. Ну так что, столик на двоих?

– Мы обязательно вернемся после того, как угостимся парочкой коктейлей.

– А, так вы здесь ради «счастливого часа».

– А уже потом ужин.

– Если хотите, я могу зарезервировать для вас столик прямо сейчас, придержу отличное место возле окна.

Тайлер улыбнулась. Несмотря на свое предполагаемое рабское положение, Лоис, казалось, очень хотелось выполнить свою работу как следует.

– Хорошо, – сказал Эйб. – Тогда два столика для двоих? Мы здесь с друзьями.

– Я с радостью усажу вас вместе.

– Нас вполне устроят отдельные столики, – сказала Тайлер.

Эйб назвал девушке свою фамилию, и она вписала ее в книгу. Кроме этой других записей на странице не было.

– Прекрасно, мистер Клэнтон. Я позову вас примерно через час, хорошо?

– Прекрасно, – сказал он. – У тебя отлично получается. Я-то думал, отец заставит тебя убирать номера.

– Этим я занималась днем. Такая тоска. Тут куда интереснее. Весело даже.

– Отлично. Значит, увидимся позже.

Они обошли загородку и зашли в коктейльный зал. Тайлер немедленно поглядела на угловую кабинку, где они сидели накануне. Нора и Джек уже сидели внутри.

И Горман Харди тоже.

– Черт, – пробормотала Тайлер.

– А ты без трусов.

Тайлер рассмеялась. Она невольно покраснела, слегка стыдясь своей выходки, несмотря на то, что ей нравилось, что Эйб об этом знает.

– Он ни за что не догадается, – сказала она. – Кроме того, мне кажется, это его и не заинтересует.

– Это заинтересовало бы любого мужчину, – сказал Эйб и похлопал ее по заду.

Нора заметила их и помахала. Харди, глянув в их сторону, переставил оба своих бокала на угол стола, сдвинулся к краю сиденья и встал. Стоя, он ждал, пока они подойдут.

– Добрый вечер, Тайлер, Эйб, – сказал он.

Тайлер кивнула, но даже не попыталась улыбнуться. Эйб пожал протянутую писателем руку.

Тайлер села и стала двигаться дальше по сиденью. Дермантин холодил ее кожу сквозь ткань юбки, потом, примерно в середине, там, где сидел Харди, началось теплое пятно. Тайлер сдвигалась до тех пор, пока сиденье не стало снова прохладным. Эйб сел рядом с ней, а Харди взял стул от соседнего столика и устроился в торце.

– Мы как раз о вас разговаривали, – сказала Нора.

Ну здорово, подумала Тайлер.

– Да, – обратился к ней Харди. – Для вас это, должно быть, стало ужасным шоком – наткнуться вот так на бывшего возлюбленного.

Прищурившись, Тайлер зыркнула на Нору, потом посмотрела на глядевшего на нее с нетерпением писателя.

– Не лучший момент в моей жизни, – сказала она.

– Позвольте мне выразить вам сочувствие.

– Спасибо. – Тайлер с облегчением увидела, что к ним приближается официантка.

– Что ты хочешь выпить? – спросил Эйб.

– Наверное, «Маргариту».

Эйб заказал «Маргариты» для них обоих.

– Будьте добры, – обратился к официантке Харди, – обновите напитки и остальным моим друзьям. И, разумеется, мне тоже.

Тайлер показалось, что его просьба была несколько преждевременной. Нора успела выпить лишь половину своего «Май Тай», ее второй, бесплатный стакан стоял нетронутым. Джек только пригубил вторую кружку пива. Харди поднял бокал на тонкой ножке и прикончил свой первый «Мартини». Не тронув оливку, он сразу взялся за второй. Его взгляд остановился на Тайлер.

– Я, как вы уже догадались, пишу книгу о Доме Зверя. Я понимаю, что для вас это, вероятно, будет мучительно, но если бы вы могли рассказать о своих отношениях с мистером Дженсоном и о том, что почувствовали при виде его …

– Не могла бы, – сказала Тайлер.

– Мы могли бы организовать интервью чуть позже…

Его настойчивость разозлила Тайлер.

– У вас что-то со слухом, мистер Харди?

Нора немного отпрянула и уставилась на Тайлер, как будто пораженная такой грубостью. Джек уставился в стакан пива и, кажется, пытался подавить смех. Эйб изучал свои сложенные на столе ладони.

– Я вполне готов заплатить вам за беспокойство, – сказал Харди.

– Дама уже сказала «нет», – сказал Эйб, не поднимая взгляд.

– Может быть, пятьсот долларов заставят даму передумать?

– Пятьсот долларов не заставят, – сказала Тайлер. Она повернулась, поставила локоть на стол и в упор посмотрела на писателя. – Мне кажется, что за книгу вы бы ни написали о Доме Зверя, она будет таким же отвратительным вуайеризмом, как и восковые манекены Мэгги Кач. Я в этом участвовать не желаю. Более того, так как я не являюсь общественным деятелем, подробности моей личной жизни защищены законом, так что, если вы хотя бы упомяните мое имя в своей книжонке, я вас засужу.

Харди улыбнулся в ответ на ее речь.

– Хорошо, Тайлер. Вы отлично торгуетесь. Я готов расстаться с восемью сотнями долларов.

– Нет, спасибо.

– Тысячей.

– Это аренда твоей квартиры за три месяца, – ошарашенно сказала Нора.

– Я не нуждаюсь в ней настолько отчаянно.

– А почему бы вам не предложить денег мне? – спросил Джек.

– До этого еще дойдет, – ответил Харди.

– А, отлично.

Харди покачал головой, глядя на Тайлер, будто бы она была упрямым ребенком, которого следовало скорее пожалеть, чем отругать.

– Вы уверены, что я никак не смогу заставить вас передумать?

– Абсолютно уверена, – сказала она.

Подошла официантка с напитками. Харди достал из кошелька купюру.

– Я расплачусь за наши, – сказал ему Эйб.

– В этом нет никакой… – начал Харди.

– Я сам расплачусь за наши напитки, – сказал Эйб тем же ровным тоном.

Они расплатились. Официантка забрала пустые стаканы и ушла.

У Тайлер, когда она потянулась к своему напитку, дрожали руки. Эйб повернулся к ней. Глядел он серьезно, но подмигнул и коснулся своим бокалом ее. Несколько крупинок соли упали с ободка ей на пальцы.

– Как я уже сказал, – вклинился голос Харди, – у меня действительно есть для вас предложение.

– Давайте послушаем, – откликнулся Джек.

Глядя в глаза Эйбу, Тайлер пригубила вспененный напиток.

– Как вам известно, мой помощник, Брайан Блейк, судя по всему, пропал.

Эйб нахмурился и отвернулся.

– И еще три человека вместе с ним, – сказал он.

– Все верно. И полиция, я так понимаю, не имеет ни малейшего представления, куда они делись. Вообще-то я совсем недавно беседовал с одним из сотрудников. Они обыскали лес вокруг брошенной машины, но так ничего и не нашли. Они подозревают какое-то преступление, но мне кажется, скорее Брайан с девушкой куда-то сбежали, а ее родители отправились в погоню.

– Слабовата теория, – сказал Эйб. – Вы написали достаточно детективных романов, чтобы понимать, что в ней полно дыр.

Харди затейливо пожал плечами.

– Чистая истина. Но будь это сюжет книги, я бы наверняка придумал такую цепочку событий, которая объяснила бы явные несостыковки и заткнула, как вы говорите, дыры. А так я могу лишь сказать, что знаю Брайана Блейка много лет. Назвать его бабником было бы большим преуменьшением. Не знаю, что могло случиться с родителями Дженис, но сама девушка сейчас наверняка в каком-нибудь мотеле у трассы, и Брайан обосновался промеж ее чресел.

– Промеж чресел? – пробормотал Джек.

– Будем надеяться, – сказал Эйб.

– Подозреваю, рано или поздно они вернутся, но Брайан как-то пропал на три недели после того, как познакомился в киностудии в Лас-Вегасе с некой юной прелестницей. Разумеется, я рассказал все это полиции. Сейчас они проверяют мотели вдоль дороги. Но, к сожалению, я не могу ждать. У меня есть другие планы, завтра утром я уже должен уехать. – Он кивнул Джеку. – Тут-то и вступаете в игру вы. Или вы, Эйб. Я уверен, что один из вас вполне способен выполнить мое поручение. Видите ли, задачей Брайана было сфотографировать Дом Зверя изнутри. Он собирался сделать это сегодня ночью, но так как его здесь нет…

– Вы хотите, чтобы этим занялись мы, – закончил за него Джек.

– Я готов заплатить тысячу долларов.

– Наличкой? – спросил Джек.

– Двести наличкой, остальное чеком.

– Судя по сумме, которую вы предлагаете, – сказал Эйб, – разрешения у вас нет.

– Эта их Кач не разрешает фотографировать экспозиции.

– То есть мы должны проникнуть в дом тайком, – сказал Джек.

– Не думаю, что для кого-то вроде вас это такая большая проблема.

– Легче легкого.

Эйб взглянул на Харди.

– Этим должен был заниматься Блейк. Не пытался ли он попасть в дом и сфотографировать его прошлой ночью?

– Нет, нет. Более того, он оставил фотоаппарат в номере. Я уверен в том, что его исчезновение не имеет никакого отношения к нашему проекту.

– Если вам так нужны эти фотографии, – сказала Тайлер, – почему бы вам не проникнуть в дом самому?

– Конечно, я уже обдумывал такой вариант. Но правда состоит в том, что я бы предпочел этого не делать. Не стану скрывать, в этой затее есть определенный риск. Я не так молод, как ваши спутники. Для меня это будет вовсе не «легче легкого». Поэтому-то я и готов заплатить столь непомерную сумму одному из ваших друзей.

Другими словами, ты трусишь, подумала Тайлер.

Харди отпил мартини. Потом улыбнулся, явно вполне довольный собой, и вынул из заднего кармана бумажник. Оттуда он извлек две купюры. Тайлер разглядела, что это сотни.

– Ну что, есть добровольцы? – спросил Харди.

Джек и Эйб переглянулись.

– Да блин, я сама это сделаю, – выпалила Нора, видя, что они сомневаются.

Харди усмехнулся.

– Вы думаете, я шучу? – сказала Нора. – Деньги мне вовсе не помешали бы…

– Я возьмусь, – спокойно сказал Джек. – Легко.

Он протянул руку, и Харди положил купюры ему на ладонь.

– Ты уверен, что хочешь в это впутываться? – спросил Эйб.

– Эй, тысяча долларов на дороге не валяется. – Джек с ухмылкой глянул на Харди. – Фотоаппарат, пленка и остальное оборудование у вас есть?

– Все у меня в номере. Я выпишу вам чек, когда вы за ними придете.

– И что именно вам нужно? Просто фотографии манекенов?

– По сути, да. Мне нужны хорошие изображения всех экспозиций, возможно, один кадр общим планом для лучшего понимания и два-три с близкого расстояния, чтобы показать детали. Еще мне бы хотелось получить фотографии лестницы на чердак и самого чердака, если это возможно. И детской, если получится открыть дверь. И подвала. Подвал крайне важен. Если верить моим источникам, в его полу должна быть дыра. Достаточно большая, вероятно, диаметром в два или три фута. Мне бы хотелось получить фотографии этой дыры, общий план и с близкого расстояния. Если она существует.

– Ладно, – сказал Джек. – Сделаю.

– Я пойду с тобой, – сказала Нора.

– Вот уж нет.

– Да ладно тебе. Тебе нужен кто-то, кто мог бы следить за обстановкой.

– Я сам за всем послежу, – заверил ее Джек.

– Ну пожалуйста. Я не буду тебе мешать. Мне хочется поглядеть, как дом выглядит ночью. Наверняка там ужасно страшно.

– Тебе лучше остаться с Тайлер и Эйбом.

– Опасно это или нет, – обратился к Норе Эйб, – главное, это незаконно. Лучше тебе в это не ввязываться.

Нахмурившись, Нора посмотрела на свой коктейль, потом снова на Джека.

– Мне не очень нравится, что ты пойдешь туда один.

– Он пойдет не один, – сказал Эйб.

У Тайлер похолодело в желудке. Она уставилась на Эйба. Он положил руку ей на бедро и сказал:

– Не беспокойся. Вы глазом не успеете моргнуть, как мы уже вернемся.

– Я вполне справлюсь и сам, – сказал Эйбу Джек.

– Разумеется, справишься. Но ты же не откажешь своему приятелю в возможности поразвлечься, так ведь?

Тайлер отрезала кусочек от бараньей отбивной, подцепила его вилкой и уставилась на него. Во рту у нее было сухо. Ей не хотелось ни баранины, ни чего-то другого.

– Прости, что так вышло, – сказал Эйб.

– Я понимаю. Мне тоже жаль. Какой засранец!

– Джек?

– Нет, конечно нет. Это не его вина. Все из-за этого треклятого Гормана Харди.

– Я не могу отпустить Джека одного.

– Конечно, нет. Я этого и не прошу. Но, может, тебе удастся как-то его отговорить?

– Тысяча долларов – приличная сумма. Кроме того, мы с Джеком знакомы много лет. Он любит рисковать. Это доставляет ему удовольствие. Не говори этого Харди, но он соблазнил бы Джека на эту авантюру даже ящиком пива.

– А что, если я дам ему тысячу долларов, чтобы он никуда не ходил? Дам Харди это дурацкое интервью и отдам деньги Джеку?

– И ты пойдешь на такое, чтобы его остановить? – спросил Эйб.

– Чтобы остановить тебя.

Эйб взглянул на свою на тарелку, как будто больше не мог выносить молящего взгляда Тайлер.

– Посмотрим, может, мне удастся его отговорить. Но он точно откажется от твоих денег, так что забудь об этом интервью.

– Как думаешь, он тебя послушается?

– Я мог бы его остановить, если бы захотел. Но он мой друг. Я понимаю, как ему хочется туда попасть. Сейчас он, вероятно, мечтает о том, чтобы зверь действительно существовал, просто потому, что так было бы интереснее.

Тайлер поглядела через тускло освещенный зал туда, где за угловым столиком сидели Нора и Джек. Джек, будто громадный ребенок, с довольной улыбкой уминал стейк.

– Значит, ты думаешь, он слишком увлечен этой затеей?

– Я в этом уверен.

– А ты?

Эйб приподнял брови.

– А что я?

– Ты тоже мечтаешь о том, чтобы зверь действительно существовал просто потому, что так было бы интереснее?

Он серьезно посмотрел на нее.

– В этом доме произошло много убийств. И тот, кто в них замешан, кем бы он ни был, убил Дэна Дженсона. Для меня это личное дело.

– Ты даже не знал Дэна.

– Ты его когда-то любила. Если его убийца где-то в доме и напорется на нас с Джеком… Мы, скажем так, сравняем счет. Не думаю, что это произойдет, но если произойдет, я буду только рад.