Гормана Харди разбудил резкий стук в дверь. Он сел в постели и оглядел комнату, гадая, где находится. Потом он вспомнил.

За дверью, должно быть, Брайан. Но почему он стучится так отчаянно?

Может, потерял ключ.

– Иду, – крикнул Горман.

Стук продолжался.

Писатель опустил ноги на пол и прищурился от яркого света, включив лампу у кровати.

– Иду, – крикнул он снова.

Стук не прекращался.

Видимо, что-то пошло не так. Дело не только в потерянном ключе. Все настолько плохо, чтобы напугать Брайана.

Вставая, Горман и сам почувствовал укол страха.

Боже мой, что там случилось?

Он был голым. Горман натянул атласный халат, завязал пояс и открыл дверь.

Брайана за ней не оказалось.

На темном крыльце стояли мужчина и женщина. Мужчина в синей ветровке был лысым, на вид – лет сорока. Он стоял, опустив по бокам руки со сжатыми кулаками. Горман никогда прежде его не видел. Женщина, привлекательная блондинка, показалась ему знакомой. На ней были джинсы, клетчатая рубашка и расстегнутая кожаная куртка. Она казалась копией Дженис, только постарше. Горман сообразил, что видел ее в «Каретном дворе», где она выполняла обязанности распорядительницы.

Перед ним стояли родители Дженис.

Гормана слегка замутило.

– Мистер Харди? – натянуто спросил мужчина.

– Да.

– Я постараюсь говорить как можно вежливее, но сейчас уже два часа ночи, а нашей дочери до сих пор нет дома. Она с вами?

– Нет, разумеется, нет. Можете зайти и убедиться.

Посетители зашли в номер. Женщина закрыла за собой дверь и прислонилась к ней, как будто для того, чтобы помешать Горману сбежать.

Мужчина, мельком глянув на кровати, зашел в ванную и включил свет. Через секунду он вышел оттуда и проверил шкаф. Потом взглянул на дверь между номерами и перевел взгляд на Гормана.

– А что насчет мистера Блейка?

– За него я определенно не в ответе.

– Вы вместе приехали. Вы заплатили за оба номера.

– Он мой коллега, это правда. Но я представления не имею, почему вы решили, что кто-то из нас станет прятать вашу дочь. – С этими словами Горман подошел к двери, постучал в нее кулаком и позвал:

– Брайан?

Потом открыл дверь со своей стороны и подергал ручку на двери со стороны Брайана. К счастью, она не повернулась. Ему оставалось надеяться, что, если девушка действительно там, у нее будет достаточно времени, чтобы сбежать.

– Брайан? – снова позвал Горман.

– Давайте проверим, – сказал мужчина и шагнул вперед.

– Он ее куда-то увез, – впервые заговорила женщина.

– Я все равно загляну.

Горман уступил ему дорогу. Отец Дженис достал ключ и отпер дверь. В номере Брайана горела лампа. Горман с облегчением вздохнул, увидев, что обе кровати нетронуты. Он ждал на месте, пока мужчина вошел, чтобы обыскать второй номер. Повернувшись к женщине, он спросил:

– Машины на парковке нет?

Женщина кивнула. Плотно сжав губы в прямую линию, она сверлила Гормана мрачным взглядом.

– Я честно не знаю, что вам сказать, – сказал Горман. – Вы подозреваете, что она уехала куда-то с Брайаном?

– И вам, разумеется, об этом ничего не известно, – с горечью предположила женщина.

– Боюсь, что нет.

Мужчина вернулся из соседнего номера.

– Ладно, болтун, где она?

– Представления не имею. Я даже не знаком с вашей дочерью. Это же та девушка, которая зарегистрировала нас в мотеле, так?

– Она самая.

– С тех пор я ее не видел.

– Хватит врать! – внезапно воскликнула женщина. Она бросилась к мужу. – Покажи ему, Марти. Покажи!

Мужчина вытащил из заднего кармана сложенный лист бумаги и развернул его трясущимися руками.

– Вот это мы нашли в комнате Дженис, – сказал он, протягивая бумагу писателю.

Горман взял его и уставился на текст.

Сучка. Вот же сучка! Она же должна была его спрятать! Все из-за Брайана. Куда он запропастился? Какого дьявола он увез ее так надолго, что довел дело вот до этого? Он все испортил. Он испортил всю задумку!

– Что вы на это скажете, мистер Харди? – чуть ли не прорычала женщина.

Писатель умудрился улыбнуться и вернул договор.

– Дженис хотела сделать вам сюрприз, – сказал он. – Если предполагаемая книга станет такой же успешной, как предыдущая, этот договор принесет ей по меньшей мере миллион долларов.

Эта новость произвела должный эффект. Родители Дженис переглянулись, потом уставились на бумагу. Они как будто смягчились, былая едва сдерживаемая ярость поутихла.

– И здесь все честь по чести? – уточнил Марти. Он говорил с недоверием, но его глаза возбужденно поблескивали.

– Без всякого сомнения. Это соглашение дает Дженис половину всего заработка от книги. Включая авансы и авторские вознаграждения. Речь идет и о продаже изданий в твердом и мягком переплете, ограниченных изданий, об иностранных переводах и возможной сделке на экранизацию. На данный момент я получил от предыдущей книги более трех миллионов долларов. Подозреваю, рассказ о Доме Зверя будет столь же, если не более успешным. И Дженис получит половину от всего.

Конечно, получит. Вот же дьявол, теперь-то точно получит. Теперь ее уже никак не удастся облапошить. Гормана замутило.

Женщина подняла взгляд от договора. Она смотрела на Гормана с подозрением.

– И что Дженис должна ради этого сделать?

– Книга была ее задумкой. Она связалась со мной. И предоставила незаменимый источник информации касательно предмета.

– Это еще какой? – спросил Марти.

– Дженис не желала, чтобы кто-то об этом узнал, но так как вы ее родители, полагаю, я могу сказать вам, что она нашла дневник Элизабет Торн, женщины, которая…

– Где Дженис сейчас? – спросила ее мать. – Я осознаю, что в таком свете все выглядит немного иначе, но где она? Это все как-то связано с этим? – Она кивнула на договор.

– Честно говоря, не знаю. Когда вы видели ее в последний раз?

– Часов в девять, – ответил Марти. – Она сказала, что хочет прогуляться. Это было сразу после того, как она вернулась от мистера Блейка, который просил принести ему ведерко для льда. Которое, между прочим, ему не было нужно. Я заметил, что в номере их два.

– Я могу только предположить, – сказал Горман, – что Брайан пригласил ее присоединиться к нему. Возможно, она солгала вам, опасаясь, что вам не понравится, что она отправилась куда-то с одним из посетителей мотеля.

Марти с женой переглянулись.

– Как я понимаю, что-то подобное происходило и прежде.

– Куда бы они ни отправились, – сказал Марти, – они давным-давно должны были вернуться.

– Этому не может быть никаких извинений, – добавила его жена.

– Согласен, – откликнулся Горман.

– Куда он ее повез? – спросил Марти.

– У нас нет никаких доказательств, что она поехала с Брайаном, но он планировал исследовать холмы за Домом Зверя. Он надеялся отыскать и сфотографировать нору неподалеку от ограждения.

– Нору?

– Она упоминается в дневнике Торн. Если верить ему, с холма в подвал дома прорыт туннель. Если Брайан отыщет вход, это сделает правдоподобнее…

– Дженис даже близко к этому дому не подойдет, – сказала женщина.

– Возможно, она и не пошла. Я всего лишь пересказываю планы Брайана. Он хотел отправиться именно туда.

– Она наверняка отправилась с ним, Клер, – сказал владелец мотеля.

Клер покачала головой. У нее был расстроенный и немного уставший вид.

– Вполне возможно, – признала она. – Я заметила этого Брайана в ресторане. Очень привлекательный мужчина.

Марти коснулся спины Клер и мягко произнес:

– Я съезжу и верну ее домой.

– Я уверен, что она скоро вернется, – сказал Горман.

– Мы ждем уже много часов, мистер Харди. Вы можете вообразить, что начинают думать родители, когда их дочери нет дома в такое время и они не знают, где она и что с ней случилось? Все думаешь, что она вот-вот вернется, но одновременно боишься, что ее похитил какой-то маньяк, и ты никогда больше ее не увидишь.

– Могу вас заверить, что Брайан никакой не маньяк.

– Почему она до сих пор не дома? – спросил Марти с некоторым отчаянием в голосе.

Клер вздохнула.

– Скорее всего, увлеклась и забыла о времени.

– Я ей напомню о времени, – рявкнул Марти. – Пусть только явится. – Он хмуро уставился на Гормана. – Где вообще находится эта ваша нора?

– Если хотите, я поеду с вами. Теперь я уже и сам начинаю беспокоиться.

– Поедем все вместе, – сказала Клер.

– Только дайте мне минутку, чтобы одеться, – попросил Горман.

Они нашли «Мерседес» неподалеку от поворота дороги, шедшей в город с юга. Марти припарковался сразу за ним. Он взял с собой фонарик и посветил сквозь окно. Потом покачал головой и вернулся к Клер и Горману.

– Внутри никого нет.

– Дженис придется за все это объясняться, – пробормотала Клер.

– И Брайану тоже, – согласился Горман, добавив про себя: «За весь миллион долларов».

Они прошли вдоль дороги до основания холма и перебрались через канаву возле угла ограды Дома Зверя. Марти шел впереди, раздвигая росшие вдоль забора кусты и водя лучом фонарика по заросшему деревьями склону справа.

– Дженис! – прокричал он.

Клер дернула его за рукав.

– Не надо, – попросила она.

– Дженис!

– Пожалуйста, не шуми!

– Кто здесь может нас услышать, кроме них?

Горман заметил, как женщина глянула на дом за оградой.

– Мне кажется, нам стоит вести себя потише.

Горман и сам невольно стал разглядывать дом, темное крыльцо и особенно окна. Казалось, что их слишком много: эркерное окно прямо перед ним, еще одно чуть в стороне, три на втором этаже, единственное высокое чердачное окошко под самым коньком крыши и два на башенке. На них не попадал свет луны, отчего они казались черными. «Как злобные глаза», – невольно вспомнил Горман собственные слова, которые записал сегодня днем на диктофон. Тогда он просто разливался соловьем, плел какую-то ерунду. Но теперь, в три ночи, он внезапно захотел снова оказаться в мотеле, в теплой постели, потому что окна и в самом деле словно следили за ним.

Горман заставил себя отвести взгляд. Он стал разглядывать траву у себя под ногами, спину Клер и гулявший среди кустов, камней и деревьев на склоне луч фонарика Марти. Он чувствовал себя как человек, который идет по темной улице и слышит шаги у себя за спиной – и боится, что может увидеть, если рискнет оглянуться. Он не мог не оглянуться. Горман снова посмотрел на окна. И хотя в их темноте ничего не было видно, у него по спине побежали мурашки.

Завтра, если он пойдет на экскурсию, ему придется оказаться внутри. От этой мысли стало не по себе. Может, стоит бросить все и отказаться от проекта? В конце концов сегодняшняя неудача уменьшила их с Брайаном возможную прибыль вполовину.

Вот только половина клада все равно лучше, чем никакого. В том, что книга будет успешной, он не сомневался. После «Ужаса» одной его славы было достаточно, чтобы обеспечить заоблачные продажи. Вдобавок у истории про Дом Зверя был громадный потенциал. Она легко могла затмить успех «Ужаса». Только дурак мог думать о том, чтобы сдаться. Ему просто придется взять себя в руки и пойти на экскурсию.

Днем дом не будет казаться столь же пугающим. Кроме того, с ним будет Брайан. И, вероятно, еще несколько туристов. Никакой опасности.

– Марти! – воскликнула Клер.

Мужчина неожиданно припустил вперед. Бегом он завернул за угол ограды. Клер бросилась следом.

– Марти? – позвала она. – В чем дело?

Мужчина не ответил.

Горман поспешил за ними, за несколько шагов достиг угла и неуклюже побежал вдоль задней части ограды.

Теперь-то что на них нашло?

Но он точно не хотел оставаться в одиночестве. Пытаясь угнаться за спутниками, он ощутил знакомую, хоть и давно позабытую смесь отчаяния и унижения. Отзвук детских «игр», жертвой которых он нередко становился. Эй, давайте от него избавимся! Давайте избавимся от Гори! Пусть отстанет! И его приятели бросались прочь, изо всех сил стараясь оставить его далеко позади, потерянного и одинокого.

Горман понимал, что теперь никто не пытался его бросить. Марти что-то увидел. Но ужасное ощущение никуда не девалось, и его зрение затуманивалось от навернувшихся слез, пока он отчаянно пытался не отставать.

– Подождите! – всхлипнул он.

Они не стали ждать.

Но внезапно замерли на месте.

Горман ухватился за ограждение, чтобы остановиться, и вытер слезы.

– Господи Иисусе… – пробормотал Марти.

Клер отпрянула, согнулась пополам, и ее стошнило. Марти светил фонариком вверх. Горман проследил за ним до верха ограды.

Ноги Брайана свисали по обеим сторонам. Он был голым. Тело как будто с силой опустили спиной на заостренные навершия ограждения. Сфинктер Гормана невольно сжался, когда писатель разглядел, куда попала одна из пик. Остальные шли по прямой линии, и последняя вошла Брайану в затылок. Левая рука висела под странным углом. Горман сообразил, что она была переломлена в локте в обратную сторону.

Луч фонарика Марти скользнул дальше по ограждению. Взгляд Гормана проследил за его торопливым путешествием. Других трупов на пиках не было. Марти повернулся к склону холма.

– Дженис! – прокричал он. Луч фонарика заметался среди травы и кустов и замер на чем-то футах в тридцати выше по склону.

Смятое покрывало. Разбросанная одежда.

Клер выкрикнула имя дочери высоким пронзительным голосом. Она стала взбираться вверх, упала на колени и поползла на четвереньках, потом вновь сумела выпрямиться и продолжила карабкаться. Марти бросился за ней.

Горман остался на месте. Несколько секунд он смотрел им вслед, потом снова обернулся к трупу. Он испытывал боль, как будто пики пронзили его собственное тело. Ему ужасно захотелось убежать, но мысль о том, чтобы оказаться в одиночестве в полной темноте, наполнила ужасом. Его трясло. Чтобы не упасть, Горман ухватился за ограду. Холодный металл был влажным и липким. Горман отдернул руку и уставился на ладонь. В лунном свете разводы казались черными. Он снова поднял глаза на труп Брайана. И внезапно страх покинул его.

Чистой правой рукой Горман достал из кармана диктофон и включил его.

– Прямо сейчас я стою под телом Брайана Блейка, моего друга и помощника, человека, который пережил ужас водопада на Черной реке, только чтобы встретить ужасающую смерть от лап чудовища Малькасы. Он погиб глубокой ночью, пытаясь…

– Харди! Иди сюда, черт тебя подери!

Горман кивнул и отошел от ограждения. Прежде чем начать взбираться по склону, он сунул диктофон в карман – но не стал его выключать. Жаль, что у него не хватило ума начать запись, как только Марти и Клер вошли в его номер. Разумеется, тогда он еще и думать не мог, что все закончится этой замечательной трагедией.

Брайана прикончил зверь. Да еще и столь ужасающим образом. Все складывалось настолько удачно, что в это трудно было поверить. Книги будут разлетаться как горячие пирожки!

Кроме того, Брайану уже не понадобится его доля прибыли.

Невероятно!

Если наверху отыщется еще и славно изуродованное тело Дженис… Родители потребуют ее половину прибыли, но их претензии, вероятно, окажутся несостоятельными.

– Посмотри на это, мерзавец! – рявкнул Марти, освещая фонариком землю. Горман узнал куртку и ботинки Брайана. Вокруг на земле была раскидана одежда: кофта и лифчик, ковбойские сапоги, джинсы, трусики. Измятый плед был пропитан кровью.

– Видимо, они как раз… – произнес Горман.

– Заткнись!

На некотором расстоянии от них Клер, всхлипывая, обыскивала кусты.

– Мне очень жаль, – сказал Горман. – Я правда не знал, что они…

– Это ты втянул ее в эту историю. Я тебя прикончу, если с ней…

– Возможно, с ней все в порядке. Она могла сбежать.

– Молись, чтобы так оно и было. – Марти отвернулся и прокричал: – Дженис! Джеееее-нииииис!

Горман присел на корточки и поднял фотоаппарат Брайана. Вспышка была на месте. Горман снял крышку объектива и поднял устройство к лицу. Глядя сквозь видоискатель, он нацелился на одеяло. В кадре заодно оказались джинсы и трусики Дженис. Горман сделал фотографию. В быстрой вспышке света он успел разглядеть, что трусики были розовыми, синие джинсы поблекли, а синий плед покрывали алые пятна. Зажужжал автоматический перемотчик пленки.

Фотографии в «Ужасе» были черно-белыми. Горман решил, что настоит на том, чтобы в новой книге их сделали цветными. По крайней мере несколько, для издания в твердой обложке.

Он нацелил фотоаппарат на сапоги Дженис. Они оказались рядом, один стоял под углом, опираясь на подошву второго.

Великолепно.

И остались от нее одни ботинки…

Когда палец Гормана уже коснулся кнопки спуска затвора, Марти заслонил вид и влепил писателю кулаком в живот. Удар вышиб из Гормана дыхание и отбросил назад. Фотоаппарат вылетел у него из рук. Горман упал на спину и съехал вниз по склону. Его ноги взметнулись вверх, и он перекувырнулся. Твердая земля ударила его по коленям и животу. Горман зацепился за траву, пытаясь остановиться. Сквозь собственные громкие всхлипы он услышал, как Клер кричит, умоляя Марти остановиться.

Но тот ринулся вниз по склону.

– Нет! – воскликнул Горман.

Не останавливаясь, Марти попытался пнуть его ногой в голову. Горман вжался лицом в траву. Ботинок просвистел над его затылком. Подняв голову, писатель сообразил, что от силы замаха его противник потерял равновесие. Замахав руками, Марти завалился назад и приземлился на задницу. Когда он съехал вниз по склону, его ботинок царапнул Гормана по уху.

Горман ухватился за этот ботинок и резко дернул. Хрустнули хрящи. Марти дернулся от боли, разинул рот и вскрикнул.

– Марти! – крикнула Клер. Она смотрела на них сверху.

Через несколько секунд Горману придется отбиваться еще и от нее. Двое против одного. Так не честно!

Он дернул Марти за ногу еще раз. Когда стенающий мужчина оказался достаточно близко, Горман ударил его в промежность.

– Не трогай его! – крикнула Клер. – Оставь его в покое, мерзавец!

Она была всего в нескольких ярдах.

Горман нащупал камень размером с кокос и опустил его на лоб Марти. Горман услышал, как от удара хрустнул череп.

Клер издала какой-то тоскливый звук. Теперь она пятилась обратно вверх по склону, мотая головой из стороны в сторону короткими дергающимися движениями. Она лупила руками воздух, пытаясь удержать равновесие.

Горман поднялся на колени.

– Ничего страшного, – сказал он женщине. – Только не бойся. Мы найдем ему доктора.

Клер внезапно развернулась и бросилась вверх по склону.

Горман побежал за ней.

– Не убегай! – звал он. – Мы не сможем помочь Марти, если ты сбежишь! Да погоди ты!

Женщина продолжала бежать.

– Да стой же, черт побери! Я тебе ничего не сделаю.

Клер наступила на сапог Дженис и споткнулась, но не упала.

Горман швырнул камень. Он ударил Клер между лопаток и отлетел в сторону. Женщина упала ничком и попыталась вновь подняться на ноги. Горман бросился на нее. Его вес прижал ее к земле. Схватив женщину за волосы, он потянул ее голову на себя, протянул правую руку над ее плечом и замахнулся, чтобы ударить ее кулаком по лицу. Угол был неудобным. Он не мог вложить в удар достаточно силы. Но Горман продолжал наносить один быстрый удар за другим. Клер плакала и пыталась отвернуться. Когда она сумела перехватить его запястье, он вырвал руку и с силой ударил ее локтем по плечу. От этого все ее тело содрогнулось, и Горман принялся бить ее локтем, отчего Клер вскрикивала и дергалась, пока он не умудрился каким-то образом задеть нерв. Вся рука онемела, и ее начало покалывать.

Не отпуская волосы Клер, Горман приподнялся со спины женщины и пересел ей на задницу. Ее слабые попытки освободиться его не беспокоили. Он знал, что сил у нее уже не осталось. Но он еще не совсем понимал, как ее прикончить. Он сидел и тряс рукой, дожидаясь, когда пройдет слабость, и оглядывал залитую лунным светом землю. Вокруг не было камней, до которых он мог бы дотянуться.

Клер под ним попыталась извернуться.

– Хватит! – рявкнул Горман и яростно дернул ее за волосы. – И хватит ныть.

Его рука наконец оправилась. Прочесав пальцами траву рядом с Клер, Горман нашел палку. Она была едва длиннее карандаша, и ни на одном из концов не было приличного острия. Но, возможно, и так сойдет.

Схватив деревяшку на манер ножа, Горман переместился обратно на спину Клер и ударил в шею прямо под правым ухом. Сучок скользнул вниз по коже, оставив глубокую царапину. Клер закричала и начала отчаянно извиваться. Горман ударил снова. На этот раз пара дюймов деревяшки отломилась, оставив приличное острие. Третий удар пробил кожу. Вопль Клер стал еще выше. Она забилась, когда он с силой протолкнул палку глубже. Потом Горман вытащил свое оружие и ударил еще раз. Он продолжал втыкать заостренный сучок женщине в шею даже после того, как она затихла.

Потом он сполз с трупа. Рукава его куртки пропитались кровью. Горман вытер ладони о джинсы.

Похлопав карманы, он убедился, что не потерял во время потасовки бумажник или диктофон.

Диктофон. Горман вытащил его из кармана. Боже мой, он работал все это время. Ему придется уничтожить запись.

И избавиться от одежды. От каждого клочка. Но с этим можно подождать.

Спустившись вниз по склону, Горман подобрал брюки Брайана. Из них выпало нижнее белье. Горман обыскал карманы брюк и нашел ключи от автомобиля. Поблуждав по склону, он отыскал фотоаппарат. Наконец он опустился на колени рядом с телом Марти. Договор лежал в кармане рубашки. Горман забрал его. Не совсем понимая, зачем это делает, он забрал и ключи Марти.

Потом он поспешно спустился к ограждению. И, в последний раз глянув на труп Брайана, бросился бежать.