Джоди устроилась на крышке багажника снегохода, уступив пассажирское сиденье рослому и широкоплечему Лайлу. Камило поддал газу, набирая скорость, и у Джоди возникла наконец возможность расспросить Лайла о состоянии Милы.

– Ты уверен, что у нее все хорошо? – подскакивая на своей крышке, выкрикнула она, перекрывая рев мотора.

– С виду – вполне! – обернулся к ней Лайл, крепко держась за выгнутый дугой поручень.

– И куда ее отправили?

– Эшли с Заком летят с ней в отделение неотложной помощи в Колорадо-Спрингс, то есть в лучший травмпункт поблизости. Заодно и присутствие родственников соблюдено.

– Она осталась в сознании? – спросила Джоди, всецело отдавшись материнской тревоге. Ее мутило при мысли, что сейчас она никак не может оказаться рядом с дочерью.

– Да! И, как всегда, острила вовсю… – ответил Лайл. – Мила в надежных руках!

– Какие-то заметные травмы у нее есть? – все-таки уточнила Джоди.

– Таких не увидел, – ответил Лайл.

– Куда теперь? – спросил Камило. – Извините, что прерываю!

Лайл хотел было ответить, но, по-видимому, передумал и уступил слово Джоди:

– Это решать охотинспектору.

– Заедем в хижину траппера, чтобы устроить Стерлинга на ночь, – решила Джоди. Понятно, что связанный паренек никуда не денется. Но, с другой стороны, туго затянутые провода могли нанести ему серьезную травму или даже погубить. Стерлинга нужно развязать и приковать к чему-нибудь наручниками.

Пока Камило правил снегоходом, несшимся сквозь ветреную, морозную ночь, Джоди пыталась примириться с тем, что Лайл – тот самый мужчина, чья манера ставить все вокруг под контроль казалась ей чрезмерно навязчивой, – явился, точно рыцарь на белом коне, чтобы спасти ее. Не то чтобы Джоди совсем не нуждалась в помощи. Напротив, помощь оказалась очень даже кстати. А в особенности – доставленный Лайлом спутниковый телефон, хотя теперь, когда многие проблемы нашли какое-никакое разрешение, она вполне могла бы поставить на зарядку в подвале с чучелами и собственный… И все же ощущение не было неприятным. Хорошо знать, что Лайл всегда где-то неподалеку, что он беспокоится за нее и готов действовать.

Добравшись до хижины, Джоди обнаружила Стерлинга сникшим и подавленным: навалилась усталость после долгих, тщетных попыток избавиться от пут. Он не поднял головы и отказался отвечать на вопросы.

– Пятая поправка[119], – монотонно повторял он, а также: – Мне нужен адвокат.

Голос Стерлинга звучал хрипловато; вероятно, ему требовалась вода. Войдя в хижину в компании двух мужчин, Джоди стояла теперь в уютном тепле и прикидывала, как следует поступить с этим мальчиком-убийцей. Еще одного пассажира единственный оставшийся на ходу снегоход просто не потянет. В каком-то смысле даже неплохо, что в итоге Стерлинг оказался здесь, вдали от остальных, – как в смысле его безопасности, так и их собственной. И все же Джоди не хотелось оставлять парня на ночь в одиночестве, по целому ряду причин. Во-первых, Стерлинг мог найти способ освободиться и сбежать. Во-вторых, он мог задохнуться или случайно, или не очень, пораниться (или, того не легче, погибнуть), уже находясь под арестом, – что точно не стало бы самой страшной трагедией на свете, учитывая почти социопатическую жестокость его деяний. Но Стерлинг оставался подростком. Джоди многого о нем не знала, но в одном разбиралась хорошо: дети порой совершают ужасные поступки, о чем сожалеют, немного повзрослев. Она где-то вычитала, что мозг мужчины полностью созревает только к двадцати пяти годам, если не позже. Значит, этот парнишка был именно что незрелым. Ребенком, в сущности. Да, пусть этот ребенок совершил нечто невообразимо ужасное, он все равно заслуживает шанса на перевоспитание.

– Я мог бы побыть здесь с ним, если надо, – предложил Лайл, словно заглядывая в мысли Джоди. Он умел читать людей по мельчайшим жестам и мимике.

– А что, было бы здорово, – согласилась Джоди. – Ты вооружен?

Лайл похлопал себя по боку, где обычно находилась надежно спрятанная кобура. И посмотрел на Джоди так, словно та неудачно пошутила, задавая свой вопрос. У него имелась твердая, железобетонная лицензия на скрытое ношение оружия.

– У вас тут найдется снегоуборочная техника? – поинтересовался Лайл у Камило.

– Да, сэр, – ответил управляющий ранчо. Джоди видела, что бедняга совершенно измотан, но могла разве что посочувствовать. – Первым делом с утра я выеду и расчищу всю дорогу до шоссе.

– А нельзя ли начать уже сегодня вечером? – спросила Джоди. – Знаю, как ты устал, Камило, и прости, что прошу об этом. Все мы здорово устали. Но чем раньше мы обеспечим доступ к резервному источнику питания, тем лучше. А еще нам нужно эвакуировать всех из рыбацкого домика и доставить на ранчо судмедэксперта.

– Без проблем, – кивнул Камило. – Значит, приступлю к расчистке сразу, как мы вернемся, только сперва мне нужно будет убедиться, что с моей женой все в порядке.

– Тебе бы и самой не мешало отдохнуть, дорогуша, – тихонько заметил Лайл, подаваясь ближе к Джоди. – Если сможешь выбрать время. А то ты кажешься слегка уставшей…

– Лишь слегка? Неужели я настолько хороша собой?

– Ты всегда прекрасна. Но иногда в твоей красоте бывает заметна самая чуточка усталости.

– Очень мило. Но этой ночью мне, пожалуй, будет не до сна. Дел слишком много.

– Понимаю, – вздохнул Лайл. – Если потребуется помощь еще с чем-нибудь, ты только свистни.

– Сразу, как только смогу, я прыгну в свой пикап и вернусь, чтобы забрать вас обоих.

– Прекрасный план, инспектор Луна.

– Знаете, а ведь мне сдается, что вы могли бы найти себе развлечение и получше, чтобы скоротать пришедшийся на выходной свой день рождения, мистер Даггетт?

– Я понимаю, о чем вы толкуете, но, со всем уважением, не могу согласиться.

– Да неужели?

– Истинная правда. Возможно, вам трудно в это поверить, инспектор Луна, но прямо сейчас я не хотел бы оказаться нигде больше.