После неспокойной ночи, когда она, ворочаясь с боку на бок, пыталась сообразить, в какие бездны ада швырнул ее Брейди с этой лосиной охотой на ранчо «Сангре-Монте», вскоре после рассвета Джоди спустилась вниз, следуя за теплыми, восхитительными ароматами корицы и сдобы.

В камине гостиной уже пылали вновь уложенные дрова, а снаружи первые лучи солнца щедро рассыпали по снежному покрову золотые искры. Дверца, скрытая за книгами, вновь выглядела как обычный книжный шкаф, причем иллюзия казалась настолько полной, что Джоди едва не засомневалась: может, весь этот сюрреалистический кошмар с потайным подвалом попросту ей приснился?

Она на цыпочках прокралась по погруженному в тишину холлу, все еще одетая во вчерашний рабочий костюм. Она, конечно, собиралась в какой-то момент принять ванну и переодеться в свежий комплект формы, но мысль о холодном душе в холодном номере ее совсем не привлекала. В отличие от запаха свежих булочек с корицей.

Джоди выглянула из-за дверного косяка на кухню. Там обнаружилась Мириам – беременная экономка и по совместительству шеф-повар, которая трудилась при свете керосиновой лампы, одетая в куртку поверх нескольких платьев и с лыжной шапочкой на голове. Уперев кулак в спину в области поясницы, другой рукой она подкладывала свежие поленья в зев старомодной дровяной печи.

– Позвольте, лучше я, – предложила свою помощь Джоди.

– Спасибо, – ответила Мириам шепотом; надо думать, из соображений заботы о спящих гостях.

– Я и сама бывала беременна, – сказала Джоди. – И могу подтвердить: боль в спине на последнем триместре – далеко не шуточки.

– Это верно, – кивнула Мириам.

– На каком вы сроке? – вежливо справилась Джоди.

– Пока лишь семь месяцев, – ответила та. – Но мы ждем двойню, так что порой мне кажется, что прошли все шестнадцать.

– Вот это да, – восхитилась Джоди. – Поздравляю. Наверное, любая работа сейчас дается с трудом?

– Я не возражаю, – покачала головой Мириам. – Уж лучше быть здесь, где я сама себе хозяйка, чем на побегушках в «Джеронимо».

Брови Джоди сами собой поползли вверх.

– «Джеронимо» – это ресторан в Санта-Фе? – уточнила она, и Мириам буднично кивнула в ответ – так, словно не было ровным счетом ничего особенного в том, что у нее имелся опыт работы в топовом ресторане города, слывущего меккой для гурманов. – Это многое объясняет. Вчерашний ужин был потрясающий.

– Спасибо.

– Пахнет булочками с корицей, – заметила Джоди. – Я не ошиблась?

– Все верно. Буду вынимать их минут через восемь. А черничные коржики и клюквенно-апельсиновые кексы уже готовы. Они в тех корзинках, что греются на плите, если хотите попробовать один такой. Или два. Или три.

– Как вы печете при отключенном электричестве? – спросила Джоди. – Не то чтобы я была против. Просто впечатлена.

– Точно так же, как мои бабушка с дедушкой, – бесстрастно пожала плечами Мириам. Очевидно, старомодная плита все-таки не была декоративной и могла работать как на газе, так и на дровах. – Это они меня вырастили. Приготовить вам кофе?

Мириам повела рукой в сторону большого кофейника на плите.

– Конечно, – с благодарностью выдохнула Джоди. – Было бы здорово.

– Я выросла на ферме, у бабушки и дедушки, – продолжала Мириам. – Не особо далеко отсюда, между прочим. Поэтому, когда миссис Эванс предложила мне работать у нее, я ответила согласием, но при одном условии: все кухни здесь должны быть оборудованы вот такими печками, чтобы готовить без проблем независимо от любых капризов автономного энергоснабжения.

– А где именно вы росли? – спросила Джоди. – Я тоже из фермерских детишек, жила в окрестностях Гато-Монтеса. И мне даже кажется, что я вас уже где-то видела. Скорее всего, мы с вами дальние родственники.

Мириам рассмеялась.

– Может, и так. Кто знает? Но нашей фермы больше не существует. Вообще-то, мы одна из тех семей, что продали свои земли Тедди и Клаудии.

Джоди постаралась не показать, как сильно удивило ее это признание.

– Наверное, такой выбор сделали почти все в этих местах, – кивнула она. – Надеюсь, у ваших бабушки и дедушки сейчас все хорошо?

– Abuelito уже нет с нами. После его смерти моей abuelita стало трудно самостоятельно вести хозяйство, поэтому мы с Камило помогали ей, знаете ли, как могли, но в основном муж, ведь сама я работала в Санта-Фе. И так было до той поры, пока бабушка не заболела. Счета за лечение были очень высоки, а страховка не покрывала и половины необходимого. Поэтому, когда мистер и миссис Эванс предложили купить ферму… Честно вам признаюсь, инспектор Луна, тут многие были вне себя от радости, но для нас это стало почти чудом. Мы больше не хотели заниматься фермерством. А ничего другого не могли себе позволить. В общем, моя бабушка согласилась на их щедрое предложение.

– Рада, что в итоге из этого вышло что-то хорошее, – сказала Джоди, начиная сомневаться в правдивости этой истории. Ей вспомнилось, что Камило не стал рассказывать Клаудии о запасном генераторе в подвале; интересно, это результат простой забывчивости или же у управляющего имелась давняя привычка исподтишка делать мелкие гадости хозяевам ранчо, – особенно учитывая то, как он здесь появился.

– Поначалу-то мы были против продажи фермы, – продолжила Мириам. – Камило был против, во всяком случае. Эта земля принадлежала моей семье с очень давних пор. Лет триста она была нашей, а то и больше. Но Эвансы… Что тут скажешь, инспектор Луна? Они предложили бабушке огромные деньги и пообещали нам с Камило бесплатное жилье, работу на ранчо и очень хорошее жалованье, прямо как у врачей, если мы захотим у них работать, sabes? Они даже оставили нам дом, в котором я выросла…

– Значит, вы до сих пор живете в доме своего детства?

– Нет. Он далеко на севере, почти у границы с Колорадо. Миль двести отсюда. Нам вручили ключи от нового дома, недалеко от въезда на ранчо, которым вы воспользовались, и от основной усадьбы миссис Эванс. Но мы навещаем и старый дом, когда выдается свободное время, поддерживаем там чистоту и порядок.

– Ого, – задумчиво протянула Джоди. – Тяжело вам приходится, наверное…

– Нет, все сложилось отлично. Моя бабушка прошла лечение, все необходимые процедуры и тесты и живет теперь в самом лучшем доме для престарелых в Санта-Фе. Денег, вырученных за ферму, хватило на все это с лихвой, но даже и без этого миссис Эванс такая добрая. Она помогает нам платить за всякие вещи, даже если мы в этом не нуждаемся. Говорит, мы как семья. И мы по-прежнему живем на нашей семейной ферме, ну почти. Так как же тут не радоваться?

– Если не возражаете, я все-таки спрошу, – сказала Джоди. – Почему вы с Камило все еще работаете? Я слыхала, какие деньги выручали местные за землю, и думала, что на них можно жить припеваючи, ничем себя не утруждая.

– Остаток денег мы положили на особый счет, для abuelita, – просто ответила Мириам. – Это ее деньги, а не наши. Да и работать нам нравится, это не в тягость. Тем более, пока мы тут, мой старый дом все еще считается нашим… По крайней мере, теоретически.

– А вы устроите себе отпуск, когда появятся дети? – улыбнулась Джоди.

– О да! – расцвела Мириам. – Наша миссис Эванс – суперфеминистка, знаете ли. И с удовольствием тратится на работников – у нас льготы, как в Европе, в Америке такие редкость. Она сказала, я могу взять отпуск хоть на целый год с полным сохранением зарплаты, если захочу.

– Великолепно, – одобрила Джоди. – Она просто душка, если разобраться.

– Так и есть. Они оба такие. Даже все трое, включая и сына. Кстати, вам не нужно переживать, если они с вашей дочерью остаются наедине. Я вижу, как они смотрят друг на друга. Они встречаются?

– Да, – сказала Джоди.

– Это здорово! Вам не стоит о нем беспокоиться, Стерлинг – хороший мальчик. Иногда он приходит помогать нам на ферме и подолгу расспрашивает о былых временах. Вроде как снимает документальный фильм.

– Правда? – удивилась Джоди.

– Да, он большой умница.

– У меня тоже сложилось такое впечатление, – подтвердила Джоди.

– Могу добавить вам в кофе немного местных пиниолей[73] темной обжарки. Подойдет?

– С удовольствием, – сказала Джоди. – Спасибо! Вы прямо святая.

Мириам бросила на нее слегка недоуменный взгляд, а затем отвернулась, пряча тонкую улыбку. Это чуть встревожило Джоди, которая решила, что шеф-повар Эвансов могла не согласиться с такой оценкой святости, – чисто на религиозной почве.

Через заднюю дверь в кухню вошел Камило, весь в снегу. Он пожелал Джоди доброго утра, обнял и поцеловал жену, а после встал у плиты, отогреваясь.

– Ты расчистил дороги или как? – спросила Мириам.

– Ха! Ничуть не бывало, – ответил Камило, на лице которого отразилась досада. – Сегодня донья Лавато – та еще заноза в заднице. Не пустила меня на свой участок!

– Что? – поразилась Джоди. – Она не может так поступать. У вас есть полное право прохода и проезда.

– Да, я знаю, – вздохнул Камило. – Но она вдруг поменяла код на воротах и стоит там со своим ружьем, в очень скверном расположении духа, sabes? Типа в такой ярости я еще никогда ее не видел. Вот мне и пришлось вернуться сюда, инспектор Луна, чтобы обсудить это с вами. Я рассчитываю, что вы съездите туда со мной, потолкуете с ней и попробуете уговорить пропустить меня, чтобы мы расчистили наконец эти чертовы дороги и хоть как-то выбрались отсюда. Мне нужно съездить в город, купить кабели и поскорее починить электрику.

– Конечно, – покивала Джоди. – Поеду, поговорю с ней. А вы не могли бы заодно расчистить дорогу и к хижине траппера?

– Ну да, – пожал плечами Камило. – По эту сторону от участка доньи Лавато уже довольно чисто, хотя снег все еще идет, и я не знаю, как долго это продлится. Но вам, вероятнее всего, не составит труда попасть туда.

– Супер! – одобрила Джоди. – Все равно мне нужно побывать там, еще раз проверить, как дела у Брайса.

– С небольшой толикой везения он пропадет без вести, и вы никогда его не найдете, – веско уронил Адлер, который вместе с Леннокс бесшумно возник из темноты коридора. Теперь он шагнул в кухню, уже в полном охотничьем снаряжении и с кривой усмешкой, будто весьма удачно пошутил. Подойдя к печи, расплел сложенные на груди руки и вытянул ладони вперед, согревая. За ним последовала также экипированная для охоты Леннокс, которая смиренно встала у печи рядом с мужем.

– Не надо говорить такие вещи, – остерегла Адлера супруга. – Особенно в присутствии копов.

– Доброе утро, мистер и миссис Эванс, – поздоровалась Мириам.

– Что на завтрак? – осведомился Адлер.

– Я испекла немного свежих булочек и кексов, – сказала Мириам. – А кофе будет готов через минуту-другую.

– Мне очень жаль… – начала Леннокс, хотя по ее тону (из ряда: «А могу я поговорить с вашим заведующим?») было ясно, что извиняться положено Мириам, а не ей самой. – Но я вполне уверена, что Клаудия должна была передать – я на палеодиете, то есть с уклоном в плотоядность.

– Да, я знаю, – кивнула Мириам. – Просто, раз уж электричество отключилось, я предпочла перестраховаться насчет продуктов из холодильника или морозилки.

– Разве ваша выпечка обошлась без использования яиц? – спросил Адлер присущим ему тоном всезнайки.

– Нет, но эти яйца я взяла свежими из курятника, перед самым рассветом, – пояснила шеф-повар семейства Эванс. – А молоко, которое я использовала для теста, – это миндальное молоко из пакета.

– Вам ведь известно, какое несусветное количество воды уходит на приготовление миндального молока? – поинтересовалась Леннокс.

– Да, – ответила Мириам. – И с удовольствием расскажу, как пройти к хлеву, если вы желаете выйти подоить коз.

Леннокс замялась, а Джоди пришлось подавить готовый вырваться наружу смешок. Поймав взгляд Джоди, Мириам незаметно подмигнула ей.

– Если у вас найдутся и другие свежие яйца, вы можете приготовить нам омлет, – объявила Леннокс. – Это будет вполне в рамках системы палеодиеты. Кроме того, мне, пожалуй, больше подойдет мужской завтрак. Обожаю булочки и кексы, но, раз уж я собралась весь день охотиться на лося, мне требуется что-то более существенное.

– Или… – произнес только что вошедший в кухню Стерлинг, по пятам за которым следовала Мила. Похоже, они перестали держаться за руки лишь за секунду перед тем, как войти. – Вы могли бы перестать строить из себя полных засранцев и начать вести себя по-человечески. Неужели так сложно понять, что эта удивительная, бескорыстная женщина пребывает на поздней стадии беременности и прилагает массу усилий, чтобы приготовить вам что-то вкусное в довольно стесненных обстоятельствах?

Юноша подошел к шкафу, достал большую чугунную сковороду и, протянув ее Адлеру ручкой вперед, сказал:

– Сваргань-ка ты сам себе яичницу, дядя «А». Наверняка сумеешь?

– Я лучше огрею тебя по башке этой штукой, – без запинки ответил тот Стерлингу. – Такой же наглец, как и твой дядя Брайс. Две горошины из одного гребаного стручка.

Стерлинг ухмыльнулся, извлек из корзинки свежую булочку и, почти целиком запихнув ее в рот, подался вперед обнять Мириам.

– Очень вкусно, миссис Наранхо, – похвалил он, роняя крошки за воротник своей сорочки. – Спасибо. Вы настоящая богиня. Идите и отдохните немного, а мы с Милой все уладим. Верно?

Стерлинг оглянулся на Милу так, словно та была его подручной, – и девочка кивнула, явно опешив оттого, что ее призвали на помощь.

– Да, запросто! – подтвердила Мила. – С этим мы точно справимся.

– Как по мне, – рассудил Стерлинг, – нет ни малейших причин, по которым группа трудоспособных людей не могла бы справиться с задачей самим себя накормить, а затем и вымыть посуду.

Ничего на это не ответив, Мириам сохранила спокойствие и, ковыляя на отекших ногах, отошла к кухонному шкафу за четырьмя кружками. Ей бы только в покер играть.

Джоди вынужденно признала, что мальчишка Стерлинг начинает ей нравиться. И, едва дождавшись, пока Мила закончит завтрак, велела дочери одеваться для прогулки на свежем воздухе.

– Почему только я? – удивилась Мила.

– Нужно, чтобы ты помогла мне кое с чем, – пояснила Джоди.

– С чем же это, интересно? – тут же спросила Мила, и Джоди сразу осенило, что дочернее непослушание было игрой, рассчитанной на единственного зрителя: Стерлинга.

– Объясню, как только мы окажемся в пикапе, – пообещала Джоди.

Сердито шагнув к Джоди, Адлер поспешил встрять:

– Только не говорите, будто у вас найдутся дела поважнее, чем устроить нам охоту на лосей, только ради которой вас здесь еще терпят!

– Не самая лучшая идея – выбираться на охоту в разгар снегопада, – заметила Джоди. – В связи с чем я и посоветовала вчера Клаудии собрать всех вас и обсудить список альтернативных развлечений. Надеюсь, скоро метель хоть немного ослабнет, и тогда я возьму вас на охоту. Выслеживать лосей по свежему снегу куда легче.

– Можно мне с вами? – спросил Стерлинг. – Куда бы вы с Милой ни отправились.

– Не в этот раз, чемпион, – помотала головой Джоди.

– А можно я останусь? – спросила Мила. Джоди вдруг стало ясно, что Стерлинг с Милой сцепили под столом руки.

– Нет, – отрезала она, оставив окончание фразы («изыди, Сатана!») при себе.