На следующий день, когда Тусия рылась в запасах, ища корень горечавки, чтобы добавить в новую партию «Масла гремучей змеи», она наткнулась на тонкую книжечку. На желтой обложке была нарисована ладонь, испещренная линиями, название, написанное красным, гласило: «Тайны руки от Дика». Тусия фыркнула и отбросила ее. Как люди могут верить в эту антинаучную чушь? Хорошо, что Хьюи больше не заговаривал о хиромантии.

Она вытащила еще один ящик и перебрала его содержимое. На дне нашелся пыльный пузырек, на котором было написано «Горечавка». Когда Тусия схватила его, ей в голову пришла идея. Этот корень использовался, чтобы приглушить вкус спирта и придать маслу лекарственный запах. Еще одна уловка Хьюи. А что, если она сможет обмануть его так же?

Дав правдивый совет тому больному туберкулезом, она надолго обрела душевный покой и отчаянно хотела вернуть это состояние. Она бы разрушила надежду Хьюи на быстрые продажи. Так они все и держались, поняла Тусия, так и выживали, цепляясь за такие вот мелочи. У Лоуренса была поэзия, у Фанни – танцы, у Дарла – его вето на комиков.

А у нее была медицина. Настоящая.

Ей не нужно заниматься ничем, что может вызвать новый припадок. Она будет просто давать советы по гигиене, питанию, объяснять, как работает организм. Так делала на лекциях доктор Блэкуэлл.

Но в шатре для консультаций Тусия не могла это устроить. Там Хьюи сверлил ее взглядом всякий раз, как она открывала рот. Нет, нужно как-то извернуться, найти свою замену горечавке.

Она снова посмотрела на желтую книжечку. Хиромантия! Нелепо, но может сработать.

* * *

Убедить Хьюи, что мадам Забелль должна заняться еще и чтением линий на руке, оказалось проще, чем Тусия думала. Ведь он сам это предлагал вначале. Она настояла на том, чтобы делать это самой, и Хьюи разрешил проводить сеансы в течение часа после представления.

Однако они поспорили насчет денег. Тусия хотела предлагать свои услуги бесплатно, но Хьюи это не подходило. Как он сказал, единственная причина что-то отдать даром – это гарантия того, что все окупится сторицей. Не дожидаясь, пока Хьюи начнет думать о превращении сеансов в дополнительную продажу лекарств, Тусия согласилась взимать скромную плату. Они сошлись на пятнадцати центах, причем пять она могла оставить себе.

Заручившись согласием Хьюи, Тусия принялась изучать желтую книжечку. Надо было не просто смотреть на линии, а потом выпаливать какую-то чушь про судьбу. Хиромант также учитывал форму ладони, пальцев, костяшек и другие признаки. Каждый из них был связан с астрологией, что, в свою очередь, указывало на особенности темперамента.

Люди с длинными и заостренными мизинцами относились к нервическо-желчному типу. Ими правил Меркурий, делавший их умными, красноречивыми, работящими и проворными. Крупные, сухие руки с шишковатыми пальцами указывали на раздражительность, мудрость, расчетливость, серьезность – такими людьми управлял Сатурн.

Тусия верила в хиромантию не больше, чем в ясновидение. Ее рассердило, что в книге она называется наукой. Но придется быть убедительной, и не только ради Хьюи – нужно, чтобы посетитель как можно дольше просидел с ней, иначе она не успеет дать полезный совет. Поэтому Тусия три часа изучала тексты и картинки.

Она пристала к Фанни и довольно топорно прочитала знаки на ее огромной, рыхлой ладони, заглядывая в книжку.

– В чем дело? – спросила Фанни, когда Тусия закончила. – Хьюи решил, что он недостаточно выжал из тебя?

Тусия улыбнулась, придвинулась поближе и шепотом поведала Фанни свой план. Та тоже улыбнулась.

– Viel Glück[26]. Удачи!

Затем Тусия читала по рукам Алу и Тоби. У Тоби вместо линии головы и сердца ладонь пересекала только одна. Мальчики хихикали, когда Тусия водила им по ладошкам пальцем, но скоро им наскучило ждать, пока она перелистывает страницы. Они настаивали на том, что надо и Киту почитать по лапке, однако тот просидел всего минуту, понял, что еды ему не дадут, и ускакал.

Когда Тусия добралась до руки Кэла, испачканной табаком, она лишь раз посмотрела в книгу. А по ладони Лоуренса, красноватой и сухой из-за постоянного трения о лассо, читала уже без подсказок.

Тусия подумала позвать и Дарла, но не смогла набраться смелости. Боялась не его, а той искры, крошечного огонька, который зажигался у нее внутри, когда она перевязывала порез на его пальце или смотрела, как он устанавливает шатер. Конечно, виной всему удушающая летняя жара, но лучше бы больше не испытывать это чувство.

Через пять дней Тусия выучила книгу наизусть от корки до корки, но все еще не чувствовала, что готова. Как же ей перейти от разговора о линии жизни или бугорка Венеры на гигиену и питание? Но в тот вечер, когда она снова вышла на сцену во вдовьем платье, Хьюи объявил, что удивительные таланты мадам Забелль не ограничиваются ясновидением и что она также предсказывает будущее по линиям на ладони. После выступления мадам Забелль готова сделать это для каждого, кто заплатит двадцать центов.

Тусия рассердилась и одновременно запаниковала. Они не договаривались о том, что это произойдет сегодня. И она не соглашалась на дополнительные пять центов. Но возбужденный гул толпы говорил о том, что пути назад нет.

После своего номера Тусия приготовила все нужное в шатре для консультаций, набросив черную ткань на банки с образцами и флаконы с лекарствами. Она также спрятала стетоскоп и ложку для языка, а в центр шатра поставила столик, накрыв его черным крепом. Тусия, конечно, не знала, как должно выглядеть то место, где читают по руке, но, по крайней мере, посетителей не будет отвлекать четырехдольная свиная печень.

Снаружи доносились бодрые ноты последней песни Кэла. Тусия села за столик и попробовала успокоиться. Если она перепутает линию жизни с линией сердца, никто и не узнает. Но что, если к ней никто не придет? Ведь уже поздно, и двадцать центов – не пустяк. Это было ей хорошо известно. А вдруг кто-то рассердится, если она переключится на ежедневное мытье и обилие свежего воздуха? Что, если…

Тут полотнище распахнулось, и вошел краснощекий мужчина средних лет. За ним тянулась очередь из дюжины энтузиастов.

– Можно войти, мэм? – спросил он, снимая шляпу.

– Да, пожалуйста, – выдавила Тусия. Она указала на табуретку напротив столика.

Мужчина сел, но не сразу протянул руку.

– Не знаю, верю я в это все или нет, – сказал он, – но подумал… Ну, хуже не будет.

Тусия вдруг осознала, что улыбается, когда придвинула его руку к себе.

– Все в порядке. Скептицизм – это полезная черта. Но я надеюсь, что вы найдете хотя бы парочку из моих предсказаний полезными.

Сказав это, Тусия посмотрела на ладонь мужчины и начала сеанс.