Сегодня мальчики приступят к вырезанию čhaŋnúŋpa. Я весь в тревоге и на нервах. И остальные тоже. Столько сразу на кону!
Лилли накормила их хорошим сытным завтраком. Воскурила для них «сладкую траву» и вручила Леви лоскутное одеяло, что шила ее бабушка, сказав, что дух ее бабушки будет придавать ему выносливость и храбрость. А Карл-Мартин даже продекламировал молитву, прикрепленную к стене над верстаком.
Мы с Карлом-Мартином научили Леви, какими инструментами и как пользоваться, продемонстрировали их в работе. Мы сделали все, что в наших силах, за исключением единственного, что действительно могло бы ему помочь: держать его руки с инструментами в своих руках во время придания формы камню.
Но именно это и зарекала нам Ида.
Мне кажется, это неправильно и не является таким уж необходимым. Можно же способствовать возмужанию мальчика, не превращая все в тяжелые испытания.
Когда Ида сказала Леви, что никто, кроме них двоих, не должен прикасаться к камню, я увидел в его глазах страх. У него, бедняги, даже губы задрожали и рука на камне затряслась, когда она объявила, что выполнить он это должен сам, и никто иной. Да, мол, Рубен может помогать. Но какой тут Леви прок от шестилетнего братишки? Он выглядел просто брошенным и испуганным – как любой одиннадцатилетний ребенок в подобной ситуации.
И мне было больно это видеть. Мне полюбился пацаненок. Я не задумываясь принял бы его как брата или даже как сына.
Я мог бы ему помочь вырезать эту трубку. Мог хотя бы направлять его руку, чтобы делалось это его рукой, а не моей. Но Ида запретила.
И мне это кажется неправильным, даже жестоким.
А что возникнет в голове у маленького Рубена, если камень вдруг треснет? Он же боготворит своего брата. Если Леви потерпит неудачу, это разобьет сразу два сердца, а не одно.
Однако Ида твердо стоит на своем, перекрывая нам путь к помощи. Говорит, мы можем мальчикам все объяснить, но не смеем касаться. Молитвы, и заговоры, и словесные инструкции, конечно, хороши – но они не заменят осторожного содействия опытной руки.
Я понимаю, что обычаи народа лакота сложены для того, чтоб воспитать сильного и стойкого мужчину. И я не сомневаюсь, что, став мужчиной, Леви будет производить достойное впечатление. Но сейчас-то он всего лишь отрок!
И я не могу отделаться от мысли, что порой самый первый шаг к тому, чтобы помочь мальчику на пути к успеху, – это сделать все возможное, чтобы он не потерпел неудачу.