Идиотка. Идиотка. Идиотка. Какого черта она вздумала его целовать? Почему решила, что этот массаж что-то значит? Надо было просто наслаждаться приятным успокаивающим движением его теплых пальцев – ведь сам Джайлс явно ни о каком «продолжении» не думал. Как же глупо она себя повела! Наверняка с ней это случилось от усталости, да и выпитое вино подействовало – вот она и поняла ситуацию превратно.

Она никогда еще не видела у мужчины такого выражения лица – ясно демонстрирующего одно желание: немедленно удрать. Именно такое выражение было у Джайлса, когда он вырвался из ее объятий, избегая ее поцелуя. Это ее вина. Она сглупила, приняв дружеский жест за пробуждение страсти. Холли мерила шагами лужайку, мысли ее метались, и она тщетно пыталась понять, как она ухитрилась настолько неверно все истолковать. А действительно ли так уж неверно? Почему бы не предположить, что Джайлс все же хотел большего? Вообще-то, столь очевидный вывод напрашивался сам собой. Одинокий мужчина и одинокая женщина ужинают поздним вечером в домашней обстановке, пьют вино и так далее. А потом еще вся эта чушь – я прекрасно тебя понимаю, просто мне не все равно, ты мне далеко не безразлична… Вот ведь черт побери!!!

Через час от него пришла эсэмэска с извинениями по поводу столь внезапного ухода. Холли не ответила. Легла спать и, выключив прикроватный светильник, уютно свернулась клубком под периной и решила, что утром у нее еще будет время придумать соответствующий ответ.

Но и утром у нее было все то же отвратительное настроение из-за вчерашнего происшествия. Послание Джайлса так и осталось без ответа, и писать ему Холли пока что не собиралась.

Пребывая в полном унынии, она решила, что ломтик поджаренного хлеба или мисочка овсянки на завтрак никак ее не утешат, а потому вышла из дома пораньше и направилась прямиком в булочную – за свежей улиткой с корицей. Длинные очереди, с раннего утра выстраивавшиеся в эту булочную, всегда производили на нее сильное впечатление. Однако очередь она все же выстояла, а когда добралась наконец до своей кондитерской и собралась отпереть дверь, то ничуть не удивилась, еще издали заметив, что возле крыльца маячит мужская фигура.

Тяжело опираясь на трость – Холли даже со спины могла бы теперь с точностью определить, кто это такой, – там стоял тот самый пожилой джентльмен, что регулярно, по крайней мере раз в неделю, заглядывал в кондитерскую с тех пор, как она «заступила на вахту».

– Вы сегодня опоздали, Холли, – сказал он, пока она рылась в сумке, пытаясь отыскать ключи и при этом не перепачкаться сахарной пудрой, которой была щедро присыпана улитка с корицей.

– Извините, я буквально через минуту все вам подам. Два пакета лимонного шербета и четверть фунта анисовых шариков, верно?

– Как вы быстро запомнили!

– Исключительно благодаря вашим регулярным визитам!

Холли уже стояла за прилавком и взвешивала старику третий пакет с конфетами, когда до нее дошло, что сегодня он обратился к ней по имени. И это произошло именно в тот момент, когда вокруг нее царит такой чудовищный хаос. Значит, для некоторых постоянных покупателей она уже не просто некий новый персонаж, а Холли. У нее сразу посветлело на душе, и она, пристроив на весы последний пакетик, сказала:

– Два фунта сорок пенсов, пожалуйста. – И протянула ему покупки.

Старик нахмурился.

– Вы уверены? Тут, по-моему, что-то неправильно. Обычно я плачу несколько больше, верно ведь? Три фунта семьдесят пенсов – так обычно выходит.

– Ну, хорошо, признаюсь: второй пакет лимонного шербета за счет магазина, – быстро нашлась Холли. – Я ведь опоздала, заставила вас ждать.

– Вы не должны так поступать. Это я, по всей видимости, слишком рано сюда явился.

– Все равно, мое опоздание это никак не извиняет. Я должна была прийти несколько раньше. Но вы все-таки постарайтесь не приходить каждый раз в половине восьмого, хорошо? Да и я не всегда буду угощать вас конфетами бесплатно.

Он улыбнулся, и Холли тоже невольно улыбнулась. «Какое удивительное начало дня, – подумала она. – Вот оно наконец, реальное подтверждение того, что я все решила правильно!»

– Что ж, спасибо вам большое.

И старик, все еще улыбаясь, пошел к двери и на минуту там остановился, перекладывая трость и покупки так, чтобы было удобней нести. А что, если делать подобные «подарки» за счет магазина регулярно? – подумала Холли. Попробовать вот так удивлять кое-кого из постоянных покупателей, скажем, раз в неделю? Можно даже делать это прилюдно, с видом фокусника вытаскивая нужное имя из шляпы.

– Простите, – окликнула она старика, выбегая из-за прилавка и догоняя его уже на тротуаре. Он остановился, повернулся к ней лицом и спросил:

– Я что-то забыл? Или мне все-таки нужно за второй пакет заплатить?

– Нет. Нет, конечно же нет! – Холли даже немного огорчило, что ему такое могло прийти в голову. – Просто я вдруг подумала, что не знаю вашего имени. Я ведь так его у вас и не спросила.

– Меня зовут Бернард, – сказал он и с явным удовольствием слегка поклонился. Глаза его лукаво блеснули. – Бернард.

Сегодняшний день явно станет самым лучшим за все это время, решила Холли и вернулась в магазин, чтобы как следует его открыть и подготовиться к приходу покупателей. Из-за того что Бернард появился здесь ни свет ни заря, она даже деньги в кассу положить не успела, а еще нужно было везде включить свет и хотя бы немного подмести. Внезапно возникшее ощущение счастья не прогнал даже тот нервный трепет, что охватил ее, когда она поднималась по лестнице, чтобы проверить, как там вчерашняя протечка. Вот ради чего она все это затевала – ради мимолетного ощущения счастья.

Холли зря опасалась: крыша, насколько можно было видеть, держалась отлично. Но маленькое желтое ведерко она вчера все-таки поставила на прежнее место – просто на всякий случай, – и, кстати, утром в ведре было совершенно сухо. С другой стороны, и дождь больше не шел. Впрочем, работе Джейми она полностью доверяла. Пол тоже успел уже почти просохнуть.

Оказалось, что полагаться на свое непрофессиональное мнение Холли вовсе не обязательно: ровно в половине десятого в дверях магазина возникла Джейми, одетая в короткую джинсовую юбку, шерстяной кардиган и кроссовки. Холли тут же опять стало стыдно за вчерашний вечер.

– Ты прости меня, пожалуйста, что я вчера вечером ушла и вас бросила, – начала Холли. – Я не знала, что он собирался заказывать еду.

– Ой, не глупи, – отмахнулась Джейми. – Можешь поверить: я совершенно нормальная и не обижаюсь на то, что у других людей есть личная, отдельная от меня жизнь. Наш путь вообще слишком короток, чтобы устилать его обидами. Хотя я не поняла – ты что, давно знаешь Джайлса? Вы с ним старые друзья?

– Нет, ничего подобного, – помотала головой Холли. – Я с ним познакомилась после того, как переехала сюда. В тот самый день, когда я налетела на Бена с его велосипедом. И после этого мы виделись еще пару раз.

Это было похоже на жалкую попытку оправдаться, но все же было настолько близко к правде, насколько самой Холли того хотелось.

– А ты, выходит, с ним хорошо знакома? – Холли догадывалась, что теперь сможет побольше узнать о таинственном и неуловимом мистере Кэверти. – Расскажи, какой он?

– Почти все здесь в той или иной степени с ним знакомы. Он принадлежит к типу людей, любящих известность, можно и так это сформулировать. Но вообще-то я пришла вовсе не для того, чтобы вести разговоры о Джайлсе Кэверти. Как там твоя крыша? Все в порядке?

Холли не совсем поняла, как ей следует воспринимать подобную реакцию, но была почти уверена, что, если бы ей действительно было важно что-то узнать о Джайлсе, Джейми непременно бы ей рассказала. Так что она не стала больше расспрашивать.

– На верхний этаж я, конечно, заглянула первым делом, – сказала она, – и, по-моему, там уже все почти просохло. Ты настоящий мастер, Джейми! Просто отлично справилась с этой чертовой дырой!

– Ты не против, если я все-таки поднимусь и быстренько взгляну сама? Боюсь, я в определенном смысле перфекционистка. Во всяком случае, я всегда должна убедиться, что все сделала хорошо. Особенно – если это работа для друзей. Мне неприятно будет предъявлять тебе счет, если я сама не буду довольна результатом.

Слова Джейми о работе, «сделанной для друзей», вновь заставили душу Холли воспарить от восторга. Это было еще одно маленькое, но важное подтверждение правильности принятого решения – несмотря на то, какой хаос обрушился на нее в связи с этим магазином.

– Конечно, посмотри! И я с тобой схожу, – сказала Холли, но едва она шагнула к двери, чтобы ее запереть, как в магазин ввалилась какая-то молодая семья, громко обсуждая, что именно они хотят купить.

– Не беспокойся, – тут же сказала Джейми, которая моментально вошла в положение – в этом отношении у нее, похоже, был настоящий дар, – вряд ли я там заблужусь.

– Спасибо, мне действительно лучше остаться. Ты просто крикни, если я вдруг тебе понадоблюсь. – И Холли сразу же все свое внимание переключила на покупателей. – Доброе утро, чем я могу вам помочь? Вас интересует что-нибудь особенное?

Оказалось, что их интересует многое: например, наборы различных сластей для подарков на детском празднике, шоколадки для конкурсных призов, а также вкусные презенты для многочисленных родственников, по поводу каждого из которых у них был наготове смешной анекдот. Холли с искренним интересом их слушала и все время улыбалась, упаковывая одну покупку за другой. Когда же с этим было покончено и молодые родители удалились, нагруженные двумя объемистыми пакетами, Холли осталась совершенно уверенной в том, что это была одна из самых крупных продаж в ее нынешней и грядущей жизни. Настроение поднялось еще больше, и она поняла, что едва начавшийся день принесет ей до вечера немало приятных сюрпризов. Закрыв кассу, Холли подняла голову, заранее улыбаясь следующему покупателю. Однако при взгляде на него сердце ее ушло в пятки.