— Этот следователь такой гад, — сказала Поля. — То воркует как голубок, то как заорет!

Коллеги столпились возле ее стола и с жадностью ловили каждое ее слово — еще бы, такое событие в их скучной офисной жизни.

— Я видела в кино этот их приемчик, — Ольга Егофкина приобняла Полю за плечи. — Называется «хороший мент и плохой мент». Проверяют, на что ты клюнешь: на мягкий тон или на агрессивный.

Сегодня она была одета в комбинезон цвета хаки с погончиками и множеством кармашков.

— Следователь же один был, — возразила Вера. — Как он может быть и плохим и хорошим одновременно? Полицейских должно быть двое.

— Да не в этом дело! — Николай Королев с досадой поморщился.

То ли Камнева действительно не понимает, то ли дурочку из себя корчит. Зачем? Он терпеть не мог таких дамочек. Никогда не поймешь, искренни они или нет. То ли дело Полина, Тоня, опять же… да та же Егофкина. Нормальная тетка. Но эта ломака!

— Ой, а мы такие умные. Только если умные, то почему бедные? — огрызнулась Камнева.

— Да ладно вам собачиться. Так чем все закончилось? — спросила Егофкина.

— Пока ничем. Отпустили. Все, ребята, давайте работать, у меня куча дел. Опять придется допоздна сидеть.

— А что тут за базар?! — раздался голос Михальчука. — Что, работы нету?! Так я вам подкину. Договоры, — он сделал ударение на первом слоге, — которые вела Холодная, теперь придется раздать вам. Так что все по местам, лодыри, — сорвался на фальцет Ефим Борисович.

Он встал в воинственную позу, высоко задрав подбородок. Сотрудники засуетились и быстро разошлись по своим местам.

Полина достала из сумки распечатанное послание Холодной, положила на стол и ребром ладони прогладила по ли-нии сгиба. Чего же Юлия от нее хотела? Если письмо зашифровано, шифр должен быть простым, чтобы Полина догадалась.

Так, нужно начать сначала. Если она правильно поняла, то надо найти финансовый отчет какой-то компании. Раз повесть называется «Этюд в багровых тонах», а Юля написала «в бордовых», значит, нужно обратить внимание на слово «бордовый». Что-то оно значит.

— Тонь, — Полина выглянула из-за перегородки. — У нас контракты клиентов где-нибудь регистрируются?

— Ой, ну ты прямо с луны свалилась! Естественно!

— Да я никогда с этим не сталкивалась. Пришел Михальчук, дал задание, и все, — пожала плечами Полина.

— А я раньше вместо Камневой работала. Так что делопроизводство знаю. У нас все четко. На каждого клиента заводится папка, на ней пишутся номера договоров. Очень удобно. Это Холодная такую систему ввела. Нужен тебе клиент — нашел номер его договора в журнале и сразу взял папку под этими цифрами. А тебе зачем?

— Да не могу один отчет найти, — невнятно пробормотала Поля.

— Силиверстова, зайди-ка ко мне, — сказал Михальчук, заглянув к Полине за перегородку.

Полина поспешно вскочила, убрала письмо в стол и закрыла ящик на ключ.

В кабинете у заместителя Холодной был беспорядок, доведенный до абсолюта. Папки с документами горой лежали на столе, торчали в приоткрытых ящиках, пачками валялись на стульях. Оставалось непонятным, как в таком раскардаше он умудрялся находить нужные ему бумаги.

— Слушай, Силиверстова, я вот по какому делу. У нас же скоро продление лицензии. Помнишь?

Поля неуверенно кивнула головой.

— Так вот, этим делом занималась Юлия Павловна. У нее почти все готово, осталась какая-то мелочь. Через неделю весь пакет бумаг нужно подать на лицензирование. Вот, возьми доделай, — и он протянул ей несколько папок, мастерски выдернутых из пирамид на столе.

Полина выставила вперед руки.

— Стоп, почему этим надо заниматься мне?! Я же не знаю этой работы! — визгливым голосом запротестовала она.

— А кто будет это делать?! Я?! — пронзительно крикнул Михальчук.

— А почему бы и не вы? Юлия Павловна была начальником отдела и делала это сама. Почему бы вам, как заму, не закончить за Холодной ее труд? — не стала церемониться она с Ефимом Борисовичем.

— Ты нахалка, Силиверстова. Мне плевать, как было раньше. Теперь я — твое начальство, и я тебе приказываю! Рассуждает тут она, кто что должен делать! Без сопливых разберемся.

У Михальчука затряслись губы, что являлось верным признаком его крайне взвинченного состояния. Всегда такая спокойная и покорная Силиверстова — собственно, именно поэтому он и решил скинуть на нее груз дополнительной работы — вдруг возроптала.

— Указывать она мне будет. Когда я работать начал, ты еще под стол пешком ходила. А мою работу кто будет делать?

— А мою работу кто будет делать? — повторила за Михальчуком Силиверстова. — У меня сроки, а по контрактам за их нарушение знаете какие штрафные?!

— Да нам дешевле штрафы заплатить, чем лицензирование не пройти! Тогда мы быстро отсюда все вылетим. Без выходного пособия. Все вылетим. — Ефим Борисович низко пригнулся к столу, оперся о него по-паучьи расставленными руками, отчего стал похож на профессора Мориарти из фильма про Шерлока Холмса.

— Вы же сами сказали, что я должна отчет по пивной компании в трехдневный срок сдать. А теперь получается, что лицензирование главнее.

Михальчук с трудом пролез мимо стульев, заваленных бумагами, и так близко подошел к Полине, что она сделала шаг назад.

— Ты мне пререкаться брось! — прошипел Михальчук. — Распустились совсем. Разве мы, люди старшего поколения, могли бы с начальством спорить? Все. Иди. И чтоб через неделю документы на лицензию были у меня на столе.

Он развернулся, склонился над бумагами, показывая всем своим видом, что разговор окончен. Полина постояла еще немного, сверля взглядом его спину; поняв, что продолжения не будет, хлопнула дверью и помчалась на свое рабочее место.

Не собирается она никаким лицензированием заниматься. У нее своей работы полно. И еще ей нужно понять, почему Юля отправила ей письмо перед смертью. Убийца что, дал время, чтобы она его написала? Если дал время, то почему она не написала в полицию? Она же не разведчик, который боится себя рассекретить и мужественно пытается со всем справиться сам. Или убийца стоял и через плечо читал, что она пишет?

Поля взяла листок бумаги и написала:

План расследования.

1. Разыскать папку с документами.

2. Выяснить все о «вчерашней перепалке».

3. Кто такие ИХ?

4. Почему Юля написала «бордовый»?

5. Зачем указано время отправки? Да еще так точно, до минут, — 19.12?