Гонка по лабиринту энергий оказалась бесконечной. Здесь можно было дышать, но в остальном это было похоже на подводное плавание. Ячеистые конструкции, которые всплывали на пути, напоминали обломанные, беспорядочные соты. Тут и там возникали плохо поддающиеся описанию губчатые трубки, скопления кристаллов, закручивались воронками вихри. Нас носило течениями и ветрами по лабиринту, как неуправляемый ялик в шторм.
Как я ни настраивалась в собственной голове на карту и точку под названием «Река одного берега», конца не было нашему болтанию в странном сумеречном лабиринте, похожем на ночные кошмары. Возможно, беда была в том, что я не могла себе точно представить, каково это место, куда нам надо. В голову лезла чертовщина, и наш веприон пролетая очередной тоннель, срывался куда-то глубже, в темноту. Благо, замечая проблески света, он выныривал снова в бесконечном неописуемом лабиринте из нитей, ячеек и губок, словно мы, уменьшенные, заплутали в матрице ткацкого станка. Хотелось уже просто где-то остановиться.
«Наверное, тут мы и умрём», — подумала я.
И в тот момент наш перевозчик вынырнул в свет. Нас ослепило сиянием двух солнц, и только по ощущению мы поняли, что оказались на нормальной тверди. Это был каньон.
По моему приказу, веприон встал, как вкопанный, на довольно ровной площадке из природных каменных плит. Вокруг высились жёлтые, рыжие горы самых замысловатых форм, местами слоистые, как медовые торты; местами рыхлые, похожие на губки в лабиринте, о котором не хотелось и вспоминать.
Я выдохнула с облегчением и вытерла со лба пот. По крайней мере, здесь было понятно, где верх, где низ, светили два солнца и не было ловушек от жадных кустов. Из растительности — только трава. Она торчала короткими вихрами на склоне вдалеке и не проявляла к нам интереса. Ни зверей, ни птиц. Хорошо! Оставалось надеяться, что камни тут на людей не нападают. Хотя кто знает… В Скйардене ничему не стоило удивляться.
Далеко справа, присмотревшись, можно было разглядеть что-то похожее на дома, почему-то стеклянные. Целый посёлок или городок. Или это была иллюзия. Несмотря на палящие солнца и отсутствие тени, жарко здесь не было. Возможно, из-за холодных ветров, обвевающих нас с двух сторон.
Я посмотрела на карту. Странное дело: на ней появилась красная мерцающая точка и, судя по её расположению у самой кромки лабиринта вдали от академии, это были мы. А совсем неподалёку значилась «Река одного берега» и то самое место, обозначенное жирной буквой «К». Наверное, имелась в виду колония. Где ещё могут держать пленных?
Не ясно, как сюда можно было их доставить с нашего слоя. И зачем. Уж слишком мудрёный путь.
Я съехала с бока веприона по щетине, как с горки. Спрыгнула, и, наконец, почувствовала под ногами твёрдое основание. Рядом на плиту плюхнулся Эднат. Лицо его было зелёноватое, глаза мутные. Он упал на колени. Его вырвало.
— Останься здесь, — сказала я. — Веприон тебя не тронет. Я прикажу.
— Я не для того сюда доб…
Его вывернуло снова.
— Пожалуйста, — строго добавила я. — Останься. Я схожу на разведку. Хорошо бы это сделать тихо, без таких звуков.
— Хм, ты тоже знаешь волшебное слово… Тара, где-то тут была река по карте, — страдальчески простонал Эднат. — Если я не глотну воды, умру, наверное.
Я фыркнула, но подошла к краю площадки. За ней скала обрывалась отвесно. Метрах в двадцати под нами действительно текла река. Вот только от одного взгляда на неё меня передёрнуло.
Это была не вода. И не нефть. Словно не принадлежащая этому миру чёрная поверхность не отражала лучи солнц и вызвала оторопь. Начинаясь где-то прямо под нами, река медленно катила свои потоки за горизонт, расширяясь, как море, и пугая своей непохожестью ни на что на свете.
Стоило присмотреться, и мне показалось, что волны реки текут с разной скоростью, тянутся от нас в бесконечность, как шёлковые нити, как тросы, канаты, грубые резиновые полосы и совсем нежные чёрные атласные ленты… Это зрелище затягивало, забирало всё внимание, как воронка — песок в песочных часах.
Мне вдруг почудилось, что я вижу среди волн и нитей маленькую-маленькую отсюда маму, и нашу кухоньку, и цветы над крыльцом. Их обволакивали и, размывая, несли дальше эти густые, странные потоки. У меня сжалось сердце. Я отвернулась и встряхнула головой, прогоняя морок.
Хоть бы с мамой всё было хорошо! Пожалуйста, Боже!
— Там не вода, — сказала я, вернувшись к Эднату. — Тоже какая-то потусторонняя, даже не знаю, жидкость ли. Лучше не смотри, замутит ещё сильнее. Мне и то не по себе.
Я поморщилась и вытерла рукавом рот.
— Что это за мир такой? Похож на преисподнюю. Или на чистилище, — проворчал Эднат, усаживаясь без сил на камень.
Я пожала плечами.
— Может, это оно и есть…
Телу хотелось сесть рядом с парнем, подальше от пугающих видов и отдохнуть хотя бы минуточку. Но где-то совсем рядом был папа. Может быть… Я должна была проверить!
И я заставила себя собраться и пойти туда, куда вела карта. Несколько осторожных шагов по плитам вдоль каньона. Поворот за торчащий неровными клыками утёс. Вглубь ущелья по извилистой дороге, словно выеденной в рыжих скалах кем-то ужасным.
За следующим углом начался лабиринт, окаймлённый каменными стенами причудливых форм, отшлифованными ветрами настолько, что казалось, их облепил шёлковый шарф всех оттенков от оранжевого до жгуче красного. Я шагнула за очередной валун и тут же отпрянула. Приникла к скале.
Впереди за высокой оградой из толстых блоков стояло неуместно простое для здешних мест здание из песчаника. Сердце моё забилось сильнее. Я прислушалась. Слух резала тишина, невозможная даже для такого скорбного места, как тюрьма. Гулял здесь только ветер. Может, дело в защитном пологе?
Я попыталась сконцентрировать магическое зрение на полную, осматривая строение. В глаза бросилась разорванная колючая проволока над забором, покосившаяся перевёрнутая табличка. Крадучись я приблизилась к ограде. Перевернула табличку и прочитала на аландарском: «Экспериментальная лаборатория К107». Сердце ухнуло. Возмущение взвилось до макушки.
Эти гады тут над нашими эксперименты проводят!
С чувством мятежа и гнева запульсировала сила. Искра упала с пальца. Потухла у ног — гореть тут было нечему. Я начала обходить забор, ища ворота, калитку, что-нибудь… С левого фланга колючая проволока над оградой была содрана безбожно, висела шипастыми плетями.
Кхм, странно, почему не починили? Я осмотрелась, не понимая, как можно проникнуть внутрь и где вообще вход. Глянула на рваные края нависающих скал. Похожие на рёбра гигантского скелета, неровные, изъеденные временем, забитые частично песком и камнями, они образовывали нечто вроде грота, но лишь по краям, не закрывая целиком пространство над лабораторией.
«Ага, — подумала я. — Вон с того ребра можно будет попробовать спрыгнуть на крышу. Не разобьюсь? Не должна. И что потом?»
Я юркнула в расщелину, увидев выступы, по которым можно было бы взобраться наверх. Протиснулась между камней, подтянулась на руках. И вдруг услышала шум, похожий на ветер, но это был не он. Вой и шелест песка, сквозь который различался… хохот? От жути меня пробрало до мурашек. Я выглянула одним глазом из расщелины.
С территории аландарского здания через ограду, поверх колючей проволоки взвились дымчатые тёмные вихри, сквозь которые просматривались размытые фигуры. Призраки? Один, два, три, четыре, пять. Они обрушились на дорогу и помчались дальше, как бешеные кони, которых выпустили в степь.
Боже мой, кто это?
Заскрежетали камни. Глухая стена забора зашевелилась, растягивая безвольную колючую проволоку в струны и заставляя разъезжаться камни. В образовавшемся проходе появилось существо, отдалённо похожее на заплывшего жиром мужчину в чёрной феске. Вот только кожа его была белой в… пёструю крапинку.
Та красовалась, как сыпь из цветных драже, на толстом, в складку, лице, на подобии рук, обвисших, бесформенных, на безразмерном пузе, которое не способна была прикрыть вышитая чёрная жилетка. Ног у «мужчины» не было видно — одно сплошное обвисшее до земли пузо. Может, ноги и не были предусмотрены, потому что существо это передвигалось, грузно паря над дорогой, словно тяжёлое облако. Существо было чем-то довольным и вытирало подобием руки пухлые красные губы, на которыми топорщились крошечные чёрные усики. Явно кем-то отобедало…
Господи, неужели это настоящий демон? Наша Морлис имеет дело с демонами?!
Существо лениво проплыло к дороге, по которой я пришла, и скрылось за поворотом, не удосужившись закрыть выход. Ни часовые, ни охрана так и не появились.
Что же это было? И что вообще тут делают с пленными? И кто?!
Сердце моё гулко билось о рёбра.
Идти внутрь было безумием, но я понимала, что, возможно, это был мой единственный шанс проникнуть на территорию. Я поспешно спустилась и выскользнула из расщелины на дорогу. Пробежала по площадке, переступив через себя и подкравшийся приступ ужаса. Холодная струйка пота пробежала по спине. Я сказала страху: не сейчас.
Не дыша вошла в проём под натянутой колючей проволокой. Вздрогнув от воя ветра, обернулась. Нет, никого. Снова навалилась на уши тишина.
Одна дверь в здание висела на петле. Другая была просто прикрыта. Я сглотнула и потянула за ручку. Прямо на пороге валялась в пыли куртка военного аландарца. Озираясь и слушая во все уши, я наклонилась и прочитала имя на нашивке: «Сенес Воугел».
Я даже моргнула. Что-то не сходилось. «Тот самый?»
Объяснение напрашивалось только одно: демоны захватили и разгромили аландарскую тюрьму. Хоть кто-нибудь выжил?!
Душа ушла в пятки, в я — в следующую дверь. Огромное помещение было забито стеллажами и вешалами, как на складе одежды. Вот только на вешалках были не костюмы… В первом же прозрачном футляре, который попался мне на глаза, застыл офицер Воугел. Рыжий, мятый, словно его высосали, и вытянутый неестественно, с открытыми белесыми глазами, в которых застыл ужас, как у Эдната в ловушке только что.
Боже, Эднат! Эти твари полетели на него! Что делать?!
Я метнулась к двери, но остановилась. В панике бросила беглый взгляд по «складу», здесь повсюду были люди в футлярах. Живые или нет, не понятно. Несколько в аландарской форме. Демоны точно захватили и всех поработили! И всё-таки вдруг здесь папа?..
Я побежала по складу, как сумасшедшая, вглядываясь в прозрачные футляры, в высохшие, сморщенные, как у мумий, или почти живые лица. Их были здесь сотни! В одеждах разных времён и наций. Тёмные, светлые, восточные, светлокожие и смуглые; молодые и старые… Не военнопленные.
В основном мужчины, но и несколько женщин, даже девочка лет восьми, которая в первое мгновение показалась мне куклой. Из солдат — только аландарцы, причём те, которых я видела в кампусе. Значит, попали только что!
Папы не было среди них. Но облегчение это не принесло — пленниками демонов были люди! И так оставлять их было нельзя! Почему-то мне было сейчас плевать, аландарцы они или нет.
Я вернулась к Воугелу, попыталась раскрыть футляр. Руками, зубами, разрядом… Не вышло! Какая-то неизвестная магия держала его закрытым. В ней не было сопротивления, потому мои разряды она просто поглощала.
«Нужна помощь! — решила я. — Линден, Растен, солдаты-маги, кто угодно! Мне одной не справиться!»
— Я вернусь! — шепнула я в умоляющий взгляд рыжего сыщика.
На бегу сглотнула слёзы. Они тут же высохли в гневе: да разве можно позволить, чтобы такое происходило?! Выскочила за ограду и, не успев пробежать несколько метров, затормозила, подняв ботинками пыль.
Прямо на меня из-за скалы вылетели те самые серые фигуры-вихри.
Убегать поздно. Отступать некуда.
Страх крупной дрожью прокатился по телу и ушёл в землю через широко расставленные ноги. Не время ему! Я развела руки, активировав ладони, словно на занятиях боевой магии.
Что ж, пора быть хозяйкой моему гневу, как советовал Гел-Бассен. Только гнев сможет сейчас меня защитить. Дымчатые вихри приближались.
Я скатилась вниманием в рубиновый кокон в животе, разгоняя вибрацию в нём до максимума. Огненная сила с гулким пульсом разлилась по телу. Заискрила в пальцах и ладонях. Дракон, если ты есть, проснись уже, чёрт тебя побери! Самое время — сейчас!
Клубясь, демоны окружили меня. Песок под ногами зашевелился, словно его поднимал ветер. Полоски красного света там, где у других глаза, уставились на меня со всех сторон. Я сдула упавшие на лицо пряди.
— Ну давайте, нападайте!
От одного из демонов в меня полетел пыльный, колючий на вид, как песчаная буря, шар. То, что больше меня, ответило быстрее, чем я успела подумать. Шар из песка, только вдвое больше атакующего, вылетел из моих рук. Демон успел увернуться. Один шар ударил о другой. Разбившись друг о друга, шары взорвались песком. Тот пролетел над головой демона и исчез в пропасти.
Демоны справа и слева ударили в меня одновременно. То, что было больше меня, отбило разряды сразу. Одного демона рикошетом размазало, как пыльный мешок о скалу, второго выкинуло в пропасть. Но краем глаза я увидела, что он разворачивается на лету и возвращается. И тот демон, что рассыпался, тоже начал возвращать свою форму.
«Сильнее! Сильнее!» — требовала я от себя.
Как с ними справиться? В голове мелькнуло, что песок при диком нагреве превратится в стекло. А если это песчаные демоны?.. Хватит ли у меня мощности?
Они атаковали быстро, я отражала удары, не успевая думать. Сила внутри меня росла. Тело гудело от напряжения, раскалённое, как домна.
«Ещё! Ещё!» — кричала себе я.
С новым моим ударом двое демонов взвились вверх, плавясь. Осыпались стеклом. Оставалось ещё трое.
Из-за поворота показался белый толстяк в крапинку. Уклоняясь от летящего в меня нового вихревого шара, я заметила, что демон тащит за собой Эдната в футляре, волоча его, как сломанный манекен.
Я повторила финт с раскалённым разрядом. Ещё один демон разбился стеклом о камни. Белый отбросил Эдната в сторону и начал увеличиваться в размерах, как сбежавшее тесто, надвигаясь на меня с большой скоростью. Хочет накрыть меня своей тушей?
«Не думать! Не бояться!» — рыкнула я себе и с ужасом поняла, что устала: тело начало подводить, трясясь от перенапряжения мелкой дрожью.
И вдруг площадку накрыла тень. Огромный плазменный гриф влетел в отверстия скалистых «рёбер». Вскинула глаза вверх. Линден!
Он запустил огненные струи, как на выступлении. Те напалмом очертили границу между мной и белым демоном. Подпалили его. Запахло жжёным сахаром, приторно до тошноты. Спасаясь от огня, белый демон стал уменьшаться, сворачиваться в комок, поднимая вокруг себя пыль.
Линден спрыгнул с грифа. Приземлился рядом со мной. Пыльные демоны снова бросились в атаку. Водяной шар образовался между пальцами Линдена. Миг, он развёл руки. Песчаных тварей швырнуло водой о скалы, прибило к земле. Демоны, как пыльные сгустки, растворились и растеклись по камням. И всё внезапно затихло.
Линден взволнованно глянул на меня.
— Цела?
— Да!
Выпустив из ладони белесую воронку, Линден бросил её в пытающегося сбежать белого демона. Светлая плёнка окружила того и обездвижила. Вторая накрыла остатки мокрой пыли.
— Теперь не дёрнутся, — бросил Линден.
— Вообще-то песчаных можно было в стекло превратить. Так надёжнее, — сказала я.
Он без спросу обнял меня. Буквально схватил в охапку. Я влипла в его запах, в его крепкое тело, прижалась носом в шею, почему-то родную. И стало плевать на остальных девушек, он прилетел за мной! А в голове пронеслось внезапно: «Как же я его люблю!»