5

Мэйвен

Меньше чем через секунду после моего стука Лука открывает дверь, и его нос морщится.

— Ну и кто это тут у нас, самодовольная маленькая сучка-ведьма.

— Во плоти. Кензи здесь? — Я заглядываю ему за спину в общую гостиную.

Это квартира для квинтета, которую Кензи кропотливо выбрала и зарезервировала на прошлой неделе в надежде, что сегодня ей подберут пару. Она затащила меня сюда несколько дней назад, чтобы устроить грандиозную экскурсию. Я вижу, она последовала моему совету повесить все свои эротические картины в гостиной. Куча коробок, сложенных рядом с недавно купленным диваном, является еще одним доказательством того, что остальные переезжают.

— Она занята, — огрызается Лука.

Я слышу слабый стон удовольствия из-за закрытой двери главной спальни. По крайней мере, Кензи уже прекрасно ладит с остальными участниками своего квинтета. Снова глядя на Луку, я едва сдерживаю ухмылку.

— Похоже, ты остался без возможности познакомиться поближе. Дай угадаю. Беспокойство по поводу выступления?

Он шипит и выходит, чтобы встретиться со мной взглядом, захлопывает за собой дверь и хмурится. Если бы у него был приличный характер, он был бы вплоне симпатичным. Очень жаль, что он придурок.

— Достаточно. Сними проклятое заклятие.

— Нет, пока Кензи не скажет мне об этом. Она сама решит, когда ты искупишь вину за то, что не раз заставлял ее плакать перед сном.

Лука морщится и трет лицо. — Послушай… Я понимаю. Я вел себя с ней как придурок, ясно? Она слишком сильно привлекла мое внимание, и я слишком остро отреагировал. Я никогда не утверждал, что я чертовски Очаровательный принц. Просто она может быть такой… Кензи, и я не хотел иметь с этим дело. Я не знал, как справляться со всем, что я чувствовал рядом с ней. Я подумал, что было бы проще просто…

— Я похожа на твоего психиатра? — Перебиваю я.

Лука открывает рот, чтобы изрыгнуть еще какие-то слова, которые меня не интересуют, но потом он смотрит мне за спину, раздувая нос. Я оглядываюсь через плечо, но мы одни в этом коридоре.

— Мне показалось, я увидел кого-то еще в коридоре. Должно быть, это была тень, — бормочет он в качестве объяснения.

Затем его чувствительный вампирский слух, должно быть, улавливает больше звуков наслаждения в квартире, потому что он стонет и бросает отчаянный взгляд назад. Это болезненное удовлетворение от того, что он слышит, насколько он глуп из-за того, как обошелся с Кензи.

— Ладно. Слушай, еще раз, как тебя зовут? — Он скрипит зубами, поворачиваясь ко мне.

— Самодовольная сучка-ведьма, красиво звучит. Зачем его менять?

Лука обнажает зубы. — Я не из терпеливых. Ты Минерва или что-то в этом роде, верно? Послушай, Минерва, ты сейчас же снимешь это проклятие, потому что…

— Потому что ты чувствуешь, что имеешь право на женщину теперь, когда ты стал ее парой? — Я перебила его, мой голос стал резким. — Или, может быть, ты действительно чувствуешь себя плохо, но тебе нужен твой член, чтобы завоевать ее расположение, поскольку твоей индивидуальности недостаточно. В любом случае, мне все равно, так что брось это. Я не сниму проклятие «вялый член», пока Кензи не скажет мне об этом. Пресмыкайся перед ней, а не передо мной.

Лука, наконец, теряет самообладание и рычит, обнажая клыки. Инстинктивно моя рука скользит в один из потайных карманов, где меня ждет еще одно из моих любимых лезвий, хотя я не уверена, что Кензи оценила бы, если бы я проткнула ее новую пару. Может быть, она поймет, если это будет в целях самообороны.

Но как только он делает шаг вперед, воздух колеблется, и кто-то встает между нами, как раз в тот момент, когда я слышу громкий щелчок.

Лука вскрикивает и отшатывается от… Принца Кошмаров. Который быстро оборачивается и протягивает мне блестящий окровавленный клык, который он только что вырвал прямо изо рта вампира.

— Гребаный ублюдок! — Лука шепелявит, спотыкаясь, возвращается в квартиру и запирает за собой дверь.

Я изучаю клык в руке Крипта, наблюдая за остатками крови и яда, собирающимися на его остром кончике. Наконец, Крипт приподнимает темную бровь. Он выглядит как смертельно опасная, знойная мечта, один уголок его рта приподнимается в кривой усмешке.

— Разве ты не хочешь это, дорогая? — В его голосе легкий акцент, близкий к скрипучему, но почему-то теплее.

Хочу ли я клык этого вампира? ДА. Я знаю, что Лука без проблем восстановит клык, поскольку сифоны могут регенерировать почти со скоростью оборотня. Тем не менее, я уверена, выражение его лица было бы бесценным, если бы он увидел, как я разгуливаю с его клыком на ожерелье.

Но принятие этого заставило бы Крипта подумать, что я одобряю его следование за мной, хотя я отчетливо помню, что говорила, что не хочу снова пересекаться с ним или другими.

— Пас.

— Хм. Его следует наказать сильнее за то, что он посмел оскалить на тебя свои клыки. Может быть, я позже подсуну это ему под подушку, как отсталая, долбанутая зубная фея. Возможно, устрою ему ночные кошмары на несколько недель. Тебе бы этого хотелось?

Очень хотелось. Его предложение привлекательно, но он не должен этого знать.

Когда я смотрю на него, ожидая, что он поймет намек и уйдет, Крипт подносит клык к языку и слизывает яд с его кончика, все это время поддерживая зрительный контакт со мной. Либо это странный трюк сифона, которого я не понимаю, либо он пытается добиться от меня реакции.

Несмотря на то, что моя шея горит, я сохраняю нейтральное выражение лица.

— Я опаздываю на ланч. Приятного путешествия из Эвербаунда.

Я ухожу, но он идет рядом со мной, засовывая клык Луки в карман и изучая окружающую обстановку, как будто заносит в каталог все мелочи, изменившиеся в школе с тех пор, как он ушел пять лет назад.

— Я остаюсь.

— Тогда удачи в поисках другого хранителя здесь.

— Пас, — говорит он, повторяя мои слова с хитрой усмешкой.

При этих словах я останавливаюсь и рассматриваю его. Я думала, что хорошо изложила суть, но, возможно, он не понял меня раньше.

— Я отказалась от участия, Крипт ДеЛюн. Мы не вместе в квинтете. И никогда не будем.

— Дорогая, ты когда-нибудь видела, как капля дождя падает вверх?

Я бросаю на него еще один равнодушный взгляд. — Если ты намекаешь, что мы так же неизбежны, как направление дождя, приготовься к разочарованию.

— Ничто в тебе меня не разочаровывает. Ты блестяще непредсказуема.

Может ли он поторопиться и исчезнуть туда, откуда пришел раньше? — Правда ли, что все сифоны не могут переступить порог обитаемого жилища без явного разрешения? Это касается не только вампиров? — Я проверяю.

— Если только мы не находимся в Лимбе, то да.

Верно. Я забыла, что очень сильные инкубы могут свободно перемещаться между этим уровнем существования и невидимым планом сновидений, который перекрывает эту реальность. Должно быть, именно оттуда он выскочил раньше.

Я не могу допустить, чтобы Принц Кошмаров забрел в мою комнату, когда он невидим — или, что еще хуже, появляется в моих ночных снах. А это значит, что мне нужно найти ловца снов, чтобы отбиться от него. Может быть, в университетском магазине есть такое.

Развернувшись на пятках, я иду в противоположном направлении. Крипт легко поспевает за мной, бросая на меня лениво-любопытный взгляд.

— Передумала насчет ланча?

Я игнорирую его.

Он ухмыляется, и я замечаю его острые клыки — не такие острые, как у вампира, но острее человеческих. Это визуальное напоминание о том, что он тоже произошел от монстров.

— Я принесу тебе поесть, если хочешь. Скажи мне, что ты любишь. Я принесу тебе все, что угодно.

— Нет. Иди обедай один.

— Как, я уверен, ты знаешь, мой вид не получает настоящего пропитания от смертной пищи. Я питаюсь снами. Интересно, какие у тебя на вкус.

Наверное, дерьмовые.

Мы проходим мимо другой группы студентов в коридоре, и я напрягаюсь, когда один из них кричит — Мэйвен! Поздравляю с твоим квинтетом!

— Да, тебе возмутительно как повезло, — ворчит другой студент, и его тон подразумевает, что как это мне дали в пары хорошо известных партнеров — это возмутительно.

Они покидают зал, не сказав мне больше ни слова, но это не значит, что они не будут говорить обо мне позже. Какая заноза в заднице. Обычно я могу пойти куда угодно, и никто не обратит на меня внимания, но я уверена, что многие студенты добавят мое имя в список сплетен, учитывая, кто мои пары. Интересно, сколько времени им потребуется, чтобы потерять ко мне интерес после того, как мои пары потребуют другого хранителя. Надеюсь, к тому времени меня уже не будет.

— Тебе не нравится внимание незнакомцев, — предполагает Крипт, изучая меня.

Он может предполагать все, что захочет. Мне все равно, что он думает обо мне. Кроме того, я уверена, что он потеряет интерес и перестанет ходить за мной по пятам, если я не буду обращать на него внимания достаточно долго.

Возобновляя свой путь через Эвербаунд, я заворачиваю за угол и чуть не врезаюсь в Бэйлфайра.

Черт возьми. Эти люди похожи на сильную сыпь.

Я пытаюсь обойти его, но его рука находит мое плечо, нежно сжимая его, чтобы прижать меня к себе. Даже несмотря на то, что моя толстовка натянута, прикосновение сжимает мою грудь, а по рукам бегут мурашки. Я быстро вырываюсь из контакта, но Бэйл этого не замечает, потому что он занят, свирепо глядя на Крипта.

— Этот ДеЛюн беспокоит тебя, Мэви?

Мэви? — Фу. Не называй меня так.

— Как насчет… Жуткой Бу? Или просто Бу, раз уж ты моя бу.

Я закатываю глаза. — Вы оба мне надоели. Я не хочу видеть ни одного из вас.

— Как пожелаешь, — бормочет Крипт, прежде чем рассеяться, как мираж. Должно быть, он снова в Лимбе, наблюдает и подслушивает оттуда.

Золотистый взгляд Бэйла опускается на меня и сразу теплеет. — Наконец-то мы более или менее одни. Хочешь перекусить вместе? Я зверски проголодался. Еда совершенно необязательна, — добавляет он, многозначительно подмигивая.

Я пристально смотрю на него. Насколько прямолинейной мне нужно быть, чтобы он понял? — Проваливай.

— Я просто хочу убедиться, что моя восхитительно жуткая маленькая пара поела.

Это слово вызывает у меня в животе ощущение, которому я не могу дать названия.

Пара.

Абсолютно нет. Я не могу быть такой для него — для кого бы то ни было.

Прежде чем я успеваю отбросить эту мысль, Сайлас Крейн тоже сворачивает за угол, замедляя шаг, когда видит нас. Его внимание переключается на меня, и, клянусь, выражение его лица становится почти… собственническим.

Что безумно. Он, блядь, даже не знает меня. Никто из них не знает, и все же они здесь. Я сохраняю бесстрастное выражение лица, но по спине пробегает раздражение. Кажется, ни один из моих партнеров не воспринял то, что я сказала ранее, всерьез.

— Я магическим образом выслеживал Принца Кошмаров. Это привело меня сюда, — объясняет Сайлас, свирепо оглядывая коридор вокруг нас, как будто подозревает, что Крипт находится поблизости. — Мэйвен, я создам для тебя ловца снов. Ты заслуживаешь уединения, и поверь мне, Крипт не знает значения этого слова.

Нужен ли мне ловец снов? ДА. Достаточно ли я сильный заклинатель, чтобы сделать функционального ловца снов самостоятельно? В настоящее время нет. Но я ничего не могу принять от своих пар, иначе они подумают, что я сдаюсь.

— У меня уже есть один, — спокойно вру я и обхожу их, чтобы сбежать. Через плечо я кричу. — С этого момента оставьте меня в покое. Лучше потратьте свое время на то, чтобы попросить другого хранителя.

Я слышу, как они тихо спорят у меня за спиной, пока не поворачиваюсь и не спешу подняться еще на один пролет лестницы. Но напряжение не покидает меня, потому что я знаю, что Крипт все еще следует за мной, невидимый. В его присутствии есть что-то темное, манящее. Достаточно тонко, чтобы полностью пропустить, если бы я не была слишком осведомлена обо всех них, так что я предпочитаю игнорировать, точно так же, как я в очередной раз предпочитаю игнорировать то, что Крипт следует за мной.

Добраться до одного из университетских магазинов на территории кампуса не займет у меня много времени. Он маленький и продает смехотворную смесь современных товаров и дерьма, которое нужно только наследникам. Там есть холодильник, забитый газировкой, энергетическими напитками и пакетами крови для вампиров, нуждающихся в быстрой заправке. Линейка лаков для ногтей и косметики выставлена рядом с полкой, заполненной средствами для борьбы с жаром и гнилью для оборотней, баночками с измельченными в порошок рогами единорога и другими случайными ингредиентами для зелий.

Пока я просматриваю несколько проходов в поисках того, что мне нужно, присутствие Крипта поблизости, наконец, исчезает. Я самодовольно улыбаюсь про себя. Должно быть, он наконец решил сдаться.

Наряду с покупкой ловца снов, который, я надеюсь, достаточно силен, чтобы отпугнуть Принца Кошмаров, я покупаю несколько необходимых ингредиентов, чтобы приготовить еще одно исцеляющее заклинание для моих обожженных пальцев.

Я не особенно одарена как кастер в обычном смысле этого слова. Я могу управлять незначительными практическими заклинаниями и зелиями, но большинство моих навыков не имеют ничего общего с повседневной магией. Тем не менее, исцеление самой себя необходимо, поскольку я не могу обратиться к университетским целителям.

Тридцать минут спустя я прихожу в свою комнату в общежитии и, нахмурившись, останавливаюсь у двери. На ручке висит изящное ожерелье на веревочной цепочке с единственным кулоном-клыком Луки. Прямо рядом с ним находится красиво сплетенный ловец снов, его перья окрашены в темный цвет, похожий на кровь, а на тонкой паутине выжжены символы. Очевидно, это работа опытного кровавого фейри. А на земле стоит огромная коробка с китайской едой на вынос из ресторана в Халфтоне, ближайшем населенном пункте. Она все еще дымится.

О, боги мои. Они понятия не имеют, как справиться с тем, что их отвергли, не так ли?

Если они не смирятся с прямым отказом, как я смогу выйти из этого квинтета? Ворча про себя, я хватаю ненужные подарки и захлопываю за собой дверь.