Коллективизм и индивидуализм могут быть двумя обратными сторонами одной медали, заставляющими человека ощущать сильную нагрузку. Таким образом, независимо от того, чрезмерно ли я отождествляю себя со своей работой, подвергаю ли себя давлению требований продуктивности, которые ставит общество, хочу ли быть настолько эффективным и успешным сотрудником, насколько это возможно, заставляю ли я себя из-за своих собственных завышенных требований работать слишком часто, финал у всех этих стимулов один: бесконечное истощение в горении.

В обеих культурах важную роль в развитии и поддержании горения играет еще одно явление – презентеизм. Под презентизмом понимается появление человека на рабочем месте, даже если он фактически болен и, следовательно, недееспособен. Причин для этого много, как и рисков. Особенно высоки показатели презентеизма в Азии [79], однако некоторые сведения подтверждают, что в Германии это явление также имеет место и влечет за собой большие личные, производственные и социальные издержки [80].

Проблема усугубляется, если у работника есть основания опасаться негативных последствий, например потери работы из-за отсутствия по причине болезни. Оплата труда, зависящая от результатов работы, также может усилить давление, заставляющее появляться на работе больным.

В своем отчете о состоянии здоровья за 2014 год немецкая страховая компания DAK подсчитала [81], что почти две трети всех работников приходят на работу больными. Такое поведение особенно часто обнаруживается у людей в возрасте от 30 до 40 лет. Поскольку люди, имеющие детей, в значительной степени подвержены презентеизму, эта проблема, вероятно, особенно сильно затрагивает женщин с маленькими детьми. В конце концов, на их плечи по-прежнему ложится бо́льшая часть двойной нагрузки, а именно необходимости совмещать работу и заботу о детях. Презентеизм также сравнительно широко распространен в сферах, предполагающих непосредственную работу с людьми, например среди учителей и медицинских работников [82].

Однако даже при низком уровне безработицы и стабильных отношениях между работодателем и сотрудником существуют вполне объяснимые индивидуальные причины для презентеизма. «Сегодня же важное совещание, я не могу его пропустить» или «Ой, да все в порядке, скоро же выходные, тогда и подлечусь» – возможно, и вы когда-то использовали такие или подобные отговорки. Там, где ибупрофен, парацетамол, аспирин и кодеин продаются без рецепта, «допинг» можно достать в любой день и без особых препятствий, хотя и с непредсказуемыми последствиями. Недостатки такого поведения очевидны. С одной стороны, презентеисты подвержены повышенному риску сердечно-сосудистых заболеваний, с другой стороны, оставленные без внимания заболевания перерастают в более длительные фазы. Проще говоря, если человек должным образом лечит грипп, то выпадает из работы примерно на неделю. А если нет, то может выпасть и на месяцы, потому что из-за недостаточно бережного отношения к себе болезнь усугубляется.

Однако работодатели также должны внимательно следить за тем, чтобы презентеизм не поощрялся. Говоря о презентеистах, исследователи труда упоминают и так называемые потерянные рабочие дни. Тот, кто приходит на работу больным, не может быть таким же продуктивным, как обычно, и допускает больше ошибок. Согласно одному опросу, больше всего потерянных рабочих дней насчитывается в Гонконге, Малайзии и Сингапуре [83]. Таким образом, предотвращение презентизма отвечает как индивидуальным, так и общим интересам. Но в этом отношении нам, должно быть, предстоит еще долгий путь. Возможно, этой темой заинтересуются так называемые отделы человеческих ресурсов, ведь дело касается устойчивости этих самых ресурсов.

Во времена коронакризиса склонность к презентеизму стала еще больше, но теперь речь идет о чрезмерно долгом пребывании в home-офисе, а при таких обстоятельствах горение может усилиться. Это объясняется тем, что из-за пандемии COVID-19 наш подход к работе в условиях наших собственных домов снова значительно изменился. Теперь, чтобы отдохнуть и поберечь себя, уже нельзя воздержаться от посещения офиса, оставшись дома. И простого контроля стимулов – так в психотерапии мы называем воздействие на поведение с помощью контроля предшествующих стимулов – здесь уже недостаточно. В целом, вероятно, многие виды работ можно выполнять из дома без каких-либо потерь. Это имеет свои преимущества, но и серьезные недостатки в контексте развития горения. Дело в том, что теперь от всех нас и от каждого человека в отдельности требуется еще больший самоконтроль, если мы хотим мысленно отстраниться от своей работы. В конечном же счете в первую очередь стоит и благодарить, и винить цифровизацию за то, что работа теперь сопровождает нас везде и всегда, в том числе при не самом лучшем раскладе, на больничной койке.