Мы – усталые бойцы. При этом мы, люди, на самом деле думаем, что борьба за выживание осталась далеко позади, что мы стали цивилизованными. Но это лишь отчасти правда. Мы можем больше не угрожать жизни друг друга и стараться избегать решения проблем с помощью физической силы, но борьба не отпустила нас – она просто перешла в другую плоскость. Сейчас мы ведем борьбу на двух фронтах: на внешнем – в наших взаимоотношениях на работе, а на внутреннем – с нашими внутренними конфликтами [40], которые нередко возникают или возобновляются в результате конфликта на работе. Борьба, как и у многих животных, похоже, является частью нашей природы. Она у нас в крови, в прямом смысле слова. Выделение в сердце и мозг таких нейромедиаторов, как адреналин и стероиды, может быть не только реакцией на что-то, но и стимулом для чего-то. Нам нужна агрессивность, чтобы иметь возможность постоять за себя и сражаться. Однако она может активироваться сама по себе и принимать разрушительные масштабы.

Наши экономические системы основаны на предположении, что конкуренция приводит к достижению наилучших результатов. И в соответствии с этим принципом мы организуем свою жизнь. В большинстве случаев речь идет уже не о безопасности для жизни и пропитании, а обо всем, что ассоциируется у нас с достатком и комфортом. Чаще всего на работе мы действуем в режиме борьбы не только для того, чтобы что-то заработать, но и потому, что успех на работе давно служит самоцели удовлетворить внутреннюю потребность в этом. Рабочие будни приобрели самостоятельный характер и отдалили нас от личной жизни. Потому что страсть к состязаниям теперь является неотъемлемой частью всего – не только в личной жизни, но и в жизни целых обществ. Когда экономический успех, а также сохранение и повышение нашего благосостояния являются главными политическими целями, не стоит удивляться, что многие из нас работают так, будто от этого зависит жизнь, и в результате чуть ли не доводят себя до могилы.

В таких странах, как Германия, большинство людей работает «в бизнесе». Для многих обусловленная спецификой сферы конкуренция естественна и даже привлекательна. Вместе с тем конкуренция предполагает менталитет, склоняющий расталкивать всех локтями на пути к цели, а также эксплуатирование себя и других. Чувство единения с окружающими и солидарность, эмпатия и забота стоят далеко не на первых местах в списке приоритетов – и это наглядно демонстрирует размер зарплаты представителей социальных профессий. Мы оцениваем наши шансы, мы ищем именно возможность продвинуться выше и дальше, даже если конкуренция означает, что действовать придется более подло и грязно, чем хотелось бы.

Превосходить других или, возможно, даже выбивать их из гонки, очевидно, для многих более привлекательно, чем подчиниться сообществу для достижения общих целей. Вас это удивляет? Да, слово «подчиниться» мало кому нравится, и у нас почти полностью стерлось представление о том, что означает «смирение». Оно больше не сулит нам какой-либо выгоды. Но и цена (рабочей) жизни в боевом режиме высока. Все время пребывать в боеготовности очень утомительно. К тому же находиться под постоянным воздействием тестостерона и адреналина вредно для здоровья. Тот, кто постоянно сражается, не может как следует о себе позаботиться.

Усталым бойцам в какой-то момент приходится признать, что они уже больше (ничего) не могут.