– Кто написал?! Зачем написал?! – Не до конца проснувшаяся Юнсоль задавала вопросы, забыв, кто она вообще и где находится. – Если это горящие птицы, то сбрасывай трубку, не отвечай! – Шок от ее слов всех сразу отрезвил. – Ой, простите, детектив Сон.

– Янчжэ, как работают твои алгоритмы? Почему он написал мне? – Минджу сразу «включила» детектива и начала разбирать ситуацию по фактам. – Просыпайся же! Нет времени зависать, он может потерять интерес или выйти из сети.

– Так-так, – начал шептать Янчжэ и выпутываться из покрывала. – Так, ну, как бы… С вами, детектив Сон, это не должно быть никак связано. Сейчас задействовано двести тридцать семь фейковых аккаунтов, которые работали согласно алгоритму, то есть проявляли активность на подписках аккаунта нашего маньяка, – Он поправил очки и начал вбивать что-то на клавиатуре. – Нет никаких прямых указаний на ваш аккаунт. Код, конечно же, мог сработать не так, как надо, и… Я смогу перепроверить это… – Он продолжил печатать. – Проклятие, на полный анализ уйдет не менее восемнадцати часов просчета с вероятностью получить правду семьдесят три процента. Вспомните, вы нигде не контактировали вот с этими аккаунтами? Это могло привести к ошибке…

Минджу стала пробивать каждый аккаунт, который им предоставил «Инстаграм». Янчжэ и Юнсоль помогали ей, показывая на экране профили. Один Джихван сидел в полной прострации, пытаясь собраться с мыслями. Глаза жнеца распахнулись от удивления, но уже через мгновение они перестали отражать хоть какие-то эмоции. А все потому, что за окном пролетело два лепестка хризантем. Он был без понятия, каким путем они идут – верным или нет, но с каждым днем, и уже, кажется, часом видел все больше предвестников беды. Он посмотрел на свою грудь – она не светилась, а значит, пока все хорошо. Нет новых жертв, Минджу сидит рядом, живая и невредимая. Он знал: привлечение Юнсоль и Янчжэ не поможет. Интуиция не подвела Джихвана. Его главная задача не поймать убийцу, а спасти Минджу во что бы то ни стало.

Он встал с дивана и пошел на балкон. Юнсоль бросила на него обеспокоенный взгляд.

– Кошмар, – прошептал Джихван.

Он посмотрел на стул, где лежала пачка с сигаретами. Ночи апреля не ласкали теплотой, поэтому по коже побежали мурашки. Он чересчур плавно, как обычно бывало в минуты переживаний, взял тонкими пальцами пачку и ловко вытащил сигарету. Стоило никотину попасть в кровь, Джихван в мгновение ока расслабился. Один страх наслоился на другой, как облака в грозу, и все они давили на его сознание. Единственное слово, кружившееся в его голове, было слово «ошибка». Он не имел права допустить ее. Джихван понимал: совокупность событий приводит человека к определенному исходу. Так то, что ты вышел на минуту из дома, может спасти тебя от смерти или лишить повышения из-за опоздания на работу. Его одолевал страх невозможности вмешаться в череду событий, из которых соткан мир. Он знал одно – Минджу грозит смертельная опасность – и все. Никаких подсказок. И все больше убеждался, что не в силах бороться с чем-то непостижимым.

– За что вы так? – спросил у неба жнец.

Уже вторая сигарета истлела без единой затяжки, и на волосы Джихвану упал лепесток хризантемы. Он вытащил его и покрутил в пальцах. Слегка подсвеченный лунным светом, он приковывал взгляд своей безжизненной белизной. Глаза Джихвана распахнулись, и бычок полетел вниз с балкона. Тысячи лепестков, словно в апреле на Сеул обрушился снегопад, парили в воздухе, медленно оседая на землю. Красота не предвещала ничего хорошего. Все плошки на балконах других жильцов расцвели бутонами хризантем, и Джихван схватился за грудь. Облегченный выдох сорвался с губ – свечения все еще нет. Он простоял под снегопадом из лепестков еще пять минут, пытаясь привести дыхание в порядок. Его мир рассыпался в буквальном смысле.

– Вам что-то удалось отыскать?! – Джихван ворвался в комнату и прошел на кухню.

Обернувшись, он не нашел позади себя ни единого лепестка. Значит, это еще не происходит; значит, у него… у них еще есть время.

– Скажите мне да, иначе я испробую арбалет по назначению.

– Нет, из всех аккаунтов я не знаю ни одного. Да и запомнить все просто невозможно. – Минджу поджала губы. – Джихван, возьми себя в руки, еще ничего не случилось. Мы обязательно его поймаем и выполним твою миссию тоже. Сам понимаешь, мы заинтересованы не меньше.

Он так и открыл рот от удивления. Троица смотрела на него вдохновленными лицами, словно они собирались не маньяка ловить, а идти в горы на природу с бутербродами. Он прикрыл глаза и глубоко вдохнул, задерживая дыхание. Конечно, не имело смысла никого винить. Они ведь не знали, почему он так себя ведет. Плевал он на маньяка. Джихвану то и дело хотелось кричать им в лицо, на всю квартиру, на весь проклятый мир, что здесь он ради Минджу. Он поймает маньяка, так или иначе, живым или мертвым. Пусть это будет вмешательство в мир людей и их судьбы, но как только жнец увидит перламутровый свет у себя в груди, маньяк начнет считать секунды уже до собственной смерти. И он не остановится на этом. Жнец никого не подпустит к нему и позволит его душе переродиться в вонгви, никакого мира мертвых он не достигнет. Гнев и безумие стали следствием его безграничной любви. Любовь – пламя, что может согреть и сжечь дотла.

– Я могу убить его до того, как он доберется до следующей жертвы. – Джихван открыл глаза – черные, как бездна. – Либо я могу поймать его и передать вам. Мы можем решить эту проблему таким образом.

– А что это будет значит для тебя? – спросил Янчжэ, и Минджу обернулась к нему. – Даже без методички по сверхъестественным делам я понимаю: жнецам вряд ли можно вмешиваться в дела живых. Допустим, начальство послало тебя сюда помочь нам поймать убийцу. Думаю, то, что ты сделал благодаря Мии, и есть эта помощь. Но вот если ты своими руками схватишь маньяка и я даже не говорю о его убийстве, – как это отразится на тебе?

– Не знаю, – безжизненно ответил ему Джихван. – Мы не имеем права вмешиваться в мир людей никаким образом. Наше начальство не разрешает нам даже говорить те или иные вещи, буквально заставляя забывать слова. Убийство человека, наверное, лишит меня возможности однажды перейти в мир мертвых, как всем остальным душам. Опять же – я не знаю. Никто не знает. Если подобное и происходило в прошлом, то и это начальство стерло из нашей памяти.

– Это не наш вариант – сто процентов, – жестко сказала Минджу и махнула рукой, словно отрезая диалог. – Во-первых, мы не будем обсуждать убийство как способ решить проблему. Я могла бы так зайти в тюрьму и перестрелять всех. Во-вторых, мы не будем рисковать твоим существованием по ту сторону из-за дел смертных. Мы никем не рискуем. Ни живыми, ни мертвыми, ни почти живыми.

– Да, давайте подумаем еще. – Юнсоль сделала шаг, и Янчжэ присоединился к ней. – У нас есть еще варианты.

– Какие? – Жнец заметно расслабился и сел на диван. – Я никому не отдам свое хвандо и буду носить его везде только потому, что с арбалетом меня заберут в полицию, и он довольно тяжелый.

– Для начала надо решить, как ответить на сторис, и вообще посмотреть, чего он там написал. – Минджу села рядом с Джихваном, прислонившись к нему бедром, а Янчжэ и Юнсоль взяли стулья на кухне и теперь смотрели на стол с пустыми тарелками. – Вперед.

Джихван нахмурился, пытаясь удержать нить разговора. Они обсуждали и планировали вещи, которые были ему совсем не знакомы: они старались понять, каким образом выудить личную информацию маньяка законным путем, а главное – правдивую. Скорее всего, многие имеющиеся у них данные – фальшивка. Как утверждал Янчжэ, им нужно хотя бы имя, и это сократит поиски, а если к ним добавится информация о привычках, цвете кожи или глаз – любая мелочь, – то станет еще проще. В сообщении, которое получила Минджу, не значилось никакой важной информации, обычное приветствие. Но даже от него у Джихвана внутри все заледенело. Они вертели телефон Минджу и передавали из рук в руки. Жнец под конец их мозгового штурма откинулся на спинку дивана и запустил руки в волосы. Он посмотрел в окно. Лепестки исчезли. Он помассировал виски, предполагая, что опытные полицейские, в первую очередь сама Минджу, придумают отличный план. Но он зря надеялся, потому что услышал:

– Думаю, у нас немного вариантов. Постараюсь ему ответить не как полицейский. Добавлю побольше смайликов. Картинку приложить? Не слишком? – Она с серьезным взглядом посмотрела на Юнсоль

– Согласно соцопросам, наличие любых смайликов, даже с отрицательной коннотацией, успокаивает собеседника и выстраивает доброжелательную коммуникацию. Добавьте обязательно смайлик улыбки, но не больше. Будьте доброжелательны, покажите, что вы хотите общаться, но словно… не уверены. – Юнсоль согласилась с Минджу.

– Так, хорошо. Пишу. – Минджу быстро написала сообщение. – Так, все. Готово. Янчжэ, ты там как, пытаешься отследить?

– Всеми силами.

– Вы серьезно? – не сдержался от вопроса Джихван. Его бледная кожа покраснела от гнева. – То есть ты их позвала, чтобы они уплетали китайскую еду и давали советы, как общаться в интернете? Ты уверена, что выбрала лучших специалистов?

– Совершенно уверена. – Минджу нахмурилась. – Янчжэ – один из лучших выпускников IT-факультета государственного университета, а Юнсоль – социологического. Я, конечно, отвечаю за многое и многое умею, но не все. Не мешай нам работать. Уж от старика, который телефоном-то вчера пользоваться научился, ничего слышать не хочется.

– Этот самый старик хорошо так продвинул расследование. – Джихван показал им язык. – Хотелось бы совет посерьезней, чем какой смайлик использовать с серийным убийцей. Вы точно нормальная полиция?

– Я тебя сейчас из твоей квартиры выгоню, – рыкнула на него Минджу.

– Ну, вообще-то профили маньяков – это тоже целая наука. Умение общаться с убийцами – важный навык, иначе они не выйдут на контакт или, наоборот, начнут действовать непоследовательно, в соответствии со своим профилем. – Юнсоль самодовольно улыбнулась. – И даже поиск нужного смайлика – работа.

– Мне бы так платили…

– Открой монетизацию в «ТикТоке» и не жалуйся, звезда. – Минджу усмехнулась, пока Джихван уже краснел от неловкости.

– А я-то думал, откуда мне его лицо знакомо. – Янчжэ засмеялся. – Что дальше-то? Мы должны сообщить начальству?

– Я и есть твое начальство. – Минджу не понравилось, что Янчжэ отбился от команды. – Мы будем ждать, пока он ответит, потом решим, что делать. Скорее всего, тут придется работать по классической схеме с приманкой. Из положительных моментов: он вышел на меня или кого-то из нас; пока он пытается вытащить кого-то из дома, люди умирать не будут. Это при условии, что мы не ошиблись с характером его преступлений, а то мы можем спокойно идти не по той дороге. – Она посмотрела на телефон. – Так, вижу, он не в сети и не читает, поэтому вам пора по домам. Завтра продолжим. Янчжэ, запроси камеры видеонаблюдения. Предполагаю, он следил за мной, поэтому можно попытаться найти хоть что-то полезное.

Янчжэ кивнул.

– Хорошо. Детектив Сон, вы в курсе, что мы на связи в любое время суток. Пора выловить его. – Юнсоль встала и начала собирать упаковки от еды.

– Не стоит, мы сами уберем все тут. – Минджу остановила ее. – Вам необходимо отдохнуть перед тем, как начнется активная фаза в расследовании. Ваша первая поимка такого крупного преступника. Нам необходимо быть в форме. Поэтому быстро собрались домой, приняли душ и спать. Телефон поставьте на беззвучный, но чтобы именно я могла дозвониться, ясно?

– Есть. – Они поклонились и стали собираться.

Джихван наблюдал за этим с неким скептицизмом. Он считал, что действия полицейских стали более организованными, чем в годы его жизни. В сороковых самосуд был главным наказанием, а кто кого перекричит – главным аргументом. Профессионализм Янчжэ и Юнсоль не остался им незамечен, но им еще явно не хватало опыта. Он не стал с ними прощаться, не стал даже смотреть, как они покинули квартиру. Как только дверь за ними закроется, они уже не вспомнят о нем. Джихван усмехнулся и посмотрел перед собой. Злоба смешалась со злостью, и теперь он не знал, начинать ли активно спорить с Минджу или уснуть часов на сто. Хотелось, конечно, проснуться там, где все проблемы решены и никому не угрожает смертельная опасность. Щелчок замка вывел его из оцепенения. Он посмотрел на Минджу, та ушла в ванную комнату. Его глаза снова устремились в экран телевизора с каким-то телешоу.

* * *

Тем временем Янчжэ и Юнсоль ждали у лифта:

– Как думаешь, между ними есть что-то? – прошептала Юнсоль.

Янчжэ быстро подхватил:

– Уверен в этом больше, чем в своем дипломе, Юнсоль. – Он засмеялся. – Они такие милые. Правда, не тогда, когда в их руках огнестрельное или колюще-режущее оружие. – Янчжэ почесал затылок, и они зашли в лифт.

* * *

– Как теперь уснуть? – Из душа вышла Минджу. – Я вся на нервах.

– М-м-м.

Джихван промычал и сцепил руки на груди. Он и не заметил, как детектив приняла у него душ, и ей уже не пришлось возвращаться в свою квартиру. Теперь, помимо недосказанности в их отношении друг к другу, еще и тема маньяка вновь не давала покоя. Он не знал, с чего начать, особенно когда Минджу вышла к нему в коротких серых шортах и топике в тон. Ее влажные волосы спадали волнами на плечи. Уже по привычке жнец взял полотенце и кивком показал Минджу садиться напротив него, и желательно без споров. Хоть в чем-то ему сегодня повезло, и детектив села на пол, позволяя высушить себе волосы.

– Какой твой план? Только честно, – твердо спросил Джихван. – Перестань скрывать от меня ваши схемы и говорить так, чтобы я ничего не понял. – Он улыбнулся от мысли, что понял трюк детектива. Жаль, мозгов догадаться, в чем он состоял, не хватало. – Я пришел к тебе за помощью и не собираюсь, как жаба, хлопать ртом.

– Джихван, ты выполнил свою роль в этом деле. Тебе не хватает возможностей и полномочий, и, ко всему прочему, ты можешь столкнуться с последствиями своих неосторожных действий. – Она говорила размеренно, наслаждаясь массажем головы. – Эти схемы созданы и отработаны не мной. Моя работа – выбрать нужную и использовать в соответствии с протоколом. Вот и все. Жнецов там не значилось.

– Ты… – Джихван сжал зубы, злясь, а потом выдохнул, стараясь взять эмоции под контроль. – Ты пытаешься защитить меня, но, Минджу… Я жнец, который был на настоящей войне. Мне не страшно, и тем более… я и только я должен защищать тебя. – Он остановился на мгновение. – Понимаешь, о чем я?

– Да.

– Разве, чтобы стать полицейским, не нужно учиться в специальной академии? Твоя команда клоунов там не училась? – Он решил немного разбавить неприятную тему своим любопытством.

– Да. Должны. Но таких работников полно в отделении, а тех, что могут настолько хорошо управляться с компьютерами и психикой человека, – нет. – Минджу покраснела и улыбнулась. – Юнсоль и Янчжэ – полные противоположности. Мы – команда, которая дополняет друг друга, в этом смысл.

– Минджу, что ты собралась делать? – Джихван перестал сушить ей волосы, опуская полотенце на ее плечи. – Скажи мне правду.

– Мы… – Она повернулась к нему и заглянула в глаза. – Исходя из имеющихся данных, мы устроим ему ловушку и постараемся схватить его живым, но не всегда это удается. Маньяки странные люди, больные.

– Я слышу слова, но не могу понять их смысла, Минджу. Не пытайся запутать меня. – Он прищурился, светодиодные ленты сменили цвет на красный. Обычная их функция, но от совпадения стало страшно.

– Скорее всего, если Янчжэ подтвердит, что меня преследуют, то… – Отчего-то, говоря это, Минджу боялась реакции Джихвана. – Скорее всего, мне и придется стать приманкой, иначе он просто не выйдет из укрытия и другого шанса не будет.

– Запрос полностью отклонен, – строго сказал Джихван, и его брови еще сильнее сошлись на переносице. Он направил палец на Минджу. – Я не хочу ничего слышать про то, что ты должна стать приманкой. Нет и еще раз нет. Это опасно, Минджу! Я не позволю тебе этого сделать, и мне плевать, что ты сама думаешь по этому поводу.

– А с чего ты это вообще решил, что смеешь указывать мне? И даже не как девушке, а как полицейскому?

Слова Минджу укололи Джихвана и запутали его мысли.

Она встала и сама указала на него пальцем.

– Это мой долг, Джихван. Если потребуется, то я стану приманкой не только в этом деле, но и в другом. Я стала полицейским, чтобы защищать невинных людей, и не падай с дивана от шока, но это бывает опасно для жизни.

– Как же меня это злит. Вы, люди, осознаете, как важна жизнь, только когда уже дороги назад нет. Вы бросаетесь в бездну без крыльев за спиной, а потом молитесь, клянетесь, обещаете одуматься, если спасетесь! – Он говорил ровным тоном, но под конец перешел на крик. – Я здесь, чтобы помочь вам поймать маньяка без неоправданных жертв, Минджу! Одумайся! Я прошу тебя, не лезь в это!

– А ты не забывай, что ты не человек! Джихван, я не могу относиться так же спокойно к смерти людей, как и ты! Я не только из-за зарплаты хожу на работу! – Она тоже начала кричать, уже не боясь реакции соседей. – Я ловлю преступников, чтобы ни одна маленькая девочка не осталась без родителей по вине плохих полицейских или работников других сопутствующих служб. Это дело чести. И если понадобится стать приманкой для маньяка, то я ей стану, и ты ничего не сделаешь!

– Да как раз тот факт, что мне небезразличны люди, и заставляет меня жертвовать собой! Я – жнец. Я видел смерть тысячи и тысячи раз! Проклятие, Мин-Мин, я умер! Понимаешь? И не хочу, чтобы ты даже приблизилась к этому! Твоя судьба – спокойно умереть лет через семьдесят в окружении родных и друзей, а не в порыве мнимой справедливости. – Он взял ее за плечи, уже не зная, как себя контролировать. – Все, что я хочу, – это защитить тебя. Но почему же ты так против?

– Потому что я полицейский, Джихван! – Она зарычала и оттолкнула его руки. – И несмотря на все обстоятельства. – Она ткнула его в сердце, и Джихван подумал, что пуля навылет причинила меньше боли, чем ее слова. – А главное обстоятельство – это… Чувства между нами. Я не предам цель своей жизни – защищать людей. Даже если просишь ты, я не предам свои идеалы.

На его лице отразилась злоба.

– Тогда ты тоже должна знать: я сделаю ровно то же самое, не предам свою цель – спасти тебя. Даже от самой себя.

Он вздохнул и наклонился к ней.

– Я защищу тебя во что бы то ни стало. Даже если ты будешь против. Даже если будет против сама смерть. Ты приманкой не станешь.

– Это мы еще посмотрим… – Она шокировано ответила ему шепотом, но взяла телефон с кофейного столика и направилась к двери. – Не мешай мне. Если мы упустим этого преступника, то я тебя не прощу.

– Минджу…

Она вышла из квартиры.

– Да чтоб тебя!

Джихван закричал и ударил в стену, заставляя боль отрезвить его от гнева и неконтролируемых эмоций. Он прекрасно знал, насколько Минджу упертая и неподкупная. Однако тот факт, что он жнец, и должен был сыграть главную роль. Теперь они – два придурка, желающие защитить друг друга и не нарушить собственный кодекс чести. Вот только Минджу не знала: Джихван только и желает, что спасти ее, и даже не задумывается, что может произойти после. Ссора, в которую они оба намешали чувства и работу, явно не пойдет на пользу.

Джихван заскрипел зубами и запустил пальцы в волосы. От безысходности он начал щелкать каналами, прислушиваясь, что творится за стеной. Но там стояла тишина. Он обнял подушку и тут же отбросил ее в сторону. Нервы не давали покоя, и он начал ходить по комнате.

Его день закончился не одной сигаретой, выкуренной на балконе. Он не знал, насколько верно поступал, но отсутствие снегопада из хризантем – хороший знак.

Джихван поднял взгляд на луну.

– Во что бы то ни стало…