Две недели спустя

Марина сидела в читальном зале перед стопкой книг. Предстояло решить пятнадцать задач по математике и прочитать пять глав из учебника химии. И взяться, наконец, за реферат. Пока в тетради красовался лишь заголовок: «Алхимическая кулинария: магия в кастрюле». Но Марина качалась на стуле и размышляла о собственных неудачах.

Жизнь в Школе Одарённых оказалась совсем не такой, как она себе представляла. Наставники не спешили обучать детей «магии», а лишь грузили тоннами знаний, которые в обычных школах не проходят. А ещё заставляли развивать шестое чувство – то самое, что делает Одарённых особенными.

Для этого в классе давали много необычных упражнений. Например, магистр Крюйс требовал, чтобы ученики слушали языком и нюхали ушами. Велел силой мысли гасить огонёк на фитиле свечи, угадывать время без часов, верить своей интуиции – и уметь отличать правильную догадку от пустой фантазии.

Все упражнения казались Марине бессмысленной чепухой. Но за эту чепуху ставили отметки, и хорошими Марина пока похвастаться не могла.

С каждым днём девочка всё больше убеждалась, что она – тупица бестолковая, кому в Школе Одарённых не место.

Она докатилась до того, что стала прогуливать занятия. На прошлой неделе сказалась больной и ушла с химии, потому что не успела выучить параграф. А вчера не явилась на урок этики, поскольку учитель требовал, чтобы ученики вели дискуссии. Поэтому в классе все орали и перебивали друг друга, а Марина сидела тихо и боялась, что её тоже заставят спорить о непонятных вещах, а все остальные начнут насмешничать и критиковать.

Ей не с кем было поболтать по душам, ведь друзьями она так и не обзавелась. По вечерам не сидела с другими девочками в общей спальне, а поднималась в свою комнатку в мансарде и зарывалась в книги. Кажется, её считали странной и скучной.

Только Элфи её навещала, но белобрысая болтушка была скорее помехой. Во-первых, в учёбе Элфи сама не блистала. Она то и дело ныла и просила Марину помочь с уроками. Та внутренне негодовала, но отделаться от Элфи было невозможно. Во-вторых, она без конца требовала продолжить поиски клада Великого Алхимика. Ей ужасно хотелось сделать нечто грандиозное, чтобы все в школе начали её уважать и Клуб Звёзд во главе с Соной принял её в свои ряды.

Даже письма от родных и Яна не приносили радости. Тётя Доротея доводила её нравоучениями, мама просила передумать и вернуться, а друг жаловался на деревенскую скуку и непослушных свиней. Хорошо хоть, дедушка шёл на поправку.

Часы над головой сердито прозвенели. Стиснув зубы, Марина разложила заметки и только придумала первую строку реферата, как в кабинет ворвалась Элфи, уселась на соседний стул и объявила:

– Марина! Я знаю, где ключ!

– Какой ключ? – Марина с раздражением посмотрела на Элфи.

– От кухни Пигуса. Где стоит печь Великого Алхимика. Символ огня! Клад!

Марина скривилась. Все эти дни Элфи, захваченная идеей поиска тайника, ломала голову, как проникнуть в кухню. Но повар, уходя домой, накрепко запирал дверь.

– У него огромная связка ключей – не только от дверного замка, но и от шкафчиков с припасами. Повар соревнуется с кастеляном, у кого ключей больше. Но таскать связку с собой неудобно, поэтому Пигус на ночь прячет её недалеко от столовой. Вчера я прогуливалась по коридору, ну и… подсмотрела.

– И куда же он её прячет? – невольно заинтересовалась Марина.

– За кошачьим лотком в каморке со швабрами. Ни один ученик туда не сунется. Там грязно и плохо пахнет. Поэтому Пигус думает, что его ключи до утра в безопасности.

– И что ты предлагаешь?

– Придём ночью, возьмём ключи и обыщем кухню. Мы точно найдём подсказку, где спрятан клад!

Марина помотала головой.

– Элфи, ночью я собираюсь спать. Мне не до новых авантюр. Видишь?

Она показала на стопку учебников.

– Мне бы хвосты подтянуть. Если не догоню класс, меня отчислят в конце четверти. И так уже две тройки и одна двойка…

– Подумаешь! Видела бы ты мой табель. Сплошные «лебеди», и я не переживаю.

– Это твоя проблема, Элфи. А я буду решать свои. И главная из них – реферат.

– Пока ты не написала ни строчки. – Элфи кивнула на пустую тетрадь. – И не напишешь, потому что тема дурацкая. А вот если разгадаешь тайну Великого Алхимика, получишь потрясающий материал. Потерянный рецепт философского камня! Это тебе не свиные котлеты.

Марина вынуждена была признать, что идею Элфи предложила захватывающую. Но чреватую неприятными последствиями.

– Нет, извини, – твёрдо сказала она и напоказ углубилась в учебник. – Ищи клад без меня.

– Какая ты скучная! – огорчилась Элфи. – Так друзья не поступают.

«Мы не друзья», – едва не сказала Марина, но лишь зажала уши, показывая, что больше не даст себя отвлекать. Элфи вздохнула и ушла.

Марина упорно занималась до самой ночи, чтобы убедить себя, что она поступила правильно. Но всё же её грызло сожаление. Эх, от такого приключения отказалась!

Лечь получилось поздно, потому что пришлось выполнять упражнение по развитию интуиции – угадывать, какое слово будет первым на следующей странице, не переворачивая её. Интуиция развиваться отказывалась, и Марина сдалась.

Она забралась в кровать и укрылась одеялом, но тут в дверь поскреблись и заунывный голос прогудел в скважину:

– Мари-и-ина! Впусти меня!

Пришлось открыть дверь.

В комнату шмыгнула Элфи. На ней были чёрные свитер и юбка, светлые волосы спрятаны под вязаной шапочкой – типичный наряд шпионки, готовой к опасной вылазке.

– Пора! Пигус ушёл домой и сунул ключи под лоток, я сама видела. Айда в кухню!

– Нет. Я хочу спать.

Элфи сунула ей в руки свитер и юбку.

– Одевайся, и идём! Ну что ты теряешь? Кроме клада, за которым все охотятся.

Марина колебалась. Любопытство так и зудело: тебе в руки попал ключ к тайнику! Ты что, дурочка, чтобы махнуть на него рукой?

«Нет! Я умная! А умный человек ночью спит, а не идёт, куда нельзя». И пока Марина спорила сама с собой, она оделась и сунула ноги в туфли. Спускаясь с Элфи по лестнице, признала, что спор проиграла.

Ночью в Школе Одарённых было страшновато. Коридоры и холлы казались бесконечными и таинственными. Их заполняла темнота, редкие газовые лампы едва светились.

Когда девочки проходили мимо окна, увидели, как по залитой лунным светом лужайке куда-то спешили Влад и Антон, пригибаясь и оглядываясь.

– К пруду собрались, – пояснила Элфи. – Опять хотят что-то учинить с памятником. Слышала, как они договаривались. Видишь, нарушителей дисциплины и без нас в школе хватает.

Марину это не особо успокоило.

– Вот кладовка, где спрятаны ключи. – Элфи открыла скрипучую дверь. Петли завизжали так, что Марина присела от страха.

– Все спят наверху, нас никто не услышит. – Элфи повернула выключатель, под потолком зажглась тусклая лампочка.

В кладовке стояли жестяные вёдра и швабры, в углу – медный тазик с горкой песка.

– Ключ за ним!

В каморку зашёл угрюмый кот и направился прямиком к тазу, чтобы сделать свои важные кошачьи дела. Элфи кота отпихнула, нагнулась и пошарила за тазом.

– Вот! – Девочка победно побренчала связкой ключей.

Кот возмущённо мяукнул, уселся в тазик и вытянул палкой хвост. Марина поскорей выскочила из кладовки. Вслед девочкам нёсся пронзительный скрежет когтей по медному дну. Кот оказался добросовестным животным и очень хотел закопать то, что оставил в куче песка. От производимого им звука мороз шёл по коже, добавляя жути.

На лестнице в подвал царила кромешная тьма, но Элфи достала фонарик и направила луч на навесной замок. Марина вставила ключ в скважину и провернула. Она сама себе ужасалась. Что она творит?! Но отступать было поздно. Дужка щёлкнула и отскочила.

Девочки прошли через гулкий зал столовой, натыкаясь на табуреты. Отперли второй замок и проникли в кухню.

На них повеяло неприятным спёртым запахом. С закопчённого потолка свисали железные крюки и цепи, темнели очертания столов и шкафов, поблёскивали бока огромных котлов.

Половину низкого зальчика с каменными стенами занимала печь. Марина в жизни подобных не видела!

В центре кухни спинами друг к другу сидели три медных льва, задрав к потолку огромные головы. Их густые гривы сплетались воедино, пасти служили топками, а клыки – решётками. Внутри львов горел огонь. Красные отсветы плясали на сковородках, развешанных по стенам. От печи веяло сухим теплом.

– Неужели повар готовит во львах еду? – поразилась Марина.

– Не думаю. Вон обычные газовые печки у стены. А эта печь – дань традиции.

– Но в ней горит огонь!

– Тоже традиция. Он не гаснет много сотен лет.

– Что служит топливом?

– Не знаю. Наверняка какой-то алхимический ингредиент.

– Но почему львы?

– Может, алхимик тоже любил кошек, как и наш повар?

Марина с сомнением покачала головой. Морды медных львов напоминали уродливые человеческие лица с выпученными глазами. Мощные лапы крепко упирались в каменный фундамент. Бывают подобные фонтаны, но эти звери были готовы изрыгать не воду, а пламя.

– В этой печи Великий Алхимик создавал удивительные эликсиры, – сообщила Элфи с благоговением.

– А также варил грушевый компот, – вздохнула Марина, вспомнив поваренную книгу Алоиса и ненаписанный реферат.

– Он построил печь по своим чертежам. Учитель говорил, что Алоис вроде как ловушки в ней устроил, чтобы никто не украл его варево прямо из кастрюли.

– Само собой. – Марина насторожилась при слове «ловушки». – Я чувствую, что внутри львов установлены механизмы. Видишь заклёпки и крепления?

– Не важно! Ищи треугольники из записки.

Девочки обошли печь по кругу. Марине казалось, что львы недобро следят за ними. Её даже подташнивало от страха. Ещё и потому, что в кухне стоял кислый капустный дух. У дальней стены возвышалась пирамида кочанов. В сумраке Марина сначала приняла их за черепа и перепугалась.

– Глянь-ка!

Элфи показала на стену. Среди кирпичей попадались каменные плитки с барельефами.

Марина пригляделась и покачала головой.

– Это просто рисунки разной еды. Вот луковица. Окорок! Что ещё может быть в кухне?

– Когда-то это была не кухня, а лаборатория. Достань-ка записку Алоиса, – попросила Элфи. Получив бумажку, она внимательно изучила её. Огляделась, задрала голову и направила луч фонаря под потолок.

– Что я тебе и говорила!

И тут Марина увидела.

Потолок над печью тоже был выложен плиткой. И прямо над львиными макушками отчётливо виднелись очертания груши – как и в записке!

– Следуй трём стихиям – так велел Великий Алхимик, – тараторила Элфи. – Он нарисовал три треугольника. Первый – символ огня. Негаснущий огонь в печи! Но он ещё нарисовал грушу, потому что скрыл шифр в рецепте грушевого компота. Второй ключ под той плиткой!

– Висит груша, нельзя скушать, – проворчала Марина. – До неё не добраться. Высоко!

Девочка настороженно прислушивалась. А вдруг проснётся повар и решит заглянуть в кухню? Он увидит их, будет ругаться, а потом отведёт к директору – и всё, их исключат за нарушение дисциплины.

– Если встать на львиные головы, до потолка легко дотянуться, – возбуждённо решила Элфи.

– Кто же туда полезет?

– Я! Можно я? Ну пожалуйста! – Элфи даже подпрыгнула на месте от нетерпения.

– Валяй, – пожала плечами Марина, не скрывая облегчения. Она всё ещё не верила, что из их затеи что-то выйдет.

Пусть уж Элфи поскорей удовлетворит своё любопытство. Тогда они смогут уйти, пока их не застукали.

Элфи убрала фонарик и потрогала бок одного из львов.

– Тепло, но не обжигает.

Смело поставив ногу на львиную лапу, она ухватилась за его уши, перебралась на нос, оттолкнулась – и вот уже стоит на страшной звериной голове!

Девочка выпрямилась в полный рост, размахивая руками для равновесия.

– Осторожнее! – бегала вокруг Марина. – Не упади!

Элфи поудобнее устроилась на островке из львиных грив, встала на цыпочки и потянулась к плитке.

– Ты собираешься отковырять её?

– Если получится. За ней наверняка тайник.

Но как только Элфи надавила на край плитки, та откинулась на невидимых петлях. В руки девочке упало что-то блестящее. Плитка тут же закрылась обратно.

– Надо же, как просто! – Элфи притопнула ногой от радости.

Подошва скользнула, и девочка опасно пошатнулась. Марина быстро протянула руку к подруге, чтобы перехватить её в падении.

Раздался щелчок, а потом пронзительный скрежет. Львиные пасти одновременно широко распахнулись, и огонь внутри пробудился! Сквозь клыки взметнулись языки рубинового пламени. Марина отскочила, иначе её бы поджарило.

Вот теперь львы точно превратились в фонтан – только огненный!

К счастью, Элфи удержалась, но слезть не могла, потому что её окружило кольцо огня.

В кухне моментально стало жарко. Огонь пылал так сильно, что гудел и подвывал.

– Помогите! – пискнула Элфи, боясь пошевелиться.

Марина в первый миг оторопела от испуга. Что случилось? Сработал скрытый механизм!

Ей уже приходилось спасать свою жизнь от разбушевавшегося пламени. Поиски Хронометра Судьбы занесли её с Яном в жуткий парк аттракционов, где их заставили играть в кегли на дорожке, окружённой огненными реками. Но тогда путь к отступлению нашёлся быстро. Как же теперь выручить беспечную Элфи?

Бежать за взрослыми нет времени. Пламя поднимается всё выше, печь раскаляется. Элфи начала пританцовывать, чтобы не опалить подошвы. Её жизнь была в серьёзной опасности.

Марина беспорядочно жала на горячие кирпичи, но ничего не помогало. Её дар управлять механизмами молчал – может, потому, что никакого устройства для гашения огня в печи предусмотрено не было! Следовало действовать иначе.

– Элфи! – закричала Марина. – Ты же собираешься стать пиромансером! Прикажи огню погаснуть!

– Я не умею! – завопила Элфи.

– Крюйс учил нас гасить огонёк на фитиле силой мысли. Представь, что стоишь на свече!

– У меня ничего не вышло! Я же двоечница!

– Ты двоечница, которая вот-вот превратится в шашлык! – рявкнула Марина. – Соберись!

Элфи закрыла глаза и стала глубоко дышать. Но постоянно сбивалась, моргала и ойкала.

Марина метнулась к раковине за водой. Однако из крана потекла лишь тонкая струйка, и ведра не нашлось, только чашки. Тут она заметила большие коробки с надписью «Сода», и в голове забрезжило воспоминание…

В учебнике химии сверхъестественных субстанций рассказывалось, в том числе, о явлениях вполне естественных. Например, о горении. Ведь пиромансерам (которые в шутку называют себя магами огня) нужно понимать, что представляет из себя эта реакция.

Огню необходим кислород. Сода выделяет углекислый газ и не даёт огню питаться кислородом… Хорошо, что соды Пигус припас в избытке!

Марина схватила коробку и высыпала белый порошок в львиную пасть. Пламя тут же съёжилось, словно заробело. Но не сдалось.

Марина побежала за второй пачкой, а потом и за третьей… Но из последней посыпался не порошок, а коричневые комки. Попав в топку, они начали тлеть, издавая жуткую вонь.

– Гори-гори ясно, а потом погасни! – вдруг выкрикнула Элфи, и в кухне наступила полная темнота, потому что пламя внутри львов потухло сразу и окончательно!

Марина услышала шорох – Элфи спрыгнула с печи.

– Бежим! – прошептала она.

И девочки рванули прочь из кухни. Они наспех закрыли замок, промчались по столовой, по лестнице наверх, бросили ключи за таз в подсобке и нырнули в темноту коридора.

Послышались торопливые шаги, вдалеке голос Вулфа растерянно вопросил:

– Пожар?! Грабители? Опять неугомонные ученики хулиганят?

– Не знаю, но в кухне кто-то есть! – сердито откликнулся голос кастеляна. – А вы, между прочим, за порядком следить должны и не допускать подобных безобразий.

– Ночью я должен спать! У меня и без того работа нервная, а помощников нет!

Девочки юркнули в тёмную нишу и прижались к стене.

Мимо них, переругиваясь, прошли проктор с кастеляном. Марине показалось, что пузатый силуэт Скряжника на миг замер возле них, и она почувствовала чужой взгляд. Марина похолодела и пихнула Элфи в бок, чтобы та не сопела так громко.

Шаги стихли, и девочки без приключений добрались до комнаты в мансарде.

Марина рухнула на кровать, стараясь отдышаться. Сердце громко стучало в висках, в желудке и даже в ногах.

Элфи села рядом с Мариной и стала подпрыгивать от радости, пружины кровати гудели и скрипели.

– Получилось! Получилось! – повторяла Элфи как заведённая. – Я погасила огонь силой мысли! Теперь я настоящий пиромансер, огненный волшебник! Я сама сочинила этот стишок, он будет моим заклинанием.

– Сода тоже помогла. – Марина только сейчас осознала, что всё ещё прижимает к груди коробку, прихваченную из кухни. Однако в ней оказалась вовсе не сода, а резко пахнущие коричневые комки.

– Да это же кошачий корм, – угадала Элфи. – Теперь мы знаем секрет повара Пигуса. Он вместо мяса кладёт в тушёную капусту дешёвый кошачий корм – вот почему у неё странный вкус. Ну и жулик!

– Всю жизнь мечтала такие секреты разгадывать. – Марина сердито отбросила коробку. – Покажи, что ты нашла в тайнике?

Элфи разжала пальцы, и девочки с недоумением уставились на крохотную вещицу.

Это был плоский медный кораблик, похожий на старинную брошь. На обратной стороне девочки разглядели буквы: ВАА.

– Великий Алхимик Алоис, – восторженно сказала Элфи. – Это следующий его ключ. Корабль – символ стихии воды! На территории школы уйма фонтанов, наверняка клад в одном из них.

– Не сходится. – Марина покачала головой. – В зашифрованной записке следующим стоит перечёркнутый треугольник. Символ воздуха, а не воды.

– Обязательно идти по порядку?

– Великий Алхимик был учёным, а они любят точность. В некоторых формулах нельзя менять порядок действий.

– Тогда нужно подумать, – расстроилась Элфи.

– Завтра подумаем. – Марина судорожно зевнула, прикрыв ладонью рот. После пережитых волнений тело требовало уложить его в постель. Руки-ноги стали вялыми, глаза смыкались. – Иди уже к себе!

Немедленно спать! Хотя бы во сне она не будет размышлять о последствиях, которые может принести их с Элфи выходка.

Утром Марина подумала было сказаться больной, лишь бы не идти в столовую и не встречаться с поваром Пигусом. Но тогда её отведут в лазарет, доктор признает в ней обманщицу, и все её станут стыдить. Она и так уже прогуляла два урока на прошлой неделе.

«Будь что будет», – решила Марина и спустилась в холл, где воспитательница собирала учеников, чтобы проводить в столовую на завтрак. Марина явилась одной из последних. Её одноклассники уже подпирали стены, зевая или болтая.

– Ты чего такая бледная? – спросил Влад, когда Марина подошла, волоча ноги. – Спала плохо? Привидения мешали? У тебя их там много под крышей?

– Она всю ночь с железяками разговаривала, – предположила Сона своим манерно-слащавым голосом.

Её подруги засмеялись, Марина молча отвернулась.

Сона с первого дня избрала её мишенью, чтобы практиковать остроумие. Зря Марина сболтнула, что умеет говорить на одном языке с механизмами. Теперь Сона постоянно ей это припоминала.

«Она просто завидует», – сказала себе Марина. Талант эфирного механика – редкий, а Сона ревниво относится ко всем, кто может в чём-то её превзойти. Но эта догадка не особо утешила.

В холле появилась воспитательница, а с ней и кастелян Скряжник. Он толкал перед собой тележку, гружённую термосами и тарелками.

– Дети, сегодня столовая закрыта, поэтому завтракать, обедать и ужинать придётся в кабинетах. Директор заказал для вас закуски в вокзальном буфете, – объявила воспитательница.

– А что случилось? – удивился Влад.

– Кое-что крайне возмутительное, – отрезала воспитательница. – Надзиратель сейчас с этим разбирается. Берите бутерброды и не толкайтесь. И не чавкайте!

Марина похолодела. Вулф взялся за дело! И он найдёт виновников разгрома в кухне, уж будьте уверены.

– Если нас спросят, мы спали и ничего не знаем! – прошептала опоздавшая Элфи, подкравшись к ней незаметно.

– Тише! – шикнула на неё Марина.

– Не знаю, что случилось в столовой, но для нас это хорошо, – сообщил Влад, хватая с блюда уже четвёртый пирожок. Надкусил его и закатил глаза от удовольствия. – С яблочным повидлом! Вкуснотища! Капуста Пигуса у меня уже вот где сидит!

Он выразительно провёл ребром ладони по горлу.

А Марине совесть испортила аппетит. Она назойливо твердила: «Ты нарушила правила. Чуть не устроила пожар! Ты должна пойти к директору и во всём признаться».

Но трусливая часть Марины возражала: «Ну и что? Пожара не случилось, кухню приведут в порядок. Если признаешься, тебя отчислят. И Элфи тоже! Поэтому молчи. Но больше никаких авантюр!»

Элфи подобные сомнения не тревожили. Весь день она пребывала в отличном настроении. А когда ученики рассаживались за партами перед последним уроком, зашептала:

– Нужно понять, что означает этот кораблик. Искать другие подсказки! Пока кто-нибудь не увёл у нас из-под носа клад Великого Алхимика.

Марина отмахнулась от неё, и Элфи замолчала, потому что в класс вошёл магистр Крюйс.

– Достаньте двойные листочки. Откройте учебник на странице двести пять, читайте до конца раздела и письменно отвечайте на вопросы, – велел он, уселся за стол, открыл газету и спрятался за ней. Но предварительно вынул из бороды карандаш и проковырял остриём в центре страницы дырочку. Так он мог одновременно читать и следить за классом, чтобы никто не списывал.

– Магистр Крюйс, можно вопрос? – Элфи потрясла поднятой рукой.

– Ну?!

Крюйс опустил газету.

– Скажите, что спрятано в тайнике Великого Алхимика?

Класс оживился, а Марина чуть не застонала. Ну почему Элфи не умеет держать язык за зубами!

Магистр задумчиво почесал бороду.

– Откуда мне знать?

– Там правда философский камень? Тот, кто его найдёт, сможет превращать грязь в золото? – не отставала Элфи.

– Не думаю. – Магистр глянул на Элфи с любопытством. – Многие алхимики были шарлатанами. Превратить грязь в золото или создать пилюли бессмертия пока невозможно. Но теперь у нас есть наука, а она сильнее любой магии. Одарённые люди – такие, как вы, – уже могут менять свойства веществ силой воли. Однако кроме дара требуется и научный метод, а его у алхимиков-то и не было.

– Но что тогда изобрёл магистр Алоис?

– Он и его последователи как раз и изобрели научный метод[5]. То есть придумали способы изучать мир систематично, чтобы добыть знания. Ничего не принимать на веру, всё доказывать и проверять, отделять выдумки от фактов. Алхимия до Алоиса… – профессор пренебрежительно махнул рукой, – любила сказки.

– Философский камень – это сказка? – упавшим голосом спросила Элфи.

– Это аллегория. То есть иносказание, загадка, – улыбнулся Крюйс. – Алхимики думали, что вещества имеют душу, а человек имеет свойства неодушевлённых веществ. Они считали, что всё может меняться и становиться лучше. Железо, например, может стать золотом. И человек может стать лучше, сильнее, умнее, если постарается. Так что порой алхимиком быть полезно. Работайте над собой и превратитесь из грязи в золото. – Крюйс наставительно поднял указательный палец.

– Мы, по-вашему, грязь?

– Скорее, заготовки или сырьё. Звание человека нужно заслужить.

– А вот это было обидно, – проворчал Влад.

– Зато честно, – пожал плечами магистр.

– Выходит, искать клад Великого Алхимика бесполезно? – расстроилась Элфи.

– Поиск всегда окупается. Порой можно найти совсем не то, что ты ищешь, но не менее удивительное. Исследуя мир, ты исследуешь себя.

– Но у Великого Алхимика не было секрета создания золота?

– Какой-то секрет у него, безусловно, был. Летописи говорят, что в последние годы жизни Алоис втайне работал над чем-то сенсационным. Но он умер и унёс свой секрет в могилу.

– Но какой секрет? – не отставала Элфи.

Ответить магистр не успел. Дверь отворилась, и в класс вошла делегация во главе с директором Рефиксом. За ним шли секретарша Фелиция, надзиратель Вулф, кастелян Скряжник, а замыкал шествие очень злой и красный повар Пигус.

Марине захотелось спрятаться под парту.

– Простите, магистр Крюйс, что вынуждены прервать ваш урок, но дело важное, – сказал директор.

– Что на этот раз? – буркнул тот.

– Необходимо обсудить с учениками происшествие в столовой. – Директор горестно вздохнул.

– Признавайтесь, кто из вас, паршивцев, забрался ночью в кухню?! – рявкнул повар, которому надоели вежливости. – Уж я пущу вас на котлеты!

– Тише, тише! – осадил его Вулф. Кашлянул, заложил руку за лацкан и сурово объяснил: – Кто-то испортил исторический памятник – древнюю печь Великого Алхимика. Погасил в ней вековой огонь! Этот поступок заслуживает серьёзного наказания.

– Теперь придётся проводить в кухне полную санитарную обработку! – возмутился кастелян.

Вулф устремил грозный взгляд на Влада. Тот с вызовом сказал:

– А чего вы на меня смотрите? Я тут ни при чём.

– Влад, мальчик мой, знаешь поговорку: сначала ты работаешь на репутацию, а потом репутация работает на тебя? – Директор чуть не плакал. – Ты создал себе репутацию хулигана, мой дорогой. Только за этот месяц у тебя семь предупреждений и два выговора. Если признаешься, мы не будем давать тебе «волчий билет». Просто исключим.

– «Волчий билет» – это документ с пометкой о том, что ученик не заслуживает доверия и попросту опасен, – пояснил надзиратель.

– Это не я! Я не опасен! Мне можно доверять! – Влад испуганно осмотрел класс, как будто ждал, что кто-то за него заступится. Но все отводили глаза.

У Марины загорелись уши.

– Это не Влад, – громко произнёс кто-то ломким голосом. Все обернулись, и девочка с ужасом поняла, что это она заговорила, и никто другой!

– Чем докажешь? – строго спросила Фелиция.

Магистр Крюйс молчал, лишь пронзительно смотрел на Марину. Элфи пнула её под столом тяжёлым ботинком.

– Я видела… из окна… как Влад и Антон… шли ночью… в другом направлении. К памятнику Леменделю. Значит, в столовой около полуночи их не было.

– Ты чего болтаешь?! – возмутился Влад.

– Так вот кто накрасил губы памятника помадой и прицепил ему заячьи уши! – обрадовался Вулф. – Я ещё утром обратил внимание, но событие в кухне затмило прочие мелкие шалости.

– Ну да, это я накрасил ему рожу, – признался Влад угрюмо. – За это же не отчисляют?

– За это – нет, но я вынесу тебе ещё одно предупреждение, а когда их наберётся десять, тебя отчислят. Марина, ты уверена, что видела Влада?

Девочка кивнула, украдкой вытирая о юбку вспотевшие ладони.

– Кто же тогда залез ко мне в кухню? И зачем?! – негодовал повар.

– Может, Химерас? – подсказал кто-то ехидно.

– Точно, Химерас. Наверное, он решил украсть кошачий корм, – закивала Элфи и добавила невинно: – Кстати, а почему мясо в вашей тушёной капусте пахнет мышами, не знаете?

Повар, поняв намёк, покраснел.

– Понятия не имею!

– У меня возникли серьёзные подозрения. Уж не добавляете ли вы кошачьи галеты в еду школьникам? – сердито спросил кастелян Скряжник.

– Нет, – пискнул повар и спрятался за спиной директора.

– Хорошо, – выдохнул тот. – Влад, ты оправдан. Но следствие продолжается. И если кто-то захочет признаться – добро пожаловать в мой кабинет.

Делегация ушла, а класс ещё долго не мог успокоиться. Пришлось Крюйсу стукнуть кулаком по столу и повысить голос. Только тогда наступила тишина.

– Ну ты даёшь! – прошептала Марине Элфи. – Я уж думала, ты собралась во всём признаться.

Марина сидела ни жива ни мертва. Когда прозвенел звонок, она хотела первой выскочить из класса, но её остановил голос Крюйса:

– Мираколо, останься. На два слова.

Марина села за парту перед учительским столом. Крюйс задумчиво смотрел на неё, но начинать не спешил, и девочка почувствовала неладное.

Если собирается отчитывать её за неуспеваемость, так пусть уж приступает, думала она сердито.

Но магистр вдруг спросил:

– Откуда ты узнала, что кухню разгромили в полночь?

– Что, простите? – растерялась Марина.

– Ты сказала, что видела, как Влад шёл к пруду, и поэтому он не успел бы сотворить вторую шалость в полночь. Но директор не упомянул, когда хулиган пробрался в кухню. Так как ты догадалась?

Марина вздрогнула, но быстро сообразила.

– В полночь я сидела у окна и услышала ругань кастеляна и надзирателя. Вот и догадалась.

– Влада ты тоже видела из окна мансарды?

Марина кивнула.

– У тебя отличные слух и зрение. Ведь твоя комната высоко, под самой крышей. Чтобы увидеть дорожку к пруду, тебе пришлось бы далеко высунуться из окна.

– Мне захотелось подышать свежим воздухом.

Марина отчаянно потела, выдумывая ложь.

– Допустим. – Крюйс побарабанил по столу пальцами. – Но больше так не делай. Ты могла выпасть.

– Больше не буду, – пообещала Марина, радуясь, что Крюйс проглотил её неумелое враньё.

Рано она расслабилась.

– Почему твоя подруга расспрашивала про секрет Великого Алхимика? Элфи никогда не интересовалась историей.

– Не знаю. – Марина пожала плечами. – И… она не моя подруга. Мы просто сидим вместе.

– С кем же ты успела подружиться?

– Пока ни с кем, – промямлила она.

Крюйс прищурился.

– Ты сторонишься одноклассников. Почему?

– Когда мне друзей заводить? Я день и ночь занимаюсь.

– Однако ты прогуляла два урока на прошлой неделе.

– У меня живот болел…

– Как продвигается работа над рефератом?

– Потихоньку-помаленьку, – уклончиво ответила Марина.

– Завтра покажи мне черновики.

– Хорошо, магистр Крюйс. Я могу идти? – Марина выразительно посмотрела на дверь. Ей не терпелось отделаться от куратора, которому вдруг вздумалось её допрашивать.

Крюйс снял очки и глянул на неё испытующе.

– Марина, ты наверняка считаешь, что я плохой наставник, потому что оставил тебя на произвол судьбы.

– Вовсе нет! – Марина даже поёжилась от неловкости.

– Да, я неважный воспитатель, – пожал плечами Крюйс. – Не контролирую воспитанников ежеминутно. Считаю это унизительным для почти взрослого человека. – Крюйс грустно усмехнулся. – Ты показалась мне самостоятельной и храброй девочкой с головой на плечах. Я решил, что постоянная опека тебе лишь навредит. Но даже храбрые люди иногда трусят и делают глупости. Чего ты боишься, Марина?

– Я?! Ничего не боюсь. – Она широко открыла глаза.

– Ты уверена?

– Абсолютно. С чего вы так решили?

– Хорошо. – Крюйс опять надел очки, снова снял и кашлянул, и Марина поняла, что её куратору тоже неловко, потому что он не привык вести задушевные разговоры с воспитанниками. – Но если случится что-то серьёзное…

– Я попрошу у вас совета, – кивнула Марина, решив, что Крюйс будет последним, к кому она за таким советом обратится.

– Свободна. – Магистр махнул рукой и уткнулся в классный журнал.

Марина вышла из кабинета в полнейшем недоумении. С чего Крюйсу вздумалось к ней цепляться? Он ведь дал понять, что не собирается с ней возиться. Однако куратор проницательный и явно о чём-то догадывается.

Он решил, что она чего-то боится. Ну да, она боится тысячи вещей. Боится, что её найдёт Химерас. Хотя нет, это уже не так страшно – великий негодяй, наверное, и думать о ней забыл, потому что занят планированием новых преступлений.

Куда страшнее то, что её могут отчислить. Это будет такой позор… Что скажут мама и дедушка? «Мы же говорили!» Они ведь с самого начала были против того, чтобы она училась в Школе Одарённых.

Повесив нос, Марина толкнула дверь и вышла на крыльцо. Дорогу ей преградил Влад. Он был зол не на шутку.

– Ты зачем меня заложила?! – Он насупился и сжал кулаки. – Выболтала Вулфу, что я ходил ночью к памятнику.

Марина вмиг ощетинилась.

– Но иначе тебя бы отчислили!

– В кухне я не был и сумел бы убедить Вулфа. Директор просто так грозился. А теперь у меня ещё один выговор. Из-за тебя!

– Говорила же, что новенькая будет доносить надзирателю, – подала голос Сона, которая стояла с девочками у перил крыльца и прислушивалась к разговору.

Влад презрительно сплюнул и скривился. Марине стало так обидно, хоть плачь. Опять она всё испортила! Вот и помогай после этого людям. При этом её жёг стыд, потому что у неё не хватило духу признаться, что это она испортила печь. Не Влада она выгораживала, а себя с Элфи спасала…

– Что ты к ней пристал?! – закричала Элфи. – Она сделала, что смогла.

– Лучше бы молчала в тряпочку. Никто её не просил за меня вступаться.

– Тише вы! – шикнула на них Сона. – Вон Вулф идёт, лёгок на помине! Кто это с ним, интересно?

На крыльцо поднялся надзиратель, горделиво заложив правую руку за спину. За ним важно вышагивал высокий худой подросток. Он был всем хорош: аккуратно причёсанные тёмные волосы, новенькие мешковатые штаны и серая служебная куртка – хоть и великоватая, потому что сшита на взрослого дядьку. На рукаве красовалась жёлтая нашивка, как у всех работников школы.

Портило молодого человека одно – татуировка в форме шестерёнки на щеке.

Марина вытаращила глаза, не в силах поверить тому, что видела. Потому что с надзирателем Вулфом шёл её друг Ян, который должен находиться далеко от столицы, в деревне Гнилые Бураки, на ферме её тётушки, вместе с её семьёй!

Ян улыбнулся и подмигнул ей.

– Откуда ты взялся? – прошептала Марина.

– Кто? Этот парень? – спросила Элфи. – Странный он какой-то…

– Дети, у меня хорошая новость, – объявил Вулф, победно оглядывая толпу. – Я обзавёлся помощником, и теперь мы будем следить за вами в четыре глаза и бегать на четырёх ногах. Уж теперь-то ни один хулиган от нас не ускользнёт! Познакомьтесь: Ян Фукс, младший надзиратель.

– Что это за гадость у него на лице? – брезгливо спросила Сона.

– Клеймо артифиса, – объяснил Влад. – Этот парень наполовину человек, наполовину автоматон. Таких раньше изготовляли в мастерских Фукса, чтобы они служили людям. Но теперь их больше не делают, потому что артифисы опасны. Кто знает, что взбредёт им в механические мозги.

– Нормальные у меня мозги, – с вызовом сказал Ян. – Получше, чем твои.

– Тихо, не ссорьтесь. – Вулф примирительно вскинул руки. – Да, этот молодой человек – артифис. Он лишился опекуна и пришёл в нашу школу просить места. Принёс рекомендательное письмо от уважаемого человека, директора Музея кошмарных вещей. Я охотно принял юношу. Потому что я уже немолод, а вы, дорогие мои хулиганы, очень уж шустрые. У этого же юноши нечеловеческая выносливость, и теперь он будет вместе со мной стоять на страже порядка. Причём абсолютно бесплатно, лишь за крышу над головой и еду. Прошу любить и жаловать! А также уважать и бояться.

– Артифисы должны быть слугами, а не начальниками. Кто им позволит распоряжаться? – скривилась Сона. – К тому же этот ваш… как его… Ян? – Ещё ведь не взрослый!

– Артифисов приставляют к работе рано. Для меня важнее его хватка, чем возраст. Ян будет обладать той же властью и полномочиями, что и я, – отрезал Вулф.

Дети настороженно смотрели на Яна, а тот напустил на себя безразличный вид.

Марина ничего не понимала. Она едва узнавала друга. Во-первых, Ян раньше ходил растрёпанный, а теперь – гляди, какой франт! Во-вторых, Ян любил хулиганить не меньше, чем Влад, и даже мечтал стать карманником. А теперь вдруг заделался надзирателем! Только позавчера она получила от него письмо. Ян рассказывал, что на ферме всё тихо, две свиньи сбежали, и пришлось разыскивать их допоздна в чужих огородах. И вот он уже в столице, в Школе Одарённых, нежданно-негаданно!

– Сейчас я знакомлю господина Фукса с территорией, и уже завтра он приступит к своим обязанностям, – сказал Вулф. – Мы с тобой наведём в школе порядок, да, парень? – Он дружески хлопнул Яна по плечу.

– Не извольте беспокоиться, господин Вулф, – солидно ответил Ян. – Буду стараться. Можете на меня положиться.

Он ещё раз подмигнул Марине и незаметно сделал рукой замысловатый знак. «Поговорим позже» – так она его истолковала.

Вулф увёл нового помощника, дети разошлись, а Марина смотрела в удаляющуюся спину Яна и одновременно сердилась и ликовала.

Она была ужасно рада видеть своего друга! Но Яну придётся дать много-много объяснений.