На немцев была возложена коллективная ответственность за Вторую мировую войну1729. «Тот, кто не желает говорить о выгодах миллионов простых немцев, пусть молчит о национал-социализме и Холокосте», – поясняя суть этого обвинения, историк Г. Али, – Выгоды «из аризации извлекали именно немцы… иными словами 95 % населения. Тот, кто говорит, что это были лишь отъявленные нацисты уходит от реальной исторической проблемы»1730.
С юридической точки зрения, «агрессивная война, согласно Парижскому пакту и другим договорам, стала, вне всякого сомнения, преступлением, – указывал главный обвинитель от Великобритании на Нюрнбергском процессе Х. Шоукросс, – Именно на этом всемирном договоре, пакте Бриана – Келлога, главным образом, основывается второй раздел обвинительного акта»1731. «Агрессивная война, бесспорно, является нарушением международного права и, в частности, общего договора об отказе от войны от 27 августа 1928 г., известного под названием «Парижский пакт»…, – подтверждал главный обвинитель от Франции Ф. де Ментона, – Таким образом, с 1928 года агрессивная война перестала быть законной»1732.
«Можно ли верить призывам к миру, – отвечал на подобные заявления еще в 1921 г. ген. Н. Головин, – если международные отношения построены почти исключительно на «экономическом эгоизме» каждого из народов?»1733 О чем же должны молчать те, кто, пользуясь естественным правом, не желает говорить о выгоде миллионов простых французов, англичан, американцев, бельгийцев… – получателей репараций и ростовщиков, которые наживались на разорении немцев после Первой мировой?
Военная агрессия является лишь неизбежным завершающим аккордом – агонией, экономической войны, когда все остальные средства для ее ведения уже исчерпаны. Основным орудием экономической войны, автор доктрины laissez-faire Д' Аржансон в 1751 г. считал протекционизм: «О ненавистное нежелание достичь величия не иначе, чем путем унижения соседей!»1734. Но что делать, отвечал полтора века спустя один из творцов Версальского мира премьер-министр Франции Ж. Клемансо: «Национальности это реальная вещь… Процветание нации… достигается в основном за счет соседей»1735.
Экономическая агрессия не только не считалась преступлением, но и относилась к неотъемлемой части естественного права (конкурентной борьбы), и контрактного (юридического) права. В случае с Германией это право было подтверждено многочисленными международными договорами: Версальским миром, кредитами по планам Даурса и Юнга и т. д. Естественное право было возведено в закон.
Ф. Рузвельт столкнулся с подобной проблемой внутри собственной страны: и в своей полемике с Верховным судом, президент заявил, что последний посчитал «право безжалостно взыскивать все до цента по частному контракту священно и выше самой Конституции, главное назначение которой состоит в том, чтобы заложить прочные и вечные основы жизни нации»1736. На международной арене безжалостное взыскание долгов было поставлено не только выше человеческой жизни, но и самого существования цивилизации.