– Что значит – только один? – да Винчи порылся в сейфе, но больше там ничего не было. Только фраза «Проявите смелость и свершите правосудие»на фотографии, лежащей на дне. Фотографии из морга.

– Боже, – Кристи отшатнулась, увидев труп. – Нет, пожалуйста. Убери это.

Самые светлые в мире глаза, спасшие её из чёрного болота, закрыты навсегда, и теперь такими ей и запомнятся. Тёплые, живые губы навеки сомкнуты, и это в том числе и её вина. Если бы не она, он был бы жив.

Если бы не Кюри, поправила она себя, но поняла: Македонский в чём-то прав. Она разрушает. Теперь не только свою жизнь, но и другие. Засасывает в свою чёрную воронку.

Кюри тоже невесело. После того вечера лицо убитого не раз являлось ей, особенно часто о нём напоминали черты лица Македонского, но всё это было в цвете, а здесь… Безжизненная, оглушительная серость. Бескровный холодный обломок мрамора. Это она разбила произведение искусства. Жизнь – всегда искусство. Не все им владеют. Она – точно нет. Пытается притвориться, но сама понимает, что это никуда не приведёт.

Что ж, это привело её сюда.

Удивительно, но Лёнчик-второй, не раз видевший подобное, на этот раз не испытывал мстительной радости. Этот человек ничего у него не крал. Он не врал ему. Не подставлял его или его людей. Не зарился на его Веру. Просто оказался в неудачное время в неудачном месте. Надо было отослать его. Оставить в покое. Лёнчик-второй недоволен, что Лёнчик-первый молчит. Нехорошо молчит, изучает фотографию, давно уже находящуюся в руках у Эйнштейна, но всё ещё чётко стоящую у него перед глазами. Молчание осуждающее, и это, пожалуй, редкость: их негласный договор не вмешиваться в жизнь друг друга нарушен.

Эйнштейн впечатлён. Таких фотографий он ещё не видел. Таких… настоящих. Разрешили бы ему использовать такое фото в книге? Хотя она и без того получилась бы уникальной. Эйнштейн уверен, что получится.

– Нам говорили, что выигрывает или проигрывает вся команда, – сказал он. – Но, похоже, ключевое слово – «говорили».

– И что это значит? На ружье нет никаких меток Игры. Это даже не игровой предмет! – Оглядев ружьё, Кюри передала его Эйнштейну.

Я бы не был так уверен,подумал он, принимая ружьё в свои руки, ощущая его тяжесть, его отстранённость, чувствуя, как встаёт на место найденный им кусочек пазла.

– Дай сюда, – сказал да Винчи.

– Вообще-то я смотрю, – возразил Эйнштейн.

– Уже посмотрел. Отдавай.

– Почему это?

– Пусть оно будет у меня.

– Ах,вот как, – Эйнштейн улыбнулся. – Боишься, что я с ним что-нибудь сделаю?

– Ещё чего, – фыркнул да Винчи. – Вряд ли ты вообще знаешь, как с ним обращаться.

О, поверь мне, я знаю. И они знают, что я знаю.

– Да подавись, – ответил Эйнштейн, передавая ружьё. Пусть он не считает его угрозой.

Пока что.

– Я тоже не знаю, – призналась Кюри. – А ты?

Да Винчи молча переломил ружьё и проверил наличие патронов.

– Понятно, – прокомментировала она.

– Патронник пуст.

– И хорошо, – подала голос Кристи, у которой от вида огнестрельного оружия сводило живот.Как она его убила? – внезапно забилось у неё в синей венке на виске.

– По крайней мере, не перестреляем друг друга, это ты имеешь в виду? – отозвался да Винчи.

Хочешь знать? Рассмотри получше фотографию. Ту, от которой ты так быстро отвернулась, даже не успев её изучить. Успев только понять, кто там.

Может быть, ты даже увидишь след от перерезанного горла. Наверное, это добавило бы перчинки в нынешнее положение. Но ты не посмотришь. Ты слишком слаба. Ты бы никогда такого не сделала. Ты можешь только тихо, исподтишка гадить. Бесцветный бесшумный газ явно проигрывает кровавому серпу. По крайней мере, в Кюри есть хоть какое-то подобие стержня.

– Да, – кивнула Кристи.

– Но это бессмыслица, – возразила Кюри. – Ружьё без патронов. Мы должны найти их? Это и есть недостающий элемент мозаики? Пятый предмет?

– И тот, кто их найдёт, выиграет? – задумчиво сказал Эйнштейн.

– Выиграет только один, – повторила Кюри. – Может быть.

– Если уж у них так всё продумано, – поморщился да Винчи, – значит, они в этой комнате. В том, чтобы дойти до конца, мало смысла, если мы не можем раздобыть последнюю часть головоломки. А мы, как вы помните, здесь заперты.

– Но что, если мы просто их не нашли? – спросила Кристи. – Может, они где-то там, – кивнула она на дверь в предыдущую комнату.

– Сомневаюсь. Мы обыскали всё.

Я сам контролировал поиски.

– Отлично, – сказал Эйнштейн. – И что будет, если мы их найдём?

Полагаю, случится несколько убийств, подумал да Винчи, сжимая ружьё, но вслух сказал:

– Не знаю.

– Серьёзно? – спросила Кристи.

– Что?

–Не знаешь?

Да Винчи пожал плечами.

– Брось, уж ты-то понимаешь, к чему всё идёт.

– И к чему же? – спросила Кюри. И тут же поняла.

Проявите смелость и свершите правосудие.

– Ха, – только и ответила Кристи. Села, прислонилась спиной к сейфу и закрыла глаза. У неё больше нет сил бороться. Победитель уже известен. Это лишь вопрос времени.

– Может, пока положим ружьё в сейф? – предложила Кюри изменившимся голосом.

Не может быть. На такое он не пойдёт. Только не Филипп.

Да что ты вообще о нём знаешь, кроме того, что он показывал?

– Нет, – твёрдо сказал да Винчи.

– Прекрасно, – отозвался Эйнштейн. – Но что, если патроны в этой комнате и найдёшь их не ты? А, например, Кюри? А? Что тогда?

– Ха, – сказал теперь да Винчи.

Все вспомнили, как он избивал Эйнштейна.

Но Кюри ведь тоже не бездействовала. У неё естьопределённые навыки.

– Кажется, мы больше не команда, – усмехнулась Кристи и съёжилась, обхватив колени.

Жаль, что здесь нет Артура. Он бы отлично вписался.

– Ты что, действительно хочешь всех перестрелять? – не поверила Кюри. – Думаешь, так ты выиграешь?

– Думаю, теперь каждый за себя, – отрезал да Винчи.

И, не отпуская ружья, начал сантиметр за сантиметром заново исследовать сейф.

– Как будто раньше было не так, – сказал Эйнштейн. – Всё это было брехнёй.

– А ты вообще здесь лишний игрок, – негромко пробормотала Кристи, но он услышал.

– Ты что, просто будешь стоять и смотреть?! – поразилась Кюри.

Ждать, пока он найдёт патроны и пристрелит нас к чёртовой матери?

Да Винчи чертыхнулся: в сейфе точно больше ничего не было.

– Нет, конечно, – опомнился Эйнштейн и, оглядываясь, тоже стал ходить по комнате.

Кюри посмотрела на Кристи, совершенно выпавшую из Игры, и покачала головой.

Ладно, решила она. Ладно. Я сделаю это сама. Найду чёртовы патроны. Опережу долбаного психа. И отберу у него ружьё. Я смогу. Пусть я не умею стрелять, но могу забить их прикладом. Всех. Уверена, что смогу.

Я не собираюсь здесь подыхать.

Не собираюсь подыхать запертой в чёртовой комнате.