Быстро соскочив, Эвелин кое-как натянула шорты, накинула рубашку, посмотрела на изрядно потрепанного меня и звонко рассмеялась.

— Тебя будто трактор переехал, одевайся!.. — и убежала в дальний угол ангара, где техники оборудовали небольшую душевую кабину. Бочка для воды стояла снаружи ангара и очень хорошо нагревалась под лучами солнца, без всяких бойлеров. Главное, чтобы вода не закончилась в самый неподходящий момент, но за этим обычно следили.

— Ага, трактор… В одну женскую силу, — пробурчал я, натягивая штаны и рубашку (как еще пуговицы целыми остались?..). — Пахать на тебе надо…

Выглянув из ангара, я увидел подъехавший к вышке микроавтобус, пассажиры остались сидеть внутри — вышел только водитель. Те самые, кто лететь собирается? Скоро выясним…

Минут через десять из душевой появилась Эвелин. Оказывается, еще раньше она успела принести сюда свою сумку с формой, и уже переоделась, даже чуть-чуть подкрасилась. И волосы пригладила- уложила, вот это скорость! Магазинной бирки на кольце уже не было.

— Ты быстро, даже не ожидал!

— Регулярные тренировки, — засмеялась она. — Уже привыкла быстро собираться. Не в театр же иду… — Да, белая рубашка и темные брюки — это вам не вечернее платье, к которому требуется специальная «боевая раскраска».

— Там к вышке кто-то подъехал, может, ваши пассажиры.

Вдвоем мы подошли к воротам ангара, Эва несла сумку с вещами на плече. По пути она подобрала коробочку от кольца и сунула ее в карман сумки, негромко вжикнув застежкой.

— Спасибо за подарок, — она ласково провела пальцами по моей слегка выбритой щеке. — Надеюсь, пригодится.

— Лучше бы не пригодился, — честно ответил я.

— Вы, мужики, все одинаковые. Мимо красивой девушки спокойно пройти не можете, — усмехнулась она, чмокнула меня в щеку и пританцовывающей походкой направилась к самолету. Мне оставалось только развернуться и пойти в душ. Надеюсь, она там не всё из бочки на себя вылила? А то придется насос запускать, оттуда вода потечет холодная…

Я успел вымыться и обсохнуть, когда проехал техник. Незадолго до этого я долил воды в бочку, проверил инструменты и поставил на зарядку аккумуляторы. Кто знает, сколько и чего еще сегодня предстоит завинчивать?

— Привет! Давно ждешь? — мы пожали друг другу руки.

— Нет, не очень. Может, с полчаса…

— Я просил Эвелин передать тебе, что чуть задержусь. Кстати, где она?

— Она все передала, потом ушла к самолету. Вон, смотри, уже вроде как пассажиры выдвигаются. — От вышки в нашу сторону медленно ехал тот самый микроавтобус.

— Точно, кто еще… Ладно, смотри, вот это сейчас поставим, и будем все завинчивать на место. Потом выкатим из ангара, опробуем двигатель. Если все нормально, закатываем птичку обратно, ставим на место панели моторного отсека, и завтра можешь делать контрольный вылет.

— Отлично! Ну что, вперед и с песней?..

Несколько часов мы вдвоем проверяли, крепили, закручивали… Наконец, выкатили «Сессну» из ангара и запустили двигатель. Новый аккумулятор отработал без проблем, как говорится, «с пол-пинка». Очень хорошо, теперь возвращаемся в исходное и крутим винты дальше.

— Все, закончили! — Техник закрыл капот и принялся вытирать руки большим куском ветоши. — Завтра во сколько планируешь облетывать?

— Наверное… часов в… десять. Чтобы слишком рано не вставать, — тут парень усмехнулся, — и чтобы не жарко было. Сделаю несколько кругов, там видно будет.

— Тогда держи квитанцию, — он протянул мне листок бумаги с несколькими графами и суммой итога внизу. — Устраивает?

— А куда деваться? — Да, три нуля — много, но не четыре, это уже радует. — Тебе тогда завтра утром и отдам, хорошо? Все равно наличку в банке надо снимать.

— Пока не отдашь, ангар не открою, — рассмеялся мастер. — Так и быть, бензин залью доверху, в подарок.

— От такого я точно отказываться не буду, — и в самом деле обрадовался я. — Тогда… До завтра?

— До завтра! — пожав на прощание руки, мы разошлись. Техник пошел в душ (надеюсь, вода в баке успела нагреться), а я сел в машину и не торопясь порулил к выезду с аэродрома.

Надо еще в банк по дороге заехать, снять денег на оплату ремонта, ну и просто на текущие расходы. Заодно и узнаю, сколько там у меня еще остается на счете.

********

Когда въехал в город, решил выяснить еще кое-что. А для этого нужно посетить «казенный дом»… Лишь бы нужный человек оказался на месте.

— Добрый день! — поздоровался я с дежурным, который сидел за толстенным стеклом в «аквариуме» у входа. — Фрау Ирма у себя?

— Да, а вас вызывали, или вам назначено?

— Нет, хотел уточнить у нее кое-что. Скажите, что пришел свидетель по делу на ферме, она поймет.

Дежурный поднял трубку телефона и потыкал в кнопки, набрав короткий внутренний номер. Что он говорил, я не расслышал, но через полминуты он положил трубку и коротко сказал:

— Проходите, вас ждут!

Снова знакомая обстановка рабочего минимализма, и ничуть не изменившаяся госпожа следователь за столом, будто только что расстались.

— Добрый день, фрау Ирма!

— Добрый день, Алекс! Что-то еще вспомнили?

— Нет, хотел кое-что узнать у вас, если возможно, конечно.

— По поводу той самой фермы?

— Да-

— Что, решили сменить рискованное занятие на более спокойную фермерскую работу? — она улыбнулась.

— Нет, куда же я из авиации уйду! — отшутился я. — Скажите, что там дальше было? Ну, прибыла группа, проверила, нашла тела, зафиксировала следы… Самих бандитов ведь не нашли?

Фрау Ирма тут же перестала улыбаться, и в ее эмоциях проскользнуло недовольство. Но не мной, а скорее результатами той проверки.

— Да, все так. Тела похоронили рядом с фермой, в город их везти было незачем. В домах все чисто, там никого не убивали. Просто закрыли ставни и двери, замков там не было никогда. И еще не на всякой карте эта ферма обозначена… А с какой целью интересуетесь? — задала она вполне ожидаемый вопрос.

— Думал, может, кто из знакомых решит там поселиться. Кто сейчас владеет тем участком?

— Наследников не объявилось, так что все вопросы — в мэрию. Не думаю, что запросят слишком дорого. Но вам-то какая выгода?

— Рядом с фермой есть небольшая взлетная полоса. Чуть привести ее в порядок, и будет место для срочной посадки. Случаи-то разные бывают… Только вот после каждого сезона дождей ее надо осматривать и ямки выравнивать, иначе будет хуже, чем просто в поле садиться.

— Вот как… Тогда… Можете сообщить своим знакомым, если они заинтересуются, что в мэрии будут только рады избавиться от этой проблемы. Только обязательно потребуют организовать устойчивую радиосвязь с городом, сами понимаете. Место такое… своеобразное.

— Хорошо, так я им и сообщу. Большое спасибо!

— Да не за что, — улыбнулась фрау следователь. — Удачи вам!

— До свидания! — попрощался я и вышел из кабинета. Да, вот удача мне нужна постоянно… Жизнь стала весьма непростой, не знаешь, откуда и прилетит.

Теперь — в банк…

В банке я надолго не задержался, снял требуемую сумму, плюс еще на срочные расходы. А что вы хотели, красота требует жертв!

В ювелирном магазине продавщица встретила меня, как дорогого ДРУга:

— Здравствуйте! Вы снова к нам?

— Решил купить еще кое-что, у вас есть голубые топазы, например?

— Хороший выбор!.. Их не очень часто спрашивают, многим нравятся более насыщенные цвета… Вот здесь, витрина в углу, посмотрите.

— Спасибо… Можно вот этот комплект? — В наборе из сережек и кулончика серо-голубые камни интересной формы были вставлены в неброские серебристые оправы.

— Оправа из «белого золота», — уточнила продавщица. — Это сплав золота и платины, 750 проба [750 проба — в этом сплаве содержится 75 % золота и 25 % лигатуры. Украшения из золота 750 пробы представлены в коллекциях элитных ювелирных домов. Это самый качественный сплав.].

— Да, это уже видно по цене, — хмыкнул я.

— Сверху такие изделия покрывают родием, для большей прочности и красоты.

— Вы хорошо разбираетесь в тонкостях, — пришлось выдать продавщице комплимент.

— Мой отец и братья — ювелиры, так что, сами понимаете…

— Да, трудное детство, тиски вместо кукол, напильники вместо игрушек… — мы оба рассмеялись.

— Нет, кукол у меня хватало. Но украшения для них я делала сама, из медной проволоки. Всем нравилось. Кое-что потом даже стали использовать как идеи для образцов. А сейчас работаю консультантом в семейном магазине…

— Спасибо за интересную беседу. Сколько в итоге с меня?.. — Ну, примерно так я и думал… — Красивые коробочки есть у вас?

— На любой вкус. Перевязать ленточкой?

— Я подумаю… Ладно, давайте ленточку, пригодится!

Из магазина я вышел спокойный, как индеец. Вот и проверим как-то прочитанное высказывание, что на женщину лучше всего действует посещение ювелирного магазина. Если не поможет — значит, обманули!

В машине я взял коробочку в правую руку, открыл и положил пальцы левой руки на украшения. Произнес три раза «Джинджер, я тебя очень люблю!», закрыл коробочку, попытавшись завязать яркую ленточку красивым бантиком, и убрал в карман. Глупость? Конечно! Но вдруг сработает?..

Когда повернул к дому, заметил у соседского гаража незнакомую машину. Вроде бы там у хозяйки обычная «пузотерка» для города, а не джип-внедорожник? Кто-то в гости приехал? Раньше там никого, кроме нее самой, видно не было, иногда здоровались. Ничего так женщина, лет тридцати. Эффектная, но моя Джинджер все равно гораздо красивее! Из- за зеленой изгороди слышались еле различимые голоса и тихий смех.

Красный «Гелендваген» Джин стоял под навесом. Пса и кота видно не было — наверное, прячутся от жары в доме, там кондиционер работает. (Кстати, надо бы там сетку почистить, возможно, пылью слегка забилась…)

Я вошел на кухню и увидел сидящую за столом жену. Она смотрела прямо перед собой странным, остановившимся взглядом, и на мое появление никак не отреагировала. Знаете такое выражение — «мрачнее тучи»? Так вот, сейчас его было недостаточно…

— Милая, вот и я!.. Что случилось? — На столе перед ней возвышалась бутылка вишневки (наполовину пустая), и высокий стакан. Я уселся напротив, набулькал из бутылки в этот же стакан примерно треть и выпил. — Рассказывай!

— Где ты был?

— Как где? Я же еще вчера сказал, что поеду на аэродром, заканчивать ремонт. Все доделали, специально заехал в банк, деньги снял, чтобы завтра утром отдать. Потом облет, не очень долго, сделаю, и все. Да что случилось-то? И… почему ты пила ЭТО? — Я выделил голосом и показал на бутылку.

— Я… приехала домой… и решила попробовать… Захотела увидеть, что ты делаешь…

(Вот и пришел полярный зверек… Ой…)

— И что случилось?

— …Я… меня… мы… занимались сексом!.. — выкрикнула она.

(Интересно, она пистолет на кухню уже принесла, или ножами обойдется?…)

— Э… а почему «мы»?..

— Голова кругом пошла… Как будто я сразу была и мужчиной, и женщиной… И непонятное жужжание все время какое-то… Даже чувствовала, в каких местах трава колется… Еле успела добежать до ванной. А выражение «эмоции брызгали фонтаном» — не преувеличение…

— И ты решила, что я валялся с кем-то в кустах? — Фф-у-у-х, отлегло!.. Казнь, возможно, откладывается… — На аэродроме вообще ничего не растет, сама знаешь.

— А кто еще?.. Я же хотела тебя увидеть…

Я встал с табуретки, подошел к окну, тихо открыл раму и прислушался. Ага!!!.. Сделав загадочное лицо, поманил к себе Джинджер, та с явной неохотой поднялась и шагнула ко мне. Приложив палец к губам, я легонько обнял ее за плечи и придвинул к окну, шепнув на ухо: «Слушай!..»

Она поморщилась, но чуть развернулась боком, прислушалась… И тут же очень правдоподобно изобразила лицом и ушами красный сигнал светофора. Действительно… Из-за зеленой изгороди доносились весьма характерные звуки — постанывания, тихие вскрики… Ей хватило нескольких секунд, чтобы окраска кожи достигла максимальной насыщенности и, пробормотав «Порнография какая-то!..», Джинджер шумно захлопнула створку окна.

— В одном фильме, персонаж, услышав в окно спальни подобные звуки, предложил своей жене «Давай их перекричим!..», — попытался я выдать неуклюжую шутку.

— Ты что, в извращенцы записался? — громко фыркнула она в ответ.

— Нет, это кино довольно известное, там вроде Харрисон Форд играл. Но ничего не конкретного не показали, это триллер, а не порнуха. А в другом фильме у женщины были проблемы с сексом, обычный вариант в спальне ее не возбуждал. Может быть, у соседки точно такой же случай, — усмехнулся я.

— Слушай, ты вообще смотрел что-нибудь, кроме порнофильмов? — Нет, с таким настроением она меня не устраивает. Придется использовать «последний довод провинившихся мужей»…

— Милая, а теперь вспомни, что я тебе говорил про жизнь в многоквартирном доме.

Джинджер снова вернула цвет лица к максимально красному и отвела взгляд в сторону.

Я подошел к столу, взял бутылку с остатками «вишневки» и убрал ее в холодильник. Достал из шкафа пару мелких стопок и бутылку бренди, плеснул до половины в каждую стекляшку, придвинул одну Джинджер.

— Выпей, помогает!

— Что, успокаивает?

— Нет, скорее, отшибает лишнюю чувствительность. Даже в таких дозах…

Мы одновременно выпили, Джин тут же забрала у меня стопку и вместе со своей поставила в раковину. Бутылка тоже вернулась на свое место в шкафу.

— Теперь я понимаю, при чем тут «Синдром Кассандры»… — задумчиво сказала моя ненаглядная.

— Это самый незначительный случай, — ответил я, усевшись за стол и подперев руками подбородок. — Говорить бесполезно, все равно никто не верит…

— И много у тебя было… «других случаев»? — Ну вот зачем тебе это? А ответить придется…

— Разве все упомнишь… Да и вспоминать подробности нет никакого желания.

— Может, расскажешь все-таки? Ну, чтобы я знала… На что обращать внимание.

— Знаки у каждого свои, и мои заморочки тебе вряд ли помогут. И ты не сможешь узнать, вдруг я сейчас начну что-то выдумывать…