Каспер

То, что происходило вокруг меня и участником чего я невольно стал, больше всего напоминало мне затянувшийся дурной сон.

Реджинальд фон Рествуд, каким-то непонятным образом не только отыскавший легендарное Око Тьмы, но и сумевший его подчинить. Демоны, пришедшие вместе с сестрицей из Эрисхаша и ввязавшиеся в конфликт, который их вообще никак не касается. Ну и как апофеоз этого безумия – армия, нелепее которой я ещё никогда ничего не видел. Неорганизованная толпа, состоящая из зверей, полуразложившихся мертвецов и двух демонов. Тревора даже не придётся убивать, потому что он помрёт сам – от смеха при виде столь грозного противника! Мне было непонятно одно: почему никто кроме меня не видит, насколько бессмысленны все эти разговоры об обороне и сопротивлении приближающейся армии Владыки Севера? Может, они тут всем коллективом едят какие-нибудь специфические грибы или дышат какими-то вредными для психики испарениями?!

Не приходится сомневаться в том, что первое же сражение покажет всю несостоятельность даже мысли о войне. Какая война может быть, когда противники настолько разные по силе?

И самое паршивое то, что я оказался, судя по всему, не на той стороне. При этом героическая гибель от лап какого-нибудь снежного великана или в жвалах каменного паука не входит в мои планы, ни в ближайшие, ни в отдалённые.

Шансов уцелеть в предстоящей заварушке у меня нет ни малейших: как маг я просто обязан буду идти впереди, стараясь огненной плетью остановить продвижение войска хотя бы ненадолго. Вот угораздило же меня вляпаться! Впрочем, польза от визита в дом Древнего всё же есть: теперь я практически не сомневаюсь в том, кого имел в виду командор. Именно Реджинальд фон Рествуд присвоил себе силу, которая, по словам того же командора, предназначалась не ему. Осталось понять, как переправить его на остров, если шансы на то, что он уцелеет, не то что минимальны, их вообще нет.

Получается, что моё дальнейшее благополучие зависит от этого заштатного барона, которому по какому-то странному капризу богов досталась сила, заключённая в Оке Тьмы. Какая злая ирония…

Мои невесёлые размышления были прерваны порывом ветра, холодного настолько, что у меня моментально покрылись инеем волосы, а теплолюбивые демоны завернулись в некое подобие крыльев, как в плащи.

Значит, передовые отряды войска Владыки Севера уже совсем близко. Соответственно, и сам Тревор находится где-то неподалёку, потому что именно он является непрерывным источником этого жуткого холода.

Келен – буду называть его этим коротким именем, хотя как по мне, так оно больше похоже на собачью кличку – поднялся на холм, и я неожиданно замер. Он снова был в своей драконьей ипостаси, и я невольно залюбовался идеальными пропорциями этого тела, представляющего собой образец какой-то чуждой гармонии. Словно почувствовав мой взгляд, новоявленный Правитель Франгая принял свой человеческий облик, что было разумно: в образе монстра много не накомандуешь. Но как он научился так легко менять форму?! Кто научил его? Кто подсказал? Где и как он получил доступ к столь тайным знаниям?

Решив, что правильнее всего будет находиться рядом с бывшим бароном, чтобы при случае помочь ему уцелеть, я последовал за ним и тоже взобрался на небольшую горку, откуда открывался прекрасный вид на равнину, граничащую с северным рубежом Франгая.

– Идут…

Я обернулся и с трудом поборол рефлекторное желание ударить огнём: рядом со мной стоял самый настоящий мертвец, с серой кожей, лысым черепом, непропорционально длинными руками и красными горящими глазами. Он не смотрел на меня: его взгляд был прикован к едва заметному белому облаку, постепенно скрывающему горизонт.

– Как думаешь, Лиам, как скоро они будут здесь?

Келен обращался к мертвецу по имени, но я уже не удивлялся ничему, даже этому, хотя то, что у ходячих трупов имён нет и быть не может, общеизвестный факт. Они теряют имя вместе с жизнью, по-другому просто не бывает.

– Полагаю, самое большее через полчаса, Повелитель, – спокойно ответил мертвец, – мне кажется, пора активировать первую полосы ловушек. Так мы выгадаем время.

– Действуй, – кивнул Келен, – и скажи кайросам, чтобы занимали свои места. Для начала пустите молодняк, остальных придержим пока. Фериз! Шарех!

Бывший барон фон Рествуд повернулся к пристально изучавшим приближающееся снежное облако демонам. И они почему-то спокойно реагировали как на ситуацию в целом, так и на присутствие ожившего покойника. Впрочем, откуда мне знать, что там творится в их рогатых головах?

Между тем подступающее войско, которое из облака постепенно превращалось в ряды идущих по трое воинов, решительно шагающих прямо на нас, приближалось.

– Они не ждут сопротивления, – проговорил один из демонов, – иначе они озаботились бы выслать вперёд разведчиков.

– Обычно здесь никого нет кроме зверей, – по-прежнему не отрывая взгляда от наступающих, ответил Келен, – Франгай, как ты можешь догадаться, не слишком густо населён людьми. Давай!

Последнее слово он почти выкрикнул, понимая, что войско пока ещё слишком далеко для того, чтобы его кто-нибудь услышал.

Сначала я не понял, к кому он обращается, а потом заметил, как со стороны холма к лесу шустро припустил какой-то мелкий зверёк, чуть крупнее корнегрыза. Он что, решил атаковать людей с помощью крыс и белок?!

Я уже прикидывал пути отступления, когда с равнины раздались первые крики, в которых в равной степени смешались удивление, страх и ярость. Взглянув вниз, я с изумлением увидел, как то здесь, то там в земле появлялись ямы, в которые проваливались воины, никак не ожидавшие подобного коварства от выглядящей прочной земли. Уж не знаю, что там было на дне этих ям, но из них почему-то никто не выбирался, хотя сделать это, как мне казалось, было достаточно просто.

– Почему они не выбираются наверх? – не выдержав, спросил я у Келена, который как раз находился в своей человеческий форме и внимательно наблюдал за происходящим на равнине.

Он хмуро посмотрел на меня, криво усмехнулся, но всё же соизволил ответить:

– Поверь, тебе лучше не знать, магистр. Я ничего не имею лично против них, и не я начал эту войну. Но я не могу допустить, чтобы они прошли.

И он тут же забыл обо мне, так как в ямы провалились далеко не все, и часть воинов благополучно преодолела первую полосу препятствий. Я хотел было прокомментировать происходящее, но все мысли вылетели у меня из головы: я неверяще смотрел на то, как наступающие на мгновение застывали, а потом часть из них с необъяснимой яростью бросалась на своих же соратников, а часть просто разворачивалась и уходила. «Кайросы», – сообразил я, вспомнив тот день, когда нас с Минни и Эллой встретил кайрос, прикинувшийся Домианом. Я ведь тогда готов был отправиться туда, куда он меня звал и даже не думал сопротивляться. Но как Келену удалось с ними договорится? Что он им пообещал?

– Никому не двигаться, – резко приказал Келен, стиснув кулаки так, что побелели пальцы. – Стоять и ни шагу с места, иначе я за вашу жизнь не дам и ломаного медного гроша.

Демоны, которые, оказывается, всё это время стояли неподалёку, переглянулись и недоверчиво кивнули. Они вообще выглядели абсолютно дезориентированными, видимо, подобные методы ведения войны были им в диковинку.

От леса отделились высокие фигуры, одетые в сверкающие белые плащи и напоминающие высеченные из льда статуи. Подойдя к первым ямам, они синхронно вытянули руки в сторону наступающих, и те медленно опустились на колени, склоняясь перед теми, кто обладал властью.

– Это кайросы, – тихо пояснил я демонам, понимая, что Келену сейчас не до разговоров, – они могут менять внешность и умеют внушать мысли. Полагаю, они приняли облик каких-то вождей и приказали воинам остановиться.

– Это невероятно, но никто не может долго удерживать такие мощные чары, тем более направленные на такое количество людей, – встревоженно проговорил тот демон, которого, кажется, звали Шарехом.

– Тихо, – рявкнул на него второй и медленно потянул из ножен меч. Этот шелестящий звук словно выдернул меня из того заторможенного состояния, в котором я находился последние минуты.

Взглянув на свой плащ, я увидел, как на тёмную ткань опустилось несколько снежинок, а потом их стало много: значит, сам Владыка уже рядом, а с ним и основные силы его войска. Совсем чуть-чуть, и его мощь обрушится на нас. Сколько удалось нейтрализовать? Сотню? Полторы? Вряд ли больше… И при всём этом мне нужно попытаться сохранить жизнь злосчастному Реджинальду, так как именно он – мой пропуск в Ла-Тредин. Следовательно, нужно быть рядом и не дать ему героически сложить голову.

Не успел я об этом подумать, как сквозь приблизившуюся метель проступили очертания высоких фигур: снежные великаны никуда не делись. Чуть дальше были видны уродливые панцири каменных пауков, которые в снегу были похожи на движущиеся валуны.

– Великаны боятся огня, – быстро сказал я, поворачиваясь к демонам, которые, оценивающе прищурившись, рассматривали приближающихся монстров. – У пауков уязвима только голова, но они почти ничего не видят, ориентируются по слуху.

– Спасибо, я тебя услышал, – кивнул старший демон, тот, который Фериз и военачальник чего-то там, – мы готовы.

Когда он говорил, из его рта вырывались облачка пара, что, судя по всему, чрезвычайно его забавляло. Я же натянул поглубже капюшон плаща и замотал лицо платком, который предусмотрительно прихватил из дома сестрицы. Не то чтобы я опасался быть узнанным, хотя и это тоже, но в основном хотел защитить лицо от колючего снега.

Внезапно прямо передо мной из снега вынырнул человек, который явно собирался проткнуть меня мечом, но не успел: я оказался проворнее. И закрутилось… Следующий час, а может, два или три, а то и все пять слились для меня в какое-то непрерывное смазанное движение. Я отбивал атаки, нападал сам, используя как меч, так и огненную плеть, которая постепенно становилась всё слабее и слабее по мере того, как Владыка вытягивал магию из окружающего пространства.

Рядом со мной мерно и уверенно, как на тренировочном поединке, махали мечами демоны, превратившиеся в две машины для убийства. Но когда я в секундном перерыве взглянул в их сторону, то заметил, что их движения стали медленнее, значит, и у них запас сил не бесконечен.

Оба гостя из Эрисхаша давно выпустили своих призрачных двойников, и те с энтузиазмом уничтожали всё, до чего могли дотянуться, но и они потихоньку слабели, что было, в общем-то, неизбежно.

Неподалёку мертвецы крошили в капусту воинов, лица которых были искажены ужасом: полагаю, о том, что сражаться придётся с мёртвыми, их никто не предупредил.

Перепрыгнув через очередное валяющееся на снегу тело, я забрался на камень, чтобы посмотреть, что творится вокруг, и увидел, как часто войска, не обращая внимания на кипящую вокруг битву, целенаправленно движется в сторону леса. И именно с этой частью войска шёл сам Тревор: я чувствовал его присутствие, хотя и не видел его самого.

– Они пробиваются к Оку Тьмы, – крикнул мне вынырнувший откуда-то Келен, залитый своей и чужой кровью, – иди туда! Не дай ему пройти, Каспер! Если он доберётся до Ока, Франгай станет беззащитен! Возьми их и останови его!

И, не дождавшись моего ответа, он снова исчез, оставив мне десятка два потрёпанных мертвецов, некоторые из которых восседали на волках. Стараясь не смотреть на окровавленные пасти хищников, я махнул рукой неожиданным помощникам и быстро зашагал по засыпанному снегом следу.

– Садись, – неожиданно послышалось сзади, и меня посадили на волка, просто схватив за плащ и легко подняв в воздух, словно я ничего не весил. – Мы их догоним.

Если бы меня попросили описать путь через лес, я ничего не смог бы сказать кроме того, что вокруг мелькали ветки, стволы деревьев, в кронах гудел ветер, а под мощными лапами зверя пружинила замерзающая земля. Я не знаю, откуда волк знал дорогу, но он бежал целенаправленно, не сомневаясь и не сворачивая. Судя по тому, что вокруг стали появляться лужи и даже листья, мы существенно опередили Тревора.

Я, правда, до сих пор не понимал, как мы сможем противостоять Владыке, так как пара десятков мертвецов и один уставший до потери сознания огненный маг – это не та преграда, которая сможет его остановить. И вообще, я никогда раньше не ощущал так остро собственную ничтожность по сравнению с теми силами, которые я имел возможность наблюдать. И в сотый раз подумал о том, что могущество человеческих магов – это иллюзия, которую мы сами себе создали и в которую с удовольствием поверили. На самом же деле никакого могущества у нас нет и в помине. А я так не хочу, и поэтому пойду на всё, чтобы использовать шанс, о котором сказал мне странный невысокий человек с не запоминающимся лицом.