– Пожар! – завопил за дверью Трейн. – Негодяи подожгли склады!
Принц Джаспин, раздраженный наглостью какого-то воришки, вмешавшегося в его планы, подбежал к сэру Греннету и Трейну, продолжавшим колотить в дверь.
– Зовите стражу! Прикажите выломать дверь!
– Там еще раньше все сгорит, – возразил Трейн. – Милорд, сэр Гренетт мог бы постоять на страже возле прихожей...
– В этой комнате два входа? – спросил принц, едва сдерживая гнев.
– Если милорд присмотрит за вторым… – начал Трейн. Принцу план явно не понравился, но дым уже окутал его сапоги.
– Клянусь Азраилом! Я с него шкуру спущу! – поклялся он, выскакивая на поиски другой двери. Он смутно представлял, где ее искать. – Сэр Гренетт, – крикнул он на бегу, – займите свой пост! Надо же положить конец этому досадному недоразумению!
Как только эти двое ушли, Трейн громко прошептал в дверную щель:
– Молодой господин, они ушли. Выходите!
Квентин его услышал и, кашляя, вышел из комнаты. Пергамент дотлевал на полу. Трейн схватил его за руку и потащил прочь. У входа в большой зал они натолкнулись на оробевшего Освальда.
– Они догадались? – спросил он подбежавших
– Нет, – тихо ответил Трейн. – Но не сидеть же нам здесь всю ночь! Чуток времени мы выиграли. Займитесь своим делом!
Освальд все еще не чувствовал уверенности, что все идет по плану, но голоса в коридоре позади него торопили. К тому же он увидел смотрителя темницы с пленником, они шли сюда. Освальд приосанился и перешел на другую сторону залы, повернувшись спиной к входу. Трейн и Квентин не стали задерживаться, досматривая конец представления; они поспешили к задним воротам.
Холодный воздух обжег лицо Квентина. Выскочив из замка, они оказались на широком внешнем дворе. Трейн и Квентин метнулись через низкую каменную арку и вбежали в небольшой задний двор. Там, на снегу стояли три лошади, груженные провизией. Человек Трейна подтягивал подпруги.
– Все в порядке, сэр, – доложил стражник, когда они подошли.
– Хорошо, – сказал Трейн. – Ступай, проверь, чтобы решетка была поднята. Остальные скоро будут здесь.
Солдат повернулся и поспешно отошел. Трейн бросил обеспокоенный взгляд через плечо в сторону замка и тихо сказал Квентину:
– Мы и так уже слишком долго испытывали удачу; об остальном боги позаботятся. – Он помолчал и добавил хриплым шепотом: – Слушай! Кто-то идет!
Квентин дрожал от холода. Лунный диск показался из-за восточной башни. Квентин ждал команды. Он стоял, держа под уздцы своего замечательного Бальдра, спасенного королевой из гостиничной конюшни. Ждавшие в засаде не подумали о лошадях и оставили их в стойлах.
Королева стояла рядом, тихо разговаривая с Трейном, и видно было, что тот с ней не соглашается.
– Сэр охранитель, – говорила королева, – я бы не настаивала, если бы не была уверена, что тебе грозит немалая опасность. Принц бушует, он требует ясности. Он считает, что ты замыслил измену, и ему не нравится то, что случилось в большом зале. Когда он узнает о побеге заключенного, он потребует твою голову.
– Да откуда ему знать, что я имею какое-то отношение к его драгоценному заключенному? – возражал Трейн.
– А ему и не нужно знать, он подозревает всех. Джаспин казнит тебя просто ради устрашения тех, кто решил идти против него. Тебе опасно оставаться здесь.
– Мне не впервой сталкиваться с его гневом. Я выдержу.
– Только не в этот раз. Он не угомонится, пока не увидит твою голову на копье. Тебе надо идти с нами.
В этот момент из-под низкой арки выскочили двое: высокий человек в темных одеждах, и еще один человек в переливающемся плаще.
– Тейдо! – воскликнул Квентин, когда прибывшие подошли ближе.
– Квентин? – удивленно спросил человек в темных одеждах.
– Поторапливайтесь, – призвал Трейн. – Нельзя терять ни минуты. Вам пора.
– Трейн, ты идешь с нами, – решила Королева и приказала одному из стражников, стоявших рядом: – Еще одну лошадь!
– Нет времени, моя Госпожа, – покачал головой стражник.
– Здесь я буду для вас полезнее, – упорствовал Трейн. – Уходите и не беспокойтесь обо мне.
– Ты должен идти с нами, – сказал Освальд. – Скоро пошлют за пленником, и выяснят, что его нет. Джаспин посчитает, что против него готовится заговор.
Квентин уже сидел в седле большого боевого коня; Бальдр фыркнул и тряхнул гривой. Уздечка зазвенела в морозном воздухе, напоминая Квентину крошечные молитвенные колокольчики. Тейдо взлетел в седло, и его конь вскинул голову, несколько раз ударив по земле копытом. Он словно говорил: «Время пришло! Прочь отсюда!»
Трейн помог королеве подняться в седло. Она все еще говорила, давая последние указания Освальду.
– Джаспин хотя бы пару дней не должен подозревать о моем отсутствии. Тяните, сколько сможете. Пусть все думают, что я слегла из-за легкого недомогания, и распорядилась, чтобы меня не потревожили. Моим дамам даны соответствующие указания. И вы должны забыть, что все иначе.
Освальд поклонился, и Трейн подал знак одному из своих людей открыть задние ворота. Всадники тронулись в путь. Копыта лошадей простучали по камню дороги, потом по дереву подъемного моста, и путники выехали на дорогу, шедшую вдоль стены замка. Когда они миновали последний мост, также перекинутый через сухой ров, Тейдо повернулся в седле и остановил коня.
– Кого бы мне не пришлось благодарить за свободу, в первую очередь благодарю моего друга Квентина, – сказал он и поклонился. Потом повернулся к королеве Алинее: – А еще моя благодарность его высокому покровителю.
– Как бы тебе не пришлось благодарить за очередное пленение, – ответила королева, наклоняясь с седла. – А оно обязательно будет, если мы немедленно не отправимся дальше. – Потом она добавила уже совсем другим тоном: – Добрый Тейдо, я сожалею обо всех неприятностях, случившихся с тобой, и всеми силами надеюсь, что боги знают, как исправить зло, совершенное принцем Джаспином. Что касается меня, я рада, что ты все еще жив и теперь рядом со мной. Нет другого человека, которому я бы с большей готовностью доверила свою жизнь.
– Моя госпожа, мы еще даже не вышли в дорогу. Может статься, у вас еще будут причины слать проклятия тому, кого вы так высоко оценили сейчас.
– Нет. Я не раз видела, каким испытаниям подвергалась твоя отвага. И какие бы испытания не ждали нас впереди, я не откажусь от своих слов.
– И все же я должен сказать: вам еще не поздно вернуться. Вы...
– Я приняла решение и намерена исполнить его, – прервала его Королева. – Я не смогу больше жить в этой крепости, теперь, после того как узнала, как низко пал Джаспин... Останься я здесь, уподоблюсь оленю, застрявшему в кустах. Ты же знаешь, нет более легкой мишени. – Она глубоко вздохнула и обратилась лицом на восток. – Нет, мое будущее не здесь. Мой Король ждет.
Тейдо тряхнул поводьями.
– Тогда – вперед!
Лошади взяли с места в карьер, и понеслись, рассыпая снежные бриллианты в серебристом свете. Тени трех всадников почти бесшумно скользили в снежной пустыне – три мимолетные тени, летящие сквозь спящий мир. Их путь лежал на восток к темной линии леса Пелгрин, их темные силуэты окутывала серебряным сиянием зимняя луна. Квентин скакал, припав к шее Бальдра, даже не пытаясь догнать остальных. Он мог бы… конь мог бы… а вот всадник едва ли справился бы с мощью коня. В Храме лошадей не держали, так что эта часть его образования существенно хромала. Поэтому он старался зарыться в гриву Бальдра, щурился в ночь и смаргивал слезы, сразу превращавшиеся в льдинки.
Луна дошла уже до зенита, когда они достигли опушки леса. Тейдо вел отряд, закладывая удивительные петли среди деревьев, и Квентин не сразу понял, что он путает следы. Наконец всадники въехали в лесную чащу. Здесь, Тейдо остановил лошадей, чтобы дать им передохнуть. Все обернулись назад, чтобы бросить последний взгляд на Аскелон, от которого их отделяло теперь несколько лиг. Квентин вытянул шею, силясь рассмотреть замок, смутно видимый в лунном свете, темнеющий на фоне еще более темной ночи. Тысячи звезд вспыхивали яркими искорками на снегу. От лошадей поднимались бледные струйки пара.
– К рассвету мы должны добраться до хижины Дарвина, – сказал Тейдо. Он еще раз оглядел пройденный путь. – Погони не видно, но это не значит, что ее нет. Нас обязательно попытаются задержать, так что наша единственная надежда опередить их как можно сильнее.
– Им долго придется распутывать наши следы, – усмехнулась Алинея, и Квентин понял, что она не оставила без внимания старания Тейдо.
– Хорошо бы, – ответил рыцарь. – Но Джаспин наводнил всю страну шпионами, а есть еще такие, кто многим ему обязан. Он будет надеяться на свою сеть, и у нас только один шанс – как можно быстрее покинуть эту страну. Через Пелгрин постараемся пробраться тихо. Сделаем только одну остановку, и довольно скоро. – Он направил коня в лес, и остальные последовали за ним.
Квентину показалось, что двигаться стало легче, он уже мог сидеть в седле, почти не наклоняясь. Конь Тейдо шел вперед неутомимо почти два часа, насколько Квентин мог судить по положению луны, которую он время от времени видел сквозь рваные облака и ветви над головой. Они держались в стороне от главной дороги через лес и вскоре подъехали к древнему дубу, такому большому, что Квентин ахнул. Тейдо проехал несколько шагов вперед один. Затем он приподнялся в седле, снял перчатку и тихо свистнул. Потом еще раз, после чего вернулся к королеве и Квентину. Он как раз собирался что-то сказать, но тут из глубины леса раздался ответный свист.
– Вперед, – скомандовал Тейдо. Они свернули с тропы, и Квентин только теперь заметил узкий проход между двумя зарослями кустарника. Тропа позволяла проехать всаднику, но только если он знал, где ее искать. Продравшись сквозь чащу, всадники выехали на поляну, скорее маленькую котловину между двумя скалистыми выступами. За ней поднимался небольшой холм. По всей его окружности росли кусты падуба, густые и черные в лунном свете. Квентин не представлял, зачем они пришли сюда, или кто отвечал на свист Тейдо. Впрочем, ждать пришлось недолго. Пока он осматривался, кусты пришли в движение и оказались живыми людьми, прекрасно замаскированными ветками, укрепленными на плечах. Разинув рот, Квентин наблюдал, как кусты встают на ноги и идут вперед. Единственное, что ему пришло в голову – это сосчитать их. Шестнадцать. Возглавлял охотников (если это были охотники) крупный мужчина в шляпе, украшенной сухими листьями, низко надвинутой на лицо. Он подошел и встал прямо перед Тейдо. Низко поклонившись, охотник сказал:
– Добрый вечер вам, сэр Хоук. Ваш сигнал вывел нас из долгой зимней спячки. Готовы служить вам и вашим спутникам. Чем можем помочь?
– Вы очень любезны, Восс. У меня к вам всего несколько слов, а потом можете возвращаться в свою уютную пещеру. Мужчина снова поклонился, и на этот раз луна, вернее, ее отраженный от снега свет позволил Квентину увидеть широкое добродушное лицо. Восс махнул своим людям, и всадники мгновенно оказались окружены не то людьми, не то кустами. Каждый человек был вооружен коротким мечом и длинным луком. Стрел Квентин не заметил, но догадался, что их скрывает искусная маскировка.
– Сегодня утром меня взяли в плен люди Джаспина, – сказал Тейдо, будто подобное приключение было обычным делом.
– Вот собака! – выразил свое мнение Восс. Его люди угрожающе заворчали. Квентин понял, что принца здесь не жалуют. – Как же это случилось? – поинтересовался Восс.
– Да неважно, – отмахнулся Тейдо. – Главное, сейчас я свободен. Мои друзья не медлили. – Тейдо кивнул в сторону Квентина и Алинеи.
Охотники дружно поклонились всадникам. А Восс добавил:
– Пелгрин никогда не будет держать на вас зла, пока кто-то из нас остается в живых. – Он тихонько свистнул. – Позовите, и мы поможем, спасем от человека или зверя. А коли возникнет нужда, поживете у нас, отдохнете, отоспитесь, ну и в еде не будет недостатка.
– Принимаем твое щедрое предложение, добрый следопыт, – сказала королева. – Если попаду в беду, обязательно вспомню ваши слова.
– Пожалуйста, – вмешался в обмен любезностями Тейдо, – не будем беспокоить занятых людей. Я направляюсь в хижину святого отшельника Дарвина. Скорее всего, за нами будет погоня, нет, не сейчас, позже. Я бы хотел, чтобы ее встретили твои люди. Но зря не убивайте, пусть лучше люди принца погостят у вас подольше.
– Сделаем, – ответил лесовик и кивнув своим товарищам. Несколько человек бесшумно растворились в лесу. – Считайте, уже сделано. Больше ничего?
– Возможно, мне вскоре понадобится ваше мастерство, но пока больше ничего. Благодарим за помощь. Будь у меня возможность…
– Не стоит говорить о благодарности, – Восс махнул рукой. – Мы рады отплатить той же монетой за все, что вы для нас сделали. Вперед! – он хлопнул лошадь Тейдо по шее. У вас впереди неблизкий путь, но до рассвета успеете.
Тейдо отдал честь лесовику и поклонился его людям. Все дружно отсалютовали ему поднятыми луками и нестройно пожелали:
– Да хранит вас Ариэль!
Трое следопытов вышли вперед, взяли лошадей за поводья и повели их в лес. Квентин оглянулся. Восс и его люди смотрели им вслед. Он помахал рукой, и вожак следопытов помахал в ответ. А потом они просто исчезли, словно их и не было.
Квентин проснулся от запаха жареного мяса со специями. Аромат дразнил, вызывал слюну во рту и неприятные рези в пустом желудке. Казалось, последний раз он ел месяц назад. Веки не хотели подниматься. Он так и лежал уже проснувшийся, но еще не готовый действовать, собирая воедино разрозненные мысли и сосредоточившись на ногах, не желавших слушаться. И то, и другое удалось только отчасти. Наконец, голод пересилил, Квентин откинул плащ и вытряхнул солому из волос. В комнате разговаривали. Квентин выбрался из угла, где уснул на сене, и кое-как доковылял до стола, за которым беседовали Дарвин и Тейдо.
– Придется быть очень осторожными. Любая оплошность может оказаться фатальной. Слишком многое поставлено на карту...