(Комарово. 15 августа 1956 г.)

Дорогой Григорий Михайлович!

Только что смотрел материал. Это прекрасно. Никаких признаков театра. Все подлинно. Все живет. Тот самый шекспировский быт или фламандский сор, о котором тосковала Ваша душа, — создан и радует и удивляет. Все усилия, что потрачены Вами, дали такие плоды, что я только ахал и умилялся.

Альтисидора — чудо. Альдонса — очень мила, хоть Вы и подозреваете меня в пристрастии к ней. Вполне на месте.

Единственно, что меня огорчило — это Караско, лежащий с племянницей. Это лишает значительности его роль: защитника здравого смысла. Рыцаря практичности. И уводит куда-то к Пабсту[240]. И напоминает другие инсценировки, чего до сих пор мы счастливо избежали. Но это мелочь. Все остальное — прекрасно.

Целую Вас.

Ваш Е. Шварц

Валентине Георгиевне и Сашке нижайшие поклоны.