Звонко и достаточно близко проорал крикун. Света насторожилась, замерла и несколько секунд не двигалась. Потом хотела взять палку поудобнее, но что-то ей помешало. Красивый перстень был зажат у нее в кулачке. Крикуну из тумана не ответил ни один его собрат. Было тихо, а значит, крикун тут один, а один крикун Свете был уже не очень страшен.

Она еще раз рассмотрела перстень. Да, он был шикарен, даже у мамы таких перстней не было. Света надела его на безымянный палец правой руки, а руку положила на рукоять Кровопийцы. О! Это смотрелось просто супер! Очень красиво. Даже как-то благородно. Только теперь она огляделась. Нет, это была не депошка, это уютная «квартирка» Сильвии, и кроме Светы тут пока никого не было. Света прошлась по помещению. Тахта – пусть и пыльная, но удобная. Девочка села на нее – мягко. Комод, столик, ковер, обрушившееся наполовину окно, выходящее на проспект Космонавтов. Сильвия устроила жилье весьма уютно. Здесь было намного уютнее, чем у Анны-Луизы, а уж с депошкой Светланы, где девочке просто приходилось сидеть на обломках запыленных офисных столов, и сравнивать было нельзя.

Света выглянула наружу, сверху был виднен только сероватый плотный туман, через которой даже еще солнце не проглядывало.

Они с девушками решили сегодня идти в «нору» Сильвии к «Электросиле» и остались тут, чтобы не ждать друг друга и отправиться сразу из одного места. А значит, Анна-Луиза и маленькая женщина тоже должны появиться тут. Когда Светлана поняла это, ей очень захотелось увидеть, как появятся новые подруги. Как возникнут. Она даже вспомнила подходящее для подобного случая слово, оно и звучало круто: «материализоваться». Подруги должны были материализоваться, и Света сначала уселась в уголке и собралась ждать их, но неожиданно вспомнила… Она совсем позабыла про Любопытного. Скоро он должен появиться в депошке. Появится, а Светы там нет. Что подумает? Что он будет делать? Неплохо бы его предупредить. Свете нужно было добежать до своего укрытия. Но и уйти отсюда просто так она не могла, вдруг девушки подумают, что она решила не идти с ними на «Электросилу», и уйдут без нее. Может, оставить им записку?.. Бумага, карандаш? У нее ничего подобного в рюкзаке не было, и Света подумала, что найдет их у Сильвии. Светлана еще раз оглядела «квартирку»… Тут было аккуратно и даже в какой-то мере чисто. У этой маленькой женщины, с ее тягой к порядку, должен быть где-то карандаш. Света решила, что письменные принадлежности могут храниться в комоде, что стоял у стены. Она подошла к нему и выдвинула первый ящик. Ложки и вилки звякнули от движения. Их было тут много. И это были не простые приборы из нержавейки, Света взяла одну красивую, но уже почерневшую от старости ложку, стала ее рассматривать…

– Серебром интересуешься?

Девочка вздрогнула от неожиданности и резко обернулась. Сильвия стояла в нескольких метрах от нее. Вчера, когда Света обнимала ее, обратила внимание на то, что Сильвия только с виду кажется хрупкой. Теперь же она и на вид хрупкой не выглядела. Маленькая женщина показалась Светлане, может, и не особо сильной, но в любом случае ловкой. Света была так растеряна, что даже и не знала, что ответить. А Сильвия подошла к девочке и, взглянув на ложку в ее руке, произнесла:

– Если нравится – забирай.

– Да нет, нет… – Девочка положила ложку в комод.

Но маленькая женщина не дала ей закрыть ящик.

– Нет, я серьезно. – Она вытащила целую охапку столовых приборов и протянула ее Светлане. – Бери все, что хочешь. Хочешь – забирай все, что тут есть, а еще я тебе дам золота, когда дойдем до моей норы.

– Да нет же… Дело не в этом… Я просто хотела оставить записку, искала карандаш, бумагу… А этого, – девочка указала на ножи, ложки и вилки, – того мне не надо…

Сильвия небрежно бросила столовые приборы в ящик комода.

– Записку? – Ее глаза, и так всегда внимательные, теперь просто буравили девочку. Все-таки она очень умная, она сразу догадалась. – Ты хотела уйти? Уйти от нас?

– Да нет… – начала Света.

– Это из-за Анны-Луизы? Или из-за нас обеих? – спрашивала Сильвия. Она так четко задавала вопросы, как будто умело забивала гвозди большим молотком. Раз-два – отвечай.

– Да нет… – Светлана немного растерялась. – Я… Я только… Мне нужно добежать до моей депошки, до моего дома, а потом я собиралась вернуться к вам и пойти к твоей норе, как договаривались.

– Света, – Сильвия была очень серьезна; нет, дети не могут быть такими серьезными, они просто не умеют такими быть, – ты, пожалуйста, не ври мне. Говори мне, пожалуйста, правду. Скажи, ты надумала нас бросить? Может, ты думаешь, что мы будем тебе обузой в пути?

– Да нет же… Мне просто нужно было добежать до дома. Говорю же тебе, я собиралась вернуться.

– Честно? – спросила Сильвия. Она, кажется, начинала верить девочке.

– Честно, Сильвия, честно.

– Слушай, Света, я просто хочу, чтобы все было начистоту, не хочу, чтобы между нами были недоговоренности, поэтому если тебе что-то не нравится, говори сразу. Не морочь мне голову, мне и так тут несладко.

– Ну ладно… Скажу. Просто я думала… – начала Светлана и замолчала.

– Что? Говори, – настояла Сильвия.

– Просто отсюда близко до «Радуги». Ее отсюда даже видно будет, когда туман рассеется. А идти до «Электросилы» долго, на это может день уйти, а потом оттуда возвращаться сюда и снова идти туда… Мы просто несколько дней на добычу одежды потратим. Может, я схожу до «Радуги» сегодня?

Маленькая женщина дослушала девочку до конца, причем слушала внимательно, не прерывая. Но уже по глазам Света поняла, что она с предложением не согласится. Сильвия и не согласилась.

– Светлана, ты, конечно, крутая, но даже для самых крутых парк, СКК и «Радуга» – место очень опасное. Я это знаю. Я не думаю, что ты должна ради нас так рисковать, не думаю, что ты вообще должна идти туда.

– Как же… А одежда? А обувь? – Света была удивлена, они же вчера об этом вроде как договорились.

И тут Сильвия сказала спокойно и холодно:

– Мне одежда и обувь не нужны. Если ты меня возьмешь с собой… я и так дойду. Без обуви.

«“Я и так дойду”? Я и так дойду. Я…» Эта фраза вдруг все расставила по местам. У Светланы даже и сомнения в этом не возникло, она поняла, что эта девочка дойдет… Эта девочка с глазами взрослой женщины обязательно дойдет. У Светы, правда, появился один вопрос, но задать его она не успела, не решилась, и Сильвия заговорила сама:

– А вот Анна-Луиза… Она и в обуви, и в одежде не дойдет, и ты это знаешь лучше меня. – Произнесено это было с холодной беспощадностью, и Светлана даже не нашлась что сказать ей после этого, а маленькая женщина продолжала все с той же ледяной рассудительностью: – И мы с ней еще намучаемся. Думаешь, она вовремя появится? Она может тусоваться до двух ночи, вино пить, таблетки принимать, а мы тут будем ее ждать. Один раз я прождала ее всю ночь, а она, оказывается, была на сходке феминисток и пробыла там до утра. Пила вино. А когда появилась, просто сказала мне: «Ну прости». Понимаешь? «Ну прости». И все!

– Ты что, не хочешь ее брать с собой? – Девочка, признаться, оказалась удивлена таким поворотом. И какая бы ни была Анна-Луиза, но Свете уже сейчас становилось ее жалко.

– Да нет же… Мы ее, конечно, возьмем с собой, но особо сюсюкаться с ней не будем, мы ей сразу об этом скажем. – Сильвия, увидев выражение на лице девочки, добавила: – Я сама ей об этом скажу, скажу ей, что ее никто на себе тащить не будет и что ждать ее никто не будет, она уже взрослая и должна все понимать.

Света согласно кивнула: да, хорошо, но тут же добавила:

– Может, все-таки сходить в «Радугу»? Ей в обуви будет легче.

– Хорошо, – нехотя согласилась маленькая женщина, – если ты считаешь, что так нужно – давай, но сначала доведем ее до моей норы. Посмотрим, как она поведет себя в дороге. А там уже подумаем, стоит ли нам из-за нее рисковать, отправляясь в «Радугу».

Это звучало разумно. Сильвия оказалась совсем разумной и физически подготовленной: вся такая сбитая, даже на вид ловкая. У нее умные, холодные, по-детски красивые глаза, грамотная речь без мата. Она привыкла ходить босиком по этим развалинам, по искореженному железу и битому стеклу, не получая повреждений, и даже трусы у нее были чистые, как и ее квартирка. Света поняла, что она многое видела и многое знала. Эта маленькая женщина была очень умной. И еще Светлана поняла, насколько легко она может убеждать. И девочка снова с ней согласилась.

– Хорошо, давай сначала дойдем до твоей норы. – Она взяла палку. – Я быстро, скоро вернусь.

И тут Сильвия сделала к ней шаг и погладила Свету по руке, которой та сжимала палку и на пальце которой был золотой перстень:

– У меня много золота, там есть все: и цепочки, и сережки, и часы есть, и еще много всякого, того, что крутые могут переносить в реал, я все это могу отдать тебе, ты только не бросай меня, ладно?

– Ладно, – пообещала Светлана. Она просто не могла не пообещать это Сильвии. – Я скоро вернусь.

Девочка подошла к проему в стене, выглянула на улицу. Солнце едва-едва начинало пробиваться через вязкую пелену тумана, крикуны уже смолкли, можно было выходить.

– Светлана, я буду ждать тебя тут, – сказала ей вслед Сильвия, – если сегодня не сможешь вернуться, завтра приходи… Или когда сможешь. Если меня не будет, оставь записку, я в комод положу бумагу и карандаш.

– Да не волнуйся ты, – отвечала девочка, ей уже не хотелось уходить, уж очень Сильвия волновалась, но необходимо предупредить Любопытного, девочка очень боялась потерять связь с ним. – Я сегодня вернусь, через час… ну, или через два уже буду тут.

От квартирки Сильвии до проспекта Гагарина был всего-навсего один большой квартал из старых хрущевок, детских садов, школ, магазинов и даже отделения полиции. Но это был большой, неизвестный ей массив зданий-развалин, углубляться в который Свете не хотелось. Его нужно было обойти либо по улице Бассейной, либо по длинному пути, по улице Типанова. Бассейная находилась, конечно, ближе, но как раз это место Сильвия считала очень опасным. И была в какой-то мере права. Медузы в больших количествах небезопасны, особенно сейчас, когда туман еще не рассеялся. Поэтому Светлана повернула на юг, к улице Типанова. И побежала.

А Любопытный уже ждал ее, он был удивлен, не обнаружив девочку на месте. И сразу спросил:

– Человек Светлана-Света, с вами все в порядке?

– Все нормально, Лю. – Светлана не очень хотела рассказывать ему о новых подругах. Ну, во всяком случае, не сейчас. – Я просто осматривала окрестности.

– Знание окрестностей нам, естественно, не помешает. Я тоже многое узнал, я двигался через парк до главной магистрали, а потом проследовал по ней на север. И пришел к выводу, что, возможно, нам удастся значительно продвинуться к намеченной цели. Благодаря тому, что вы улучшили место, где я могу не подвергаться временному «выветриванию», мой ареал обитания значительно увеличился. Я вам признаюсь, человек Светлана-Света, вчера я двигался и двигался по магистрали на север и не смог добраться до той точки, где мои возможности заканчивались бы.

– Это хорошо, да? – спросила девочка.

– Светлана-Света, – произнес голос, и в этот раз его тон немного отличался от обычного. – Я вам уже говорил, что вы лучший мой контакт в этой временной плоскости. Вы сделали для меня гораздо больше, чем я для вас, и я предприму все возможные усилия, чтобы исправить этот дисбаланс.

Света из всего сказанного только поняла, что Лю ей благодарен и дальше будет с ней дружить. Этого ей было достаточно, тем не менее она спросила:

– Лю, а что такое временное «выветривание»?

– А разве вы в вашем физическом состоянии его не чувствуете?

– Нет, – призналась девочка.

– Мне казалось, что вы должны это чувствовать… Вы не чувствуете, как поток времени выветривает из вас жизнь?

Светлана молчала, она стала прислушиваться к своим ощущениям, почему-то к тому, что происходило у нее в животе, но там ничего не происходило, может быть, поэтому никакого потока времени она не почувствовала.

– Это похоже на то, как горячий ветер высушивает лужу, он выдувает из нее воду, унося микроскопические частицы влаги с собой, и лужа просто перестает существовать. Вы не чувствуете ничего подобного?

– Нет. – Света помотала головой.

– Очень странно, один из моих прежних контактов, представитель вашего вида, это прекрасно чувствовал, но он был значительно старше вас.

– Может, когда я постарею, я тоже это почувствую, – предположила Света.

– Да, может быть, – согласился Любопытный. – Может, в начале пути, когда отведенное вам время кажется бесконечным, потери его не являются для вас чувствительными.

На этом умный разговор был закончен. Лю сообщил Светлане, что ему потребуется еще некоторое время на выявление своих новых возможностей. И это обрадовало девочку, она, в свою очередь, сказала, что если он ее не застанет тут, то пусть не волнуется. И тогда Любопытный насторожился.

– Вы проводите время с новым знакомым, которого обнаружили у насыпи?

Свете не хотелось ему врать, как, впрочем, и говорить о том, что она завела уже двух новых знакомых. Поэтому девочка просто кивнула:

– Да.

– Мне бы хотелось его увидеть; если вы собираетесь к нему сейчас, то я мог бы оставить свои планы и пойти с вами.

– Нет, Лю, нет, не надо… – Девочке почему-то не хотелось, чтобы Лю познакомился с ее подругами сейчас. – Лучше идите по своим делам, а завтра или послезавтра я отведу вас к ней.

– Человек Светлана-Света, хотелось бы напомнить вам то, о чем вы сами мне рассказывали.

– Это о чем? – не помнила Светлана.

– О том, что некоторые представители вашего вида могут использовать вас в своих целях, не считаясь с вашими интересами и даже с вашими потерями.

– А… Это я помню, – отвечала девочка.

– Потому прошу вас быть осмотрительной.

– Да, я буду осмотрительной.

– Или, быть может, мне лучше пойти с вами?

– Завтра, Лю. Завтра.

– Хорошо.

– Лю.

– Да, я вас слушаю, Светлана-Света.

– Аглаи поблизости нет?

– Нет. Я ее несколько дней уже не видел.