– Что за выражение лица? Это слишком для тебя? – издевательски уточнил Шиан. – Неужели старейшина пика Славы не стоит таких жертв?

– Зачем тебе это нужно? – все еще не до конца уверенный, всерьез ли говорит брат, уточнил Шен.

Губы Шиана презрительно изогнулись.

– Разве не ты только что говорил, что я могу использовать тебя, не посвящая в детали? Твое слово столь легковесно, что от нашего разговора меня начинает тошнить.

Шен, не отрывая взгляда от Шиана, опустился на одно колено. Издевательское выражение лица главы ордена сменилось потрясением. Он был поражен, что брат пошел на это.

Шен, вставший на колени? Он мог бы сделать это ради Рурет – естественно. Он сделал бы все что угодно ради Рурет. И что же, Шиан должен поверить, что старейшина пика Славы дорог ему не меньше?

Какой-то мечник встал вровень с его Рурет?

Любые игры имеют предел! Он оскорбляет саму память о ней!

Быстро взяв себя в руки, Шиан вновь скривил губы в усмешке и красноречиво указал взглядом на другое колено.

– Шен, мы найдем другой способ! – взволнованно летал вокруг Муан. – Не нужно этого делать!

Игнорируя мечника, Шен с заметным усилием заставил себя встать на оба колена.

Мгновение Шиан изучал его пристальным взглядом, словно не зная, как теперь себя вести. Затем улыбнулся и, поймав его подбородок пальцами, заставил поднять глаза.

– Так-то лучше, – уверенно заявил он. И, наклонившись к его уху, добавил: – Будь благодарен, что я не требую большего… братец.

Шен сомкнул веки, мысленно считая до двадцати. Когда Шиан отодвинулся и отпустил его, он посмотрел ему в глаза и произнес:

– Ты пообещал мне.

– Ты прав, – согласился Шиан. – Я редко даю обещания, но всегда сдерживаю их.

С этими словами он развернулся и стал быстро подниматься по лестнице к своей резиденции. Шен остался стоять посреди площади. Наверху по обе стороны от дверей замерли в карауле ученики, но других свидетелей его позора пока не было. Хотя совершенно очевидно, Шиан заставил встать здесь ради того, чтобы унизить и показать свою власть.

– Он издевается над тобой! Зачем ты согласился? – возмущался зависший рядом Муан.

– Что еще мне остается делать? Пытки не гарантируют правдивости его слов. Его желание позабавиться за мой счет – наименьшая цена. Разве не прекрасная сделка? – с иронией процедил Шен. – Я не так уж сильно дорожу своей гордостью.

Он сжал зубы, заметив на краю площади стайку учеников, указывающих на него пальцами и переговаривающихся между собой.

Первый час ожидания казался очень раздражающим, второй был тягучим, а третий просто невыносимым. С каждой последующей минутой ожидание становилось все более гнетущим, а Шен чувствовал растущую в геометрической прогрессии досаду. Уже вечерело, заходящее солнце окрасило резиденцию главы ордена в кровавые оттенки. Шиан выходил и возвращался, кидая на Шена мимолетные взгляды и раздражая его все сильнее.

На заходе солнца на пике Славы началась церемония прощания. Ученики поочередно выходили вперед и складывали плоские камни друг на друга высокой горкой.

Конечно, Аннис привлекала к себе внимание. Даже на таком траурном мероприятии, как церемония прощания со старейшиной пика Славы, нашлись те, кто постоянно косился на пришедшую ученицу пика Персикового цветка. Даже накинутая на лицо вуаль не помогала, да и Риту с Иль Ло, стоящие рядом, не притягивали столько взглядов. Девушки вышли вперед и вместе с камушками положили сверху белые цветы.

Из старших заклинателей пришли не все: не было старейшины Рэна и Лунг Рит отчего-то не показался. Шиан коротко открыл церемонию, но даже не остался до конца. Прощание вышло более чем скромным даже по меркам мелких кланов, но никто не связывал этого с немилостью к Муану, скорее – с общей неблагоприятной обстановкой. Дети всхлипывали, вспоминая последние дни со своим мастером, и все больше шепотков раздавалось о том, что тот навлек на себя беду, связавшись с проклятым старейшиной.

Лев, положивший камешек вместе со всеми, в который раз покосился по сторонам, не понимая, куда исчез Шен.

Одними из последних к могиле подошли глава ордена Великого неба и глава клана Меча, разрезающего туман. Они так долго и, казалось, неуверенно крутили в руках свои камни, что те успели нагреться к тому времени, как очутились среди других на могиле.

«После церемонии зайдите в мою резиденцию на пике Золотой зари, – сказал им Шиан, прежде чем первым покинуть пик Славы. – Уверяю, там вас ждет занимательное зрелище».

Что ж, Сэл Юар и Ка Рон не посмели отказать главе Шиану в такой просьбе. Перелетев к резиденции на мечах, они спешились и остолбенели, увидав, кто стоит посреди площади на коленях, словно вымаливая прощение у своего владыки.

Ка Рон принялся усиленно тереть глаза:

– Это мираж?

Немудрено перепутать: от Шена расползалась, словно туман над водой, черная подавляющая аура. Он был так зол к этому моменту, что с трудом сдерживался, а появившихся сбоку площади людей и вовсе не замечал.

– Шен, ты стоишь здесь целый день! Уже скоро сядет солнце, – увещевал Муан. – Я же вижу, тебя уже трясет от усталости, хватит это терпеть!

– Меня трясет от злости, – сквозь зубы возразил Шен.

Словно вторя его словам, внезапно поднялся сильный ветер. Шен вскинул голову и посмотрел на быстро сгущающиеся облака. Солнце кинуло последний кровавый луч на резиденцию пика Золотой зари и скрылось. Тут же стало темно, а в следующее мгновение Шен ощутил влагу на лице. Капли были редкими и крупными.

Естественно, наблюдающие за старейшиной пика Черного лотоса с почтенного расстояния главы Сэл Юар и Ка Рон увидели совсем другое. В их представлении Шен пробормотал заклинание, вскинул голову к небу и тут же накликал бурю. Да что за бедствие!

Дождь быстро усилился, и главы взбежали по лестнице и скрылись в резиденции.

– Шен, ты выглядишь очень бледным. Тебе плохо?

– Я ничего не могу поделать, если выгляжу жалким в твоих глазах, – процедил тот.

Муан нахмурился, а затем попытался вразумить его:

– Это не так. Шен, ты совсем недавно был очень серьезно ранен! Тебе не стоит подвергать свое тело таким испытаниям!

То ли они говорили на разных диалектах, но Шен услышал лишь: «Ты жалкий-жалкий-жалкий! На тебя больно смотреть!» Нахмурившись, он перевел взгляд на Муана:

– Подобные претензии я буду выслушивать только от кого-то более… материального. Иди слетай на свои похороны, что ли, если не можешь заткнуться!

Никто не сообщил ему о времени начала церемонии, но Шен догадывался, что из-за сделки с Шианом пропустил ее.

Муан сокрушенно выдохнул и отлетел от него. Он злился, что никак не может помочь, более того, стал источником неприятностей, из-за которых Шену приходится проходить через все это. Но теперь он еще и немного злился на его неуместные колкие слова.

Не в силах просто наблюдать со стороны, Муан направился в резиденцию Шиана, чтобы хотя бы попытаться понять, зачем он это устроил и долго ли еще намеревается продолжать.

Однако, отправившись на поиски главы ордена, сперва мечник наткнулся на главу ордена Великого неба и главу клана Меча, разрезающего туман. Эти двое глядели на Шена из-за ворот главного входа. На их лицах читались опасение и сомнение.

Шиан нашелся довольно быстро, он, словно особо важная персона, наблюдал за «представлением» с лучшего места в «ложе», а точнее – с террасы на втором этаже. Рядом с ним стоял Лунг Рит, и, в отличие от безэмоционального лица главы ордена, старейшина пика Духовного щита хмурился.

Решившись, он произнес, обращаясь к Шиану:

– Определенно, идея продемонстрировать Сэлу Юару и Ка Рону вашу власть над младшим братом была великолепна, но если Шен так и продолжит выпускать свою ауру, то это приведет к обратному эффекту. Даже у меня мурашки бегут по коже и закрадываются подозрения, не собрался ли он сковать своей аурой весь пик Золотой зари, – что уж говорить про этих трусов внизу.

Шиан сложил руки на груди и тихо фыркнул:

– Он был так серьезно ранен, даже я не думал, что он продержится столько времени. Ему следовало просто сдаться и упасть.

– Может, расскажете ему о своем плане и попросите подыграть? – предложил Лунг Рит.

Губы Шиана скривились в усмешке.

– Так неинтересно. К тому же Шен сам предложил не посвящать его в детали.

– Но если ничего не предпринять, все станет только хуже. А вдруг он вообще утратит над собой контроль? Вы уверены, что управляете ситуацией?

Шиан усмехнулся.

– Иди к главам и вели им смотреть внимательнее, если все еще сомневаются, кто здесь хозяин.

С этими словами он сам оттолкнулся от перил, ограждающих террасу, и спрыгнул со второго этажа, приземлившись на площади перед началом ступеней. Пылающий от негодования Муан последовал за ним.

Дождь хлестал косыми струями, Шиан промок до нитки за считаные мгновения. Эта ненастная погода напомнила ему другой день. День, когда ему казалось, что еще не все потеряно.

Но это было наивно.

«Лучше боль, чем забвение», – прошептал Шиан и уверенно двинулся к стоящему на коленях Шену.

Когда аура, окружающая его, стала давить физически и подойти ближе казалось просто невозможным, Шиан громко крикнул, привлекая к себе внимание:

– Шен!

Тот моргнул, выйдя из ступора, и наконец заметил приближение брата. Черная аура мгновенно испарилась, хотя бешенство Шена не прошло столь же быстро. Он напряженно следил, как Шиан приближается к нему.

Брат подошел достаточно близко, чтобы снисходительно смотреть сверху вниз на его макушку. Шену приходилось сильно задирать голову, чтобы видеть его лицо с этого ракурса, и дождь теперь хлестал по глазам.

– Говори уже, – поторопил Шен.

Шиан потер подбородок, словно раздумывал над серьезной дилеммой. Шен, видя, что он не торопится заканчивать свою игру, стал злиться еще сильнее.

– Как же твое слово? – произнес Шен.

– А как же твое? – в тон ему отозвался Шиан. – Ты ведь сам предложил использовать тебя и делать все что захочу, так в чем проблема? Не можешь немножко постоять под дождем? Это слишком для тебя?

– Шен, – в этот момент позвал Муан, – он хочет, чтобы ты упал!

Тот недоуменно покосился на мечника.

– За происходящим наблюдают главы Сэл Юар и Ка Рон! Шиан хотел показать свою власть и думал, что ты упадешь!

Шен тихо фыркнул. Шиан, заметив его странную реакцию, медленно присел перед ним на корточки и с издевательской усмешкой вгляделся в лицо.

– Как ты можешь быть таким? – негромко произнес он. – Не понимаю… Совсем забыл о чести и достоинстве? Думаешь, Рурет не стала бы презирать тебя, увидев, что ты делаешь?

– Думаю… – тихо произнес Шен, и Шиану пришлось приблизить ухо к его губам, чтобы расслышать ответ, – мне плевать на мнение Рурет.

На лицо Шиана мгновенно набежала тень. Он резко схватил его за волосы на затылке и с силой потянул назад, одновременно вскакивая и нависая над ним.

– Если ты не можешь понять, как нужно себя вести, я сам научу тебя!! – закричал он.

В следующий миг он резко разжал руку и затряс ею, будто обжегся. Поднеся кисть к глазам, Шиан увидел, что на ладони в неровную кляксу расползлось большое розовое пятно, будто он дотронулся до чего-то горячего. Искоркой по пальцам пробежала черная энергия и соскользнула вниз, словно капля дождя.

Сверливший его глазами Шен был в бешенстве. Казалось, дотронься еще раз хоть пальцем – взорвется.

Шиан сделал шаг назад и, стараясь придать голосу издевательский тон, заявил:

– Похоже, в тебе все еще слишком много энергии. Продолжай стоять, пока я не решу, что делать.

Он развернулся на пятках и зашагал к резиденции. Очевидно, думал он, Шен не позволил бы ему сделать что-то еще, что доказало бы превосходство Шиана. Если бы он продолжил сейчас давить на него – это привело бы к противоположному результату, и глав Сэла и Ка не удалось бы убедить. Шиан должен был признать, что зря поддался эмоциям и захотел поиграть с Шеном: если бы он с самого начала рассказал ему о плане, Шен мог бы согласиться подыграть – теперь же все почти вышло из-под контроля. Оставалось только быстро пересмотреть тактику и надеяться, что в пелене дождя главы не видели, что именно произошло на площади.

Он сделал следующий шаг и замер, потому что ноги внезапно отказались двигаться. Затылка мягко коснулись чьи-то пальцы, а затем с силой сжали, отчего он словно окаменел. Сердце Шиана дрогнуло и пропустило удар. Рука, лежащая на его шее, пугала до дрожи. Он не видел, что происходит за спиной, но осознал, что к нему прикоснулась сама тьма. Это знание было столь отчетливым, что Шиан не усомнился ни на секунду, не задался вопросом, почему вообще подумал об этом.

Та же рука медленно развернула его обратно к площади.

Шен все так же стоял на коленях, пристально уставившись на него. В темных глазах пылал неугасимый гнев.

– Кажется, ты забыл выполнить свою часть сделки, – с трудом сдерживая охватившую его ярость, медленно произнес он.

Сила стала давить на плечи и заставила главу ордена упасть на колени. Теперь со стороны это выглядело даже забавно: два брата стоят друг перед другом на коленях под дождем. Но Шиану было не до смеха. Он слишком остро и внезапно осознал, что недооценивал силу Шена и силу источника, из которого он ее черпает. Возможно ли, что за эти годы он подчинил Глубинную тьму себе? Может ли в нем сейчас говорить Глубинная тьма?

Даже произошедшее в Кушоне не так впечатлило Шиана. То, что Шен не умер от мечей других заклинателей, было сложно объяснить, но Шиан списал это на его удачу и чудодейственные умения лекаря Зага – да и в целом потрясающая регенерация не впечатляла так, как потрясающая сила. Сейчас он почувствовал ее на себе. И осознал, что все это время Шен всего лишь щадил его.

– Говори, – процедил Шен.

Сравнится ли его сила с силой Демнамеласа? Шиан почувствовал себя глупо. А он ненавидел ощущать себя глупцом и с далекой молодости не позволял никому ставить его в такое положение.

– Хотя нет, – передумал Шен. – Лучше дай мне связаться с Летис Лис напрямую. Я сам спрошу. Как вы поддерживаете связь?

Шиан продолжал молча смотреть на него, словно в самом деле впервые увидел. Наконец он разжал губы и произнес:

– Если ты продолжишь в том же духе – то настроишь всех против себя. Происходящее видят Сэл Юар и Ка Рон. Прекращай горячиться и делай, как я говорю.

Шен нервно дернул щекой.

– Сейчас лучше сделать так, как он говорит, – вставил свое мнение Муан. – Я его тоже ненавижу, Шен, но если заклинатели вновь посчитают тебя угрозой…

Шен тряхнул головой. Если бы ему рассказали обо всем сразу, он бы согласился, что план не лишен смысла, хоть и выставляет его слабаком. Но сейчас он терпел слишком долго и трясся от злости, не слушая доводов холодного рассудка. Шиан пытается его растоптать – и он не может ему этого позволить! Муан только подливает масла в огонь, предлагая подыграть и сдаться. Они словно сговорились против него!

Он с трудом поднялся, почти не ощущая занемевших ног. Боль впилась в него множеством мелких иголок, и Шен приложил усилия, чтобы его состояние не было заметно со стороны. Темная аура, расползающаяся вокруг, становилась все гуще, темнее и материальнее. Муану пришлось отлететь в сторону из-за жуткой энергетики вокруг старейшины пика Черного лотоса. Вокруг него не было ни крупицы света, ни одной искры мерцания его тьмы.

Шен медленно подошел к Шиану, чуть склонив голову набок, и пытливо посмотрел в его искаженное злобой лицо. Теперь они поменялись ролями, и это могло бы его позабавить, если бы не пылающая в груди злость.

– Ты вообще понимаешь, что делаешь? – прошипел Шиан.

– Понимаю яснее, чем когда-либо. Спасибо, что в очередной раз преподал мне хороший урок… братец.

Шиан взглянул на него, сверкнув глазами. В слове «братец» было невыносимо много издевки.

– Отпусти, – потребовал он.

– Не раньше, чем ты дашь мне возможность связаться с Летис Лис.

– А если не дам, то что? Так и будем торчать здесь? Я не уступлю – ты тоже не уступишь, но ведь и дальше не зайдешь, не так ли?

Шен наклонился над ним и вкрадчивым тоном уточнил:

– Как далеко я, по-твоему, должен зайти?

Шиан не признался бы даже себе, что по его телу пробежала волна мурашек. Это противостояние грозило перерасти в нечто, чего оба не ожидали друг от друга.

Словно врезаясь в окружающую черноту, пространство прорезал звучный голос:

– Отойди от него!

Шен вскинул голову и увидел стоящего на лестнице старейшину Лунг Рита с обнаженным мечом. Он выпрямился и с легким интересом уточнил:

– А то что?

– Старейшина не должен идти против приказов главы ордена! Если вы продолжите в том же духе, то будете изгнаны из ордена РР!

Шена настолько поразил этот аргумент, что даже его злость несколько поутихла.

– Это абсурдно, – наконец, обдумав довод, определил он.

– Посмотрим, сколько заклинателей потребуется, чтобы утихомирить вас, но это в конечном счете произойдет! Глава ордена всеми силами пытался выгородить своего младшего брата, чтобы его не поставили вровень с Демнамеласом, но вы и здесь умудрились все испортить!

– Ах вот как… – протянул Шен, отступив назад. – Забавно…

Почему, что бы он ни сделал, ему либо приходится страдать, либо терпеть осуждение заклинателей, которые недовольны тем, что он не хочет страдать? Все вокруг такие невежественные, поэтому вечно перевирают его поступки и видят все в негативном ключе? Или он в самом деле ведет себя неправильно?

– Вот, – протянул ему небольшой шар Лунг Рит, – сфера для связи с Летис Лис. Сожмите ее – и она ответит.

– Старейшина Лунг! – возмутился молчавший до этого Шиан. – Ты не смеешь решать это!

Старейшина Лунг ничего не ответил, лишь плотнее сжал губы и решительно протянул сферу Шену. Тот забрал ее из подрагивающей от нетерпения руки.

– Хорошо, – произнес Шен, не до конца доверяя этим двоим. – Я верну ее вам, когда закончу.

С этими словами он выдернул из ножен Смертельное лакомство и, вскочив на меч, полетел прочь, продираясь через сильный ветер. И пока он отдалялся, сила, удерживающая Шиана, слабела, поэтому вскоре глава ордена смог подняться и с досадой отряхнуть полы одежд.

– Прошу простить мое своеволие… – начал Лунг Рит, но Шиан, не одарив его и взглядом, молча направился в резиденцию.

Казалось, Шен и сам не осознавал, куда летит, но вскоре понял, что все это время стремится к пику Славы. Спешившись, он подумал, что нечего и надеяться наугад найти могилу, но вскоре заметил дорожку из белых лепестков. Несмотря на ветер, они все еще могли помочь разобрать направление: недавно закончившийся дождь надежно прибил их к земле, запутав в зеленых травинках.

Шен шел вперед с решительным намерением разрушить все, что хоть как-то намекает, что старейшины пика Славы больше нет. Но когда дорожка из лепестков вывела его к расположенной на вершине пика могиле из камней, сам вид потряс его слишком сильно, чтобы он смог хотя бы замахнуться и все разрушить. Плоские камешки были сложены один на другой, а между ними лежали белые цветы. Ничего особенного, но… но почему… так больно? Есть надежда, есть призрачный Муан рядом, с которым даже можно говорить, однако отчаяние продолжает разъедать его изнутри…

Он пришел сюда, чтобы все разрушить, но вместо этого замер, а лицо его потеряло все краски.

Муан завис в шаге от него, с неодобрением и кислой миной глядя на «свою» могилу. Он, в отличие от Шена, не чувствовал здесь ничего особенного – всего лишь горстка камней и несколько цветов. Он не готов был признать, что это его могила.

Ветер окончательно разогнал облака, и выглянул бледный полумесяц.