Сквозь окно пробивался рассвет, Мейли раскрыл слипшиеся глаза, усталость прошла. Он потянулся и зевнул. Джет и Нот спали.

На кухне Дойл уже пил чай. Мейли еще раз зевнул.

– Доброе утро, давно проснулся?

– Доброе, полчаса назад, кузница рано начинает работу.

– Ты скоро выходишь, подождешь меня?

– Еще время есть, успеешь позавтракать.

Мейли наложил себе кашу, налил чай и быстро позавтракал.

– Выходим? – спросил Мейли.

– Да, пойдем, – сказал Дойл.

Они вышли из дома и направились к кузнице.

– Тебе нравится там работать?

– В кузнице-то? Да, нравится. Я люблю жар, стук молота по наковальне, моя недюжинная сила там весьма кстати. Да и Рагнар очень умный человек, многому может научить.

– Рад это слышать.

– Еще мне нравится, что там никто не лжет. Понимаешь, все прямые, говорят, что думают. Там такая дивная обстановка, которая исключает ложь. И я только рад помочь вам своим трудом.

Мейли улыбнулся и сказал:

– Можешь дать совет, какие мне лучше материалы выбрать для эфеса и ножен?

– Ну слушай, ножны я сам сделаю, материалов хватит, дерева и кожи достаточно, а вот эфес – советую кость ягуарокинка.

– Это его костяной щит, да?

– Ага. И кстати, тебе ножны на ремень прикрепить?

– Ага, один с левой стороны, другой – с правой. – Мейли остановился и показал ему, вытащил из воображаемых ножен такие же воображаемые кинжалы. – Сможешь?

– Сделаем!

Они подошли к кузнице. Огонь в печи только начинал разгораться, Рагнар стоял и чистил формы для отлива металла.

– Утро доброе! – крикнул Дойл.

– Чаво орешь, рано еще! – ответил Рагнар.

Они крепко пожали друг другу руки.

– Доброе утро, – поздоровался Мейли. – Я пришел выбрать форму для парных кинжалов.

– Доброе. Дойл покажет тебе их, а я пока занят, – ответил Рагнар.

Дойл подошел к столу, разложил на нем различные формы лезвий и позвал Мейли:

– Ну, выбирай.

Мейли понравился обоюдоострый, достаточно широкий, с острым концом кинжал. Его лезвие было прямым, в длину около сорока сантиметров.

– Наверное, этот, – Мейли указал на понравившийся ему клинок.

– Угу, хорошо. Тогда что касается формы эфеса, он будет узким, еще поставим небольшую крестовину снизу клинка, – бормотал себе под нос Дойл. – Принеси пару костей от щита ягуарокинка, я их подгоню по размерам.

– Хорошо, – ответил Мейли.

– Так, и еще, возьми лук и десяток стрел, чтобы легче охотиться было на него, да и в дальнейшем пригодится, – Дойл протянул ему лук, стрелы и колчан с отсеком для лука. – Вас же стрелять из него учили?

– Конечно, спасибо, – поблагодарил Мейли.

– Ну все тогда, удачи, а мы начнем работать, – сказал Дойл.

Мейли подогнал под себя выданную экипировку и накинул ее на спину. «Да, к этому надо будет привыкнуть», – подумал Мейли. Он вернулся в дом, взял мачете, повесил его на пояс и опять покинул дом, направившись к выходу из города.

– Утро доброе! Пропустите? – крикнул Мейли караульным.

– Доброе! Куда путь держишь? – спросили сверху.

– Нужно добыть материалы для эфеса, – ответил Мейли.

– Уже первый экзамен сдал? Шустро вы учитесь. Имя напомни свое?

– Мейли.

– А мое Вайр, будем знакомы. Проходи, удачной охоты! – крикнул Вайр, и ворота распахнулись.

– Спасибо, – бросил Мейли и вышел.

Он спустился по узкой лестнице, перед ним появились извилистые каньоны. Казалось, что уже очень давно он не покидал город. «Впервые я вышел один, никогда еще не ходил в одиночку. Необычное чувство, не знаю, как это объяснить. Интересно, что чувствовал он, когда покинул нас?» Мейли осмотрелся: «Нужно идти направо, там джунгли».

Его очаровывал окружающий пейзаж – причудливые формы скал, каждая чем-то отличается, интересный оранжевый цвет, где-то проступает зелень. В небе летают птицы и плывут облака.

По мере приближения к джунглям деревьев встречалось все больше, воздух становился влажнее.

Мейли подошел к озеру, смешанные эмоции вызвал его вид: это была своеобразная граница, разделявшая жизнь на до и после. «Кто знал, что тут есть города и столько разных людей!» Неподалеку от озера рядом с кустами валялись кости животного.

– Так, что делать дальше? Надо как-то найти ягуарокинка. Может, мне повезет и я наткнусь на мертвого по пути? Но опять же вопрос: куда идти? – вслух размышлял Мейли. – Надо присмотреться – может, замечу какие-нибудь следы.

Он пошел вдоль реки, и тут его осенило: «Точно, надо идти к месту битвы макак с ягуарами, много там этих гадов полегло. Правда, путь неблизкий, но до вечера управиться должен, дорогу знаю».

Аккуратно огибая цветочные ловушки, через полчаса вышел к водопаду. Он решил достать лук и идти с ним, мачете повесил на пояс. Ненадолго остановился на поляне, чтобы вспомнить навык: мастер, конечно, тренировал их и с луком все это время, но лишняя практика не повредит.

Мейли выпрямился, поднял лук, достал стрелу, натянул тетиву – рука дрожала. Он глубоко вдохнул и выдохнул – дрожь пропала. Начал методично стрелять в дерево. Первые пару стрел улетели мимо, после небольшой поправки он попал раз, затем еще и еще. Около получаса он пристреливался. «Ну, теперь можно идти дальше».

Он аккуратно по камням сбоку от водопада спустился и ступил на хорошо знакомую ему тропу, кое-где даже виднелись их следы, хотя времени прошло уже немало. Шум жизни наполнял джунгли, он слышался везде: в деревьях, на ветвях которых были гнезда, в реке, где плескались рыбы, в траве, в которой бегали мелкие животные и насекомые. Тут все оставалось неизменным.

Тропинка не успела сильно зарасти, и он шел по ней, время от времени прорубая себе путь мачете. Мейли вслушивался и всматривался в местность, но это было не из-за всепоглощающего страха, как раньше. Сейчас он был охотником, а не жертвой.

Он прошел через бывший лагерь, нашел несколько скелетов макак. «Нет, это не то. Где же…» Его мысль прервал внезапный звук. Мейли мгновенно среагировал и спрятался в кусты. Затаился, вскинул лук. Из зарослей вышла антилопа. Она повертела головой и, не обнаружив опасности, принялась неспешно щипать траву. «И что делать? Выйду – и она сразу рванет с места, куча шума будет. А сидеть тут как дурак тоже не особо хочется». И вдруг сверху на антилопу прыгнул ягуарокинк. «Повезло! Это лучшая возможность для нападения. Когда он начнет ее есть, один выстрел – и эфес мой». Антилопа быстро сдалась, она наверняка даже не поняла, отчего умерла, настолько молниеносно действовал хищник. Он наклонился и начал рвать добычу. Мейли натянул тетиву, прицелился: «Попасть надо в голову, в глаз. Хотя нет, в шею, надо бить туда». Мейли выжидал момента, когда добыча запрокинет голову и откроет беззащитную шею. Момент настал, ягуарокинк поднял голову, когда рвал тело антилопы, – Мейли задержал дыхание и отпустил тетиву. Стрела со свистом вылетели из кустов и вонзилась в шею ягуаракинка. Тот завопил, попытался убежать, но не смог, через пару метров он упал.

Мейли подождал немного – «Мало ли, еще придет кто на его вопль» – и осторожно вышел из укрытия, подошел к телу хищника. Оно было массивным и внушало страх: это был, безусловно, очень грозный враг. Мейли перевернул тело на спину, показались костяные пластины, защищающие живот ягуара по бокам. Они были очень крепкие, возможно даже крепче стали. Мейли ударил мачете по кости, но она даже не поцарапалась.

– Черт! Не тащить же мне всю его тушу.

Он вспомнил, как Рой учил разделывать мясо: «Смотри, кость просто так не отрубить, надо искать сухожилия, они мягкие, если их перерезать, то кость можно отделить от тела».

«Да, точно, надо найти сухожилия». Мейли нащупал их руками, отрезал две крупные кости, убрал с них все мясо и положил в карман. «Надо поторопиться, чтобы успеть выйти из джунглей до заката».

***

– Дойл, я принес кости, – крикнул Мейли.

Дойл обернулся, в руках он держал почти готовый меч:

– Как быстро, это хорошо.

– Ух ты! А что у тебя в руках? – спросил Мейли.

Дойл вертел и разглядывал идеально отполированный клинок.

– Это фальшион, меч для Джета. У него только одна сторона заострена, кончик клинка заужен, само лезвие немного искривлено, в длину шестьдесят пять сантиметров. Гарда необычной формы, вот видишь, сначала она смотрит вперед лезвия, защищая руку сверху, а потом идет вниз и защищает руку сбоку. – Дойл показывал оружие во всех подробностях.

Мейли полез в карман:

– Вот кости.

– Хорошо, очень хорошо. Из них получится отличный эфес, – пробубнил Дойл.

– Ну, я тогда пойду, не буду отвлекать. – Мейли ушел.

В доме не было никого. Мейли зажег свечи и начал готовить ужин.

Первой появилась Сюн.

– Привет, Мейли. Давно пришел?

– Привет. Не особо, минут тридцать назад.

– Что делал сегодня?

– На охоту ходил, достал кости ягуарокинка и выбрал, какие клинки мне нужны. А ты что делала?

– А я сегодня изучала различные растения и очень необычных бабочек.

– Каких это бабочек?

– Они могут сбрасывать с крыльев пыльцу, которая на какое-то время притупляет чувствительность тела. Это можно попробовать использовать для наркоза, чтобы пациенты не мучались от боли.

– Очень интересно, – ответил Мейли и немного замялся. – Слушай, как думаешь, почему Дос ушел?

Сюн, подумав, ответила:

– Я думаю, что ему с самого начала не понравилось здесь. Ты не замечал этого?

– Да, он говорил что-то такое пару раз.

– Вот. И помнишь, после того как мы пришли в город, он сильно замкнулся в себе, долго почти ни с кем не разговаривал. А когда он попытался пойти на контакт с новым для него миром, все обернулось плачевно.

– Как думаешь, он вернется?

– Я не знаю.

Дверь распахнулась с грохотом, и послышался крик ликования.

– Вот это меч, вы только посмотрите! – радовался Джет. Он подбежал к Мейли и начал показывать ему свой фальшион.

– Да, отличный меч, поздравляю. Как он, удобный? – спросил Мейли.

– Не то слово! Он идеальный!

– А ну-ка! Не размахивай в доме оружием, – пригрозила ему Сюн.

– Ладно, ладно, – Джет убрал фальшион в кожаные ножны, висевшие у него на ремне сбоку.

Вскоре пришли и остальные ребята. Нот и Анна тоже хвастались своим новым оружием.

– Ты только посмотри, Мейли, – восторженно говорил Нот, показывая длинный двуручный меч. Его лезвие было обоюдоострым, эфес из кости, а гарда была заострена вверх, своего рода острый угол, чтобы защитить руку и принимать ей удары. Меч был очень большим, в длину где-то сто двадцать сантиметров.

Мейли еле поднял его:

– Обалдеть, и как ты им сражаться-то будешь?

– Вот так! – гордо сказал Нот. Он забрал у Мейли меч и, подняв, держал его довольно легко: сила Нота была необыкновенной.

– Ну поздравляю, только дома им не маши, а то еще снесешь тут что-нибудь.

– Это точно, – согласился Нот, вложил меч в ножны и убрал его.

– А вот и мой клинок, – Анна показала светлый клинок, его эфес был белым, кость отшлифована, зубы гарды смотрели вверх, они также были сделаны из щита ягуарокинка, лезвие обоюдоострое, тонкое, в длину около шестидесяти сантиметров. Хороший одноручный меч. Ножны также светлые, из дерева. Очень изящное и вместе с тем смертоносное оружие.

Мейли зачарованно глядел на ее меч:

– Очень красивая работа!

– Да, мне тоже очень нравится, Дойл и Рагнар создали настоящее произведение искусства, – ответила довольная Анна.

Наконец пришел и герой дня Дойл. Его встретили с ликованием. Анна, Джет и Нот искренне и горячо его благодарили за искусную работу.

– Польщен, но тут больше заслуги старика Рагнара, он настоящий мастер своего дела, – засмущался Дойл. – Надеюсь, оружие вам долго прослужит.

После ужина Мейли часто зевал, его клонило в сон.

– Я, наверное, пойду лягу, а то сильно устал сегодня, – пробормотал Мейли. И ушел спать. Сегодня он быстро заснул, мысли об уходе Доса перестали его мучить.