Очередное утро предвещало Дане свободу. По крайней мере, сама Шепард очень надеялась на это. Хотелось поскорее покинуть эти четыре чертовых стены, чтобы снова почувствовать что-то, помимо горечи таблеток и духоты госпиталя. Батареи с приходом холодов включали только в некоторых домах, чтобы не расходовать слишком много электричества. Они жгли воздух, оттого хотелось поскорее выбраться на улицу. Проветривание спасало ненадолго, а постоянно ходить туда-сюда в первое время не хватало сил.

Боль прошла, помогли новые препараты, которые смогли достать во время предпоследней вылазки. Организм начал постепенно приходить в норму. Беспокойные взгляды Клэр вызывали трепет внутри. Будто она все знала, видела ее насквозь, но молчала, только скептически приподнимала бровь, когда пульс в очередной раз подскакивал от волнения. Спустя несколько дней после падения они убедились, что заражение чудом обошло ее стороной. Только рука саднила, напоминая о неудачных попытках покинуть колодец. Лишь лежа в палате, Дана осознала, как легко могла подцепить этот вирус, и для нее все могло очень быстро закончиться.

Усталость возвращалась намного быстрее, чем хотелось. Как только самочувствие стало позволять, Дана начала навещать Зака, который лежал через одну дверь от нее. Она ходила к нему не так часто, как раньше, когда тот попадал в лазарет, больше не прыгала на кровать рядом с ним и не хватала книгу, чтобы прочитать по ролям. Лежа в одиночной палате, никак не скрыться от собственных мыслей. Обдумав свое положение, Дана решила не давать ему лишних надежд. Заку и так досталось, хоть тот и старательно отшучивался, делая вид, что все просто превосходно. Это походило на театр двух актеров.

Еще одним развлечением, которое было доступно благодаря Саймону, стали книги из ее домика. Крэйн появлялся каждый день в ее палате, но чаще всего чтобы привести Лаки и оставить его с ней на целый день. Дана видела, как пес скучал по хозяину, но ничего не могла с этим поделать. Только вытирала лапы и брала его к себе в постель. Пес сладко спал под боком, уложив голову ей на руку и негромко похрапывая. Поэтому приходилось выслушивать пятнадцатиминутные тирады от Клэр, но это того стоило.

Все это время Дана старательно делала вид, будто полуночный разговор был бредом ее воспаленного сознания, но она прекрасно знала, что все было взаправду. Обреченный голос Ричарда снился ей в кошмарах, рисующих яркие картинки того, что могло произойти: разграбленный лагерь, дым от сожженных построек, кровь… Много крови, пропитавшей землю. Зараженной и нет. Со временем сон стал спокойнее, и это позволило мыслить трезво. Ей хотелось поскорее начать воплощать их с Саймоном план в жизнь. Рик и Клэр отказались отпускать их одних в дорогу. У них остался только один вариант.

Клэр пришла к ней на дневной обход и осмотрела привычным тяжелым взглядом, проверяя каждую царапинку на теле. Дана ничего не могла понять по ее выражению лица. Они так и не говорили после ни о чем, кроме состояния Шепард. Как будто и не было того происшествия, и падение совсем не казалось таким уж и серьезным. Негромкий вздох сорвался с губ Маршалл. Больше всего Дана ненавидела, когда в такие моменты включался материнский инстинкт. Никогда не знаешь, чего ожидать.

– Скажи, что мне можно отсюда выйти, иначе я сойду с ума! – не выдержав тишины, взмолилась Дана, глядя на Клэр, которая смерила ее полным скепсиса взглядом. – Прошу…

– Да, ты вполне здорова, – выдержав паузу, произнесла она и чуть улыбнулась. – На сегодня еще выходной, а завтра приступай к своим обязанностям.

– Ну наконец-то! – Дана захлопнула книгу и радостно подняла руки. – Свобода!

– И откуда в тебе столько энергии?.. – задумчиво спросила Маршалл, протягивая свитер и джинсы.

– Я просто почувствовала себя человеком, а не куском желе, – ухмыльнулась Дана, поднимаясь на ноги, и выхватила из ее рук одежду. – Спасибо!

Клэр задержала на ней долгий взгляд, после чего медленно кивнула. Дана была благодарна за это молчание. Стоило Маршалл скрыться за дверью, как улыбка сползла с губ. Радость от «выписки» теперь сменилась тревогой. Остались считанные часы на то, чтобы подготовиться и покинуть лагерь. Решительность, которая одолевала ее всю болезнь, теперь угасла, начиная неторопливо превращаться в пустоту. Вдоль позвоночника пробежал холодок от медленного осознания происходящего. Сегодня. И ни днем позже.

Сжав и разжав холодные пальцы, Дана быстро переоделась и потрепала пса за ушком. Лаки ткнулся влажным носом в ее ладонь и забавно чихнул. Она же грустно улыбнулась, подхватывая лежащую на кровати книгу, в которой было очередное послание от Саймона. Он уже собрал припасы на несколько дней, нашел оружие и палатку. Каким образом – решила не уточнять. Для этого у них будет время. Прижав книгу к груди, она перевела дыхание, опуская веки.

Дана вышла из палаты, ведя за собой Лаки, и на несколько мгновений остановилась в коридоре. Взгляд был прикован к двери, за которой все еще находился Зак. Его отстранили от работы, и теперь он должен был набираться сил. Она шагнула в его сторону, но остановилась, опуская глаза. Нельзя было впутывать в это еще и Моргана, как бы сильно ни хотелось попрощаться. Мотнув головой, Дана развернулась на каблуках и пошла на улицу, прихватив с вешалки у входа свою куртку.

Форест-Сити казался еще более мрачным, чем обычно в это время. Накинув капюшон на голову, Шепард посмотрела по сторонам. Молочный туман окутывал улочки. Не было ни разговоров, ни звуков проезжающих мимо телег с дровами. Люди не высовывались из своих домов, лишь единицы проходили мимо, волоча за собой пакеты и мешки. Все это было так не похоже на ее родной город, что сводило желудок. Кажется, даже небо не изменилось за это время. Все те же темные тучи, грозящие разразиться всполохами белого пламени. Поводив рукой по воздуху, она сразу же спрятала ее в карман. Дождя еще не было, но ветер пощипывал холодом кожу. Подозвав Лаки, Дана поспешила покинуть улицу, перебегая через площадь. Ее шаги казались громче грома в зловещей тишине, окутавшей город.

Дана прошла в свой домик, переводя дыхание, и быстро щелкнула выключателем, наполняя помещения теплым светом. Лаки уселся на свою лежанку и начал носом катать любимый мячик, попадая в него через раз. Дана тоскливо посмотрела на все, что ей придется оставить. Множество воспоминаний в мелочах. Старых, новых. Важных для нее и бесполезных для других. Обхватив себя руками, она шумно вздохнула, зажмурилась. Дана даже не подозревала, что все это будет так сложно. Бросить то, к чему успела привыкнуть. На кончике языка появился кислый привкус собственного предательства. Неужели ложь во благо именно такая на вкус?

Собрав волосы в хвост, Дана начала расхаживать по комнате, собирая все самое необходимое. Пристегнув ножны к ремню на бедре, она вставила в них свой нож-бабочку. В голове снова возник голос крестного, который любил поворчать о том, что в ее сумке слишком много хлама. Улыбка тронула ее губы от теплых воспоминаний. Они никогда не могли сойтись во мнении, но чаще всего он был прав. Потому сейчас Дана старалась прислушиваться к его советам, перебирая их, как карточки в картотеке.

Взяв рюкзак, она начала понемногу собирать одежду, небольшую аптечку, которую наполнила не так давно. Часто она носила ее с собой на вылазки: вдруг кому-то станет плохо. Там же лежали таблетки для очистки воды. Несмотря на то что по территории раскидано много подземных источников, остается только догадываться, что именно могло в них плавать. Спички, одежда, немного еды в дорогу, несколько резинок, которые многие считали мусором. Небольшой рыболовный набор, когда-то подаренный Заком. Притянув к себе книгу, Дана достала несколько записок Саймона, которые должны помочь собраться. Проговаривая себе под нос список, она сверялась с тем, что уже успела положить, и пыталась придумать, как добыть то, что осталось. По крайней мере, часть того, что нужно, он уже успел собрать и припрятать…

– Дана? Что ты делаешь? – От голоса Дарси все внутри похолодело.

От неожиданности Дана подпрыгнула на месте, едва не выронив на пол все записки, которые держала. Положив руку на грудь, она старалась унять бешеное биение сердца. Наклонившись вперед, оперлась ладонью о колено. Что ж, ей часто приходила мысль закрывать дверь, даже несмотря на безопасность. Но она совершенно точно не ожидала, что сможет попасться так. Сумка плюхнулась набок, и часть содержимого высыпалась на кровать.

– Дарси?.. – сипло спросила Дана, распрямляясь, и прочистила горло. – А-ам, как ты здесь оказалась?

– Пришла ногами, – сухо отозвалась та, упираясь руками в бедра. Одного ее взгляда было достаточно, чтобы понять: дело ничем хорошим не закончится. – Так, что здесь происходит? Ты куда-то собираешься?

– Можно и так сказать…

– Не помню, чтобы Ричард или Клэр говорили о чьей-то поездке. Насколько я знаю, всем настоятельно не рекомендовано покидать лагерь. – Заправив прядь светлых волос за ухо, Дарси тяжело вздохнула. – Я должна об этом доложить кому-нибудь из Маршаллов.

Внутри все похолодело. Мысли начали роиться в голове и биться друг о друга, не давая придумать хоть немного стоящую причину такого поведения. Одно неверное движение, и весь план пойдет коту под хвост. Оно уже было сделано. Дана метнулась к Дарси, боясь к ней прикоснуться, чтобы не вызывать еще больше подозрений, чем было сейчас. Она прекрасно понимала, как все это выглядит. И сама бы с большой радостью пошла к Маршаллам, чтобы рассказать о нарушении. Особенно в такое время.

– Что? Нет! – Дана осеклась, моргнув пару раз, и медленно перевела дыхание. Голос стал спокойнее, но в нем таилась плохо скрываемая дрожь. – Не говори им. Нам нужно уехать, чтобы никто не заметил. Я не хочу, чтобы кто-то, а особенно Маршаллы, об этом узнали.

Во взгляде подруги мелькнула вспышка осознания. Глаза от удивления расширились. Ей понадобилась почти минута, чтобы переварить одно-единственное слово, которое, как очередной брошенный мячик, рушило карточный домик. Дана мысленно выругалась, не решаясь двинуться с места. Все же лгать близким она никогда не умела. И теперь все катилось прямиком к чертикам на рога.

– Нам? – Дарси наклонилась вперед, сводя брови к переносице. – Ты что, собираешься уехать с новеньким?

– Ты не хуже меня знаешь, что сейчас творится с нашими припасами…

– Знаю! И именно поэтому никому нельзя выезжать надолго! Сейчас каждая единица на счету. К тому же… – Дарси задыхалась от переполняющих эмоций, но, прерывисто вздохнув, продолжила: – Это опасно! Ты не знаешь, что сейчас за пределами лагеря, и не знаешь, каким этот твой Саймон стал за все то время, что он был в этой… дикой среде. Ты можешь просто не вернуться.

Страх в ее взгляде оживал паническим блеском и дрожью в крепко сжатых ладонях. Голос резко, словно по щелчку, надломился, превращаясь из крика в шепот. Дарси никогда не отзывалась о Саймоне хорошо или плохо. Как и все, она относилась к нему с небольшим недоверием и старалась не пересекаться лишний раз. Дана подошла к Дарси и сжала ее руки, заглядывая в тусклые голубые глаза.

– Я знаю, что это большой риск, но у нас есть план.

– Аарон уже приходил ко мне с просьбой дать ему припасы, – вяло отозвалась Дарси, недовольно дергая ладони, но не сумела высвободиться. – Говорил что-то про модернизацию оружия. Чтобы в случае чего мы смогли дать отпор потерянным, но я не позволила. Без разрешения Маршаллов…

– Дарси! Я не могу уговаривать тебя слишком долго: время уходит. Нам нужно уехать, пока не стало слишком поздно. – Дана еще сильнее сжала ее ладони и судорожно вздохнула, бросая взгляд в сторону окна. – Послушай… а когда Мари нашли, у нее не было никакой зеленой ткани или чего-то похожего?

Не слишком хотелось снова бередить незажившие раны, воспоминаниями о Мари, особенно в таком ключе. Теперь от ее имени веяло могильным холодом, и неизвестно, когда оно снова сможет дарить тепло. Дана с силой прикусила щеку, с отблеском надежды глядя на подругу. Та впала в ступор, пару раз моргнув от непонимания. Шепард действовала наверняка, тыча пальцем в небо. К смерти Марии причастны Фраи, а это означало, что Маршаллы бы не стали распространяться.

– Зеленой?.. Она не любила зеленый, но, кажется, да… Да, к ее руке была привязана какая-то зеленая лента или тряпка. Ее сожгли вместе с… – Дарси запнулась, поджимая подрагивающие губы. – Постой, это здесь вообще при чем?

Выпустив ладони подруги, Дана жестом попросила подождать, чувствуя, как сердце начало биться быстрее. Взгляд судорожно скользил по рассыпанным вещам, которые еще предстояло снова упаковать. Взъерошив волосы на макушке, Дана замерла и кинулась к одной из книг, валяющихся на столе. Перебрав записки, она вытащила окропленный кровью лоскут и сжала его.

– Вот такая? – поинтересовалась она, передавая находку в руки Дарси.

– Д-да, но… я не понимаю.

Дарси пошатнулась и медленно присела на стоящий позади нее стул, рассматривая каждый миллиметр протянутой ей ткани. Пальцы прощупывали материал, как будто пытались действительно найти там какое-то клеймо или потайной знак. Об этом, похоже, знали только Ричард и Клэр и никому не говорили о значении лоскутков. Дарси поджала губы, дрожащей рукой возвращая ткань, и прерывисто всхлипнула, откидываясь на спинку. Старое дерево скрипнуло под ее весом, но осталось стоять.

– То падение в колодец было ловушкой Фрая. На лошади Зака и Оствинде нашли такие лоскутки. Это значит, что на мне метка, как на Марии, и меня могут забрать… Я верю Саймону, Дарси. Он знает, что делать, – негромко проговорила Дана, заламывая пальцы, и опустила взгляд на носки ботинок. – Пожалуйста. Я не прошу тебя мне помогать, но… Просто не говори. Хотя бы до момента, пока мы не уедем.

– Это действительно так необходимо?

– Другого варианта нет, – медленно произнесла Дана, все еще пытаясь придумать хоть какую-то альтернативу, но все рушилось от малейшего сомнения. – Мы вернемся, когда Рик и Клэр все уладят и мое присутствие не будет угрожать городу… И привезем припасы, чтобы Маршалл не бросил меня на корм зараженным или не оглушил своими тирадами.

Негромкий смешок сорвался с губ, и девушки переглянулись. Мимолетное веселье испарилось. Дана плюхнулась на кровать и потерла усталую шею. Дарси притихла и, кажется, передумала бежать к Маршаллам с доносом. Переведя дыхание, Дана повернулась и принялась складывать в рюкзак выпавшие вещи. Время утекало сквозь пальцы. Подняв взгляд к стене, она слегка нахмурилась, замечая, что одной из фотографий нет на месте.

«Упала, наверное. Даже скотч не помогает», – подумала она, мотнув головой, и поднялась на ноги, прислушиваясь к подруге.

Дана плюхнулась на кровать и, уцепившись пальцами за край спинки, потянула ее на себя. Дерево слегка скрипнуло, отодвигаясь и пропуская в щель свет. Что-то тонкое виднелось в самом низу. Полный досады вздох повис в воздухе. Достать быстро не получится. Взгляд поднялся к другим фото, которые все еще крепко держались на прозрачной липкой ленте.

Подцепив пару полароидных снимков, она слегка улыбнулась, рассматривая не слишком четкие, но такие родные лица. Рик, Клэр, Мари, Дарси, Зак… Все они смотрели на нее с неподдельным весельем, обнимая за плечи возле костра, протягивая напитки или принося небольшой тортик со свечкой на день рождения. Лаки всегда был с ней рядом, развалившись кверху брюхом. Дана тепло улыбнулась, проводя подушечками пальцев по выцветающим снимкам, и уложила их в книгу.

Ей бы каждый сказал, что это пустая трата времени, но Дана не могла уйти просто так, без какой-то памяти об этом месте. Она старательно отгоняла навязчивые мысли о том, что больше не сможет сюда вернуться. Уложив книгу в рюкзак, она коснулась подушечками пальцев холодной цепочки с жетонами, которые так же мирно лежали на прикроватной тумбочке. Повертев их в пальцах, Дана накинула цепочку на шею и почувствовала приятный и знакомый холод.

– Я могу чем-то помочь? – тихий голос Дарси отвлек ее от сборов.

– Позаботься о Лаки, хорошо? – попросила Дана, переведя взгляд на уже уснувшего пса. – Никто не должен быть один.

* * *

Дана тихо вышла из дома, закрывая за собой дверь, и медленно спустилась по скрипучим половицам крыльца, чтобы не привлекать к себе большого внимания. В это время в лагере был только патруль у двух входов на случай внезапного вторжения, но после последних событий она не знала, чего ждать. Сердце ухало в груди, казалось, на всю улицу. Пульс шумел в ушах, перекликаясь с едва уловимым шумом ветра, путающегося в ветвях. Дана поправила тяжелый рюкзак за спиной и неторопливым шагом направилась к конюшням. Там они с Саймоном условились встретиться, чтобы поехать дальше.

Ночь окутала город, погружая его улицы в еще большее запустение. В некоторых окнах горели тусклые желтые огни, как крошечные очаги тепла. Один из них погас, погружая еще одно здание во мрак. Все это казалось каким-то чужим. Не доносилось даже разговоров на постах, которые обычно слышались издалека. Поправив лямки рюкзака на плечах, Дана продолжила путь, натянув шапку получше. Руки немного потряхивало, взгляд скользил по сторонам в поисках хоть какого-то движения, но его не было. Она еще никогда не чувствовала себя настолько чужой в этом месте.

Пройдя вдоль главной улицы, она остановилась рядом со входом в конюшню. Дверь была слегка приоткрыта, внутри слышались шорохи и стук копыт по древесному полу. Дана медлила, чувствуя напряжение каждой клеточкой. Подцепив пальцами в перчатках толстое дерево, она потянула на себя дверь и прошла внутрь. Знакомый запах навоза и прелого сена даже немного успокаивал. Глаза еще несколько мгновений привыкали к темноте. В отдалении, рядом с двумя оседланными лошадьми, стояла спрятанная в полумраке фигура. С облегчением выдохнув, Дана подошла ближе, осматриваясь.

– Что ты сделал с Джонатаном? Он почти живет здесь, – громким шепотом произнесла она, беря в руки поводья Оствинда, который ткнул ее мордой в плечо.

– Ничего я с ним не делал. Он мирно спит в постели, – отозвался Саймон, похлопывая по массивной шее своего коня. – Нам нужно идти.

– Уверен, что нас не заметят?

– Маршалл ввел комендантский час, а ваши охранники где-то налакались и теперь спят без задних ног. До утра ждать гостей не приходится.

Дана недовольно фыркнула, сводя брови к переносице. С одной стороны, это значительно облегчало им задачу, но с другой… Что они будут делать, если один из входов в лагерь без защиты? Они даже послать никого не смогут на помощь! Мотнув головой, Дана шумно вдохнула и выдохнула, стараясь успокоить мысли. Сейчас им нужно думать о другом. Ее отъезд сможет помочь избежать проблем. А значит, они делают все правильно. Кивнув Саймону, она сделала шаг в сторону выхода и почти сразу замерла на месте, периферийным зрением заметив движение. Невысокая женская фигура появилась в небольшом островке света от фонаря снаружи.

– Дарси? – Дана пару раз моргнула, сильнее сжимая поводья Оствинда и на секунду забывая, как дышать.

– Вы готовы? – Дарси обвела их взглядом и, кивнув, подошла к Дане. – Я подменила Джонатана, чтобы вы смогли уйти, и подготовила для вас лошадей. Винни покладистая, сможет возить любого, а Оствинд слушается только тебя. Как только вы уедете, я разбужу Маршалла и скажу, что его охраннички уснули, а лошади пропали. Остальное за твоим другом.

– Значит, они – твоих рук дело?

– Парни были не против расслабиться и выпить немного чая, чтобы согреться.

– Спасибо… – тихо поблагодарила Шепард, все еще стараясь переварить полученную информацию.

Дарси улыбнулась и, преодолев расстояние между ними, сжала ее в крепких объятиях. От нее снова привычно пахло душистыми травами и бумагой. Дана просто терпеть не могла прощания, поэтому даже не навестила могилы родителей на кладбище перед отъездом. Слишком больно смотреть на них. Они навсегда останутся в ее памяти и сердце, где бы она ни находилась. Дана улыбнулась и вздрогнула, услышав резкий звук со стороны.

Саймон убрал ладонь с рукоятки охотничьего ножа, которым приколол к деревянной перекладине записку. Ей не слишком хотелось знать ее содержание. Дана выбралась из объятий Дарси и слегка потерла плечо подруги, в глазах которой уже собирались слезы. Проглотив комок, Дана натянуто улыбнулась, выходя следом за Саймоном.

Дана начала проверять седло, дергая ремни. Что ж, Джонс преуспела в этом деле. Краем глаза Шепард заметила, что Саймон молча проделывает то же самое – методично, без лишних движений. Пара минут на приготовления. Дана крепко затянула ремни, прижимая рюкзак к задней луке седла. Последнее, чего ей не хватало, – это чтобы он свалился в дороге. Дана хотела спросить, все ли он взял по своему списку, но не могла выговорить даже слово. Шепард мечтала поскорее покончить со всем этим, чтобы переключиться на что-то другое. Они направились к воротам, которые ещё предстояло открыть. Рядом, обнимая ружья, спали парни.

Послышались спешные шаги, Саймон напрягся, сразу же метнулся к воротам и стал открывать замки. В свете фонаря появился Зак. Его рука была перемотана бинтами. Ее держала повязка, перекинутая через шею. Бледная кожа в теплом свете не казалась такой уж и болезненной. Куртка повисла на одной руке, а часть ее волочилась по земле.

– Ты не можешь вот так уехать, – запыхавшись, произнес он, здоровой рукой вцепившись в куртку.

– Так нужно, – сипло ответила Дана, бросив взгляд в сторону Саймона, который до сих пор пытался разобраться с замками. – Иди домой.

– Нет, тебе нужно остаться. Здесь. С нами. – От придыхания его голос слегка подрагивал. Взгляд метнулся ей за спину, и в мгновение ока лицо ожесточилось. Отражение пламени фонаря в его глазах казалось отблесками поднимающегося в нем гнева. – А не ехать в неизвестность! Маршалл придумает, что делать с этими чертовыми сектантами.

– Я все решила, поэтому не трать силы. Тебе еще нужно время на восстановление.

– Он тебя надоумил?

Зак ринулся вперед, но Дана преградила ему путь, упираясь ладонями в широкую грудь. Он остановился, перевел внимание на нее и нервно выдохнул, замерев на месте. Взгляд светлых глаз стал мягче. Так всегда происходило, стоило ей оказаться рядом. Зак накрыл ее ладонь своей, цепляясь за край перчатки и касаясь холодными пальцами ее запястья. Дана прерывисто вздохнула, намереваясь шагнуть назад, но Зак не давал этого сделать, с мольбой смотря на нее и хватаясь за последнюю надежду, сердце больно щемило.

– Это было мое решение, – тихо произнесла она, дергая ладонь на себя и рваным движением поправляя перчатку. – Вернись в дом. Или лазарет. Или где тебя оставила Клэр. Не делай глупостей.

– Ты даже не пришла со мной попрощаться, – сдавленно проговорил Зак, отчего у Даны перехватило дыхание. – Почему ты собираешься ехать с ним?!

– Дана, нам надо уезжать, пока твой приятель весь лагерь на уши не поднял. – Саймон подошел к лошади и сел верхом, выжидающе глядя на них сверху вниз.

Дана быстро кивнула, подходя к Оствинду ближе, и с трудом запрыгнула в седло. Взгляд прошелся по Заку, который сразу же вскинул голову. От мольбы не осталось и следа. На лице заиграли желваки, а падающие от света фонаря тени теперь делали его выражение зловещим.

– Ты же там погибнешь! – слишком громкий голос заставил ее вздрогнуть и осмотреться по сторонам. Фраза эхом пронеслась по кварталу, пока не растворилась в ночной тишине.

– Зато я сделаю хоть что-то, – чуть помедлив, добавила она, еще крепче сжимая поводья. – Пока, Зак.

Топот копыт наполнил улицу, вибрацией разносясь по телу. Она отвела взгляд, не желая больше смотреть в сторону Зака и боясь снова увидеть эту щенячью мольбу в его глазах. Выдохнув, Дана поравнялась с Саймоном, проезжая через массивные ворота из дерева, которые теперь были открыты нараспашку. Холодные потоки ветра ударили в лицо. Поправив шапку, Шепард остановила коня на развилке, переводя взгляд на Саймона. Она пока понятия не имела, куда им ехать.

В отдалении послышался приглушенный грохот, и яркая вспышка прорезала ночную тьму. Сощурившись, Дана покрепче взяла поводья, не давая коню сорваться с места, и развернула его в сторону взрыва. Свежесть сменилась запахом горящего дерева, треск разнесся по округе, столбы дыма поднимались со стороны второго входа в лагерь. Дана сдавленно вобрала в легкие воздух, переводя удивленные глаза на Крэйна, чье лицо отражало только злость.

– Саймон… Скажи, что это тоже часть твоего плана и никто не пострадал… – тихо взмолилась она, услышав звук разбивающегося стекла и заметив новую вспышку пламени.

– Уходим, – твердо произнес он, хватаясь за поводья Оствинда, и потянул их на себя.

– Что?!

– Уходим, немедленно! – гаркнул он, разворачивая лошадь в противоположную сторону.

– Мы должны им помочь! – сорвав голос, крикнула она, смотря в сторону пожара.

– Не уйдем – погибнут все! – заорал Саймон, глядя за ее спину, и шумно выдохнул, разворачивая лицо Даны к себе. – Быстро!

Громкое ржание коней потонуло в отдаленном треске объятого пламенем дерева, вопли выбегающих из домов жителей Форест-Сити наполнили воздух. Взгляд зацепился за людей, заметивших их. Страх переродился в злость, кто-то побежал в их сторону, выкрикивая обвинения. Среди них она уже не видела Зака. Дана стиснула зубы, мгновение раздумывая над словами Саймона. На оранжевом фоне появились силуэты мчащих в их сторону лошадей. Сердце рухнуло к ногам. Она была готова поставить все что угодно на то, что это точно были не их люди. Дав шпоры, Дана вцепилась в поводья, до боли сжимая пальцы. Винни побежала вперед Оствинда, пробивая копытами намерзший за ночь ледок.

Сзади послышались глухие выстрелы и нечленораздельные возгласы. Дана старалась не вслушиваться в них, подгоняя коня. Вибрация скачки разносилась по всему телу, сливаясь с внутренней дрожью. Совсем не так она планировала покинуть лагерь! Мимо пронеслась пуля, едва не задев руку. Внезапно Саймон потянул поводья на себя, останавливая Винни, отчего Дана проехала дальше. Рядом прогремел выстрел, а за ним – ржание и грохот падающего на землю тела. В воздухе повис запах пролитой крови. Дана остановила коня и спрыгнула на землю, чувствуя, как мурашки разбегаются по телу.

Еще один выстрел. Пуля не нашла свою цель, улетая в воздух. Дана наблюдала за тем, как пара мужчин кидается на Саймона. Пистолет валялся на земле. Один из нападавших был сравнительно невысокого роста и худощавого телосложения. Второй – выше и немного полнее. Они были совсем не похожи на тех ходячих скелетов, которые окружали их лагерь и иногда забредали на чужие территории. Снова послышалось нечленораздельное бормотание, в котором сливались гласные, проглатывались звуки. Голоса были приглушены. Казалось, ни один из них не обращал на нее внимания, кружа вокруг Саймона, словно падальщики над умирающим животным.

Высокий занес руку для удара, пока второй доставал нож. Их лица были закрыты темными тряпками, только глаза, горящие звериной яростью, отражали лунный свет. Крэйн увернулся от замаха, перехватывая руку незнакомца и заламывая ее за спину, прикрылся его телом, как щитом. Движения Саймона были быстрее и четче, чем у нападавших. Второй с громким ревом кинулся на него, выставив охотничий нож вперед. Саймон оттолкнул свой щит, скалясь от злости. Он предвидел каждый их шаг, каждое движение. Его удары, подобные молниям, были быстрыми и точными. Тот, что пониже, с глухим звуком упал на землю. Но ему потребовалась всего пара мгновений, чтобы снова подняться и ринуться в бой.

«Совсем не чувствуют боли…» – от этой мысли у Даны вдоль позвоночника пронесся холодок.

Они будто не замечали ее присутствия, кидаясь на Саймона в новой атаке, похожей на предыдущую. Падая, нападающие снова вставали, словно не получали увечий. До слуха доносился хруст ломающихся костей и сбившегося дыхания, но каждый из них вставал. Дана выжидала, не решаясь ввязываться в драку, лишь подошла ближе, крепче сжимая нож. Все это не могло продолжаться вечно.

Саймон в очередной раз отбросил нападающего в сторону. Тот спиной ударился о дерево, издавая сдавленный вздох, но сразу же вскочил на ноги, подбирая валяющийся на земле пистолет. Стиснув зубы, Дана тихо подошла к нему со спины, поудобнее перехватила нож-бабочку. От незнакомца разило приторным либерти и мочой. Острое лезвие легко пронзило одежду, входя в плоть. Потом еще раз, еще и еще. А после нож скользнул вдоль шеи. Мужчина замер на месте, начиная задыхаться, пока не свалился на землю. Хлюпающие звуки были уже привычными: на вылазках случалось разное, и убийства уже не были для нее чем-то новым, но все еще были ненавистны. На земле черной лужей разрасталось пятно крови.

Выдохнув, Дана перевела взгляд на Саймона, который перекинул второго нападавшего через себя. Лезвие блеснуло в руке Крэйна и молнией вонзилось в шею. Раз, два. Тело дрогнуло пару раз в предсмертных конвульсиях и замерло на месте. Тяжело дыша, Саймон выпрямился и направился в сторону Даны, смотря то на нее, то на лежащее в ее ногах тело.

– Они немногим разумнее зомбарей, – проговорил он и слегка потрепал ее по плечу. – Молодец.

– Все мы убийцы, – глухо произнесла она и, присев, начала подрагивающими руками вытирать лезвие о куртку валяющегося в ногах потерянного. – Ты в порядке? Тебя не ранили?

– В норме, – потирая подушечками пальцев плечо, ответил Саймон. – Как твоя рука? Не поранилась?

– А?.. Рука? – Дана коснулась ладонью предплечья и рассеянно кивнула. – Я цела, на меня даже не нападали…

Она обернулась, бросая взгляд в сторону мертвой лошади. Огромное тело распласталось на дороге, заливая землю свежей кровью. А сзади тусклым заревом полыхал огонь. Дана старалась рассмотреть что-то еще, но перед глазами стояли только размытые оранжевые пятнышки посреди темноты. Ветер доносил запах жженого дерева и хриплые крики перепуганных людей. Или ей просто мерещилось?

Монотонный шум звучал в ушах. На грудь словно рухнул булыжник. Ей хотелось бежать вперед, наплевав на все договоренности, не оглядываясь назад. Нужно было узнать, что с близкими все в порядке. Вот только ноги приросли к земле, и тело отказывалось подчиняться. Губы дрогнули от навалившейся беспомощности. Руки словно обвили колючие веревки, а на шее завязалась петля, не давая вздохнуть.

– Мы точно не сможем вернуться и помочь им? – подрагивающим шепотом спросила Дана, не сводя взгляда с пустынной дороги.

– Лучшая помощь – наш уход.

От раздавшегося рядом голоса она вздрогнула, с силой закусив щеку. Широкая ладонь скользнула по спине и остановилась между лопаток.

– Нужно выиграть время, – продолжил Саймон. – Маршалл справится.

«Я даже не попрощалась…» – от этой мысли ком встал в горле.

Она посмотрела на стоящего рядом Крэйна – он осматривался в поисках опасности. Взгляд сфокусировался, и теперь его лицо стало чуть четче.

– Проверим, что можно у них забрать, и валим отсюда… – Темные глаза блеснули в утреннем полумраке, и Саймон приподнял уголки губ. – Вот это я понимаю – бодрое утро.

Дана чуть заторможенно кивнула, наконец разжимая занемевшие пальцы. Спрятав лезвие, она вернула черную бабочку в ножны, стараясь отогнать от себя тяжелые мысли. Об этом можно будет подумать потом, когда опасностей станет чуть меньше. Встряхнув руки, Шепард бросила взгляд на стоящих в стороне лошадей и вздохнула с облегчением. По крайней мере, не придется искать новый транспорт. Она прошлась ладонями по карманам незнакомца, морщась от заполоняющего все запаха. Выдернув пистолет, Дана проверила обойму и, поставив оружие на предохранитель, спрятала в карман. Нашлась еще коробка патронов и… все. Словно им ничего больше не нужно было для существования.

Когда-то она их даже жалела. Однако это было до того, как чаша переполнилась каплей крови умершей подруги.

Дана подошла к Саймону, который резким движением сдернул с лица нападавшего ткань, обнажая осунувшееся лицо не мужчины – молодого парня. Когда-то он, наверное, был крепким и много улыбался. Но сейчас голубые глаза, подернутые пеленой, смотрели в пустоту затянутого тучами неба. От виска до виска через лоб шел шрам, напоминающий по форме терновый венец. Розовые полосы ярко выделялись на бледной коже. Дана быстро повернулась к Крэйну, который теперь пребывал в мрачной задумчивости.

– Потерянные?.. – подала голос Дана, не выдержав напряженного молчания. – Разве им дают лошадей?..

– Некоторым, – уклончиво ответил Саймон, поднимаясь на ноги.

– Что происходит? Почему они на тебя напали? И зачем подожгли Форест-Сити? – Дана встала перед ним, скрестив руки на груди и глядя снизу вверх. – И даже не смей говорить мне «сейчас не время». Сейчас как раз самое время.

– Судя по всему, у Дэвида появился новый план, – не оказывая сопротивления, произнес он, потирая переносицу пальцами.

– Что ты имеешь в виду?

– Сезон охоты объявляется открытым.