Безусловно, арбитражный управляющий – это очень интересная профессия. Я не буду в рамках этой главы рассказывать особенности статуса управляющего, а также освещать проблемы, связанные с ним, – от отсутствия официальных отпусков до низкого (по мнению абсолютного большинства) вознаграждения.

Тут я опишу, какие типы управляющих бывают, а также расскажу, что можно делать с теми, кто работает плохо, и как можно и нужно работать с теми, кто работает на совесть.

Прежде чем обсуждать арбитражных управляющих, давайте сразу сформулируем несколько аксиом.

Аксиома № 1

Любой арбитражный управляющий действует в чьих-либо интересах. Если же явного интересанта в процедуре банкротства нет, то остается два варианта:

1. Арбитражный управляющий действует в собственных интересах. И я не говорю, что эти интересы незаконны. Например, провести процедуру банкротства брошенной компании, ни разу не видевшись ни с должником, ни с кредиторами, и получить за процедуру фиксированное вознаграждение и процент за погашение реестра требований кредиторов – это очень хороший, но все еще личный интерес.

2. Арбитражный управляющий в своем познании настолько преисполнился, что все мирские блага стали ему чужды, ведь провести процедуру банкротства – значит тратить на ее сопровождение деньги из собственного кармана[24]. Либо мы имеем дело с неисправимой верой в идеал, либо такой управляющий – пациент Кащенко.

Я много раз бывал по разные стороны баррикад и могу с уверенностью заявить, что злоупотребления бывают как со стороны должников, так и со стороны кредиторов.

Фактически это означает, что арбитражный управляющий, действующий в интересах должника, далеко не всегда играет за темную сторону.

В то же время непосредственно в моей практике было так, что кредиторы, иногда связанные с госструктурами, с помощью процедур банкротства пытались сделать не лучшие с точки зрения морали вещи.

Поэтому не стоит навешивать ярлыки, ведь в любом споре как минимум две стороны, у каждой из которых своя, имеющая права на существование и не обязательно исключающая вторую точка зрения.

Аксиома № 2

Утвержденного в рамках процедуры арбитражного управляющего просто так не снять, даже если того хочет большинство кредиторов.

Действующим законодательством установлены два способа выхода арбитражного управляющего из процедуры банкротства (в том числе конкурсного производства):

1. Освобождение

Применяется в двух случаях:

А. Конкурсный управляющий лично подает заявление об освобождении, и суд освобождает его от исполнения обязанностей (заявление не обязательно чем-либо мотивировать, простого волеизъявления достаточно).

Б. Саморегулируемая организация арбитражных управляющих (СРО) подает заявление об освобождении в случае, если управляющий вышел из состава членов такой СРО или изначально не мог быть утвержден в качестве арбитражного управляющего в процедуре банкротства.

2. Отстранение

Оснований применения такого механизма больше, но все они имеют общую черту – неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей.

Именно поэтому выбор арбитражного управляющего – это серьезное решение, ведь если он окажется неудачным, просто так вы не расстанетесь. Не получится развестись по инициативе кредиторов или должника. Либо договариваться, чтобы управляющий ушел сам, либо действовать силой – жалобы, убытки, дисквалификация.

С аксиомами вроде закончили, поэтому можно переходить непосредственно к описанию фигуры арбитражного управляющего.

Дэвид Майстер в своей книге «Управление фирмой, оказывающей профессиональные услуги»[25] разделил все фирмы на три категории: «Конвейер», «Седина» и «Мозги».

Если кратко описать идею, то получится следующее:

Если говорить о юристах и арбитражных управляющих, подавляющее большинство из них можно отнести к категории «Седина».

Давайте честно: дела о банкротстве, в которых требуется абсолютно новый подход или решения, никогда не применявшиеся ранее, встречаются очень редко – их можно пересчитать по пальцам[26].

Тем не менее типология Майстера применима к арбитражным управляющим: среди них также можно выделить тех, кто работает по «конвейерным» схемам, ежедневно выполняя рутинные задачи, и тех, кто сталкивается с уникальными вызовами и попадает в категорию «Мозги».

Свою деятельность и деятельность своей компании я безусловно отношу к очень плотной «Седине», ведь мы выработали универсальные подходы и применяем их от дела к делу, каждый раз все ювелирнее оттачивая.

За время своей работы я встречал несколько типов арбитражных управляющих:

1. Управляющий-ремесленник

Такие управляющие обычно работают индивидуально либо с одним-двумя помощниками, ведут конвейерные процедуры банкротства физических лиц или процедуры банкротства обычных юрлиц.

Основной заработок для таких арбитражных управляющих – официальное вознаграждение в процедурах банкротства, и получают они его за счет количества, а не качества дел в производстве.

Напомню: в процедурах банкротства юридических лиц размер вознаграждения управляющего составляет 30 000 руб. в месяц, а если управляющего утвердили на процедуру банкротства физического лица, то он получает 25 000 руб. за всю проведенную процедуру, которая в среднем длится шесть-семь месяцев.

При этом в случае с юридическими лицами процедура порой может быть возбуждена вообще без гарантий оплаты услуг управляющего.

Да, иногда суд может потребовать, чтобы инициатор дела внес денежные средства на депозит суда для погашения вознаграждения и расходов управляющего, однако это происходит не всегда.

Если этого не произошло, то арбитражный управляющий, который провел процедуру банкротства, может потребовать свое вознаграждение и расходы с инициатора дела – но только в том случае, если доказано, что с должника нечего взять.

Вот и получается, что заниматься банкротством юридических лиц – это, хоть и теоретически более доходный, но достаточно авантюрный вид деятельности, в отличие от банкротства физических лиц, где точно получаешь несгораемую сумму в 25 000 руб. за проведенную процедуру плюс можно получить 7% за погашение требований кредиторов.

В процедурах банкротства юридических лиц, особенно если оно связано со взысканием сложных долгов, такие управляющие встречаются крайне редко.

2. Управляющий-номинал

Когда речь заходит о номинальных лицах, в голове сразу всплывает образ зиц-председателя Фунта из романа Ильфа и Петрова «Золотой теленок».

Напомню, что этот персонаж стал яркой метафорой для людей, которые формально занимают ключевые должности, но на самом деле не принимают никаких решений.

Фунт исправно подписывал бумаги, ходил на допросы и даже садился в тюрьму вместо реальных организаторов мошеннических схем, довольствуясь скромным вознаграждением за свою «работу».

Если что, и сейчас за участие в схемах с номинальными лицами может наступить уголовная ответственность. Основные статьи Уголовного кодекса РФ, которые применяются в таких случаях, – это 173.1 УК РФ (незаконное создание юрлица) и 173.2 УК РФ (незаконное использование документов).

Например, если человек соглашается стать зиц-председателем или передает свои данные для фиктивной компании, ему грозит штраф до 300 000 руб. или лишение свободы до 3 лет.

Звучит страшно, но реальных приговоров по этим статьям я не встречал.

Нет, не подумайте, ситуации привлечения к уголовной ответственности по указанным статьям есть, но только в совокупности с другими составами, например 159 УК РФ (мошенничество).

Как работает уголовная юстиция, я уже рассказывал в главе «Про взыскание долгов с помощью полиции». Все то, что я написал там, применимо и здесь.

Теперь, когда нагнал страху, откачусь немного назад. Рисую ситуацию.

Я, являясь арбитражным управляющим, доверяю некоторые направления работы внутри большого проекта своим сотрудникам. Я перестаю принимать какие-либо решения и не участвую в обсуждении возникающих вопросов.

А если я делегирую таким образом ведение всего проекта, выполняя, как английская королева, только представительские функции? Становлюсь ли я в этом случае номинальным руководителем?

Формально да.

А если возникает ситуация, при которой управляющий, утвержденный в нескольких процедурах банкротства фирм из одного холдинга, просит своего товарища утвердиться в качестве управляющего еще одной компании из холдинга, дабы между компаниями группы не было конфликта интересов при оспаривании сделок и взыскании дебиторской задолженности?

Управляющий-товарищ, который согласился выручить коллегу в такой ситуации, тоже становится номинальным руководителем?

И опять – формально да.

Не останавливаемся. В некоторых крупных корпорациях и банках, особенно если им приходится сталкиваться с непрофильными активами, есть целые отделы взыскания, в которых рука об руку с юристами работают арбитражные управляющие.

В таких отделах 99% работы выполняет кто угодно, кроме арбитражного управляющего, утвержденного в процедуре. И что, такие управляющие тоже номиналы?

Не поверите, но и тут – формально да.

Самое интересное, что номинальные управляющие бывают очень разные, но если формировать общее понимание, то давайте исходить из того, что бывают номинальные управляющие по необходимости (попросили; так сложилось; такая ситуация в силу должностных обязанностей), а бывают и совсем номинальные – в профессиональных кругах таких называют «махровыми номиналами».

В чем различие между этими двумя типами номиналов?

Отвечаю – в ответственности.

С управляющими, которые стали номинальными по необходимости, можно договориться. Да, часто диалог будет строиться не с самим управляющим, а с руководителем проекта или старшим юристом, который принимает решения в процедуре банкротства, но диалог возможен, так как утвержденным управляющим дорожат.

Совсем другое дело, когда вопрос касается махровых номиналов.

Таких берегут специально под определенную процедуру и обычно пускают на убой, подставляя под очень неприятные вещи вроде убытков или уголовной ответственности.

Я несколько раз сталкивался с такими ситуациями, и каждый раз в таких процедурах в качестве управляющего утверждали человека, для которого это дело становилось первым и последним.

Самое интересное, что такого управляющего никто ни разу не видит в глаза, кроме как на первом собрании кредиторов.

После него он пропадает: на суды вместо него ходят представители, а собрания кредиторов проводятся в заочной форме (это когда заполненные бюллетени отправляются по почте, без личного общения с управляющим).

3. Управляющий-дилетант

Дилетанты среди арбитражных управляющих встречаются не так часто, но чаще, чем хотелось бы. Такой управляющий, как правило, формально выполняет свои обязанности, но его решения или бездействие часто обусловлены не злым умыслом, а элементарной некомпетентностью или отсутствием опыта.

Это может быть как недостаток знаний в праве, так и непонимание механизмов работы с активами, кредиторами или банальное незнание, а для чего мы вообще тут собрались.

Ситуации, в которых дилетанты проявляют себя, разнообразны: пропуск сроков подачи ключевых заявлений, нерегулярное проведение собраний кредиторов или ошибки в документах.

Иногда их некомпетентность объясняется тем, что они недавно начали работать в профессии и не сталкивались с подобными задачами. Но иногда – банальным нежеланием учиться и углубляться в детали.

Для кредиторов такой управляющий может стать настоящей проблемой, ведь он скорее не поможет в защите интересов, а, напротив, замедлит процедуру или окончательно загубит и без того сложную ситуацию.

Особенность дилетантов в том, что с ними редко удается эффективно выстроить взаимодействие. Даже если управляющий формально открыт к диалогу, его непрофессионализм сводит все попытки выйти на конструктивный диалог к нулю.

Если вам попался такой управляющий, лучше сразу после первого знакомства оценить, готовы ли вы вкладывать усилия в его обучение и поддержку. В противном случае имеет смысл переходить к более серьезным действиям, прекратив дальнейшее общение, которое часто ни к чему не ведет.

4. Управляющий-спецсубъект

Бывают такие арбитражные управляющие, которые являются очень крутыми профессионалами своего дела, но есть у них один изъян – они не занимаются процедурами банкротства обычных должников. У меня есть несколько знакомых, которые ничем, кроме банкротства определенного типа юрлиц, не занимаются.

Первый мой знакомый специализируется только на банкротстве предприятий с допуском к государственной тайне. В силу понятных причин я не погружен во внутреннюю кухню его работы, да и общаемся мы всегда о чем угодно, кроме работы.

Второй занимается банкротством застройщиков, третий – пенсионных фондов и страховых компаний.

Да, работы у них не так много, но за счет узкой специализации никто из них никогда не сидит без дела.

Если у вас в должниках не завод, связанный с оборонкой, и не иной особый вид дебиторов вроде страховых компаний и пенсионных фондов, то вы их вряд ли встретите.

Этот тип управляющих обычно отличается консервативностью. Иногда их можно встретить и в качестве представителей от какой-либо из сторон в делах о банкротстве.

5. Бутиковый управляющий

Вот вроде рассказал про несколько типов арбитражных управляющих, но осталось совершенно неясно, а кто же тогда занимается работой.

Меня послушать, так в стране только и есть, что номиналы да конвейерные управляющие, специализирующиеся на банкротстве физических лиц.

Однако это не так, есть в наших широтах и такие управляющие, которые и статус имеют, и процедуру сами ведут, и решения сами принимают.

Да, таких немного, но они есть. Часто такие управляющие – это бывшие банкротные юристы, отработавшие в хороших юридических компаниях и ушедшие на вольные хлеба.

В своей работе им удается совмещать лучшие практики, которые они сумели перенять у топовых юридических команд, а также гибкость в принятии решений, которая присуща небольшим коллективам.

Очень часто несколько арбитражных управляющих сбиваются в кучки и образуют юридическую компанию бутикового типа.

Бутиковая юридическая фирма – это небольшая специализированная компания, которая фокусируется на одной или нескольких узких областях права.

В случае с нашей компанией именно так и получилось. Изначально, когда я ушел из найма, нас было три человека – я и две мои помощницы, которые уволились вместе со мной.

Но время шло, команда постепенно формировалась, и на сегодняшний день я могу с уверенностью сказать, что мы являемся фирмой с узкой специализацией, которая собрала под своей крышей проверенных профессионалов. Поводы проверить команду у нас встречались неоднократно. Немного позже об одном из таких случаев расскажу.

Если вы кредитор, а в качестве управляющего вашего должника утвержден такой управляющий, то с ним лучше дружить. Скорее всего, этот управляющий будет действовать в интересах лояльных к нему кредиторов, а как только основная задача в рамках процедуры будет достигнута, либо он сам уйдет оттуда, либо дело прекратится.

6. Управляющий-потеряшка

Это, пожалуй, самый загадочный и труднообъяснимый тип арбитражных управляющих. Встречаются они редко, но иногда в процедурах банкротства все же проявляются.

Их главная особенность заключается в том, что после утверждения в процедуре они словно пропадают: не проводят собрания кредиторов, не оспаривают сделки, не подают заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Если такие управляющие действуют в интересах должника, логика их поведения становится хоть немного понятной – в подобных ситуациях, скорее всего, есть финансовый стимул от дебитора, чтобы процесс «затухал».

Но иногда приходится сталкиваться с процедурами, в которых ничего не происходит не из-за манипуляций со стороны должника, а просто потому, что никто, включая кредиторов, не демонстрирует никакой активности. Как будто гуляешь по вымершей деревне.

Особенно удивительны случаи, когда кредиторы явно страдают от бездействия управляющего, но при этом остаются безучастными. В таких процедурах управляющий просто сидит на месте, не принимая никаких решений, словно ждет какого-то чуда.

Это в корне противоречит самой сути банкротства, которое предполагает активные действия для удовлетворения требований кредиторов.

Если что, потеряшка – это не обязательно человек с плохими намерениями. Иногда такое поведение – результат недостатка опыта, слабой мотивации или отсутствия системной поддержки.

Но в любом случае такие управляющие превращают процедуры банкротства в стоячее болото, которое не приносит пользы никому, кроме, возможно, тех, кто хочет просто выиграть время.

Тут общение нужно строить точно так же, как с дилетантами. Попытаться наладить контакт, конечно же, стоит. Но я бы на месте кредитора не заигрывался в великого переговорщика и, если в работе такого управляющего после вашего разговора ничего не изменилось, переходил к более действенным механизмам.

И вот вы зададите вопрос: «А зачем мы все это прочитали?»

Если у вас сложилось ощущение, что я придумал эту типологию ради того, чтобы она просто была, то спешу вас разуверить.

В зависимости от того, какой тип управляющего утвержден в процедуре банкротства, с ним можно общаться по-разному. Я уверен, что вы не встретите в процедурах банкротства юридических лиц со сложными долгами управляющих-ремесленников и управляющих-спецсубъектов.

Ладно, не совсем так, а то получилось слишком категорично.

Иногда в таких процедурах банкротства встречаются залетные ремесленники, но все те несколько раз, когда я видел такую картину, это никогда не заканчивалось хорошо. Ни для кого.

Вот и получается, что остаются только управляющие-номиналы, дилетанты, потеряшки и бутиковые управляющие, но и с ними тоже можно работать по-разному – в зависимости от их типа и ваших целей.