В мире банкротства есть негласный принцип, который хорошо сформулирован в названии картины Васи Ложкина «Колбасы на всех не хватит».

Эта работа настолько точно передает суть процессов, что мы даже повесили ее в нашем офисе. Не потому, что обожаем котиков, Васю Ложкина или колбасу, хотя, признаюсь, все это нам действительно по душе. Причина куда глубже.

В банкротстве, как и в изображенном на картине абсурдном мире, ресурсов всегда меньше, чем желающих на них претендовать.

Опытные участники банкротных дел знают: активов должника, как правило, не хватает, чтобы удовлетворить требования всех кредиторов. Особенно когда в реестре появляются крупные банки, налоговый орган или большие кредиторы с залогами и первоочередными правами.

Если же бизнес принимает судьбоносное решение заниматься взысканием, а не списать или продать долг, то обычно привлекается специальный «банкротный» юрист, который обещает привлечь всех виновных лиц к ответственности и добиться погашения долга за очень короткое время.

Однако реальность процесса взыскания оказывается гораздо сложнее.

Во-первых, требуются значительные расходы на оплату услуг юриста, которые в делах о банкротстве редко бывают низкими.

Во-вторых, необходимо возместить затраты арбитражного управляющего, включая расходы на возбуждение и ведение дела о банкротстве.

Когда все необходимые затраты покрыты, услуги оплачены, процедура банкротства запущена, а решивший заняться взысканием кредитор познакомился с такими инструментами, как ЕФРСДЮЛ, начал понимать значение публикаций и разбираться в роли арбитражного управляющего, случается неожиданное: должник кается и платит все долги прибегает толпа таких же кредиторов, которым не заплатили.

Начинает формироваться реестр требований кредиторов – список, кому и сколько должен банкрот.

Через год судебных заседаний по включению требований других кредиторов в реестр чаще всего выясняется, что таких кредиторов десятки, а общая сумма долга банкрота существенно превышает ожидания.

На этом этапе становится очевидной важность таких характеристик реестра требований кредиторов, как очередность и пропорциональность.

Очередность означает, что кредиторы делятся на группы по приоритету удовлетворения их требований – существуют следующие основные очереди:

1. В первую очередь погашаются требования, связанные с причинением вреда жизни или здоровью. Такие требования крайне редки в процедурах банкротства.

2. Во вторую очередь включаются требования работников по зарплате и налоги на фонд оплаты труда. Эта категория встречается чаще, особенно при банкротстве средних и крупных предприятий.

3. В третью очередь включаются требования всех остальных кредиторов. Однако даже здесь существует иерархия:

А. Сначала погашаются требования перед кредиторами, у которых в залоге есть имущество должника.

Б. Потом погашаются требования по основному долгу.

В. После этого погашаются мораторные проценты – это проценты, начисленные за период процедуры банкротства.

Г. И только в четвертый раздел третьей очереди реестра требований кредиторов идут неустойки и штрафы. Иными словами, они как суслик из культового фильма «ДМБ»: никто их не видит, но они есть.

Также перед основными тремя очередями кредиторов существует еще пять очередей текущих требований.

Это обязательства, возникшие после принятия заявления о банкротстве, которые удовлетворяются преимущественно перед реестром требований кредиторов, – тут все расходы на дело о банкротстве и долги, которые возникли у должника после возбуждения банкротного процесса.

К этому моменту становится очевидно: получение хотя бы суммы основного долга – уже очень нетривиальная задача, ведь, помимо принципа очередности, есть еще принцип пропорциональности.

На практике он означает, что средства, оставшиеся после погашения текущих требований первой и второй очередей, распределяются между кредиторами третьей очереди пропорционально их требованиям.

Если, например, в третьей очереди находятся 20 кредиторов с общим объемом требований в 2000 руб., то кредитор с долгом в 100 руб. сможет рассчитывать лишь на 5% от поступающих средств, поскольку его доля в общем реестре составляет те же 5%. И то, если до третьей очереди вообще дойдет.

Кстати, согласно официальной статистике банкротства юридических лиц, в реальности так и получается. В 2022 году кредиторы получали на каждые 100 руб. основного долга лишь 4,2 руб. И это притом, что в 2022 году показатели выросли по сравнению с предыдущими годами! Например, в 2019 и 2020 годах из 100 руб. погашалось лишь 2,4 руб. (См. таблицу ниже.)

После того как кредитор погружается в реальность процедуры банкротства и понимает больше, чем ему хотелось бы, возникает закономерный вопрос: что делать дальше? Ведь, помимо того, что не удается вернуть долг, приходится нести затраты на юристов, арбитражного управляющего и финансирование самого дела о банкротстве.

При этом в рассматриваемой нами гипотетической ситуации у должника хотя бы есть имущество, которое может быть использовано для удовлетворения текущих обязательств. Однако реальность такова, что нередко у должника нет вообще ничего.

В том же бюллетене ЕФРСБ за 2023 год указано, что доля дел, в которых кредиторы получили 0 руб., составляет 54,7%!

То есть больше половины долгов не взыскивается вообще, а та небольшая часть, которая погашается, удовлетворяется в среднем на 5%.

Кстати, только что вы увидели прекрасный пример, как манипулировать фактами и официальной статистикой в собственных целях. Дарелл Хафф, написавший книгу «Как лгать при помощи статистики»[6], мной бы гордился.

А как обстоят дела со взысканием долгов на самом деле?

На самом деле – намного лучше, чем показывает официальная статистика, хотя и не так радужно, как всем бы хотелось.

Для того чтобы немного ввести вас в контекст текущей ситуации с банкротством, придется немного рассказать про реабилитацию и восстановительные процедуры.