Дана

Вначале мы с Итаном шли молча, почти бежали, пока вдалеке не показались очертания города. Итан остановился и повернулся ко мне.

– Он был во мне, с того момента, как ты спасла меня. Я помню, как выбрался из ямы, а потом – пропасть, словно я вновь рухнул, но уже со скалы и в черную бездну. Я не знаю, что он делал и что говорил, но это был не я, – Итан мотнул головой и нацепил на себя безразличие и надменность. – И я не собираюсь нести за него ответственность. – Итан сцепил руки на груди, видимо в подтверждение своих слов. Но я ему не верила, я чувствовала, что его ледяная броня треснула по всей поверхности.

– Я тебя об этом и не прошу, – сухо ответила я. Моя энергия все еще бурлила, а я должна была успокоиться и как-то убедить Элеуса пойти в Брюхо и помочь нам.

– Я могу заставить его.

Я злобно уставилась на Итана.

– Ты опять читаешь мои мысли? Итан, болотные бесы, я сейчас не в том состоянии!

– Просто хотел предложить помощь, – спокойно ответил он и пошел дальше.

– И к твоему сведению, Элеус, как и я, полный энергик, ему не внушить свою волю.

– Ну…

– Только посмей.

– Пожалуй, откажусь.

– Уж будь добр.

Мы снова брели в звенящем молчании к Сердцу, а я опасалась даже думать, ведь Итан мог подслушать меня в любой момент. Я даже пыталась прислушаться, нет ли дыхания Итана в моих мыслях.

– А Гай придурок, такой же урод, как и его отец, – опять завел разговор Итан.

– Хватит, я не собираюсь это с тобой обсуждать, – отрезала я, чувствуя, что от его слов энергия темнеет и вновь накаляется, – Ты тоже не подарок.

– Но я этого и не скрывал.

Я сжала кулаки и посмотрела вдаль: мы вышли к огромному полю, за которым белела окраина Сердца. А за ней, на небольшом пригорке, стояла крепость Элеуса.

– Послушай, Дана, – никак не унимался Итан. Он осторожно схватил меня за руку, но я резко ее отдернула.

– Итан, я могу взорваться в любую минуту. Не надо. Не хочу расстраивать Айс тем, что я поджарила ее брата. Давай молча доберемся до крепости.

– Я просто хотел сказать, что… что…

– Что, Итан? – я злобно обернулась к нему и сжала пальцы, впиваясь обломками ногтей в ладони. – То, что я глупая и доверчивая? То, что я слабая, и сама во всем виновата? Я это знаю и без тебя!

Слезы собрались в глазах, я отвернулась и сделала глубокий вдох.

– Нет, что ты мне нравишься. И нравилась всегда, с того дня, когда я увидел тебя в Топи.

– Ты сейчас издеваешься? – взвизгнула я, и чтобы не убить его на месте, направила потоки энергии в землю.

– Тебе бы разрядиться, – усмехнулся он, прикрывая рот рукой, пытаясь остановить смех, который клокотал внутри него и рвался наружу.

Я тоже нервно засмеялась, и этот смех не был похож на журчание ручья, а скорее на то, как осыпаются камни со скал. А вместе с ним по щекам потекли слезы. Айс и Сома остались в лесу с ненавидящими не только нас, но и друг друга, сущностями внутри, Илия стал деревом, а Гай и сестра меня предали. И только Итан остался прежним и опять принялся за старое. Я смахнула слезы, эта его фраза словно вернула меня в Топь, в те дни, когда я еще была собой, когда верила в лучшее, верила людям. Те дни на болотах уже казались нереальными, словно прошлое было только моей фантазией. А в реальности остались только руины моего мира. Но мне стало легче и свободнее, Итан умел как накалить, так и разрядить обстановку. Этот выплеск нужен был нам обоим, я знала, что как бы он не выпирал свой эгоизм, он любил Айс, любил искренне. Наверное, именно эта его братская любовь была самым ярким и красивым, что в нем оставалось.

– Пожалуй, откажусь.

– А зря, – посмеивался он. – Я все еще кое-что умею.

– Итан.

– Дана?

– Пошли, надо торопиться.

– Да, но хочу, чтобы ты знала. – Он сглотнул, прочистил горло, словно собирался выступать перед толпой и серьезно сказал: – Я бы так не поступил, но оказался трусливее, чем моя сестра.

– Трусливее? Ты и это ужасное слово в одном предложении? Не может быть.

– Может. Я слишком долго шел к своей цели. Слишком долго мечтал отомстить, – Итан пнул какой-то камушек, посмотрел, как тот отлетел в траву и только потом тихо добавил: – Я не мог предать память отца.

– Это было не предательство.

– Для тебя нет, а для меня да. Я поклялся, что отомщу за него, – голубизна его глаз пробирала до мурашек, в ней бушевал океан. – И это было смыслом моей жизни.

– Но жизнь шла вперед, а ты предавал снова и снова – живых людей, которых еще можно было спасти.

– Да, – Итан кивнул и уставился на свои ноги.

– Зачем ты говоришь мне это сейчас? Оправдываешься заранее? Что вы с Амораной задумали?

– Ничего, – Он вновь что-то пнул. – Она меня провела, – сказал Итан, словно сдаваясь. – Когда мы улетели с того челнока, на котором нас везли с Утеса, то Аморана предложила разделиться, чтобы проще было скрыться. Сказала, что мы встретимся на Равнинах. Я давно изучал местность, возможности и пути отступления. Я должен был заботиться об Айс и все предусмотреть. И знал несколько мертвых прибрежных зон, крохотных клочков пляжа, от которых можно было незаметно пробраться вглубь Равнин. Стражи ими не могли воспользоваться, они были слишком малы, да и отряд бы сразу заметили, но вот одного кондора с наездником вряд ли, особенно ночью. Я прилетел туда, спрятал кондора в одной из пещер, а сам пошел осмотреться. Я ждал Аморану, мы договорились встретиться в порту, там легче всего затеряться. Но она так и не прилетела.

– Зато прилетели я и Айс.

– И Бравий. И я решил узнать, что происходит. Поискал информацию, а потом наткнулся на Скайала. Ну, дальше ты знаешь.

– Я не верю в случайности, Итан. Особенно от тебя.

– Это была не совсем случайность… – Итан чуть замялся и натянуто улыбнулся, но не в качестве извинения, а, мол, «ну ты же понимаешь». – Я познакомился с одной из кухарок в крепости Элеуса и…

– Ты был в крепости?

– Нет, но она рассказывала мне все, что происходило внутри. И когда вы сбежали, я стал следить за Илией.

– Понятно.

– Но я не знал, что Гай вместе с Амораной. Она никогда не говорила про его участие в наших делах. Я бы не удержался и открыл тебе глаза. Даже силой.

– Это ты умеешь, – выдохнула я, и почувствовала, как опустились напряженные плечи.

– Меня так злило, что ты выбрала его.

– Итан, ты чуть не убил меня на Утесе. Ты использовал меня, врал и…

– Я бы тебя не убил, поверь. Просто, когда мы выбрались из Топи, ты стала такая… бесячая.

– Я стала бесячая?! – взбеленилась я, но засунула руки в карманы, чувствуя, как покалывают пальцы и напрягаются руки от самых плеч. – Ты это серьезно?

– Да. Ты мне нравилась, сильно. Но я не мог потерять контроль.

– Вот именно!

Мы дошли до первой улицы Сердца, было уже не раннее утро и по улицам мельтешили жители и много стражей. Итан потянул меня в узкий переулок.

– Нужно переодеться, – сказал он, осматриваясь по сторонам.

– Пойдем по лавкам или на рынок? – с сарказмом спросила я.

– У меня есть идея получше.

Он перелез через низкий деревянный забор, пошатнувшийся, когда тот на него оперся, и пошел к дому.

– Ты что творишь? – зашипела я, но Итан даже не обернулся. Вскоре он вернулся, в руках у него была какая-то одежда. Но читать ему нотации сил уже не осталось. Я запомнила забор и дом, чтобы, когда все уляжется, вернуться и заплатить. Главное – найти чем. Но думать об этом не было времени.

Мы направились дальше по улице, свернули за угол, и Итан протянул мне какой-то голубой сверток. Я развернула – сарафан. Когда я подняла глаза, Итан уже скинул грязную одежду и остался в одних трусах. Он натянул широкие льняные светло-кремовые штаны и белую рубаху.

– А ты чего ждешь? – спросил он.

– Ты думаешь, я буду раздеваться перед тобой средь бела дня прямо на улице?

Из дальней калитки вышел мужчина и с опаской посмотрел на нас. Итан хищно взглянул на него и тот тут же скрылся.

– Хочешь, чтобы я каждому прохожему внушал, что он тебя не видел? Переодевайся.

– Отвернись.

– Дана, я видел тебя без одежды. И не только видел…

– Итан… – пригрозила я.

Он вскинул руки и демонстративно отвернулся. Я быстро переоделась, натянув широкий сарафан, который явно был не моего размера.

– И куда мне теперь убрать нож? – недовольно спросила я, держа его в руке и рассматривая себя.

– Давай мне, – Итан потянул руку ладонью вверх и ждал, что я возьму и отдам ему оружие. – Ты все равно не умеешь им пользоваться.

– Ну уж нет. Так просто я не сдамся, – с ухмылкой ответила я и взяла пояс с ножнами. – Не смотри.

Итан закатил глаза, а я задрала подол и надела пояс на талию.

– Дана, у тебя есть энергия, зачем тебе нож, с которым ты не умеешь обращаться?

– Не знаю, но так спокойнее.

– Интересно кому? Мне вот совершенно не спокойно, когда у тебя в руке острый предмет. Ты скорее себя поранишь, чем кого-то.

Я скривилась, Итан взял нашу одежду, запихнул ее в какой-то куст возле забора, и мы пошли, петляя по узким улочкам, к крепости Элеуса. Иногда нам попадались стражи, но Итан брал меня за руку и прикидывался, что мы счастливая парочка, которая идет по своим делам. Я тоже старалась притворяться, но его крепкие горячие прикосновения, обжигали кожу, и он это чувствовал. Я знала, что у него всегда есть план, но никак не могла понять, чего же он добивался. Я не верила его словам. Я больше никому и ни во что не верила. А он только подкидывал дров в костер, который полыхал внутри. Хотелось закрыть глаза и просто остановить бегущие наперегонки мысли, засыпать землей горящие сухие ветки эмоций, остановить сотни искр, разлетающихся в разные стороны. Гай, Аморана, Бравий, Кала, Илия, сущности, осколок, Севьена и Рагтон. Что сущность Рагтона, погибшего на Западных Скалах, делала в Брюхе на Равнинах? Что вообще происходит, и как я попала в этот ураган, который сметает все на своем пути, перемешивает, пережевывает и оставляет только развалины.

Когда мы подошли к стене, окружавшей крепость, Итан спросил:

– Что делать?

– Я не знаю. Но попробуем рассказать правду и будем надеяться, что нам поверят.

– Так себе план, – Итан прошелся рукой по черным волосам. – Давай поступим иначе. Я останусь здесь, а ты пойдешь к Элеусу. Если ты не вернешься, значит все пошло не по плану, и я буду думать, как вытащить тебя. Если надо, то пойду к Бравию.

– Ты – к Бравию? Не смеши меня, – отмахнулась я.

– Что-нибудь придумаю.

– Плохая идея. Тем более, если Бравий обо всем знал. А он не мог не знать. Получается, все, что я видела, было представлением. Но ты прав, идти вдвоем смысла нет. Оставайся здесь, если я не выйду, то найди свою кухарку и вытащи меня. А лучше… придумай что-то, чтобы вытащить Айс.

– Попасть внутрь не проблема, – размышляя, добавил Итан и окинул взглядом стену крепости.

– Выбраться тоже. Есть подземный ход.

– Знаю, – сказал он все еще задумчиво.

– Откуда? Не отвечай, глупый вопрос. Ты же наверняка покопался в мыслях братьев Скайала.

– Я тебя не брошу, обещаю, – сказал мне Итан, посмотрел прямо в глаза, открыто и уверенно. Мне даже показалось, что он хотел потянуться и обнять меня, но я сделала шаг назад.

– Вытащи Айс, – только и ответила я.

Я не верила ему, ни единому его слову. Как бы мне этого ни хотелось. Но даже если меня схватят, даже если он не станет меня спасать, я верила, что он не бросит Айс. Итан найдет способ ей помочь. И это было главное.

Выйдя из-за угла, направилась к главным воротам. Стражи настороженно следили за мной. От напряжения, сковывавшего все тело, руки светились все ярче. Стражи это заметили и вытащили заряженные энергией кинжалы. Я остановилась. Они вгляделись в меня, и я заметила узнавание, написанное на их лицах. Стражи приказали мне сдаться, я выставила руки вперед, показывая, что у меня нет оружия. Я старалась не будоражить энергию, которую не могла угомонить, но она бурлила сама по себе.

– Я хочу поговорить с Элеусом, – громко сказала я.

Один из стражей подал сигнал, и к ним еще присоединились трое. Я не подходила.

– Я не опасна. Мне нужен Элеус.

Через несколько минут сам Элеус и двое мужчин в голубой форме вышли из приоткрытых ворот.

– Где Илия и Сома? – грозно спросил он, оглядываясь по сторонам.

– Нам надо поговорить.

– Где мои сыновья? Что вы сделали с ними? – закричал Элеус, и его руки окутала ярко-голубая энергия.

– Они в Брюхе, в лесу. Поэтому я здесь. Мне нужна ваша помощь.

Он оглядел меня с головы до ног. Вид у меня, наверное, был весьма странный в этом голубом, широком, развевающемся на ветру сарафане, который доходил почти до земли. А еще изрезанные руки, растрепанные волосы и опухшие глаза. Но в зеркало я давно не смотрелась, так что, возможно, выглядела еще хуже.

– Отведите ее к лекарю, а после – ко мне.

– У нас нет времени на это, – сказала я, но Элеус уже развернулся и ушел.

Двое стражей завели меня во двор. Он был заполнен наездниками, псами и беркутами. Они явно к чему-то готовились.

– Что произошло? Вы собирались за нами, в лес? Да? – спросила я с надеждой, но мне не ответили.

Меня повели через крепость, мы вышли на задний двор и направились к двери одноэтажного здания за тренировочным залом. Внутри небольшого помещения был металлический стол, справа – несколько стульев, а по левой и дальней стенам висели полки с разными колбами, склянками и банками, наполненными какими-то жидкостями и настоями. В углу журчал родник с заряженной водой. В помещение зашел мужчина и положил на стол стопку чистой одежды и какие-то металлические кольца.

– Ну давай посмотрим, что с тобой случилось.

Я показала ему свои руки и ноги.

– И как ты умудрилась? – Он внимательно разглядывал порезы, но после купания в реке у леса они явно стали выглядеть намного лучше.

– У кондоров острые перья,

– У кондоров? – удивился лекарь.

– Да.

Он осмотрел меня всю, промыл раны заряженной водой, помазал какой-то жижей болотно-коричневого цвета и обмотал чистыми тонкими лоскутами ткани.

– Вот и все. Сейчас позову стража, а ты пока переоденься и надень браслеты, – сказал он и показал на вещи, которые лежали на столе.

«Неужели Элеусу так не понравился мой наряд? И это в такое неподходящее время?» – горько усмехнулась я.

– А браслеты зачем? Я не ношу украшения.

– Приказ Элеуса. А его сейчас лучше не злить.

В этом он был прав. Мне нужно было как-то доказать ему, что я всего лишь хочу помочь. Скинув сарафан и стянув ремень, который жутко натирал голую кожу, я надела штаны из плотной голубой ткани. На коленях были дополнительные накладки, а на поясе специальные крепления для ножен. Я сняла ножны со своего ремня и прицепила к штанам. Надеялась, что моя открытость поможет расположить к себе Элеуса, тем более ни меня, ни ножечка в моей руке он явно не боялся. Натянула кофту и посмотрела на браслеты. Я взяла их, и они тут же засветились энергией.

Лекарь заглянул в помещение.

– Готова?

Я кивнула и надела браслеты на запястья.

– Вот и молодец.

Хмурые мужчины проводили меня в крепость. Там все суетились и казалось, что в воздухе грозовой тучей повисла тревога. В главном зале взрослый мужчина с бородой, одетый в голубую форму со множеством нашивок почти до воротника, раздавал какие-то указания разделенным на небольшие группы стражам. Мы прошли дальше.

– Что случилось? – спросила я снова, но мои надзиратели делали вид, что не замечают меня.

Мы дошли до огромной деревянной двери на первом этаже. Посреди просторной комнаты, стены которой были увешаны портретами, за длинным массивным столом сидели Элеус и, насколько я поняла, его главнокомандующие. Все были угрюмыми и напряженными.

– Проходи, Дана, – сказал Элеус, вставая и сжимая руки в кулаки. Он сердито смотрел меня.

Я сделала несколько шагов к столу и остановилась. Что-то было не так. Если они собирались в Брюхо, то почему мы сразу туда не полетели? И зачем столько человек? Чтобы обыскивать лес? Но этого делать было нельзя. Мне хотелось предупредить их насчет сущностей и опасности, но из-за взгляда Элеуса, я никак не могла решить, с чего начать. Я нервничала, и энергия, как поток беснующейся воды, понеслась по венам. Я тут же посмотрела на руки – нельзя было представлять угрозу. Но, к моему удивлению, ладони не светились, не было никакой дымки, ничего. И только браслеты горели темным светом.

– Что это? – испуганно спросила я, показывая их Элеусу.

– Блоки.

– То есть глушители? – опешив, уточнила я.

– Называй как хочешь.

– Снимите их с меня. Немедленно, – я попыталась стянуть браслеты, но защелка не открывалась, а я только судорожно и безрезультатно дергала их.

– Нет, – сурово ответил Элеус.

Я пыталась их стянуть, но с каждой моей попыткой применить силу, они становились только у́же и почти впивались в кожу.

– Что это, бес вас возьми?!

– Специальная сталь с блоком. Не пытайся, ты их не снимешь, – устало ответил Элеус и сел на стул во главе стола.

Я не могла в это поверить и вновь направила в них энергию, пытаясь размягчить сталь. Но браслеты только вбирали силу и разгорались все ярче и ярче.

– Дана, не трать наше время. У тебя его будет предостаточно, когда ты выйдешь из этой комнаты.

– Вы такой же, как остальные, – зашипела я и впилась в него взглядом. – Такой же. Я пришла к вам за помощью, а вы обманули меня.

Я сделала шаг назад, нужно было бежать, возвращаться в лес. Я поняла, ощутила кожей, что он мне не поверит и не поможет.

– Это вы обманули меня, – Элеус сцепил пальцы в замок. – Я считал, что вы прилетели на Равнины, чтобы прекратить войну. Я пустил вас в Сердце, в свой дом, за свой стол. А вы мерзко этим воспользовались. Отвлекли мое внимание, а сами готовили нападение.

– Какое нападение? Нам нужно в Брюхо, спасти ваших сыновей и Айс. Там сущности, – я начала судорожно и комкано рассказывать ему про лес, но он вскочил, его стул с грохотом упал на пол. Элеус поставил руки на стол, в его глазах полыхала ярость.

– Не прикидывайся! Отвечай, где вы держите моих сыновей? Я могу убить тебя не задумываясь.

– Я же говорю вам. Мы пошли в Брюхо, чтобы найти Гая, – опять начала я тарахтеть, но Элеус швырнул в стену что-то тяжелое, я вздрогнула и замерла, уставившись на него. – Я ничего не знаю ни о каком нападении. Я… – зашептала я, мне хотелось рассказать ему все, объяснить. Но по коже бежали мурашки, и я поняла, как это жалко и неубедительно выглядит со стороны. Он меня не слышал, как я не слышала Севьену. Я была врагом, который проник в его дом и увел сыновей. Чтобы я сейчас не сказала, как бы ни пыталась убедить, он не поверит.

– Вы готовили это уже несколько месяцев. А я не понял. Поверил Бравию, что он ищет сына, потому что мне и в голову не приходило, что он использует такой мерзкий предлог, чтобы подобраться ко мне. Я решил, что мы, наконец, сможем примириться и подарить нашему народу свободу от страха.

– Несколько месяцев? – удивленно переспросила я.

– Еще дольше?

Я растерянно смотрела на Элеуса, который пылал голубой энергией.

– Где Илия и Сома? Что вы хотите за моих сыновей? Говори свои требования. Вы хотите осколок? Я вам его отдам, в обмен на сыновей.

Я стояла, открыв рот, и не знала, что ответить.

– Не проверяй мое терпение. Его не осталось.

– Да, они у нас, – солгала я, понимая, что правду он не воспримет.

– Я так и знал, – Элеус ударил кулаком по столу, еще и еще. Он тяжело выдохнул, поджал губы и добавил. – Хорошо. Продолжай.

– Меня послали, чтобы я назвала место встречи. Вы один должны отправиться в Брюхо.

Элеус зло ухмыльнулся и мотнул головой.

– Нет, Дана. Еще раз меня не провести. Тебя ведь направили, чтобы ты вновь обманула нас, выманила из Сердца, а вы бы напали на город. Бравий не верит, что я отдам осколок, – Элеус подошел к окну и посмотрел по сторонам. Вновь обернулся ко мне. – Когда я принимал вас, вы узнали, что осколок спрятан в крепости. И теперь твоя задача выманить меня из Сердца любым способом. Вы захватили Хребет и Край, но Сердце я вам не отдам. – Элеус сурово взглянул на других мужчин. – Готовьте всех. Поставить оборону. Если она хочет, чтобы мы ушли, значит, я был прав, и они скоро будут здесь. – Один из мужчин встал и тут же вышел из комнаты.

– Но это не так, – каким-то писклявым, не своим голосом сказала я. – Я не знаю, что происходит, но нам нужно вернуться в Брюхо. Илия, Сома и Айс там, Поверьте, прошу, – умоляла я.

Презрение и ярость волнами шли от мужчин, я видела их взгляды, сдирающие с меня кожу, слышала звон металла в голосе Элеуса, чувствовала нутром угрозу. Хотелось свернуться клубком и забиться в угол. Я попыталась перебороть страх, сжала руки, чтобы спрятать дрожь, прокашлялась, чтобы добавить голосу уверенности. Но мои же мысли загоняли меня в темноту отчаянья.

«Неужели мы напали на Равнины? Сейчас? На Хребет и Край, где и спрятан осколок?»

Быстро промелькнула мысль, что, может, Бравий так пытается спасти нас, отвлечь внимание? Но я тут же ее отбросила. Нет, на нас ему было плевать. Скорее всего он узнал, где спрятаны осколки. Но как?

– Что вы задумали? – устало спросил Элеус.

– Я ничего не знаю.

Он обрушил на меня каменный тяжелый взгляд.

– Уходите из моей головы, – сказала я мысленно. – Я ничего не знаю.

Резкий стук в дверь вырвал нас из остолбенения.

– Главноуправляющий, срочно. Еще один прорыв и уже у водопада.

– Зови остальных и проходите. А ее пусть уведут в башню. Поставьте стражей и блок.

Ко мне сзади подошел молодой страж и схватил за руку.

– Не надо, я сама, – я развернулась к выходу. И вдруг на одном из полотен на стене увидела женщину из моего сна. Но на изображении она была намного моложе и игриво улыбалась. Я даже подумала, что ошиблась, что они просто похожи, но, когда приблизилась, то разглядела ее черты. Это точно была она. Я застыла, страж дернул меня за руку, пытаясь увести, но я замерла, как вкопанная, и обернулась к Элеусу.

– Кто это? – спросила я резко.

Парень пытался меня тащить, но я стала сопротивляться и отпихнула его от себя. Он не ожидал такой реакции и кинулся ко мне, но я увернулась и рванула к столу.

– Кто это? Я видела ее во сне.

Элеус, не веря мне, мотнул головой.

– Что еще ты готова сказать, чтобы помешать нам защищать нашу землю?

– Болотная нечисть! Послушайте. Я хочу помочь, хочу спасти друзей. Я не знаю, что тут происходит, но знаю, что случилось в Брюхе. Если мы не вернемся…

– Уведите ее с моих глаз, – прогремел Элеус, и стаж больно схватил меня за руку, именно там, где было больше всего порезов.

– Почему вы мне не верите? – закричала я, выворачиваясь из захвата. – Ваши сыновья мне верили.

– И чем это обернулось? – выплюнул он, словно вогнав в мое сердце кинжал. – В этом и заключалась наша ошибка.

– Сома видел будущее, и там было что-то ужасное. Поэтому он помог нам. Он и Илия. Они все еще там и ждут нашей помощи. Я пришла к вам только за этим. Одной мне не справиться!

– Интересно, почему мои сыновья остались в лесу и послали тебя ко мне? Тебе не кажется это нелепым? – Элеус впивался в меня раскаленным взглядом, а страж все тащил к двери. Я сжалась от его вопроса, но понимала, что другого шанса уже не будет. Сглотнула.

– Они не смогли выйти из леса. – Губы поджались, а под нижним веком набирались слезы. Элеус хмыкнул.

– Интересно почему мои сыновья не смогли, а ты смогла?

– Потому что в Сому вселилась сущность, как и в Айс. А река служит барьером. – Про Илию мне вообще не хотелось говорить.

– То есть она вселилась во всех, кроме тебя.

– Почти, – неуверенно ответила я.

– Очень интересно. У тебя на все есть заготовленные ответы.

– Потому что это правда! – закричала я. – Сущности не могут завладеть энергиками.

– Тогда, где Илия? – напряженно спросил Элеус. – Мой сын сильный энергик.

Элеус хмуро посмотрел на меня, а я молчала. Как я скажу ему, что Илия стал деревом на поляне потерянных душ и что теперь он тоже сущность.

– Уведите ее.

Страж с сильной дернул меня за руку и развернул. Я вновь посмотрела на полотно.

– Кто она? – крикнула я, пока меня тащили к двери.

– Севьена из рода Скайла.

Меня охватило невозможное смятение, а по рукам побежали мурашки. Я абсолютно ничего не понимала. Я видела сон с девушкой из рода Скайала? С Севьеной, которая стала стражем леса? И тогда я вспомнила ее слова о том, что она показала мне все. Но что именно? И зачем? Она была провидцем? И при чем тут прадед Гая, который погиб на Западных Скалах? Ведь, когда Равнины напали на Западные Скалы, где и находилась крепость Рагтона, верховнокомандующего Скал, то все погибли. Нам рассказывали, как он пытался защитить источник, но не смог. Он сгорел вместе со Скалами в тот день. Неужели вместе с источником они украли и его душу?

Страж силой тащил меня по коридору, а рядом с нами шел еще один парень и держал наготове горящий энергией кинжал. Я сдалась и перестала сопротивляться. Мы поднялись на самый верх одной из башен. Когда я переступила порог темного помещения, один из стражников снял со стены светильник – выпуклую емкость с заряженной водой – и протянул мне. Я взяла и сделала еще несколько шагов. Дверь за мной захлопнулась, и теперь только вода давала тусклый свет, который развеивал темноту не дальше вытянутой руки. Я поставила светильник на пол и попыталась сделать шар энергии, но ничего не получилось. Вся моя сила шла в чертовы браслеты.

– Болотная гниль, – выругалась я вслух и всхлипнула.

Я надеялась, Итан догадается, что все пошло не по плану. И еще больше я надеялась, что он не полезет в крепость, полную стражей, а вернется в лес и попытается спасти Айс и Сому. Если бы Сома был со мной, то Элеус бы выслушал его. Но все сложилось иначе. Все, как всегда, разрушилось об острые обстоятельства, о ложь, о вражду.

Подняв светильник, я осмотрелась. Ломиться в дверь не было смысла, без энергии мне ее не открыть. Значит, надо успокоиться и подумать, как снять с себя браслеты. Или как сбежать из башни без помощи энергии. Передо мной была узкая винтовая лестница, которая скорее всего вела на чердак. А рядом – стена с небольшой дверью. За ней оказалась купальня. Поднявшись по лестнице, я обнаружила комнату, напоминающую библиотеку, где я нашла Калу, но заброшенную и безжизненную. Из небольших окон под самой крышей лился дневной свет. Мебель здесь была накрыта толстыми покрывалами. Я скинула одно из них и увидела небольшой стол, еще под одним оказался шкаф, а по центру пряталась кушетка. Поднятая мной пыль наполнила воздух, и я несколько раз чихнула. Нос чесался, и это отвлекало от важных мыслей. А мне требовался план, я должна была действовать. Пододвинув стол к стене, я забралась на него, но до подоконника достала только кончиками пальцев. Попробовала несколько раз подпрыгнуть, но ухватиться таким образом и повиснуть не смогла. Огляделась: поставить на стол было нечего. Я спустилась и подошла к шкафу, попыталась сдвинуть его, но он оказался слишком громоздким и тяжелым. Подумала уронить его, но как бы мне это помогло? И стражи могли услышать грохот.

Обыскала комнату, ища хоть что-то, что поможет снять браслеты, но ничего не нашла. Беспомощность и чувство безнадежности атаковали меня, забирая последние силы. Я легла на пыльную старую тахту и закрыла глаза. Мысли рассыпались, как зерна по полу, и я никак не могла их собрать.

Где сейчас Гай? С Амораной? Упивается своими поступками, наслаждается тем, что смог всех обмануть? Почему я опять выбрала такого парня, который меня предал? Что со мной не так? Как я не заметила, не поняла? Я ведь считала, что он совершенно другой. Поверила в его представление… которое он отлично отыграл. Гай, наверное, сразу все знал: и про Топь, и про Калу, и про Итана. Вот и выбрал роль его противоположности. Такой добрый, отзывчивый, честный парень, готовый помогать и поддерживать. И я поверила. Дура.

Слова Итана, сказанные в гроте на Утесе, остро кольнули в самое сердце: «Ты слишком наивная и доверчивая… тебя обмануть было проще простого…» Глупенькая Дана.

Слезы потекли по щекам. Все, кого я любила, все, ради кого я рисковала, меня предавали. Наверное, дело не в них, а во мне. Только во мне. Я позволяла им так с собой обращаться, позволяла использовать.

Браслеты светились синей энергией и темнели, окрашиваясь в фиолетовый прямо у меня на глазах. Я потрогала их, повертела, рассматривая крошечные, неподдающиеся мне закрепы. Вдохнула пропитанный пылью и прошлым воздух и постаралась переключиться. Я не хотела думать о Гае, не хотела жалеть себя.

«Аморана хочет вернуть источник на Скалы. Но зачем ей я? Зачем так рисковать и устраивать такое сложное представление, когда не все его участники играют по правилам? Хотя Аморана наверняка просчитала все. Она знала, как я поступлю, просчитала каждый мой шаг. И поэтому подослала Итана? Чтобы он контролировал ситуацию? Но его не было с нами до леса… Зато был Бравий. Им нужно было, чтобы я полетела на Скалы. Зачем? Найти осколки. Но я их не нашла… Они могли вживить люцию, и я бы никуда не делась. Зачем тогда сцена в гроте? Почему так сложно? Чтобы увидеть, на что я способна, и пробудить силу? Все равно не складывается до конца… Гай мог просто попросить помочь. Он же знал, что я не откажу, особенно после всего… Бессмыслица.

Исчезновение, арест Амораны и Морсов, сгоревший челнок и их побег, украденные у Скал осколки. Столько обмана, даже страшно представить. Но зачем? Только ради того, чтобы я отправилась на Равнины искать источник? Не верю. И о чем говорил Элеус? Я узнала, где спрятаны осколки только в лесу. Но насколько я поняла, наши отряды добрались до водопада. Или они узнали, что осколок там, или решили забрать источник Равнин. Второй осколок в крепости Элеуса, поэтому он думает, что меня послали, чтобы его выманить. И третий был в крепости в лесу. А я тянула Элеуса именно в этот лес. Вот же засада.

Ладно, я провалилась по полной. И теперь Элеус ни за что мне не поверит. Да я бы и сама не поверила в то, что видела в лесу.

Кто эта Севьена? Как она стала стражем леса? И при чем тут Рагтон? Как его душа попала на равнины? Они явно враждуют между собой. Он хочет выбраться, а она считает, что все должны остаться. Не понимаю. Зачем Скайала привезли душу Рагтона на Равнины, и как они это сделали? Зачем его заперли в том лесу? Чем его дух так опасен? Он может рассказать про то, что произошло на Западных Скалах? Или он мог рассказать, где спрятаны осколки? Но я и без него узнала, поэтому держать Рагтона в лесу нет больше смысла. Или дело не только в источнике?

В свитках было очень мало информации о той трагедии. Нам о ней рассказывали во время обучения, но только сухие факты. Так, надо вспомнить. Шестьдесят с чем-то лет назад, или около того, Верховноуправляющий Скалами Дариус из рода Скайала вместе с отрядами стражей-энергиков напали на Западные Скалы, разбили источник и выкрали три осколка. Верховнокомандующий Скал Рагтон из рода Роктала и его личный отряд главнокомандующих пытались защитить источник и сами Скалы, но не смогли, так как не обладали силами, в отличии от нападавших. И только пожертвовав собой, накрыв три осколка источника своими телами и сгорев заживо, они спасли их. Подмога прийти не успела – за несколько часов все было сожжено дотла.

Дети Рагтона, Порций и Влас в это время находились на Южных Скалах и не пострадали. Старший из сыновей, Влас, стал Верховнокомандующим в девятнадцать лет и занял место отца, а Порций был сослан на болота. Причина ссылки не раскрывалась, но скорее всего это было сделано, потому что Порций был энергиком. Может, Влас винил Порция за то, что его не было на Западных Скалах и он не помог отцу? Но ему тогда было сколько? Лет пятнадцать-шестнадцать? Откуда он мог знать? Или из-за опасений, что Порций такой же, как и напавшие на нас? У страха слишком длинные щупальца, и они очень больно жалят. Жена Рагтона тоже погибла в тот день. Но про нее я вообще ничего не помню. Правда, я никогда и не интересовалась ни самим событием, ни родом Роктала.

Я выдохнула. Эти вопросы и какие-то нелепые догадки никак мне не помогали, а я должна была понять, как отсюда выбраться. Снизу послышались какие-то звуки, я вскочила с кушетки и побежала к лестнице. Когда спустилась, увидела, что дверь стала мерцать голубой энергией. Они поставили блок еще и на нее. То есть браслетов им было мало?

Вернулась в комнату и вновь легла на скрипучую тахту. Тело, наконец, расслабилось, и я погрузилась в беспокойную дрему. Не знаю, сколько длился сон, но меня разбудил какой-то шум в окне. Вскочив, я огляделась, но вокруг царила темнота, и только небольшой круг голубого света растекся на полу от светильника. На улице была густая ночь. Сколько же я проспала?

Я встала, подняла сосуд и попыталась всмотреться в темноту окна. Там был какой-то силуэт, который пытался открыть стекло. Неужели Итан забрался сюда? Вот больной на всю голову.

Я тут же подбежала к стене и посмотрела наверх, что-то посыпалось мне на лицо. Я отшатнулась и чуть не уронила светильник. Поставила его на пол и стала нервно отряхивать лицо рукавом кофты, очищая глаза от всего, что в них попало. Вновь посмотрела наверх, чья-то голова появилась в комнате. И это был не Итан.

– Кто ты? – спросила я шепотом.

– Тише ты, – зашипела Кала.

– Кала? – вздохнула я.

– Ну и темень у тебя.

– Ну извини. На меня надели браслеты.

– Вот гадство. Я сейчас пролезу к тебе. Сможешь что-то подставить, чтобы я спустилась?

– Смогу. Но обратно ты не заберешься.

– Не страшно.

Я пододвинула стол, который стоял под другим окном, и залезла на него.

– Давай, только аккуратно. Я попробую тебя придержать.

Голова исчезла, но вскоре появились ее ноги, я ухватила за них и помогла Кале спрыгнуть на стол. Мы обе чуть не рухнули, но схватившись друг за друга устояли на деревянной шатающейся поверхности. Когда Кала стояла так близко, и я вновь почувствовал тепло сестры рядом с собой, то внутри что-то защемило и воспоминания нахлынули с новой силой. Я отшатнулась и тут же соскочила на пол.

Она сделала вид, что не заметила моей реакции, спустилась следом за мной и создала несколько энергетических шаров, повесив их в воздухе.

– Оу, – только и сказала я. Когда она успела стать взрослой?

– Илия научил, – грустно ответила Кала, и между нами вновь повисло напряжение. Мы не смотрели в глаза друг другу, и нам было неловко находится в одной комнате.

– Я не хотела, чтобы все так вышло, – сглотнула я, вспоминая, что стало с Илией и Сомой в том лесу.

– Знаю. И прости меня. – Кала шагнула ко мне, на ее лицо упал голубой свет энергии. В глазах сестры стояли слезы, читались грусть и вина. – Прости меня, Дана. Я думала, что спасаю тебя, что поступаю правильно. И…

– Давай потом об этом поговорим, – сказала я и отвернулась.

Мне не хотелось слышать от нее оправданий – в них не верилось, да и не хотелось будоражить чувства, которые все эти дни я запихивала в деревянный ящик – прикосновения к нему оставляли после себя только занозы и новые раны. Но Кала ухватила меня за руку и притянула к себе. Я хотела отстраниться, предательство обжигало и внутри, и снаружи, но она крепко обняла меня и тихо заплакала.

– Я хотела спасти Скалы. Мы хотели прекратить вражду.

– Это у нас семейное, – попыталась усмехнуться я и с грустью добавила: – Мы вечно хотим кого-то спасти.

Кала громко всхлипнула.

– Я должна была вернуться.

– Этого уже не изменить, – я чуть приобняла сестру.

– Да. Не изменить. Но тебя спасти я могу и сделаю это, – Кала впилась в меня уверенным взглядом.

– Хорошо. Это было бы здорово, – я вновь тихо засмеялась, наблюдая за младшей сестрой, которая в какой-то миг стала взрослой. – А как вы хотели спасти Скалы? – спросила я, заметив, что браслеты потемнели. Нужно было сменить тему.

– Источник.

– Вы искали осколки нашего источника? Один из которых был все это время в подвале крепости? – язвительно спросила я и чуть отстранилась от сестры.

– Нет, мы искали, как можно напитать что-то силой источника с Равнин. Хотели придумать замену.

– А-а-а. И нашли?

– Нет, – Кала опустила взгляд.

– Значит, надо воспользоваться самым очевидным – вернуть наши осколки и все! – Я пожала плечами.

– Нельзя, – еле слышно ответила она.

– Да что вы все заладили! – взбунтовалась я. – Нельзя, нельзя, нельзя. Равнины процветают со своим источником, а Скалы угасают, – возмутилась я. – Почему нельзя?

– Тише, – стала успокаивать меня Кала. – Я тебе все расскажу. Но давай вначале выберемся отсюда.

– И каким образом? – я скрестила руки, закрылась, бессилие вновь накатило на меня огромной волной. – На двери блок, за ней стражи, а на мне браслеты. Окна высоко. Могу, конечно, попробовать подсадить тебя, но ты же понимаешь, спуститься легче, чем забраться. И я предупреждала! – энергия вновь разгонялась, кипела и бушевала. – А как ты попала сюда? Как забралась?

– Мы с Илией любили гулять по крышам, и не только по ним, – сглотнула она и посмотрела в окно, словно ждала, что там появится ее спаситель и освободит нас. – Но мы пойдем другим путем, – в ее голосе не было сомнений, только железный непоколебимый настрой. И это мне в ней больше всего нравилось, как и раньше. – Нужно попасть в кухню, там есть проход в подземелье. Но ты это и так знаешь.

– Про подземелье – да. Только как нам попасть на кухню? Тем более в крепости полно стражей. Если ты и откроешь дверь, нас все равно поймают.

– Сейчас стражи нам не помеха.

– Странно, – хмыкнула я. – И почему Элеус не приставил к тебе охрану? Он же знает, что ты моя сестра.

– Когда случилось первое нападение и прозвучал боевой горн, я спряталась. Знала, что меня запрут, чтобы я не сбежала. Тем более Илия уже не мог меня защитить.

– И тебя не нашли?

– Как видишь. Надеюсь, они подумали, что я сбежала к тебе, – она подмигнула мне, как в детстве, когда мы придумывали, как нам ускользнуть из дома так, чтобы родители ничего не узнали.

– И где же ты пряталась?

– Между стенами, в тайных проходах, – свет энергии выхватил из темноты широкую хитрую улыбку сестры. – У Илии не было от меня секретов, как и у меня от него. Мы с ним изучили всю крепость, блуждали между стенами и искали секретные ходы, забирались на крышу. Но, думаю, отцу он про это не рассказывал. Поэтому Элеус решил, что я сбежала. Я хотела сбежать, но ждала…

– Что он вернется за тобой?

– Да. И ты. Он обещал, что будет защищать тебя, что все объяснит, что приведет тебя обратно.

– Он защищал, – сказала я, по рукам побежали мурашки, а глаза защипало от слез.

– Илия всегда держит свое слово. Всегда. И я слышала, что ты говорила в зале собраний Элеуса. Я была там. И я тебе верю. Ты бы не стала участвовать в том, что устроил Бравий. Только не ты.

– Меня использовали, – тело напряглось, плечи сковала злость.

– Знаю. Отведи меня к Илии. Вместе мы справимся. Он же остался в лесу, да? В нем тоже теперь сущность? – Кала взглянула на меня напряженно и поправила пояс с кинжалами. – Мы что-нибудь придумаем. Или пойдем к Тасиме и спросим у нее. Точно, пошли, – она потянула меня за руку, а я осталась стоять. – Ну ты чего. Нам нужно спешить. Мы вытащим Илию и Сому, и они убедят Элеуса.

– Кала…

– Что?

Я не знала, как рассказать ей о том, что случилось. Но и скрывать правду я не хотела. Это было бы очередное предательство, только его совершила бы я.

– Дана, что произошло в лесу? – встревоженно спросила Кала и сглотнула. – Ты сказала Элеусу, что нужно отправиться в Брюхо, чтобы спасти их. Значит, их можно спасти. Так ведь? Мы узнаем у Тасимы, как вытащить из них этих сущностей. Я уверена, способ есть.

– Я… я говорила про Сому и Айс.

– Но Илия же пошел с вами? – Сестра отшатнулась от меня, и плечи ее напряглись. Она словно готовилась к удару, который я должна была нанести.

– Да… И…

– Что с ним случилось? – звенящим голосом спросила Кала и глотнула воздуха, как будто он был пропитан крепким настоем, способным помочь ей выдержать то, что я скажу. Я видела, как дрожала ее нижняя губа, как она поджимала ее, чтобы не выдать чувств, что бурлили внутри нее. – Дана, прошу.

– Я не знаю, сможем ли мы спасти Илию, – призналась я, опустив голову. Не могла смотреть ей в глаза, зная, что мои слова причиняют ей невыносимую боль. – Он…он… Мы пошли на поляну, поляну потерянных душ, а там… там были эти деревья, а потом, потом его стало затягивать… Я пыталась его спасти, пыталась, но моя энергия не помогала. Я ничего не могла сделать, понимаешь?

Кала резко отвернулась от меня, но я видела, как безмолвно вздрагивали ее плечи. В комнате повисла тишина, а тело сестры окутала голубая энергия. Я сжала пальцы, впившись ими в кожу, и прикусила губу, пока не почувствовала металлический привкус. Мне хотелось ощутить физическую боль вместо невыносимой боли внутри. Хотелось подойти к сестре и обнять ее, как раньше, когда мы были детьми. Успокоить ее, словно забрав ее эмоции себе. Но я понимала, что это время прошло. Мы перестали быть теми детьми, и слишком много лет и чувств пролегли между нами.

– Я пойму, если ты не станешь мне помогать, Кала. Я пойму. Знаю, что он там, в этом лесу, из-за меня.

Кала выпрямилась, словно ее ударили по спине. Она резкими движениями вытерла лицо, встряхнула руками и повернулась ко мне.

– Мы спасем его, – прорычала она и вновь поправила ремень. – Мы должны. Ты и я, как раньше. – Я кивнула ей в ответ. – И если ты не заманила его на эту поляну специально, если ты все еще моя старшая сестра Дана, та, кого я обожала, та, кем я гордилась и восхищалась, та, кто спасла меня от Топи, то ты не виновата. Нет. Не верю. И не поверю! А теперь пошли к Тасиме.

– Думаешь, она нам поможет?

– Не знаю. Но попробую ее убедить. А если нет, то мы придумаем что-то еще. Теперь мы вместе, теперь мы заодно. Два сильных энергика. Вместе мы справимся.