Я прильнула спиной к холодному стеклу, чтобы остудить свой пыл, когда Лион дотронулся до моей руки, буквально пуская электричество по коже. Время остановилось, словно весь мир затаил дыхание, а я почувствовала, как между нами медленно нарастало нечто безумное.

– Слова бессильны перед тем, что я чувствую… – сказал Лион, склонившись ко мне для нежного поцелуя.

Мир перестал существовать. Я разрешила себе с головой окунуться в это сладкое мгновение. Удивление, блаженство и какая-то теплая уверенность в том, что мы оба нашли что-то неповторимое, смешались. В его легком поцелуе было что-то особенное, что невероятно трудно передать словами, но что навсегда останется в моей памяти как самое прекрасное признание в чувствах из всех возможных.

Лион отстранился, сохраняя поразительное спокойствие. Не представляю, как мы выглядели со стороны для тех, кто ранее не догадывался о наших чувствах. Должно быть, я казалась такой же странной, как и мой верумианец.

– Дорогие участницы, – привлек наше внимание Экстаз. – Как вы понимаете, вас девятнадцать, а холостяков всего десять, а значит, на одного мужчину приходится несколько женщин.

Лион отступил, позволяя мне выйти к остальным участницам. Таллид, Чен и Дорианна, игнорируя слова Экстаза, направились прямиком ко мне, доказывая, что произошедшее между нами с Лионом точно видели абсолютно все.

– Между вами все так серьезно? – вцепившись в мое предплечье, требовала ответа Таллид.

– И давно между вами… – ошарашенно лепетала Чен.

– Не могу поверить! – пищала Дорианна, перебивая подруг.

– Позвольте мне продолжить! – заглушая возрастающий шум, громче проговорил Экстаз. – Каждая из вас выбрала в пару холостяка, с которым будет проходить второе испытание проекта. Оно позволит вам сблизиться с мужчиной, которого вы предпочли остальным. Пожалуйста, отнеситесь к испытанию серьезно! Все будет происходить в виртуальной реальности интегратора[8], поэтому вам ничего не угрожает, но ощущения погружения будут максимально приближены к реальным. Ваша задача – обеспечить защиту партнера, – загадочно объявил он. – Вопросы?

– Что будет, если мы не справимся с испытанием? – растерянно спросила Луизия. – Не уверена, что смогу обеспечить чью-то безопасность.

– Чемодан. Паром. Тюрьма, – дерзко произнесла Ребека.

– Что?! – испугалась Иллая.

– Девушки! Девушки! Успокойтесь! – снова умолял Экстаз. – Наказание за провал испытания не предусмотрено, ведь даже то, что вы не справитесь, может сблизить вас с выбранным холостяком.

Таллид уставилась на меня, требуя ответа на свой вопрос.

– Я не знаю, как так получилось… – прошептала я, обернувшись к Лиону.

Он о чем-то разговаривал с Лиром, который то и дело поглядывал на фантомов. Мои ноги все еще подкашивались, а в мыслях был полный бардак, перетекающий в слабое головокружение. Каким бы ни было испытание, подготовленное для нас, я была рада поскорее приступить к нему, чтобы остаться с Лионом наедине.

– Вы будете следить за нами? – раздался вопрос одной из участниц.

– Обязательно. Система продемонстрирует нам все происходящее в созданной ею реальности, – ответил Экстаз. – Девушки! Как только ваша голограмма будет анонсирована, смело проходите в указанную комнату. Мои помощницы помогут вам приступить к заданию.

– Будет ли среди нас победительница? – уточнила Амалия.

– Те из вас, кто успешно справится с испытанием, получат возможность пригласить любого из холостяков на свидание, организованное вами, – учтиво объяснил Экстаз. – Пожалуйста, располагайтесь. – Он указал на диван, когда в зал начали вносить большие подносы с закусками и высокими наполненными бокалами. – Начинаем через тридцать минут.

– Ну наконец-то, – сказала Таллид, обратив мое внимание на появившихся холостяков.

– А кого выбрала ты? – спросила я ее, продолжая открыто разглядывать Лиона.

– Максимуса, – тихо ответила она, ввергнув меня и окружающих нас участниц в шок.

– Ты ведь говорила, что он больной извращенец! – расхохоталась Дорианна.

– Да, я знаю. Но… все изменилось, – смущаясь, лепетала Таллид. – Чен, ты выбрала Катара? – переводя с себя внимание, спросила она.

– Конечно, – влюбленно улыбнувшись, ответила Чен. – Но мне кажется, его многие выбрали, – высматривая его фигуру среди приближающихся мужчин, ответила она.

Еще недавно огрызавшаяся с Экстазом Дорианна бежала навстречу Жоакуину, наплевав на все осуждающие ее открытое проявление чувств взгляды. Некоторые девушки предпочитали оставаться на своих местах, не бросаясь на шеи к холостякам, тогда как другие, обгоняя друг друга, стремились овладеть вниманием интересующих их мужчин.

Касиум, одетый в широкий балахон, зашел в зал последним, аккуратно выпрямив спину. Увидев его, казалось, я снова ощутила всю боль, воспоминания о которой врезались в мою память. Я поспешила к нему, как и несколько других участниц.

– Все в порядке, – с улыбкой сказал он взволнованным девушкам. – Не нужно переживать.

Думаю, его просторный наряд скрывал какую-нибудь конструкцию для реабилитации, будь то корсет или что-то иное. Его тяжелая поступь выдавала боль, которую, несмотря на лечение Системы, ему приходилось терпеть. Когда его взгляд остановился на мне, я заметила в его глазах холод, с которым была незнакома, из-за чего в груди тут же заныло.

– За что они так с тобой обошлись? – всхлипнула Луизия.

– Вас просто хотели впечатлить. Доказать, что обычному человеку не справиться с фантомом, а я оказался единственным человеком на смене, – объяснял Касиум. – И если вы не прекратите меня жалеть, я окончательно растеряю оставшееся достоинство. – Он многозначительно посмотрел на каждую из нас, задержавшись на мне чуть дольше. – Кто из вас выбрал меня для сегодняшнего испытания? – Его голос прозвучал грубее и ниже обычного.

– Я выбрала, – сказала Ребека, крайне удивив меня. Ее непростой характер был заметен с самого первого дня, потому что недовольство, пренебрежение и раздражение сменялись на ее лице, чередуясь между собой. Однако сейчас она искренне волновалась за здоровье Касиума. – Совсем не из жалости или сочувствия, – пояснила она.

– Я не подведу тебя, – пообещал Касиум, уводя ее из толпы собравшихся.

Прикусив губу, я не могла понять причин его холодности. Он во мне разочаровался? Я чем-то обидела его?

– После увиденного, – кинула Иллая, проходя мимо меня, – я даже рада, что выбрала для сегодняшнего испытания Аурелиона. – Она смотрела на меня с высоты своего роста, отвлекая от удаляющейся пары Касиума и Ребеки. – Буду рада видеть твое лицо, когда из нас двоих он выберет меня.

За секунду в моей голове промелькнуло несколько непрошеных вопросов: неужели Лион записал голосовое послание и для нее? что он говорил ей? и как он мог позволить себе вообще что-либо говорить ей, признаваясь при этом в чувствах мне? зачем она выбрала его? почему она думает, что ее предпочтут мне?

Но если Иллая здесь, а Лион в день мероприятия победительниц первого испытания выбрал меня, да и к проигравшим, где она участвовала, вообще не пришел, значит, он не выбрал ее фавориткой. Даже после того, как я покинула бокс, он направился прямиком ко мне, подтверждая искренность и серьезность озвученных им слов. Предположив у нее невменяемость, я тут же отвернулась, оставив без комментариев ее странное заявление.

Раздраженная от мысли, что Лиону все же придется пройти испытание с этой сумасшедшей, я направилась к нему. Он стоял в компании Лира и о чем-то с ним разговаривал.

– Лир рассказал, что вчера произошло, – процедил Лион, когда я подошла.

– Но мне очень повезло с сопровождающим. – Я зачем-то подмигнула Лиру, неосознанно поддаваясь на провокацию Иллаи.

– А мне с подопечной, – демонстративно наслаждаясь моим комплиментом, ответил он.

Лион никак не отреагировал на нашу с Лиром игру слов.

– Что вас связывает с Иллаей? – строго спросила я Лиона, скрестив руки на груди.

– О ком ты? – сухо уточнил он, немного обрадовав меня.

– О той высокомерной длинноногой красотке в красном коротком платье с черными косами, – не оборачиваясь на трапезничающих участниц, ответила я.

Лир весело хмыкнул, забавляясь серьезным тоном моего допроса, пока Лион оглядывал собравшихся в поисках описанной девушки.

– Ничего не связывает, – отрезал он, наконец повернувшись ко мне.

– Совсем ничего? – допытывалась я.

– Совсем.

Я нахмурилась.

– Но почему она выбрала тебя для этого испытания?

– Меня выбрала и Йтэлина, – ошарашил меня Лион. – С ней я хоть лично знаком.

Глаза Лира расширились, стоило ему услышать еще об одной участнице, которая предпочла Лиона другим холостякам. Я отступила на шаг назад, впервые столкнувшись с преградой в виде разбушевавшейся ревности, с которой у меня не получалось достойно справиться. Все мое счастье и влюбленность будто улетучились, отдавая власть в руки колючей обиде и неконтролируемой грусти.

– Ну конечно, ты нравишься другим девушкам… – тихо пробубнила я. – И мы на проекте…

– Атанасия, если что, у тебя всегда есть я, – подливая масла в огонь, сказал Лир. – Сдались тебе эти холостяки, – сказал он, обходя Лиона.

Я вздрогнула, услышав глухой звук удара. Лион одной рукой впечатал в стенку сонического бокса моего сопровождающего – Лира, победившего вчера двух фазовых фантомов.

– Не провоцируй меня, Лириадор, – процедил Лион.

Мы с Лиром в шоке уставились на него. Во-первых, какой силой нужно обладать, чтобы с такой легкостью сбить с ног одного из сильнейших сопровождающих проекта? Во-вторых, как Лион мог оставаться в своем человеческом обличье, демонстрируя явную агрессию? Но второй вопрос решился сам собой, когда я заметила мрак, взбирающийся по его пальцам. У меня перехватило дыхание, как только я поняла, что из-за нелепой перебранки все могли узнать то, что Лион так бережно все это время скрывал.

– Лион! – крикнула я, оттаскивая его от Лира.

Поддавшись мне, он выпустил ткань одежды противника и перевел на меня взгляд.

– Спокойно. – Я многозначительно посмотрела на него. – Не злись. Пожалуйста! Еще и при всех… – в панике бормотала я, рассматривая его бесстрастное лицо. – Пойдем. – Я улыбнулась Лиру, делая вид, что все в порядке. – Сюда, – сказала я, указывая на почти незаметную дверь недалеко от нас.

Попав внутрь какого-то подсобного помещения, я прислонилась к захлопнувшейся двери, мысленно и физически отделяя случайных зрителей от Лиона.

Все это было так глупо! Вина полностью лежала на мне, так как я подтолкнула Лира подыграть мне. Как я вообще могла поддаться на провокацию Иллаи, даже осознавая закипающую внутри злость? Мне нужно было сначала все обдумать, успокоиться, а только потом браться за допрос, который, кажется, не имел никакого смысла.

– Прости, Лион! – Я закрыла лицо руками, успокаивая сердцебиение. – Я не должна была подначивать Лира.

Я почувствовала мощную волну страха и горячее дыхание у основания шеи. Лион всем телом припал ко мне, одной рукой отклоняя мою голову в сторону, а другой поднимая мое бедро.

– Ревность… – прошептал он, прикусив клыками кожу на шее. Украшения мелодично звякнули, а воздушные ткани платья расступились перед его натиском. – Раздражение… – перечислял Лион, отняв мои руки от лица. – Влечение… – озвучил он, прежде чем страстно поцеловать меня.

Наше дыхание смешалось, пока руки жадно блуждали друг по другу.

– Лион, я не должна была злиться, – касаясь его губ своими, сказала я. – Но, лишь представив тебя с другой…

– Я тоже вспылил, – признался он.

Я не смогла сдержать стон, когда его властные ладони принялись медленно, приподнимая подол моего длинного платья, пробираться вверх по бедрам.

– Ревнуй меня к кому угодно, но хочу я быть лишь с тобой, – произнес Лион.

Он углубил поцелуй, вместе с тем проникая в меня пальцами.

В общем зале прямо за дверью негромко играла музыка и звенели женские голоса, напоминая о том, что мы совершенно точно нарушили общепринятые нормы морали. Но, несмотря на это, прикосновения Лиона были мне необходимы в качестве доказательства искренности его слов.

Охваченная пронизывающим страхом, ревностью, раздражением и… влечением, как он и сказал, я была несказанно рада всепоглощающему утешению с его стороны. Мне хотелось быть единственной, с кем он мог себе позволить быть таким… страстным… влюбленным… моим…