– Хотите, чтобы я обнулила Стигорна? – спросила Джулс, не потрудившись скрыть шок на лице.

– Временно, – уточнил Рубен, когда мы стояли с шеф-поваром в задней части кухни «Котла». – Ты такое уже делала.

Она прищурилась и посмотрела на Дюбуа.

– Зачем?

Я оглядел кухню и убедился, что су-шеф и повара находятся далеко и не подслушают нас. Они были заняты и то и дело выкрикивали приказы, а доносившаяся откуда-то поп-музыка обеспечивала нам достаточное прикрытие.

– Двух из четырех пропавших девушек в последний раз видели в «Баррель Пруф». Местные сверхъестественные меня не знают, так что, если ты обнулишь мои силы, я смогу выдать себя за человека.

– И понаблюдать за «Баррель Пруф», – добавил Рубен.

– Сегодня вечером? – спросила она.

– Чем раньше, тем лучше, – ответил я.

Джулс пристально посмотрела на меня. Миниатюрная, фигуристая женщина. Темно-каштановые волосы были коротко подстрижены и обрамляли личико в форме сердечка. В нежных чертах лица не читалось никакой угрозы. За исключением острых серо-стальных глаз. Не сомневайтесь: я знаю, какой силой обладает Страж. При желании она могла бы сделать даже больше, чем обнулить мои силы. Она могла бы выкачать из меня всю магию, а потом пробить стену своими телекинетическими способностями. Нет, я не думал, что у нее были на этот счет какие-то намерения. Мне лишь стало интересно, как природа вложила такую могучую силу в такую маленькую и хрупкую на вид оболочку.

Она моргнула, очевидно придя к какому-то выводу.

– Идите за мной.

Я последовал за Джулс через служебную дверь на задний двор, Рубен – за нами. Как только дверь закрылась, она протянула руку и схватила меня за запястья прохладными ладонями.

– Шести часов хватит? – спросила она.

Мои мышцы напряглись: тело отвергало то, что я собирался сделать.

– Пусть будет четыре. Не хочу так надолго оставаться без своих сил.

Она улыбнулась и сжала мои запястья.

– Не волнуйся. Я в этом чудо как хороша и не причиню непоправимого вреда.

Рубен за моей спиной кашлянул. Мы оба искоса посмотрели на него, но его ухмылка была прикована к Джулс.

– Вы не согласны, мистер Дюбуа?

– Вовсе нет, мисс Савуа. – Он по-прежнему ухмылялся.

Она выдохнула, отчего ее челка упала на глаза.

– Это займет всего секунду, – сказала Джулс, снова сосредоточившись на мне.

Она закрыла глаза. Я собирался спросить, на что это будет похоже, как вдруг внезапный волнообразный толчок сотряс мои кости, буквально встряхнув меня на месте. В мгновение ока я ощутил изменения в крови, в биении сердца, в силе конечностей. В груди появилось отчетливое ощущение, что я стал меньше.

– Черт, – пробормотал я и посмотрел на свое тело, ожидая увидеть, что оно каким-то образом уменьшилось.

– Мне говорили, что ощущения странные. – Ведьма отпустила меня. Ее глаза после использования магии сверкали, как звезды.

Я прижал руки к груди.

– Это мучительно.

Джулс рассмеялась, слегка откинув голову назад.

– Она потешается над моей болью. – Я повернулся к Рубену.

– Знаю. Плавал.

Ее смех стих. Ведьма сердито посмотрела на Дюбуа и похлопала меня по бицепсу.

– Не волнуйся, Стигорн. Через четыре часа будешь как новенький. – Она рывком открыла тяжелую служебную дверь, вошла в нее и крикнула напоследок: – Пришли мне отчет, Рубен.

– Да, ваше величество, – пробормотал друг. – Пойдем.

Мы направились по переулку рядом с «Котлом» к его машине, припаркованной на Мэгэзин-стрит.

– Я не лгу, – сказал я. – Это ужасное чувство. Как будто чего-то не хватает.

Рубен усмехнулся.

– Так и есть, Дэв. Сейчас ты всего лишь человек.

– Бедняжки. – Я со вздохом посмотрел в сторону «Мистики у Мэйбелл».

Мое сердце екнуло. Перед зданием стояла Изадора. Она взглянула на меня и быстро отвернулась, притворяясь, что не заметила. Что ж, со мной такое не прокатит.

– Минутку, – сказал я Рубену, когда он обогнул свою машину и сел внутрь.

Я подошел, а она повернула ко мне голову и вежливо улыбнулась, покачиваясь в босоножках с открытым носком.

– Тебя подвезти?

– О, нет. Тиа за мной заедет. – Изадора закивала чересчур энергично. – Она отличный водитель, – добавила ведьма и поморщилась.

Я не смог сдержать улыбку.

– В отличие от меня.

– Я не это имела в виду. Просто… у меня все хорошо. А ты куда-то направляешься с Рубеном? – Ее голос звучал пронзительно. Она опять нервничала.

– Гм-м. Кто такая Тиа?

– Моя лучшая подруга.

Я кивнул.

– Куда ты направляешься?

– Поужинать. Может быть, немного выпить.

Я прищурился и следующую фразу произнес уже слегка обвинительным тоном:

– Но ведь у тебя никогда нет времени сходить куда-нибудь поужинать. Помнишь?

Округлив зеленые глаза, Изадора тяжело сглотнула, ее щеки порозовели. Она открыла рот, чтобы объясниться, но я остановил ее дружеским взмахом руки.

– Да шучу я. – Я улыбнулся. – Но если серьезно, я бы хотел…

Сзади раздался гудок.

– О! Вот и она. Извини. Мне пора.

Ведьма пронеслась мимо, подарив мне мимолетный взгляд изумрудных глаз и оставив после себя глубокий аромат жасмина в воздухе. Когда я вернулся к машине Рубена, она уже сидела на пассажирском сиденье, уносясь прочь. Я с тяжелым вздохом забрался в авто Рубена.

– Мне знакомо это чувство, – бросил Дюбуа и взял курс на «Баррель Пруф».

Я больше трех часов просидел за двухместным столиком в задней части «Баррель Пруф», не спеша потягивая пиво. Времени оставалось в обрез, и я надеялся, что мне повезет. «Баррель Пруф» был деревенским баром и представлял собой длинное помещение без окон. Идеальное место, чтобы наблюдать за посетителями.

Полы и стены из полированного темного дерева и ковры из воловьей кожи создавали теплую, гостеприимную атмосферу. Бар славился своим виски и предлагал более трехсот марок. Некоторые из сновавших туда-сюда посетителей явно были завсегдатаями. Дружелюбные взмахи барменам и приподнятое настроение – все это, похоже, было здесь в порядке вещей. Поэтому один парень выделялся среди остальных.

В помещении располагалась барная стойка длиной почти во всю стену. Я отмечал, как приходили и уходили одиночные посетители, но последние сорок пять минут не сводил глаз с одного парня.

Хотя мои способности были временно отключены, вампира распознать я оставался способен. Мы обладали определенной манерой двигаться и наблюдать за другими, и она выглядела неестественно. Хищно.

Вот почему этот парень привлек мое внимание.

Симпатичный, с каштановыми волосами и настороженными глазами, которые отливали серебром, когда слабый свет падал на них под нужным углом. Он выглядел лет на двадцать с небольшим, хотя, несмотря на моложавый вид, ему могло быть пятьдесят или больше. Он пил уже второй виски с тех пор, как сел, и продолжал что-то писать в телефоне. На первый взгляд, ничего необычного. Но я чувствовал, что от него исходили определенные флюиды, которые заставляли меня пристально смотреть на него, и только на него.

Все дело в том, как он наблюдал за женщинами в баре. Сосредоточенно. Оценивающе. Как будто прокручивал в голове сценарии. Он охотился.

Для вампира в этом не было ничего необычного. Однако при приобретении кровного носителя существовали свои правила. Она или он должны были быть готовы, поэтому разговор имел первостепенное значение. Войдя в это заведение, он не предпринял ни одной попытки заговорить. Ни с мужчиной, ни с женщиной.

Другим предупреждением было то, что «Баррель Пруф» не являлся логовом вампиров, как «Зеленый свет» Рубена. Существовали специальные клубы, куда приходили люди, знающие о сверхъестественном мире и желающие войти в наше царство и «пообщаться» с одним из нас. Люди испытывали кайф от токсина, впрыскиваемого при укусе вампира. Кроме того, под его действием их внешность приобретала особый оттенок юношеской красоты – особенно у тех, кто часто вступал в связь с вампирами в качестве носителя крови.

Но люди в баре не обращали внимания на вампира, который сидел за барной стойкой и подыскивал себе жертву. Они не знали о нашем мире, что делало моего субъекта ужасно подозрительным.

Дверь распахнулась под взрыв женского смеха. Вошли четыре бойкие молодые девушки и, покачиваясь, окружили столик в центре бара. Взгляд вампира сверкнул серебром, и он пристально посмотрел на вновь прибывших. Через пять минут он начал яростно набирать сообщение на своем мобильном, не выпуская из виду женщин, которые заказали себе по крепкому алкогольному напитку.

Я быстро написал Рубену, который ждал в темном внедорожнике снаружи вместе с командой своих людей.

Я: У нас есть охотник. Это может быть один тех, кто нам нужен.

Рубен: Он с кем-нибудь еще связывается?

Я: Да. Возможно, он зовет сообщников.

Рубен: Хорошо. Пусть приведет всех сюда.

От желания поймать этих ублюдков мое сердце забилось чаще, в венах забурлил адреналин. Я осушил кружку разливного пива, когда вампир насторожился.

Я перевел взгляд на свой телефон. Черт. Он определенно готовился действовать. Он выглядел как вампир, который внимательно изучает обстановку, прежде чем направиться к своей цели. Прежде чем совершить преступление.

Я отставил кружку и небрежно взглянул на дверь и на вампира. Его взгляд был прикован ко мне. Напряженный и обжигающий. Он быстро набрал СМС, бросил на стойку счет, соскользнул с табурета и направился по коридору к туалетам. Вероятно, к запасному выходу.

– Гадство.

Я встал и пошел за ним, отправив сообщение Дюбуа:

Я: Он в пути. Черный ход. Сейчас.

Пройдя через коридор, я выбежал из здания, не в силах отследить подонка без своих способностей. Однако правая рука Рубена, Габриэль, вовремя обхватил вампира сзади, его ладонь сомкнулась на его горле. Прежде чем я успел к ним подскочить, пленник вытащил свой телефон и раздавил его в кулаке. От гаджета не осталось ничего, кроме осколков стекла и металла.

Я покачал головой.

– Лучше бы ты этого не делал.

– Да пошел ты!

Рубен возник из ночного мрака вместе с двумя своими людьми, Сэлом и Роландом. Плененный вампир обнажил длинные острые клыки, норовя вырваться из хватки Габриэля.

– Можешь их убрать, – прорычал я. – Тебе уже ничто не поможет.

Он прошелся по мне взглядом сверху вниз, хмурясь и свирепо дыша.

– Кто ты такой, мать твою?

– Ты узнаешь… – я взглянул на часы, – примерно через две минуты.

Его искаженное гневом лицо оставалось непоколебимым. Все изменится, как только ко мне вернутся силы, и он окажется в моем распоряжении.

Что-то на его шее привлекло мое внимание. Цепочка, только выглядела она до странного женственно. Я схватил ее и открыл свисающий медальон в форме сердца.

– Это мое! – взревел вампир, пытаясь вывернуться.

Я без колебаний сорвал с парня украшение и, уставившись на изящный рисунок, произнес низким, яростным тоном:

– Это точно не твое.

– Это она мне подарила.

Крошечный медальон тяжело лег в мою ладонь.

– Кто? – Как только с моих губ слетел этот вопрос, резкий толчок молниеносно ускорил мой пульс.

Магия вернулась в меня лихорадочным потоком. Я ощутил прилив сил, сжал кулаки и застонал то ли от удовольствия, то ли от боли. Затем произошло это.

Эхо воспоминаний, все еще цепляющихся за ожерелье, завибрировало в моем сознании, оживая, как фотография на тонкой бумаге. Я уставился на сердечко, перевернул его и увидел выгравированное витиеватым шрифтом имя.

– Эмма, – прошептал я, зажмурив глаза, когда обрывки воспоминаний заплясали в моем сознании.

Это практически невозможно предугадать. Момент, когда мои экстрасенсорные способности сливаются с магией Стигорна, и через мозг проносятся образы, направленные в него от одного объекта. Всегда личного для владельца. Как будто благодаря вложенной в него любви предмет наделяется собственной силой. Эхо памяти – редкий дар, присущий только Стигорну, и он не поддается контролю. Словно магия определяет, какие видения достойны того, чтобы открыться мне.

Я увидел Эмму Томас, последнюю из похищенных девушек. Она лежала, закутанная в грязное одеяло, в переулке за мусорным баком. Она не шевелилась. В голове на краткие секунды стали вспыхивать картинки. Стоявший передо мной вампир был на них. Он склонился над девушкой и что-то шептал, забирая ее медальон, а затем накрыл ее одеялом. Замелькали новые образы. Название улицы. Промышленные здания. Слоняющиеся вокруг рабочие, которые даже не догадывались, что всего в нескольких метрах от них, едва дыша, лежит девушка.

Я открыл глаза, замахнулся и со всей силы ударил вампира, которого продолжал удерживать Габриэль. Голова пленника мотнулась в сторону, и он потерял сознание.

Прежде чем кто-либо успел что-то сказать, я прорычал:

– Он бросил Эмму Томас в переулке в районе складов. Она еще жива. Едва жива.

– Роланд, отведи его обратно в «Зеленый свет» и в хранилище, – рявкнул Рубен. – Габриэль, ты и Сэл поедете с нами.

Роланд тут же скрылся с пленным вампиром.

Рубен повернулся ко мне.

– Показывай дорогу.

– Давай возьмем внедорожник.

Были и другие образы, которые пытались проникнуть в мой разум, струясь от украшения в форме сердца. День шестнадцатилетия Эммы, когда мама подарила ей цепочку с медальоном. Всепоглощающая, безграничная любовь, которую эта женщина питала к своей дочери.

– Нам нужно как можно скорее отвезти ее в больницу и сообщить семье, что она в безопасности.

Габриэль запрыгнул на водительское сиденье, я сел на переднее пассажирское кресло черного внедорожника, Рубен и Сэл – назад. Мы рванули в сторону складского района, пустынного в это время суток. Габриэль притормозил, когда я начал давать указания, пристально глядя в окно и высматривая те самые здания из моего видения.

– Поверни здесь. – Я следовал за маячком, горящим внутри меня и бьющим в ладонь из хрупкого ожерелья. – Туда! Вон в тот переулок.

Габриэль рывком повернул вправо. Внедорожник был слишком велик и не поместился бы рядом с мусорными баками, поэтому он резко остановился. Я выпрыгнул из машины и направился к тому месту, где видел девушку. Сердце колотилось как сумасшедшее: я боялся, что мы опоздали.

Но она по-прежнему лежала там, не шевелясь, под грязным одеялом, которым укрыл ее пленный вампир. Как будто этого было достаточно, чтобы не дать ей умереть здесь, в полном одиночестве.

Я опустился на колени и приподнял одеяло. Каштановые волосы прилипли к ее потному лицу. Приложив ладонь к шее, сплошь покрытой синяками и заживающими колотыми ранами от вампиров, я почувствовал слабое биение сердца. Ее кожа была слишком бледной, руки прижаты друг к другу под подбородком, как будто она пыталась согреться. Стояла весна, и было совсем не холодно, но ее тело чувствовало себя иначе.

– Она жива.

– Госпиталь Святой Екатерины ближе всего, – отрезал Рубен. – Отвезем ее туда. Ее семью немедленно оповестят.

Я поднял девушку, отнес к внедорожнику и уложил на заднее сиденье.

– Нам нужно будет оставить ее анонимно, – заметил подошедший ко мне Рубен.

– Конечно, – согласился я. Нельзя было допустить, чтобы мы оказались связаны с этой девушкой, даже как ее спасители. Это было бы слишком подозрительно. – Она оказалась слишком хрупкой для насилия, которому подвергли ее тело эти придурки.

– Да. Возможно, поэтому они ее и бросили. Это вселяет в меня надежду, что у них нет намерения убивать женщин.

– Узнаю все, как только залезу в голову этого ублюдка, – прорычал я.

– Сначала нужно позаботиться о пострадавшей, – напомнил Рубен. – Хотя я согласен, что будет лучше, если мы доставим ее в больницу и отдадим под присмотр врачей и семьи, ей также понадобится исцеление Проводника.

Я посмотрел на лежавшую без сознания девушку. Бледность ее кожи свидетельствовала о том, что вампиры выпили слишком много ее крови. В моих жилах кипела ярость от того, что сотворили с ней мои соплеменники.

– Изадора, – прошептал я.

Габриэль подъехал к задней части больницы. Не говоря ни слова, я окутал свое тело чарами и проследовал через запасной вход, где была припаркована машина скорой помощи. Люди могли увидеть мерцание или размытое пятно, но я исчез бы раньше, чем они успели бы моргнуть. Я оставил Эмму прямо у закрытой задней двери, вложив в ее ладонь сломанное ожерелье. Затем нажал кнопку на стене, которая запрашивала право на вход, и вернулся к машине.

Когда я сел, Рубен разговаривал по мобильному.

– Да. У тебя полно времени, чтобы разобраться с делами и закрыть кухню, – объяснял он кому-то. – Пройдет несколько часов, прежде чем шумиха уляжется. Мы заберем Изадору и уедем, когда закончатся часы посещений.

При упоминании ее имени мой пульс участился. Хотя я и не был рад сложившимся обстоятельствам, меня будоражила мысль о встрече с ведьмой.

– Звучит заманчиво, – сказал Рубен в телефон, завершил разговор и повернулся ко мне. – Давай поужинаем, а потом заедем за Джулс в «Котел» и за Изадорой к ней домой.

Я кивнул.

– После визита в больницу мы сразу же вернемся в «Зеленый свет».

Мой внутренний зверь жаждал проникнуть в разум пойманного ублюдка и найти там имена и лица придурков, с которыми он состоял в сговоре. Сообщения, которые он отправлял, предназначались его главарю, готовящемуся похитить одну из тех четырех девушек, что пришли последними в «Баррель Пруф». Все шло гладко, пока он не встретил меня.

Неважно. Я Стигорн и не сомневаюсь в своих способностях. В моих руках оказался один гибкий, податливый разум. Урод скоро узнает, на что способен представитель моего вида.

Но сначала я хотел насладиться обществом Изадоры, нравится ей это или нет. От мысли о ней я не удержался и улыбнулся.