Первые подлинные философские трактаты на арабском языке принадлежат Абуюсуфу Яъкубу ибн Исхаку аль-Кинди (801–873), который считается основоположником арабской философии. Он, обладая высоким умом и талантом, в определённой мере подвергает изучению и анализу все сферы науки и знаний своего времени, в частности метафизики, логики, этики, математики, астрономии, медицины, метеорологии, теории музыки, оптики и др. Его роль особенно высоко оценивается в развитии философской мысли мусульманских стран. Аль-Кинди, проведя определённую работу относительно произведений Аристотеля, Птолемея, Евклида и других древних мыслителей, написал рецензии на такие произведения, как «Категория», «Вторая аналитика» Аристотеля, «Альмагест» Птолемея, «Начала» Евклида и т. д.
Аль-Кинди старался найти решение многих вопросов, изучением которых занимались учёные Древней Греции. Он сам был знатоком греческого и ассирийского языков, знакомился с произведениями древних философов на их языках, первоисточниками и анализировал их. Он стремился сблизить противоположные друг другу греческие учения и в этой сфере создать новое направление, где развивалась бы вся мусульманская философская мысль. Примирение и компромисс греческой философии с мусульманской религиозной идеей является также результатом трудов аль-Кинди[468].
Аль-Кинди внёс вклад не только в развитие философии в странах Ближнего Востока, его сочинения на латинском языке в то время также пользовались большой популярностью в Европе. Его трактаты, являющиеся объектами пристального изучения и примером для исследований многих мыслителей того времени, например известных учёных Запада, английского философа Роджера Бэкона и итальянского учёного Кардана, были переведены известным учёным X–XI вв. Гербертом. Западные учёные назвали аль-Кинди одним из 12 выдающихся мыслителей мира.
Учёные того периода, проявляя большой интерес к изучению естественных наук, продвинулись в развитии как религиозных, так и естественно-светских наук.
Например, известный учёный и мыслитель того периода Фахриддин ар-Рази (Абуабдуллах Мухаммад ибн Умар аль-Хусайн ат-Тайми аль-Бакри ат-Табаристани ар-Рази (1149–1209)) в своей «Тафсиру-л-Кабир» («Большой комментарий») собирал много научных фактов о явлениях космоса. Фахриддин Рази является известным представителем философской школы теологии, который внёс достойный вклад в данную область науки. Он излагал свои научно-философские убеждения в сочинениях «Тахсилу-л-хак» («Объяснение доказательств»), «Худусу-л-алам» («Возникновение мира»), «Ал-Махсул» («Постигнутые»), «Ахлак» («Мораль»), «Аль-мантику-л-кабир» («Большая логика»), «Мабахису-л-машрикия», «Рисолату-л-камалия фил-хакаик ил-илахия», «Маталибу-л-алия», «Асас ут-такдис», «Асрар ут-танзил», «Китаб ул-арбаин фи усули-д-дин» («Книга о четырёх вопросах по основам религии»), «Барохин дар илми калом» («Доказательства в теологии»), «Аль Тафсиру-л-кабир» («Большое толкование»), известный также под названием «Мафатиху-л-гайб» («Ключи к сокровенному миру»,), «Джами ул-улум» («Собрание наук») и др.
Мыслитель, отрицая причину взаимоотношений между ваджиб-ул-вyджyд («Необходимое бытие») и «Имкан-ул-вуджуд» («Возможное бытие»), доказывал, что мир не возник по необходимости, а Бог сотворил его согласно своей воле. Он был одним из немногочисленных мусульманских философов, признающих существование другой Вселенной кроме нашего мира. В своей книге «Мафатиху-л-гайб» («Ключи к сокровенному миру») философ отмечает, определённо, что вне этого мира существует безграничное пространство, также установлено, что сила Всемогущего Бога много раз превышает силу всех имеющихся существ вместе взятых. По этой причине Он способен сотворить тысяча тысяч миров за пределами этой Вселенной, и каждый из них по сравнению с нашей велик и громаден. Всё, что существует в нашем мире – небо, земля, солнце и луна, – есть и там…»[469]
Точка зрения сторонников существования другого мира и Вселенной означает выход за границы геоцентрической системы мира[470], ибо в этом случае Земля, оставаясь центром нашего мира, теряет своё положение в космосе.
Сегодня существует такая гипотеза, что мы живём в расширяющейся Метагалактике, где существует «бесчисленное множество галактик», каждая из которых «состоит из десятков или даже сотен миллиардов звёзд-солнц. Размышляя над этим вопросом и анализируя исследования учёных мира, доктор наук Е. Левитан предполагает: «Ведь, вполне вероятно, что наша Метагалактика – эта не вся Вселенная, а только какая-то её часть»[471].
Профессор астрофизики Кембриджского университета Мартин Рис ввёл в научный оборот термин «Мультивселенная» («Multiverse»), имеющий значение большого числа предполагаемых миров. В рамках этой гипотезы считается, что существует огромное количество вселенных, но наблюдение за ними нам не доступно. Сравнивая существования вселенных с нашей повседневной жизнью, он считает, что «Нет ничего удивительного в том, что в большом магазине готового платья можно подобрать костюм себе по плечу. Аналогично в великом множестве вселенных, в каждой из которых реализуется какой-то определённый набор космологических параметров, вполне может найтись одна, где существуют предпосылки для возникновения жизни. В такой вселенной мы и находимся».
Подробно раскрывая гипотезу расширяющейся Вселенной на одной из своих лекций, профессор физики Стэнфордского университета Андрей Дмитриевич Линде говорит: «Расширение Вселенной – это было странное такое свойство, против которого долго боролись, до тех пор, пока не увидели, что она на самом деле расширяется. Значит, то, что произошло за последние несколько лет, экспериментально – не в теоретической физике, а в экспериментальной космологии[472].
То есть можно сказать, что гипотезы, которые сегодня выдвигают ведущие учёные мировой науки в условиях стремительного темпа научно-технического прогресса, рассматривались и обсуждались ещё в XII в. мусульманскими учёными, в частности Фахриддином ар-Рази.
Фахриддин ар-Рази выступил против философских взглядов Мухаммада Газзали. Его попытки сближения теологии и философии столкнулись с активными противодействиями со стороны других мусульманских теологов, его даже обвиняли в вольнодумстве[473].
Необходимо отметить огромный вклад Абунасра Мухаммада Фараби (870–950) и Абуали ибн Сина (980–1037) в развитие философской мысли в исламском мире, которые, изучив наследие древних мыслителей, представили новую философскую концепцию.
Абунаср Фараби считается одним из прославленных мыслителей Средних веков. Его известные философские трактаты «Ихсаъ ул-улум» («Книга об определении и классификации наук»), «Ал-мадина-л фазила» («آراء اهل المدينة الفاضلة», «Трактат о взглядах жителей добродетельного города»), «Фусус ил-хикам» («Книга о смысле философии»), «Китабу-ъуюн ал-масаил» (کتاب عيون المسائل, «Книга о существе вопросов»), «Ас-сиясат ул-мадания» («Гражданская политика») и другие сыграли огромную роль в формировании философской мысли последующих веков. Фараби является первым мыслителем, который в исламском мире составил энциклопедию под названием «Ихсаъу-л-улум»[474].
Шейхурраис Абуали ибн Сина (Авиценна) является великим учёным и выдающимся философом, который в медицине, философии и точных науках оставил много ценного наследия. Его важнейшими философскими трудами являются: «Китабу-ш-шифа» («Книга исцеления»), «Китабу-н-наджат» («Книга спасения»), «Ишарат ва танбехат» («Указания и наставления») и «Данишнаме» («Книга знания»). Философская теория Абуали ибн Сина, которая отражена в книге «Китабу-ш-шифа» («Книга исцеления»), составила основу творчества известного испанского переводчика и философа Доминго Гонсалеса. Основное содержание произведения отражает философские проблемы соотношения Бога и природы, видов бытия, форм и материи, взаимосвязь души и тела, причинно-следственные связи, познания материального мира и различные вопросы логики.
Важная проблема сотворения мира (т. е. мир сотворил Бог или он существует постоянно и вечно?) подвергалась обсуждению средневековых мудрецов. Ибн Сина излагал свою точку зрения относительно данного вопроса. По его мнению, «мир возник из Божественной сущности и, преодолевая разные ступени, приобрёл сегодняшний облик. Однако соотношение Бога и природы является не соотношением творца и сотворённого, а соотношением причины и следствия. По мнению философа, Бог сотворил мир не по своей воле, а по мере необходимости. Такой вывод Ибн Сины резюмирует из проведённого анализа причины и следствия, ибо, как он считал, эта взаимосвязь – явление не случайное, а закономерное… Причина только в том случае может быть реальной, если результативна и эффективна. Поэтому, для того чтобы Бог стал реальной причиной, Он считал обязательным сотворение мира»[475].
По этому вопросу один из выдающихся средневековых мусульманских философов Абуджафар Мухаммад ибн Мухаммад Насираддин Туси (1201–1274) также излагает свою точку зрения. К его философскому наследию относятся трактаты: «Асас ул-иктибас» («Принцип заимствования в науке логике»), «Равзату-т-таслим» («Райский сад покорности»), «Каваид ул-акаид» («Принципы убеждения»), «Ахлаки Насири», «Ахлаки Мухташами», «Taджpидy-л-aкаид фи илму-л-калам» («Абстракция убеждений по науке калам»), «Шарху-л-ишарат» («Комментарии к указаниям»), «Авсафу-л-ашраф», «Книга назиданий Абагахану», в которых прежде всего рассмотрены и исследованы проблемы бытия, нравственности и общества. Насираддин Туси относительно вопроса соотношения Бога и природы, подобно Фараби, Ибн Сина и Ибн Рушду, доказывает, что: «Всемогущий Аллах всегда был Творцом, и если есть Творец, то должен быть и сотворённый, т. е. и этот мир необходим. Тогда нельзя утверждать, что этого мира никогда не было. Если кто скажет, что Бог и мир являются очень древними, и это есть ересь, то мы ответим: Мы не отрицаем ни древность мира и ни его недавность. И добавим: Мир по своей воле и своему значению является недавно созданным, а по совершенству и совершенствующему – древним…» («Раузат-ут-таслим», Бомбей, 1950, с. 59)[476].
Выдающийся арабский мыслитель и философ Абдулвалид Мухаммад ибн Ахмад аль-Куртуби (1126–1198), больше известный под именем Ибн Рушд, а на Западе как Аверроэс, является одним из первых, кто в Средние века комментировал сочинение Аристотеля. Его произведения способствовали формированию философских взглядов известных мыслителей, таких как Великий Альберт и Фома Аквинский. Его взгляды аристотелизма распространились в Европе и в 60–70-х гг. XIII в., под влиянием которых во Франции по инициативе магистров Парижского университета Сигера Брабантского и Боэция Дакийского зародилось направление «Латинский аверроизм», имеющее в дальнейшем достаточно много последователей.
Ибн Рушд посвятил много трудов различным отраслям науки, отражающим его исследования, а также толкованию научных трактатов Фараби, Ибн Сина, Платона, Аристотеля. Важнейшим произведением Ибн Рушда является «Тахафут ут-тахафут» («Опровержение опровержения»), которое создано с целью опровержения трактата «Тахафут ул-фаласифа» («Опровержение философов») Имама аль-Газзали.
Ибн Рушд в споре с аль-Газзали развивает аспекты свободомыслия перипатетической философии, связанные с решением проблемы соотношения Бога и мира. Он доказывает, что первичная материя древна и вечна, ибо до нынешнего бытия существовало другое бытие, а далее последует существование нового[477]. К такому интересу философов и мыслителей того времени, а именно – к перипатетической философии и широкому развитию этой сферы, в последующие времена причастен в том числе и сам Газзали, против своей воли. Он обладал подробнейшими знаниями в философии и в своих произведениях, отразив основные положения перипатетической философии, в то же время отрицал её. Его труды стали причиной большого интереса учёных и философов к изучению данной доктрины.
По сути, в сочинениях аль-Газзали можно наблюдать достаточно противоречивых мыслей. Он под влиянием некоторых реакционных священнослужителей, называя светскую науку и знания фальшивыми и безбожными, объявляет философов, учёных и природоведов, таких как Фараби и Ибн Сина, еретиками. Но, будто чувствуя угрозу запрета изучения всех наук подобными фанатичными священнослужителями, он стремится защитить некоторые светские науки, такие как математика, астрономия, предсказания солнечных и лунных затмений, медицинские знания, от их преследования.
Академик Б. Гафуров, анализируя философские взгляды и суфийские идеи Газзали, приходит к выводу, что весь путь и деятельность Газзали представляют трагедию талантливого мыслителя, который в условиях бессилия и беспомощности потерял позицию рационалистического мышления под нарастающим давлением реакционных священников[478].
Вообще, отношение философов к религии в определённой степени отличалось от позиции священников, но учение и содержание Корана оказали заметное влияние на творчество представителей светской и религиозной философии и на их отношение к личности, обществу и государству.