Андалусия распложена на северо-западе Средиземного моря примерно на месте современной Испании. Согласно историческим сведениям, в начале Средних веков здесь в основном проживали франки. За сотни лет до ислама, после осады Рима вестготами, которые заключили мирное соглашение с римлянами, вестготы отправились в Андалусию. Завладев этими землями, они обосновались в Толедо и образовали там столицу своего государства. Эти земли на протяжении четырёхсот лет являлись владениями вестготов, пока армия Тарика ибн Зияда не одержала победу над их королём Родерихом.

В то время когда вестготы завладели страной берберов, называемой тогда Джабалем ал-Гумарой, этими краями правил Юлиан. Наместником Омеядского халифа Валида ибн Абдулмалика в Ифрикии являлся Муса ибн ан-Нусайр, становище которого находилось в Кайруане. Он назначает своего слугу Тарика ибн Зияда эмиром Танджи. Армия Тарика с целью покорения Магриба аль-Акса, переправившись через горы ат-Танджа, добралась до пролива аз-Зукак, который находился между ат-Танджой и Джазират ал-Захрой (современный Гибралтар)[264].

Юлиан питал ненависть к Родериху: он, согласно существующим правилам, отправил свою дочь на услужение Родериху, однако тот поступил с ней неприлично, после чего Юлиан вернул дочь обратно. В этой связи Юлиан рассказывает Тарику ибн Зияду, какими путями и каким образом он может разгромить армию вестготов. В 92 г. х. (711 г. н. э.) по приказу Мусы ибн Нусайра с армией из 300 арабов и 10 тыс. берберов Тарик Ибн Зияд переходит через пролив и останавливается в горах, которые после этого назвали Джабалем аль-Фатхом, или же Джабалем аль-Тариком[265]. Родерих, узнав об этом, с сорокатысячной армией из аджамов[266] и христиан идёт войной на Тарика. В этом сражении Тарик наносит поражение вестготам, овладев многочисленными пленными и огромными трофеями. Муса ибн Нусайр, испытывая зависть к Тарику, в 93 г. х. с большим войском из арабов и берберов, перейдя пролив Зукак, отправляется в Андалусию к Тарику. Тот встречает Мусу с почестями и уважением, а Муса, продолжая завоевательную кампанию, на востоке до Барселоны, от Джуса до Арбуны, а на западе до Кадиса покоряет множество стран, завладев огромным богатством. Он намеревался продолжить свою экспансию и пойти войной на восток – в Константинополь, а оттуда – в Шам, чтобы дойти до Дамаска, однако весть об этом вызывает тревогу у халифа аль-Валида ибн Абдулмалика[267].

Опасаясь за жизнь мусульман в чужих краях, он пишет Мусе письмо и приказывает вернуться, но тот расставляет стражников на завоёванных границах Андалусии, назначает своего сына Абдулазиза ибн Мусу эмиром тех земель, приказав ему основать свою столицу в Кордове. Затем, в 95 г. х. (714 г.), возвратившись в Кайруану, он назначает своего другого сына Абдуллаха ибн Мусу на своё место правителем Ифрикии, а сам со всей добычей и дарами направляется на восток, к халифу. Как только он предстаёт перед халифом Сулейманом ибн Абдулмаликом, заменившим аль-Валида, тот подвергает его мучениям.

По приказу Сулеймана воины убивают его сына Абдулазиза ибн Мусу – эмира Кордовы – через два года его правления. Спустя шесть месяцев после его убийства оставшиеся без предводителя мусульмане избирают своим эмиром Айюба ибн Хабиба ал-Лахми – племянника Мусы ибн Нусайра. После этого на протяжении нескольких лет халифом или его наместником в Кайруане на должность эмира аль-Андалуса назначались арабские наместники, и за это время Барселона, крепости Кастилии и окружающие их земли также переходят от вестготов к мусульманам.

Как было сказано выше, после свержения династии Омейядов и прихода к власти Аббасидов по приказу первого Аббасидского халифа Абулаббаса Саффаха большинство членов рода бану Умайа, кроме женщин и детей, было убито, а останки некоторых из их предков выкопаны из могил и сожжены. Причиной подобного приказа Саффаха послужили стихи, прочтённые Хаджром ибн ал-Джуръатом о гнёте и насилии бану Умайа, справедливости бану ал-Аббаса, убийстве членов семейства этого рода. Услышав эти стихи на одном из мероприятий у себя во дворце, Абулаббас и все присутствующие из рода Абуталиба и других ветвей бану Хашим предались горьким слезам[268].

После Абулаббас поручил своему дяде по отцу Давуду ибн Али: «Убей каждого, кого найдёшь из бану Умайа…» и приказал: «Вскрой могилы бану Умайа, достань их останки и сожги, как они сожгли Зайда ибн Али!»[269] Эту историю Масуди также приводит в «Муруджа-з-захаб ва маадина-л-джаухар» («Золотые копи и россыпи самоцветов»): «Потом [Абу-л-'Аббас] сказал: «Не тревожит меня, что ко мне припожалует смерть. Ведь я убил за ал-Хусайна и сыновей отца его двести [человек] из бану Умайа, сжёг останки Хишама за сына дяди моего Зайда б. 'Али и убил Марвана за брата моего Ибрахима»[270].

Согласно сведениям Ибн ал-Асира, после того как Аббасиды укрепили свои позиции, а род Умайа подвергся гонениям и уничтожениям, незначительная часть Омейядов, пытаясь спасти свои жизни, обратилась в бегство[271]. По ибн Халдуну, когда Аббасиды одержали победу и завладели халифатом, оставшиеся в живых из рода Умайа отправились в аль-Андалус. Несколько их освобождённых рабов, проживающих в Андалусии, и те, которые сбежали позже, сплотились вокруг бану Умайа и повиновались ему.

Внук десятого халифа династии Омейядов Хишама ибн Абдумалика ибн Марвана ибн ал-Хакама (724–743 г. н. э.) Абдуррахман ибн Муавия был из числа тех, кто сбежал в Андалусию. Он с семьёй до этого «находился в Зоти Зейтун[272], затем бежал в Палестину и вместе со своим рабом Бадром оттуда наблюдал за происходящим». Ибн ал-Асир приводит сообщения самого Абдуррахмана об этом: «Когда (Аббасиды) обещали нам помилование, а после на берегу реки Абу Футрас, нарушив слово, приказали проливать нашу кровь, меня оповестили об этом»[273].

Абдуррахман, находившийся в постоянных бегах, остановился со своей семьёй в селении «среди лугов и рощ на берегу Евфрата», но посланцы Аббасидов находят их укрытие. Абдуррахман, оставив там своих сестёр и четырёхлетнего сына Сулеймана и поручив им добраться до него вместе с его рабом Бадром, со своим братом выбирается из окружения преследователей и скрывается. Далее он приходит к некоему другу, который снабдил его конём, едой и всем необходимым в дорогу. Раб этого друга сообщает правителю о местонахождении Абдуррахмана.

По словам самого Абдуррахмана, как пишет Ибн ал-Асир, «Он (правитель) приказал своим всадникам начать мои поиски. Мы бежали сами, без лошадей, всадники увидели нас и погнались за нами. Убегали садами к берегу Евфрата и раньше, чем они догнали нас, бросились в реку, поплыли, и я спасся. Всадники кричали нам вслед о помиловании, но я не возвращался. Мой брат, доплыв до середины Евфрата, обессилел и вернулся к ним за помилованием, но они отрубили ему голову, а я всё это видел. Ему было тринадцать лет. Я, сохранив эту боль в своём сердце, побежал дальше, скрылся в густом лесу, и они прекратили преследование. Я направился на запад и добрался до Ифрикии»[274]. Там Абдуррахмана находит своего слугу Бадра, через которого сестра передала ему какое-то количество жемчуга, золота и серебра.

Появление Абдуррахмана ибн Муавии в Африке вызывает недовольство местного правителя Абдуррахмана ибн Хабиба ал-Фахри (по некоторым сведениям, он был отцом наместника Андалусии Юсуфа), который стал преследовать беглеца. Абдуррахман ибн Муавия скрывается среди берберского племени Макносы, где попадает в тяжёлое положение. Через некоторое время со своим слугой Бадром он уходит от них и направляется к жителям Нифзовы, которые были его приверженцами. По Ибн ал-Асиру, он пришёл к племени зинота, которое с радостью приняло его[275].

Тёплое отношение жителей Нифзовы, берберов из окрестностей Триполи к Абдуррахману ибн Муавии также подтверждает Ибн Халдун, который пишет, что его племя на западе верило в его победу и по личным качествам его ставили выше Масламы ибн Абдулмалика. «По словам некоего иудея, крепкий мужчина по имени Абдуррахман с двумя косами одержит победу в Андалусии, такими качествами обладал он (Абдуррахман ибн Муавия)»[276].

Ибн Халдун также утверждал, что Абдуррахман присоединился к племени зината, где нашёл надёжное убежище, после чего приступил к восстановлению власти Омейядов. Через некоторое время он направился в Малилу и отправил своего слугу Бадра с письмом к своим приверженцам и мавалям в Андалусию. Те приняли призыв Абдуррахмана и сами также начали призывать народ к его повиновению[277].

Итак, в Андалусии Абдуррахман находит множество сторонников, которые зовут его к себе и отправляют за ним корабль с Самамой ибн Алкамой, Вахабом ибн Асгаром и Шакиром ибн Аби Ашмадом[278]. В месяце раби-ул-аввале 138 г. х. (755 г. н. э.) Абдуррахман ибн Муавия прибывает в Андалусию, в аль-Мунаккаб.

Абдуррахман ибн Муавия ад-Дахил (Абдуррахман I) благодаря огромному авторитету Омейядов в Андалусии за короткое время приобрёл множество сторонников и укрепил свои позиции. С целью повторного восстановления могущества Омейядов он принял решение создать в Андалусии независимый эмират, где к Абдуррахману приходит группа из высокопоставленных и влиятельных лиц Севильи. В то время правителем Андалусии являлся Юсуф ибн Абдуррахман Фахри. Йеменцы, сердца которых «были наполнены ненавистью к Юсуфу Фахри», также идут к Абдуррахману и выражают готовность повиноваться ему.

За короткое время Абдуррахман подчиняет себе местных правителей. В Рее ему присягает со своими подданными правитель города Иса ибн Мусавир, в Шазуне это делает правитель Гияс ибн Алкама ал-Лахми, в Мурре – правитель города Ибн Шаджара, в Севилье – Абусаббах ал-Яхья, как и жители других городов Андалусии[279]. По сведениям Ибн Халдуна, ему также присягнули все жители Ронды, Ширши и Севильи настолько, что на стороне Юсуфа, кроме фахрийцев и кайситов, не осталось никого[280].

Затем Абдуррахман Муавия отправляется в Кордову. В это время правителя Кордовы Юсуфа в городе не было, он пребывал в Толедо. По возвращении в Кордову его известили об Абдуррахмане ибн Муавие. Прибыв в Кордову, Абдуррахман отправил письмо Юсуфу ал-Фахри с предложением заключить мирный договор. После этого все приближённые Юсуфа были уверены, что между Абдуррахманом и Юсуфом заключён мир. Народ Кордовы был занят подготовкой к Ид Ал-Адхе. Юсуф также занялся приготовлением продовольствия, чтобы в день жертвоприношения – 10-го зульхиджи 140 г. х., т. е. 5 мая 757 г. н. э., народ ел и благодарил Аллаха.

Абдуррахман же в это время проверял боеготовность своей армии. Как пишет Ибн ал Асир, «ночью он со своими людьми перешёл реку, и в ночь праздника жертвоприношения начинается сражение»[281]. Обе стороны принимают решение подождать до утра, и с восходом солнца начинается истребление воинов Юсуфа, который обращается в бегство, его воевода Самил с некоторым количеством воинов продолжают сражение, но, потерпев поражение, также бегут с поля боя. Юсуф бежит в Мериду, а Абдуррахман входит в Кордову.

Позже он отправляется на поиски Юсуфа. Узнав об этом, Юсуф возвращается в Кордову, входит во дворец, забирает всё имущество и уходит в Альбиру (по словам Ибн Халдуна, в Гренаду). Весть об этом доходит до Абдуррахмана, и он возвращается в Кордову, но, не застав там Юсуфа, направляется по его стопам[282]. Добравшись до Альбиры, Абдуррахман отправляет Юсуфу письмо о заключении мирного договора, предложив Юсуфу сдаться и остаться с ним в Кордове. Юсуф принимает предложение Абдуррахмана и в знак согласия в качестве гарантии своей покорности отдаёт Абдуррахману двух своих сыновей[283].

Таким образом, в 139 г. хиджры (756 г. н. э.), по другим данным, в 138 г. (755 г. н. э.), Абдуррахман ибн Муавия Ибн Хишам ибн Абдумалик ибн Марван ибн ал-Хакам, праправнук основателя марванидской ветви династии Омейядов, подчинив себе множество городов Андалусии, создаёт новое государство Омейядов – Кордовский Эмират[284].

Ибн Халдун приводит сведения, что Юсуф, нарушив мирный договор, в 141 г. х. (758 г.) уходит в Толедо и собирает войско из 20 тыс. берберов. Эмир Абдуррахман отправляет на войну с Юсуфом Абдулмалика ибн Умара (внука Марвана ибн аль-Хакама). В этом сражении войска Юсуфа терпят поражение, сам он обращается в бегство и вскоре в Толедо погибает от руки одного из своих окружённых[285]. После этого Абдуррахман ибн Муавия обретает в Кордове высокое положение и становится могущественным правителем Андалусии.

В период своего правления Абдуррахман ибн Муавия превратил Андалусию в независимое государство. Его называли аль-Мансуром, т. е. победителем. Он стремился построить Кордову по подобию своей родины с величественными дворцами и сооружениями Омеядских халифов. В Кордове появился новый район с великолепными дворцами и замками, возвышались монументальные мечети. Абдуррахман начал постройку огромной мечети, подобной Великой Дамасской мечети. Для её возведения он выделил 80 тыс. динаров (которые по нынешним меркам равны огромному состоянию), но не дожил до завершения строительства[286]. Эта мечеть была достроена во времена последующих халифов – сыновей Абдуррахмана – и по великолепию и роскоши не имела себе равных.

Аббасидский халиф Абу Джафар аль-Мансур, узнав о том, что Абдуррахман без орудия и снаряжений, без армии, без помощи и поддержки Аббасидкого государства прибыл в Андалусию, выдержав все трудности и испытания, своей силой и волей покорил Андалусию, завоевав эти страны, назвал его аль-Сакром (т. е. ястребом) бану Курайш[287]. Вначале Абдуррахман во время молитвы при хутбе называл имя Абу Джафара аль-Мансура, но после того, как стал непоколебимым правителем Андалусии, он убрал имя аль-Мансура из хутбы и восстановил ту былую мощь и славу Марванидов, которую уничтожили на Востоке. Он устранил всех сторонников Аббасидов в Андалусии, стёр имена Аббасидов со всех трибун и пресёк все пути и возможности посещения их приверженцев в Андалусию.

Гайдар Баммат, высказывая своё мнение по поводу особенностей характера Абдуррахмана, в подтверждение приводит слова известного западного автора Кордона: «Можно сказать, – замечает М. Кордон, рисуя его портрет, – что если он чем-то и обязан фортуне, которая расчистила ему дорогу к трону, то только собственной ловкости и осторожности в управлении, способности вести армии и стремительности разгонять мятежи. Он был бесстрашным во время опасности, неутомимым в работе, делал всё сам, не доверяя никому осуществления намеченных им проектов. К этим качествам присоединялось прекрасное и завораживающее красноречие, перед которым никто не мог устоять. Во времена своего правления он покровительствовал наукам, которые развивались и процветали»[288].

Аббасидские халифы несколько раз пытались склонить народ Андалусии в свою сторону, к примеру, в 146 г. х. (763 г.) из Ифрикии в Боджу Андалусии прибыл Ало ибн Мугис ал-Джаззами и призвал народ к повиновению Абу Джафару аль-Мансуру, тогда часть жителей Боджи приняла его предложение. Абдуррахман ибн Муавия направился к нему, сразился в Севилье, нанёс ему поражение, уничтожил 7 тыс. воинов и отправил их головы в Кайруану и Мекку[289].

В другой раз, в 161 г. хиджры (778 г.), правитель Ифрикии Абдуррахман ибн Хабиб ал-Фахри ас-Саклаби по приказу Аббасидкого халифа Мухаммада ал-Махди, сына аль-Мансура, прибыл в Андалусию, чтобы призвать народ к повиновению Аббасидам. Он направляет свой корабль к берегам Мурсии, выходит на берег, останавливается в Тадмире (Пальмира), оттуда отправляет письмо правителю Сарагосты Сулейману ибн Яхзану и призывает его к подчинению Аббасидскому халифу аль-Махди. Сулейман оставляет письмо без ответа, и Абдуррахман ал-Фахри с войском из своих воинов и отрядом берберов идёт войной на Сарагосту. В этой битве Сулейман ибн Яхзан наносит поражение войску Абдуррахмана ал-Фахри, после чего последний возвращается в Тадмир (Пальмиру).

Эмир Андалусии Абдуррахман ибн Муавия, который в своё время, спасаясь от гонений Аббасидов, искал убежище в Ифрикии, а там подвергся преследованиям со стороны Абдуррахмана ал-Фахри, с большой армией отправился в сторону Абдуррахмана ал-Фахри, чтобы перекрыть ему путь к бегству. Сначала он поджёг его корабли, затем принялся за него самого. Абдуррахман ал-Фахри, спасаясь, скрывается в высоких и труднодоступных горах в окрестностях Валенсии. Абдуррахман ибн Муавия потратил немало сил и средств, чтобы поймать Абдуррахмана ал-Фахри, и объявил большое вознаграждение за его голову. Один из берберов, выждав момент его уединения, убивает его и приносит голову Абдуррахману ибн Муавие, который даёт ему тысячу динаров. Это произошло в 162 г. хиджры.

В 163 г. х. (780 г.) Абдуррахман ибн Муавия, чтобы отомстить за вторжение Абдуррахмана ибн Хабиба Фахри, намеревается идти войной на северные границы Шама. Но в Сарагосе, как пишет Ибн Халдун, Сулейман ибн Яхзан и Хусейн ибн Яхйя ибн Саид поднимают бунт, и Абдуррахман ибн Муавия, отложив поход на Шам, занялся подавлением Сарагосского мятежа[290].

Эмир Абдуррахман ушёл из жизни в 172 г. х. (788 н. э.). В это время его старший сын, Сулейман ибн Абдуррахман, был наместником Толедо, а другой его сын и наследник трона Хишам ибн Абдуррахман правил в Мориде. После смерти Абдуррахмана его сын Абдуллах ал-Баленси, находившийся в Кордове, принял присягу повиновения своему брату Хишаму ибн Абдуррахману, который вскоре возвращается в Кордову и наследует трон отца. От зависти его старший брат Сулейман поднял бунт в Толедо, к нему присоединился его брат Абдуллах, который находился в Кордове. Хишам ибн Абдуррахман отправился в Толедо и осадил город, но Сулейману удалось выбраться из окружения. После неудачной попытки войти в Кордову с другой стороны он сбежал в Мориду. Однако наместник Мориды, встретив его битвой, нанёс ему поражение. Абдуллах, вернувшись в Кордову, повиновался брату Хишаму, который простил его и был к нему благосклонен. Чтобы усмирить старшего брата Сулеймана, в 174 г. х. он отправил своего сына Муавию в Тадмир, но Сулейман скрылся в горах Валенсии, а Муавия вернулся в Кордову. Сулейман написал брату письмо и попросил позволить ему и его семье переплыть через море и добраться до берегов Берберии. Хишам не только согласился, но и отправил своему брату 60 тыс. динаров от наследства отца. Сулейман обосновался на берегах Магриба, а его брат Абдуллах присоединился к нему[291].

В период своего правления Хишам ибн Абдуррахман в первую очередь принялся за расширение границ эмирата и предпринял военные походы на соседние страны. Он уделял особое внимание всеобщему образованию, науке, искусству, поэзии. При нём во всех городах эмирата были учреждены народные школы, где учились и мусульмане, и христиане. Хишам, как и его отец, уделял большое внимание благоустройству городов, построив множество новых зданий, мечетей и укреплённых мостов. Строительство великой Соборной мечети Кордовы, начатое ещё при Абдуррахмане ибн Муавие, завершилось в годы правления Хишама.

Во времена эмира аль-Хакама ибн Хишама (796–821 гг.) в эмирате возникают недовольства, перерастающие в мятежи. Причиной спада влияния и авторитета эмира становится он сам, так как, по Ибн Халдуну, «как только он утвердился на троне, предался своеволию» и, будучи мусульманином, не соблюдал некоторые исламские каноны, предпочитая пить вино, пировать и заниматься охотой. В результате мятежей погибает много людей, а огромное количество жителей Кордовы покидают страну и перебираются в Египет и Магриб. Эта ситуация станет началом будущего ослабления единства провинций эмирата.

Старейшины Андалусии, улемы и факихи, такие как Яхья ибн Яхья ал-Ляйси, Талут аль-Факих и другие, собрались в Кордове и, подняв бунт против Хакама, отстранили его от власти. Вместо него они присягнули Мухаммаду ибн аль-Касыму, дяде Хишама, который проживал в своём дворце на западном рабазе[292] Кордовы. Но в 187 г. х. аль-Хакам окружил эти места войском и, разогнав мятежников, занял свой трон эмира[293].

Наравне с этим аль-Хакам был первым из Андалусских эмиров, кто сформировал систематизированную армию, куда принимал наёмных воинов, а также, собрав большое количество оружия, наладил производство вооружения. Купил 5 тыс. рабов, которых называл немыми, так как они не владели его языком. Государственными делами управлял сам Хакам, у него было достаточно осведомителей, которые наблюдали за положением народа. Он окружил себя богословами, улемами и добродетелями, а правление его длилось 27 лет.

После прихода к власти следующего эмира Абдуррахмана ибн Хакама (в 206 г. х. (821 г. н. э.)) народные восстания возобновились с новой силой. Этому посодействовало, в том числе, повышение налогов в связи с расширением масштабов новых построек и объёма работ по улучшению благоустройства городов. Он построил дворцы и парки, провёл в Кордову питьевую воду и соорудил водоёмы, откуда жители брали воду. Выстроил множество соборных мечетей, в Большой Кордовской мечети возвёл два купола, которые достроили при его сыне Мухаммаде. Абдуррахман аль-Авсад владел религиозными науками и философией, именно он разработал так называемые «Правила Царствования». Наравне с процветанием науки, образования, культуры и архитектуры Абдуррахману ибн Хакаму удалось вернуть некоторые отделившиеся провинции, в том числе Толедо, в своё подчинение, а также успешно отразить нападения внешних противников. Правление его длилось 31 год, после чего в 238 г. х. царствование продолжил Абдуррахман аль-Авсад ибн Хакам, внук Абдуррахмана ад-Дахиля.

Другие вышедшие из-под контроля эмира города, в том числе Толедо и Сарагосу, заново берёт под свой контроль сын Абдуррахмана ибн ал-Хакама Мухаммад ибн Абдуррахман (852–886). Но вскоре эти города снова отделились от эмирата. В 873 г. Толедо, отколовшись от Кордовы, объявляет свою независимость. Подобные ситуации также происходят и в других регионах эмирата. В Эстремадуре, Рондо разжигаются масштабные мятежи, в результате чего эти крупнейшие области Андалусии выходят из состава Кордовского эмирата и объявляют о своём суверенитете.

После смерти Мухаммада ибн Абдуррахмана к власти приходят его сыновья, сначала в 273 г. х. аль-Манзар, а после его смерти в 275 г. х. его брат Абдуллах ибн Мухаммад. До этого сумма налогов Андалусии составляла 300 тыс. динаров, 100 тыс. из которых были предназначены армии, 100 тыс. динаров – для различных государственных нужд, а остальные 100 тыс. откладывались как резерв на будущее. При Абдуллахе ибн Мухаммаде в 275 г. х. в сфере сбора налогов возникли трудности: жители Андалусии отказывались платить харадж, в связи с чем все запасы были истрачены, и бюджет приблизился к самому нижнему пределу[294].

Абдуллах ибн Мухаммад скончался в раби уль-аввале «в конечном году третьего столетия» после 26 лет правления, возможно, в 300–301 г. х. (912–913 гг.). После него власть перешла к его внуку Абдуррахману, отец которого был убит своим братом Матрафом. В период правления прежних эмиров происходили постоянные безрезультатные противостояния с мятежниками, в том числе Абдуррахманом ибн Марваном, Луббой ибн Мухаммадом, Ибн Хафсуном, отдельными племенами и соседними странами. Дошло до того, что в последние годы жизни Абдуллаха ибн Мухаммада влиятельность некоторых отдельных кланов превышала авторитет эмира.

Эмир Абдуррахман ибн Мухаммад, известный в истории как Абдуррахман III, приступил к восстановлению своего эмирата. Подавил мятежи, все противодействующие группы, в том числе жители Толедо, которые отказывались подчиняться предыдущим эмирам, повиновались ему. Во всей Андалусии за 50 лет его правления царили мир и согласие, чего не было при предыдущих и последующих правителях.

В 929 г. эмир Кордовы Абдуррахман ан-Насир провозглашает себя халифом, и Кордовский Эмират преобразовывается в Кордовский (или же в Андалузский) Халифат. Это произошло после того, как багдадский халиф ал-Муктадир Биллах в 320 г. х. был убит своим рабом и ослабленное правление Аббасидов на самом деле существовало формально, а фактическое управление государством перешло к тюркам.

После прихода к власти Абдуррахмана ан-Насира ибн Мухаммада положение в эмирате изменилось. В этот период в Кордовском Халифате наблюдался стремительный рост в экономике, культуре и политике. Абдуррахман ан-Насир уже с первых дней своего правления поставил перед собой главную задачу – объединение регионов эмирата и расширение его границ. Благодаря его большому таланту руководителя, находчивости, смелости, справедливости и доброжелательности ему удаётся за короткое время собрать воедино почти полностью распавшийся на части эмират и одновременно расширить рубежи государства на западе, востоке, севере и юге. Это привело к тому, что европейские страны изъявили желание заключить с ним мир и даже в некоторых вопросах просили его о помощи. В том числе императоры Рима и Константинополя (Византии) признали Абдуррахмана ан-Насира и с целью примирения отправили к нему своих послов с дарами. Галиция, Кастилия, Бамбалуна и другие сопредельные страны также заключили с ним мир и договор о добрососедских отношениях[295]. В 318 г. х. (930 г.) он завоевал Сабту и подчинил себе эмиров Магрибского побережья и Зиноты.

Абдуррахман ан-Насир с первых дней своего правления освободил народ от бремени налогов. Объединив весь народ эмирата, независимо от национальности, вероисповедания, он создал для них условия для образования и воспитания, что являлось основой для зарождения и процветания достойной культуры народов этого региона. Культура и просвещение мусульман вскоре распространились среди всех жителей Андалусии и кардинально изменили эту страну. Наука и образование обрели высокую значимость среди мусульманского и немусульманского населения, продолжая развиваться и обогащаться знаниями. Высокого прогресса также достигли в области земледелия, садоводства, ремесленничества, в торговле и строительстве.

Кордова преобразился в один самых красивейших городов мира. Рядом с дворцом аз-Захиром, построенным его предками, Абдуррахман возвёл величественный дворец ар-Рауза, построил Мадинат уз-Захру и поселился там, а также разбил прекрасные, бесподобные сады и цветники. Для этого он пригласил немало инженеров и архитекторов со всего мира, в том числе из Багдада и Константинополя.

После Абдуррахмана ан-Насира ибн Мухаммада в 350 г. х. (961 г. н. э.) трон халифа переходит к его сыну Абулгази ал-Хакаму ибн Абдуррахману (961–976 гг. н. э.). Продолжая политику своего отца, он уделяет особое внимание науке, сохранению научных трудов, древнейших книг. При нём библиотека Кордовы становится одним из крупнейших и богатейших книгохранилищ мира. Начинаются работы по переводу редких и ценнейших трудов с латинского и греческого языков на арабский. Ал-Хакам был правителем, который проявлял большую любовь к науке, ценил учёных, он собрал такое количество различных книг, что с ним не мог сравниться ни один монарх. По рассказу Ибн Хазама от имени его друга, который управлял хранилищем книг и знаний дворцов бану Марвана, количество фехристов (каталогов), где были записаны названия книг, составляло сорок четыре тома, каждый из фехристов состоял из пятидесяти листов, где были записаны названия только диванов (сборников стихов). Другим доказательством его библиофилии было то, что он приказал купцам приобретать книги везде, где они бывают, и доставлять их в Андалусию. Он заплатил Абулфараджу Исфахани и Абубакру ал-Бахри ал-Малики по тысяче динаров чистого золота за одну книгу. Ал-Хакам собрал во дворце тех, кто специализировался на переписывании книг, и это послужило тому, что в его библиотеке оказалось огромное количество книг, каких до этого не было ни у кого[296].

После 16 лет правления, в 366 г. х. (976 г. н. э.), Ал-Хакам ал-Мустансир ибн Абдуррахман скончался от болезни. Перед смертью, передав трон своему 10-летнему сыну Абулвалиду Хишаму ибн ал-Хакаму, он назначил его визирем кадия[297] Мухаммада аль-Мансура ибн Абуомира и поручил ему опеку над сыном, а также вести все его дела. Это привело к тому, что после смерти ал-Хакама его хаджиб Мухаммад ибн Абуамир ал-Мансур отстранил Хишама от власти и, посеяв раздор и вражду между чиновниками, взял узды правления в свои руки[298].

Он управлял халифатом якобы от имени Хишама, а на самом деле принимал решения по своему желанию и усмотрению, за этот период завоевав ряд областей Северной Испании. Мухаммад ибн Абуомир сделал Хишама аль-Муайяда затворником и почти запретил визирям и высокопоставленным чинам видеться с ним. Они могли изредка приходить к нему на поклон, чтобы всего лишь поприветствовать его и вернуться. Аль-Мансур принялся устранять своих противников, в первую очередь он выгнал из дворца евнухов – славян, численность которых составляла более 800 человек. Далее он казнил всех арабских и неарабских чиновников, освободив политическую арену от соперников и создав свою армию из числа зинатийских берберов.

После смерти хаджиба ал-Мансура, правившего 27 лет, в 393 г. х. управление халифатом переходит к его сыну Абдулмалику ибн Мухаммаду по прозвищу ал-Музаффар. В 397 г. х. его травит ядом собственный брат Абдуррахман ибн Мухаммад, он же ан-Насир, и берёт бразды правления в свои руки. При нём Хишам ал-Муайяд также был отстранён от государственных дел и находился в изоляции. Наконец, Абдуррахман ибн ал-Мансур потребовал от Хишама ал-Муайяда назначить его наследником престола (или преемником), так как он не родственник, и передать официальную власть ему. Хишам выполнил его требование и в раби уль-аввале 398 г. х. при визирях, кадиях и других чиновниках подписал приказ, составленный Абухафсой Ахмадом ибн Бартом, о передаче трона Абдуррахману ибн ал-Мансуру. Подобное решение разгневало Омейядов и Курайшитов, которые решили свергнуть власть йеменцев и передать её египтянам. Дождавшись удобного случая, когда хаджиб Абдуррахман ан-Насир ибн Мухаммад отправился войной на Галицию, в 399 г. х. они связали начальника его охраны, ворвались во дворец, отстранили Хишама аль-Муайяда от власти и посадили на трон Мухаммада аль-Махди ибн Хишама ибн Абдуджаббара ибн Абдуррахмана ан-Насира из рода халифов. Узнав об этом, он возвращается из заграницы, однако воины, отстранившись от него, прибывают в Кордову и присягают аль-Махди. Некоторые из них отправляются за Абдуррахманом и убивают его.

Берберы из Зиноты в своё время помогли аль-Мансуру ибн Абуомиру и его сыновьям захватить власть, поэтому Омеяды испытывали к ним ненависть. Мухаммал аль-Махди издал приказ о том, что берберы имеют право скакать верхом на конях, но не имеют права держать в руках оружие. В итоге их выгнали из дворца и разграбили их дома.

Позже на политическую арену Кордовского халифата с помощью берберов выходит Сулейман ал-Мустаъин ибн ал-Хакам, и они с Мухаммадом аль-Махди неоднократно заменяют друг друга на троне. За это время к власти возвращается Хишам ал-Муайяд, который вскоре погибает от рук Сулеймана.

За короткое время халифат, переходя из рук в руки, подошёл к полному распаду. Границы халифата теперь уже были ограничены всего лишь самой Кордовой и её пригородами, так как все области халифата объявили о своей независимости. Когда халифат ослабел и берберы снова обрели силу, власть взяли в свои руки представители династии Хаммудитов, причисляющие себя к потомкам Пророка (с).[299] Али ибн Хаммуд и его брат Касым из рода Идриса ибн Абдуллаха ибн ал-Хасана ибн Али (р) ибн Абдулмуталлиба, переплыв море, вошли в Андалусию и начали призывать к своему повиновению. Множество из берберов присоединились к ним, и в 407 г. х. (1016 г.) Хаммудиты, казнив Сулеймана ал-Мустаъина, захватили Кордову. Хаммудиты правили в течение семи лет, после чего в месяце рамадан 414 г. х. (1023 г.) жители Кордовы свергли их и возвели на трон Абдуррахмана аль-Музтазхира ибн Хишама ибн Абдуджаббара ибн Абдуррахмана ан-Насира, брата бывшего халифа аль-Махди. Но его делами управлял сын дяди его отца Мухаммад ибн Абдуррахман ибн Убайдуллах ибн Абдуррахман ан-Насир. Спустя два месяца Мухаммад ибн Абдуррахман восстал против халифа, убил его и сам занял его место. Мухаммаду дали прозвище ал-Мустакфи. Через шесть месяцев его господства власть переходит к Яхйе ал-Маътали ибн Али ибн Хаммуду. Ал-Мустакфи сбежал к границе, но по пути погиб.

Вскоре народ Кордовы снова свергнул Яхйю ал-Муътали ибн Али ибн Хаммуда. Государственными делами халифата управлял визирь Абулхазм Джухур ибн Мухаммад, который был предводителем большинства населения Кордовы. Он в 417 г. х. (1026 г.) принёс присягу верности правнуку первого халифа Андалусии Абдуррахману ан-Насира Хишаму ибн Мухаммаду, который в то время находился на границе Лорде и, узнав об этом событии, направился в Бунат (Барнас) и остановился там. В 418 г. х. народ присягнул ему и присвоил ему прозвище ал-Муътад Биллах. Хишам ибн Мухаммад в течение трёх лет находился на границе, до тех пор, пока народ не решил привезти его в столицу халифата Кордовы. В 420 г. х. (1029 г.) он прибыл в Кордову, но спустя два года был свергнут воинами, далее сбежал в Лорде и в 428 г. х. (1037 г.) там скончался. Со смертью Хишама ибн Мухаммада господство Омейядов в Андалусии подошло к концу[300]. Яхйя ал-Маътали за это время пытался снова овладеть Кордовой, но в 426 г. х. был убит Мухаммадом ибн Абдуллахом ал-Барзали, и на этом правление Хаммудитов также завершилось.

После того как последний Омеядский халиф был свергнут, в 422 г. х. народ возложил управление Кордовой на мудрого и праведного визиря Абулхазма Джухура ибн Мухаммада ибн Джухура. Позже Мухаммад ибн Исмаил ибн Ибад сообщает, что Хишам ал-Муайяд находится у него в Севилье и по его настоянию в Кордове читают хутбу с его именем[301]. Однако, когда Хишам ал-Муайяд прибыл в Кордову, жители города не впустили его и при хутбе не произносили его имени. Итак, до 435 г. х. (1043 г.) правление государством находилось в руках Джухура. «После него его место по согласию достаточного количества голосов населения занял его сын Абулвалид Мухаммад ибн Джухур»[302].

Жители Кордовы и в последующем защищали свой город от набегов различных завоевателей и нежелательных правителей. Наример, как пишет Ибн ал-Асир, в 545 г. х. король Альфонес, правивший тогда Тулайтулой (Толедой) и её окрестностями, с сорокатысячным войском направился в сторону Кордовы. Это были времена слабости Кордовы, связанные с многолетней засухой. Услышав об этом, Абдулмуъмин, находившийся тогда в Марракеше, собрал огромную армию и отправил это войско под командованием Абу Закарии Яхйи ибн Ярмуза на помощь жителям Кордовы. Альфонес, который в течение трёх месяцев держал Кордову в осаде, при приближении войска мусульман, не вступая с ними в бой, вернулся в свой город[303].

Наблюдая за историей становления мусульманского общества, можно заметить, что в исламском мире демократические принципы имели особое значение. Как было приведено выше, народ Андалусии в указанный период, как и во время праведных халифов, неоднократно переизбирал своих правителей или лишал их власти. При некоторых же правителях Омеядского и Аббасидского халифатов, хоть власть и представляла монархический или теократический строй, но некоторые демократические каноны всё же соблюдались.

Наравне с этим, как свидетельствуют источники, в последующем, например во второй половине XIII в., эмиров Андалусии назначали Аббасидские халифы. К примеру, как указывает Ибн Халдун, в 631 г. х. (1233 г. н. э.) Аббасидский халиф ал-Мустансир Биллах издал приказ о назначении Мухаммада ибн Юсуфа ибн Худа эмиром Кордовы. Данный приказ доставил Абуали ал-Комил ибн Хасан ибн Али ал-Карди. Халиф наградил его грамотой, халатом и прозвал ал-Мутаваккилем. Посол халифа передал ему грамоту и халат в Гренаде[304].

Итак, знаменитый и могущественный Кордовский халифат распался на небольшие отдельные государства. Всю Андалусию охватили мятежи, войны, завоевания. Правители и полководцы отделившихся стран пытались как можно больше расширить свои владения и повысить свой авторитет в регионе. В результате этих столкновений с течением времени устои данных государств ослабли, а мусульманские правители постепенно утратили свои позиции. Таким образом, от былой мощи и могущества великого Андалузского государства не осталось и следа.

Последним ударом стал распад Багдадского халифата в 1258 г. в результате нашествия монголов, который лишил эмиров государств Андалусии авторитетных покровителей в лице Аббасидских халифов.

Таблица правления Омейядских халифов

Примечание: в таблице приведены данные из разных источников. Чтобы разобраться, из каких источников та или иная информация, они приведены в разных форматах: «Т.:» – Табари; «М.:» – Масъуди; «строгий шрифт с подчёркиванием» – другие источники; «текст с курсивным начертанием и жирным шрифтом» – вычисления автора; «(?)» – «возможно, допущена неточность».

¹ Подсчитано по данным Табари и Масъуди.

² По данным Табари и Масъуди, со дня смерти Язида до провозглашения Марвана ал-Хакама халифом прошло 4 месяца.

³ До убийства Абдуллаха аз-Зубайра, Масъуди, «Муруджа-з-захаб ва ма’дина-ль-джаухар», [XXIV] /388/. Наравне с этим тот же Масъуди указывает, что правление Абдуллаха аз-Зубайра, которому присягнули жители некоторых провинций халифата, длилось 8 лет и 5 месяцев.

⁴ Некоторые говорят, что ему было 42 года (Табари).

⁵ В другом месте Табари показывает эту дату так: «в среду, за девять дней до конца джумода уль-авваля 127 года, и ему было сорок лет» (Балъами. Таърихи Табари (тадж.). Т. 2. С. 1378).

⁶ Вычислено согласно сведениям Табари: от зульхиджи 126 (с. 1381) до раджаба 127 (с. 1386); Балъами «Таърихи Табари».

⁷ Эти же сведения Масъуди также приведены и в «Таърихи Табари», но немного иначе: «С того дня, как Ибрахим присягнул Марвану, до того дня, как отрёкся от власти, прошло два месяца». С. 1384.