Я не верю в расовое превосходство, но я верю

в превосходство нравственное… Я знаю, что

незаконнорождённый холуй, воспитанный среди

таких же безродных холопов, не знающий,

что такое стыд и совесть, мне не ровня.

Казалось, основные трудности позади. Горные массивы, длительный переход через пустыню. Тем не менее непростой, а может быть, и более сложный путь предстояло ещё осилить. Необходимо было преодолеть горы Хиджаза, которые простирались почти от самого Табука до Медины. В отличие от пустыни оазисы с колодцами встречались почти на каждом привале. Казалось бы, горы для путников с Кавказа не должны были быть большим препятствием. Однако сравнивать величественные вершины Кавказа и горную цепь Хиджаза нельзя. Да и погода была непривычной, а порой и невыносимой. Днём стояла знойная жара, а ночью – пронизывающий холод.

Вместе с тем караван Сурхо двигался медленно, трудность была ещё в том, что огромная усталость давала о себе знать.

Тяжелее всех приходилось Чике и его помощникам. Запасы лекарственных трав заканчивались, некоторым приходилось оказывать помощь по несколько раз в день. Массаж рук и ног наловчились делать все.

Стали чаще встречаться караваны в пути. Сопровождающие их с удивлением смотрели на чужеземцев. Некоторые махали руками, кланялись, что-то выкрикивали, а Абубакар переводил эти приветственные слова. В ответ путники также махали руками и благодарили. Верблюды оказались очень кстати, среди нахов были такие, кто уже просто не мог идти дальше. После обмена своих лошадей на местные породы (а то и продажи, чтобы купить других коней) часть людей каравана вынуждена была порой идти пешком, хотя и по очереди. Ноги отекали настолько, что боль в них не давала двигаться. Эти мучения прекратились, когда Геха выделил дополнительно верблюдов. Далее путь оказался лёгким и быстрым.

Сурхо сидел на добротном коне местной породы, часто оглядываясь на своих соотечественников. Олхазар и Алимбек ехали рядом. Немного позади со своими бойцами ехал Шадид, а рядом с ним – Дадаш. Постоянно рядом был и Абубакар как переводчик, а теперь больше как знаток местности.

Небо было ясное, жара усиливалась. Редко стали видеть птиц, которые с утра летали не уставая. Казалось, что всё живое замерло на время. Время было уже за полдень, все молча плелись за вожаком.

Вахид ехал на своём верблюде и сочувственно поглядывал на уставших горцев.

– Сурхо, думаю, пора остановиться на привал, – подъехав поближе, сказал Чика.

– Да, конечно, сейчас остановимся, – ответил Сурхо не задумываясь. – Придётся немного потерпеть, Абубакар объяснил, что тут недалеко есть хорошее место с колодцем, где все останавливаются. Там и сделаем привал. Все в порядке?

– Двоим плохо, думаю, они долго не протянут, – ответил с досадой Чика. – К тому же запас лекарств иссякает, и мне надо собрать нужные травы. Я заметил вокруг много необходимых мне растений. Пока все отдыхают, я с помощниками соберу.

– Хорошо, делай своё дело… А кому плохо?

– Один гIалгIай, он чуть лучше, а второго не знаю, но ему особенно плохо.

– Сделай всё возможное. Мы в ответе за них перед их родственниками, – сказал Сурхо с печалью в голосе.

Он видел всё своими глазами, порой с тоской смотрел на людей. Иногда в голове мелькала мысль: стоило ли это затевать? Но сразу же сам себя и успокаивал: если бы всё было напрасно, то столько желающих не собралось бы. Какой путь избрать и где истина – вот задача, которую необходимо было решить. Ну а преодолеть трудности без жертв невозможно. С этими мыслями они подошли к намеченному месту для привала.

Людей было много, и, кто бы ни подходил, все устремлялись к воде. Утоление жажды было главным для путников, в том числе и животных. Абубакар приглядел место для отдыха, и все стали располагаться. Вахид подошёл к Сурхо и начал что-то говорить.

– Абубакар, о чём это он? – спросил Сурхо переводчика.

– Он говорит, что удивлён и восхищён вашим мужеством и стойкостью, – ответил Абубакар.

– Поблагодари его. Скажи, что так было необходимо. Встреча с великим Пророком стоит того.

Вахид был крайне удивлён такими словами. «Ещё не успели встретиться и поговорить с человеком, а уже убеждённо говорят о его величии», – подумал он.

– Хвала Аллаху, как это прекрасно, – стал восхищаться Вахид. – Посланник Аллаха – действительно великий человек, и вы сами убедитесь в этом. Идущих на встречу с ним с такой уверенностью я вижу впервые. Это замечательно…

Справившись с бытовыми делами, все начали устраиваться на отдых. Кто-то лежа, кто-то сидя. В основном все уселись вокруг Сурхо и его приближённых, здесь же расположился и Вахид, рядом с Абубакаром.

– Вахид, – обратился к арабу Сурхо, – Геха нам сказал, что ты можешь нам многое поведать о посланнике Аллаха. Мы готовы слушать. На каждом привале можно будет продолжать. Как ты на это смотришь?

– Хорошо, – ответил Вахид через Абубакара. – Я давно изучаю жизнь и деяния Мухаммеда (да благословит его Аллах и приветствует), они богаты событиями, – начал он свой рассказ. – Его родословная идёт от Пророка Ибрагима (мир ему), через его сына Исмаила, который родился от второй жены Ибрагима, египтянки Хаджар. Прежде чем рассказать вам про Мухаммеда (да благословит его Аллах и приветствует), хочу объяснить, почему так происходит на земле. Пророков много, и у каждого своё предназначение, хотя Аллах их посылает с одной и той же целью. Вместе с тем противостояния между людьми не прекращаются, война за войной. Сильный поглощает слабого, кровь льётся рекой. И это идёт с зарождения человека на Земле. Сыновья Пророка Адама (мир ему) и его супруги Хавы[85] дошли до кровопролития.

Все слушали с удивлением и большим интересом. О таких вещах они никогда и ни от кого не слыхали. Абубакар только и успевал переводить. Вахид замолчал, огляделся, как бы убеждаясь, что все его слушают, и продолжил:

– Я поведаю вам одну интересную легенду.

…Все проблемы от Иблиса[86]. Он является носителем зла, разврата, раздоров, войн, то есть всего плохого, что может быть в человеческих отношениях. Всевышний за непослушание и гордыню отдалил его от себя. Тем временем Аллах уже создал наших прародителей, Адама и Хаву. В один прекрасный день к ним подошёл тот самый Иблис со своим детёнышем. Адам и Хава знали о дерзости Иблиса. И тут Иблис неожиданно обратился к ним:

– Адам, у меня к вам небольшая просьба.

– Слушаем тебя.

– Не могли бы вы присмотреть за моим детёнышем? А я тем временем узнаю, что на Земле творится.

– Хорошо, – ответил Адам.

– Вот и славно. Я пойду, поскитаюсь.

Иблис удалился. Адам с Хавой сидели и молчали, а детёныш тем временем играл.

– Почему ты согласился? – первой заговорила Хава. – Ты же знаешь, что от Иблиса ничего хорошего ждать нельзя. Я думаю, он что-то замышляет. Разве он не мог своего детёныша с собой взять? Чует моё сердце нехорошее.

– Успокойся, я не смог ему отказать.

– Тогда давай утопим его, и делу конец, – предложила Хава. – Когда Иблис придёт и спросит, то ответим: мол, недоглядели.

Адам согласился с Хавой:

– Может, ты и права, меньше будет зла на земле.

Недолго думая, они так и поступили. Ничего не подозревающего детёныша Иблиса бросили в море.

Прошло некоторое время, и вернулся Иблис.

– Ну как вы тут? Что-то я не вижу своего детёныша.

– Не знаем, был тут недавно, бегал, играл, – хором ответили Иблису оба жителя Земли.

Иблис начал звать сына во весь голос, да так, что вокруг всё задрожало:

– Ханнас, во Ханнас, где ты?

Через некоторое время из глубины моря раздался ответный голос:

– Я здесь, на глубине моря.

Иблис, недолго думая, вытащил детёныша из глубины моря, устыдил Адама и Хаву, но тем и ограничился.

Немного прошло времени, как Иблис снова попросил их присмотреть за Ханнасом: мол, у него много мест, не осмотренных на Земле. Как и прежде, Адам и Хава согласились. Иблис удалился.

Адам молча сидел и смотрел не отрываясь в одну точку. Видно было, что его одолевают какие-то тяжкие думы.

– Ну что ты так задумался? – обратилась к нему Хава.

– Что на этот раз думаешь? – тихо спросил Адам.

– Думаю, что надо убить и съесть его, – не задумываясь ответила Хава.

– Вот как раз такие мысли и у меня в голове. Другого выхода я не вижу. Надо, чтобы он бесследно исчез.

Они так и поступили. Ханнас был умерщвлён и съеден.

Тем временем Иблис опять вернулся и стал спрашивать про детёныша. Ответ был тот же: не можем знать, играл, бегал тут, а куда подевался, не знаем. Так же, как и прежде, Иблис стал звать детёныша:

– Ханнас, где ты, откликнись?

– Я здесь, – подал голос Ханнас из нутра Адама и Хавы.

– Вот и славно, мой дорогой, – ответил Иблис. – Почти сорок лет я скитаюсь по этому свету, чтобы загнать тебя в душу человека, созданного Богом (он показал пальцем в небо). Ты трудись там, а я здесь, снаружи, и наша работа не остановится ни на миг…

– Вот такая легенда, – закончил Вахид рассказ про Иблиса. – Поэтому и посылаются на землю Пророки.

Все внимали, затаив дыхание.

– Надо знать ещё одну истину, – продолжил Вахид. – Власть Иблиса простирается только над теми, кто перестал быть истинным рабом Аллаха: именно их сбивает Иблис окончательно с толку, используя в качестве орудия соблазны и прелести земной жизни, и обрекает на муки ада, в котором они будут вечно страдать как грешники. Изучая Писание, я многое познал. Я узнал, что первыми, кого обольстил Иблис, были Адам и Хава, чтобы отомстить им как своим обидчикам, якобы из-за них Аллах проклял его. Он уговорил их вкусить плоды от дерева вечности и владычества, которого Аллах запретил им касаться. Однако после изгнания из рая Адам был прощён Аллахом. Он стал первым Пророком, и потомки не унаследовали никакого греха, ибо каждый ответственен только за собственную душу, и никто перед Аллахом не отвечает за грехи другого.

Что касается Иблиса, то он продолжает пребывать на земле до Судного дня и сбивать с пути рабов Аллаха.

Как мусульманину остерегаться Иблиса, прописано в Коране, ниспосланном Аллахом через своего посланника Мухаммеда (да благословит его Аллах и приветствует). Из Корана мы узнаём, что Иблис преследует нас, изо всех сил стараясь сбить людей с правильного пути. Точно известно, что он враг каждому человеку, поэтому ни в коем случае не следует его слушать. Истинно верующий – враг Иблиса. Когда верующий чувствует, что приближается Иблис, должен сказать: «Аʼузу би-ллахи мина-н-шайтани-р-раджим» («Я ищу убежища у Аллаха от шайтана»).

Люди не должны видеть или чувствовать его присутствие рядом с собой. Когда Иблис говорит с человеком, тот думает, будто беседует сам с собой, не осознавая присутствия рядом Иблиса (шайтана). Он старается, чтобы люди думали, что всё в мире разрешено (халял) и не существует запрета (харам). Пока Иблис будет оставаться врагом человечества, он будет стараться соблазнить людей и толкнуть их на грех. Честный, искренний человек, который ищет истину у Аллаха, не попадётся в ловушки Иблиса. Если он и захочет навредить такому человеку, то Аллах его защитит от козней Иблиса.

… – Прошу меня простить, вам предстоит дальний путь, и надо идти, – прервал свой рассказ Вахид.

Люди настолько увлеклись, что забыли об этом. Даже уже не обращали внимания на знойную жару.

– Спасибо, Вахид, это было очень интересно, – сказал Сурхо. – Действительно, пора трогаться в путь, хотя от твоего рассказа трудно оторваться. Я рад, что мы уже в пути познаём многое об истинных вещах. Думаю, когда мы доберёмся до Медины, будем всё знать про ислам благодаря тебе, Вахид.

– Спасибо, Сурхо, я рад, что вам всё нравится, и вы правильно понимаете меня. Это очень хорошо, – ответил Вахид.

Караван продолжил путь.