Понимание необходимости выполнить свой

долг требует забвения собственных интересов.

Солнце поднималось выше, начиная дарить своё тепло. Магас давно проснулся. Люди занимались кто чем, в первую очередь в движение приходил рынок.

Люди стали стекаться к майдану, где несколько дней не расходились, ожидая Канташа. Уже распространились слухи, что за ним послали гонца и он должен подъехать со своими людьми. Гул в толпе усиливался.

– Едут! – крикнул кто-то.

– Да, точно они, – стали подтверждать другие.

Действительно, Канташ на гнедом коне, а за ним свита из его людей подъехали к толпе. Неожиданно к Канташу подошёл один из приближённых Сайради и что-то сказал. Затем сам Канташ стал что-то объяснять товарищам.

– Я тебя одного не отпущу, – резко заявил Солта.

– Мне объяснили, что надо идти одному. Сайради уже ждёт меня, – ответил Канташ.

Солта взял за локоть друга и отвёл в сторонку.

– Ты пойми, друг, я не могу отпустить тебя одного, – не унимался Солта.

– Тогда пошли.

По дороге в резиденцию сопровождающий стал им объяснять, что могут впустить лишь одного Канташа, так как паччахь хочет говорить только с ним.

– Подожду хотя бы у входа, – сам себя успокоил Солта.

Они подошли к огромной, тяжёлой двери. По бокам стояли стражи и кое-кто из вельмож, которые ждали аудиенции у правителя. Сопровождающий, когда подошёл к двери, попросил их задержаться, а сам будто растворился за дверью. Каково же было удивление друзей, когда он вышел и объявил:

– Паччахь ждёт вас, можете зайти вдвоём.

Канташ уже бывал в этом огромном зале. Сайради, как всегда, поглаживая свою небольшую бородку, задумчиво сидел на золотом троне. Выждав паузу, словно очнувшись ото сна, он встал и тепло встретил молодых людей.

«Что-то тут не так», – подумал Канташ.

– Приветствую славных воинов, рад вас видеть, – заявил Сайради.

– Мы тоже рады видеть тебя в добром здравии, – ответили друзья.

Зашли несколько вельмож, в том числе и Гайрбек. Следом вошли меченосцы[74] паччахьа. Воцарилась напряжённая тишина. Все смотрели на Сайради, а он тем временем снова сел на трон. Чуть задумался, опустив голову. Канташ и Солта переглянулись, насторожившись, когда вошли меченосцы.

– Ну что, Канташ, ты с дороги-то не успел отдохнуть, как обстоятельства заставляют снова встретиться, – начал паччахь. – Видишь ли, желающих идти в поход оказалось много, и они просят сопровождения. Мои вельможи объясняют им: хотите – идите. Они ничего не хотят слышать, требуют Канташа, вот и пришлось срочно послать за тобой. Я не мог поступить иначе, тем более допустить смуту. Полагаю, что народ надо послушать, и тебе предстоит проделать этот путь. Здесь все свидетели, как я целиком и полностью поддержал твоего отца, да ты и сам это знаешь. Более того, раскрою небольшую тайну: это я предложил, чтобы тебя выбрали мехк-да. Ты достойный сын своего отца, и мы верим в тебя. Ты должен принять важное решение.

Все отлично знали тактические ходы и дипломатические трюки Сайради. Будучи честолюбивым и не признающим никого осуждения, он искусно умел подвести собеседника к тому, чего хотел, да так, чтобы тот ни о чём не догадался. Глаза при этом всегда бегали как у дикой кошки во время охоты. Все также знали и о его исключительной мужественности, которую он не раз успел показать в бою, в управлении страной. Решения выносил непреклонно, малейшее недовольство жёстко пресекалось.

Сайради боялся отказа со стороны Канташа. Сейчас он не хотел крови. План избавления как от отца, так и от сына диктовала сама жизнь. Вся надежда была на поход, что они не выдержат дороги, да и в пути может случиться что угодно. Также расчёт был на их участие в военных действиях. Царь знал, как правители других стран поступают с наёмниками или пришлыми из других государств на помощь воинами. Их бросали на передовую, в гущу сражения. Следовательно, при этом выживали единицы.

– Да, Сайради, гонец нам всё объяснил, – начал Канташ. – Мы всё хорошо обдумали и приняли решение немедленно тронуться в путь.

Все в зале стали удивлённо переглядываться. Сам Сайради стал пристально присматриваться к обоим гостям. Казалось, на какой-то миг он потерял дар речи.

Всё складывалось, к его удивлению, лучше, чем он предполагал.

– Ну и славно, Канташ. Поверь, мне трудно с этим решением согласиться, но народ, сам понимаешь, требует… К большинству надо прислушиваться. Ты принял верное решение. А кто останется вместо тебя? – в голосе Сайради чувствовалась плохо скрываемая радость.

– Мы решили оставить Муслу, – ответил Канташ.

– Это хороший выбор. Наслышан о нём, – с одобрением ответил Сайради. – Ну что ж, тогда в путь, не теряйте времени и обрадуйте народ. Может, успеете догнать караван Сурхо. Кстати, с вами в путь тронется один из наших купцов, который хорошо знает дорогу туда, тоже араб. Счастливого вам пути.

Паччахь встал, подошёл к ним и крепко обнял. Сказал несколько напутственных слов. Молодые люди попрощались со всеми в зале и ушли на майдан. Весть о том, что Канташ согласился возглавить второй караван, моментально облетела всех. Толпа стала одобрительно шуметь, радоваться. Представление Сайради удалось на славу.