Аббасидские халифы восприняли многие обычаи Сасанидского Ирана. От скромного и сурового образа жизни первых халифов не осталось даже воспоминания. Огромные доходы, стекавшиеся со всех сторон обширного государства, позволяли халифам окружать себя роскошью, превосходившей двор иранских царей. На содержание двора расходовались огромные суммы. Только для кухни и пекарни каждый месяц отпускалось 10 тыс. динаров. Еды готовилось столько, что повара продавали прямо у ворот дворца остатки пищи от стола халифа и его приближенных.

Халифы обычно подбирали себе круг людей для совместных трапез. За застольные беседы приглашенным полагалось жалование или подарки, иногда очень дорогие. Один из халифов преподнес любимой жене четки из драгоценных камней ценой более чем 500 тыс. дирхемов, 300 тыс. дирхемов в виде подарка получил знаменитый певец ибн Джами. На празднества при дворе халифы не жалели средств. Широко известен рассказ о том, как однажды во дворце был устроен праздник в честь рабыни, отличавшейся исключительной красотой и умом. Жена халифа, возмущенная и обиженная, бросилась к сестре мужа, славившейся умением складывать и петь песни. Та обещала помочь. Быстро сочинила новую песню и разучила ее со своими рабынями. В разгар торжества женщины в роскошных одеждах ворвались в зал и пропели изумленному халифу песню, которую он никогда раньше не слышал. Халиф велел отдать певицам все деньги из своей казны, ни много, ни мало – 6 миллионов дирхемов! Возможно, рассказчик преувеличил щедрость халифа, но имеется множество других свидетельств безрассудной траты денег и сокровищ, выколачиваемых из податного населения.

Многочисленные дворцы халифов в Багдаде и других городах восхищали современников красотой архитектуры и доселе невиданными сооружениями внутри дворцов и в окружающих их парках. Сохранился подробный рассказ арабского историка- летописца о несметных сокровищах, которые были показаны двум византийским послам, приехавшим в 917 г. для встречи с халифом. По пути во Дворец Короны, где их принял халиф ал- Муктадир, послы миновали множество покоев с обилием занавесей и драпировок из расшитого золотом шелка, ковров, диванов и столов с золотом, серебром, драгоценными камнями и жемчугом. С изумлением взирали они на сады с финиковыми пальмами, лимонными деревьями и бассейнами. Затем послов провели через конюшни с породистыми лошадьми и зверинцы со слонами, жирафами и хищниками. В особом хранилище им показали бесчисленные военные доспехи: щиты, шлемы, кольчуги, колчаны и луки.

Халиф, облаченный в шитые золотом одежды, восседал на подобии трона (ас-сарир) в окружении воинов, евнухов и знати. Когда послы склонились, чтобы поцеловать землю у ног халифа, тот подал знак и «из земли постепенно выросло дерево, которое… излило струи розовой и мускусной воды, в то время как на его ветвях распевали механические птицы».

Пруды, фонтаны, искусственные родники, цветники, всевозможные деревья служили украшением парков. Нарциссы, анемоны, белый мак, фиалки, гвоздики, лилии высевались в виде различных картин и начертаний слов. В искусстве разведения роз арабам не было равных. По свидетельству автора Х в., он «видел розу густого черного цвета, издающую прелестный аромат, а также видел розу в Басре, которая была наполовину ярко-красная, а наполовину чисто-белая». Предметом гордости халифа ал-Кахира был его померанцевый сад. Этот вид деревьев, лишь недавно вывезенный из Индии, доставлялся из Басры и Омана.

Аббасидские халифы уже именовали себя не «наместниками посланника Бога», как их предшественники, а «наместниками Бога на земле». Церемония принятия присяги, в прошлом проходившая в мечети в присутствии халифа, наследника, знати, при большом скоплении народа, в Аббасидском халифате приняла новую форму. Халиф ал-Махди в 777 г., желая назначить своим преемником не двоюродного брата Ису, а сына – Мусу ал-Хади, сначала созвал во дворец членов семьи, военачальников и знать. Получив их согласие, продолжил процедуру в соборной мечети, где объявил о своей воле и воле приближенных. Присяга народа принималась уже без участия халифа и его наследника, поскольку от нее ничего не зависело.

К IX в. сложился обычай особого почитания халифов – целование земли, рук и ног повелителя. Халиф обладал привилегией выезжать из дворца под балдахином или зонтом, защищающим от солнца. В торжественных случаях халиф появлялся перед подданными в сопровождении оруженосцев и знати, облаченный в серебряный кафтан и черный шелковый плащ, высокую остроконечную шапку. При нем были «меч пророка» и посох, как знаки власти «повелителя правоверных».

Придворные старались походить на халифа роскошью одежд и не скупились на расходы. Известно, что сын придворного врача, чтобы в жаркое время охладить свои покои, приказал одну из комнат набить доверху привезенным издалека снегом. Рабы веерами по отверстиям в стене нагнетали прохладный воздух в помещение, где их господин принимал гостей.