1. Сущность движения.
2. Идейно-организационное развитие.
3. Шариат и особенности социально-политической среды.
В годы правления Хосни Мубарака исламское движение заметно снизило свою активность. Исламские организации стремились, с одной стороны, перегруппировать свои силы, а с другой – лучше присмотреться к политике нового президента. Мубарак не стал следовать жесткому курсу своего предшественника в отношении исламистов. Президент дал больше политических свобод для всех. По делу радикальной организации «Аль-Джихад» суд вынес относительно нестрогие приговоры, а многие из обвиняемых, включая духовного лидера шейха Омара Абд ар-Рахмана, были оправданы. Ат-Тельмесани приветствовал политику нового президента, отмечая, что Мубарак «принесет в Египет демократию». Верховный наставник ат-Тельмесани отмечал, что лидеры Вафда и ее председатель Фуад Сираг ад-Дин лично заверили движение в том, что Вафд не является светской партией и выступает за введение шариата. Во-вторых, Вафд меньше, чем кто-либо другой, замешан в репрессиях и преследованиях «Братьев-мусульман». Исходя из этих соображений, «Братья» и сочли Вафд наиболее «близким» союзником. Основные идеи письма генерального наставника сводились к следующему.
1. Введение шариата является ключом к решению всех экономических и всех других проблем страны. Экономические трудности Египта, в частности бесчестность многих предпринимателей и использование «банковского процента», разгул коррупции в государственных и общественных учреждениях, – результат морально-нравственного кризиса общества.
2. Необходимо дать свободу распространению исламских ценностей, политической деятельности, соблюдать права человека, пресечь злоупотребления со стороны полиции и служб безопасности, в том числе в отношении арестованных и заключенных, отменить закон о чрезвычайном положении и другие «печально известные» законы.
3. Государство должно заботиться о повышении зарплаты и жизненного уровня трудящихся.
4. Необходимость в реформировании системы образования и пересмотр деятельности средств массовой информации в соответствии с нормами ислама.
5. Улучшить положение женщин.
6. Все эти меры никак не должны препятствовать укреплению отношений «Братства» между мусульманами и коптами-христианами.
Отдельную предвыборную программу обнародовал и ИА (в отличие от правящей Национально-демократической партии (НДП) и Вафда, которые ограничились пропагандой положений своих партийных программ).
Внеочередные парламентские выборы состоялись 6 апреля 1987 г. Зримый успех одержал так называемый Исламский альянс (ИА), сложившийся в феврале 1987 г. и включавший сильную Социалистическую партию труда (СИТ) и слабую Либерально-социалистическую партию (ДСП), а также «Братьев-мусульман». Они снова шли на выборы под чужим знаменем, главным образом по списку СИТ, составив 43 % их кандидатов. При этом «Братья» заняли почти половину мест, выделенных для депутатов от ЛСП, а шейх Салах Абу Исмаил сел в кресло заместителя ее председателя. Отставка Заки Бадра в январе 1990 г. была воспринята многими наблюдателями как признак отхода режима от жесткой политики в отношении исламского движения и породила у «Братьев-мусульман» надежды на положительное решение вопроса об их легализации. Однако этого не случилось. Ссылаясь на закон, запрещающий создание партий по религиозному признаку, власти продолжали упорно противиться легализации не только партии «Братьев-мусульман» (в сентябре 1991 г. их заявка была отклонена в 45-й раз!), но и исламистской партии вообще. Так, в 1990 г. безуспешную попытку зарегистрировать партию «Ас-Сахва» («Пробуждение») предпринял депутат парламента от ИА шейх Юсеф аль-Бадри. В 1992 г. власти не согласились зарегистрировать также партию «Ат-Такафуль» («Взаимопомощь»), которую собирался создать Усама Шалтут, сын бывшего шейха Аль-Азхара (заместитель верховного наставника «Братьев-мусульман» Ахмад аль-Малат отрицал какую-либо связь между «Братством» и партией «Ат-Такафуль»). Стремясь избежать обвинений в конфессиональном характере партии, У. Шалтут включил в число ее учредителей нескольких коптов, но и это не помогло.
Внутри самого «Братства» не было единого мнения по поводу создания собственной партии. Некоторые полагали, что нынешнее положение дает больше свободы для маневров, избавляя партию от необходимости формулировать официальную позицию по многим деликатным вопросам, и превращение в партию грозит усилением фракционной борьбы внутри организации, а также некоторых менее прагматично настроенных деятелей «Братства» смущало то, допустимо ли вообще действовать в правовом пространстве режима, который не соблюдает нормы шариата. Забота о социальных нуждах – один из основных видов деятельности исламистов, которые заполняют вакуум, возникший из-за неспособности правительства оказать помощь населению. Возросло количество молодежи (15–25 лет), причастной к совершению терактов. Только «Братья-мусульмане» создали в Египте к началу нынешнего века 15 тыс. благотворительных фондов. Экстремисты тоже старались прослыть филантропами.
До начала 1990-х гг. власти строили свою политику по отношению к «Братьям-мусульманам» на двух фундаментальных принципах. Во-первых, правительство твердо следовало курсу недопущения «Братьев-мусульман» к какому-либо серьезному участию в политической жизни страны. Оно отказывалось регистрировать исламские партии, жестко контролировало парламентские выборы. Во-вторых, правительство оставляло некоторую свободу действий «Братьям», рассчитывая использовать их в качестве противовеса радикальным группировкам.