Сражение «Джамаль», как было описано, завершилось победой ‘Али, однако эта победа не принесла ему спокойствия. У него были и другие враги, в том числе Му‘авийа ибн Абу Суфйан, правивший в Дамаске со времён халифата ‘Умара и жаждущий господства над этим городом до конца своих дней. Поэтому ‘Али был вынужден убрать со своего пути этого коварного соперника и его сторонников, называвшихся каситинами (угнетателями. – М. П.).

‘Али в Куфе стал собирать войско и готовиться к нападению на Дамаск.

Со своей стороны, Малик Аштар, назначенный правителем Насибина, по дороге в этот город встретился с Заххаком ибн Кайсом, правителем Харана, а так как Заххак был уполномочен Му‘авийем управлять этим краем, он преградил путь Малику. Малик вступил с ним в сражение и перебил его войско.

Узнав о поражении Заххака, Му‘авийа немедленно отправил Абд ар-Рахмана ибн Халида во главе войска для сражения с Маликом, и Абд ал-Рахман со своим войском предстал перед ним в местечке под названием Ракка. Хотя войско Абд ар-Рахмана было прекрасно оснащено и своей численностью во много раз превосходило войско Малика, оно потерпело поражение в результате смелых атак Малика и обратилось в бегство. Воины Малика стали преследовать врагов и, полностью изгнав их из Ракки, захватили этот край, а также остров, находившийся в руках сирийцев.

Малик Аштар написал письмо ‘Али и рассказал о бегстве Заххака и поражении ‘Абд ар-Рахмана. Он также указал на уловку Му‘авийи и добавил, что самым ярким подтверждением вражды Му‘авийа с ‘Али является то, что он отправил войско против Малика и сам готовится к крупному сражению.

Получив письмо Малика, имам ‘Али поднялся на минбар и прочитал его вслух. Его светлость указал на коварство и интриги Му‘авийи, чтобы развеять сомнения тех, кто не верил во вражду Му‘авийи с ним. Мусульмане заверили его светлость в том, что выполнят все приказы, которые он сочтёт нужным отдать.

Ранее мы упомянули, что имам ‘Али, став халифом в Медине, намеревался напасть на Дамаск, когда услышал, что Талха и Зубайр захватили Басру и изгнали из этого города его наместника. Поэтому его светлость изменил своё решение и отправился в Басру. Причиной решения ‘Али напасть на Дамаск было то, что Му‘авийа в ответ на его письмо, в котором он приглашал его заключить с ним союз, не только не принял приглашения его светлости, но и, подобно Талхе и Зубайру, обвинил ‘Али в смерти ‘Усмана и избрал предлогом для вражды с ним месть убийцам третьего халифа.

Му‘авийа написал в своём письме: От Му‘авийа ибн Сахр ‘Али ибн Абу Талибу: «Клянусь своей жизнью, если бы твои руки не были запачканы кровью ‘Усмана, ты был бы для меня тем, кем были Абу Бакр, ‘Умар и ‘Усман, ибо мусульмане заключили с тобой союз. Однако ты побудил мухаджиров убить ‘Усмана и запретил ансарам защищать его. Глупые люди подчинились тебе и убили ни в чём не повинного ‘Усмана. Сегодня жители Дамаска не останутся равнодушными к этому и не отстанут от тебя до тех пор, пока ты не выдашь им убийц ‘Усмана и не передашь вопрос о халифате на обсуждение совета. Ты не можешь относиться ко мне, как к Талхе и Зубайру, ибо они заключили с тобой союз, а я этого не сделал. Ты не можешь относиться к жителям Дамаска как к басрийцам, ибо жители Басры подчинились тебе, а сирийцы этого не сделали. Однако я не отрицаю твоё величие и заслуги перед исламом, твою близость к Пророку и положение среди курайшитов. Вот и всё!»[143]

Из того, что до сих пор было сказано об убийстве ‘Усмана, можно сделать вывод, что месть убийцам халифа для каждого интригана и мятежника в те дни стала предлогом создать смуту в обществе. Удивительнее всего было то, что отомстить за смерть ‘Усмана жаждали сами его убийцы и обвиняли они в этом происшествии того, кто не только не принимал участия в убийстве ‘Усмана, но и искренне наставлял его и в то время, когда его дом был окружён мединцами, отправил ему питьевую воду!

Профессор ‘Абд Аллах ‘Алаили в своей книге «Айам ал-Хусейн» пишет:

«Странная ирония судьбы заключалась в том, что ‘Амру ‘Ас подстрекал людей к убийству ‘Усмана, ‘Айиша открыто выступала против него, Му‘авийа отказался помочь ему, Талха и Зубайр помогли его противникам, а затем каждый из них побуждал другого отомстить за Усмана, и наконец, все они обвинили в его убийстве ‘Али ибн Абу Талиба, который из добрых побуждений наставлял его, предостерегал его от подобного конца и был для него спасительным щитом в несчастьях!»[144].

Итак, ‘Али ответил на письмо Му‘авийи следующим образом: «Союз со мной является всеобщим и распространяется на всех мусульман, в том числе и тех, кто присутствовал при этом в Медине, и тех, кто находился в Басре, Дамаске и других городах. Ты думаешь, что, необоснованно обвинив меня в смерти ‘Усмана, можешь не присягать мне в верности. Все знают, что я не убивал его, чтобы быть вынужденным понести наказание. Наследники ‘Усмана в первую очередь вправе требовать мести за его кровь, а ты был одним из его противников. В то время, когда он просил тебя о помощи, ты палец о палец не ударил и позволил убить его».

‘Али в другом письме, написанном им Му‘авийи, говорит:

«Твои словоизлияния об ‘Усмане и его убийцах бесполезны, ибо ты помогал ‘Усману, когда это было тебе выгодно, и отказался помочь ему тогда, когда твоя помощь была выгодна ему»[145].

Имам ‘Али с момента прибытия в Куфу оставался в этом городе несколько месяцев и, желая избежать войны с жителями Дамаска, написал несколько писем Му‘авийи, в которых наставлял его и предостерегал, что его сопротивление и вражда могут иметь тяжкие последствия и завершиться войной и кровопролитием. Однако эти письма ни к чему не привели, и Му‘авийа каждый раз, отвечая на послания его светлости, повторял свои прежние слова и обвинял его в смерти ‘Усмана. Одно из своих писем он отправил его светлости с человеком из племени ‘Абас, враждовавшим с ‘Али под воздействием злобной пропаганды Му‘авийи. Прибыв в Куфу, тот человек сразу же отправился в мечеть и вручил письмо Му‘авийа его светлости.

‘Али спросил, как обстоят дела в Дамаске. Тот человек вызывающе ответил: «Сердца всех сирийцев переполнены враждой и ненавистью к тебе, и они не успокоятся до тех пор, пока не заставят тебя поплатиться за кровь Усмана!»

‘Али сказал: «Эй, глупец, Му‘авийа обманул тебя. Убийцами ‘Усмана являются несколько человек, в том числе сам Му‘авийа». Несколько сподвижников его светлости попытались убить посланника Му‘авийи, однако его светлость воспрепятствовал этому и сказал: «Он посланник, а посланники неприкосновенны». Затем он распечатал письмо Му‘авийи и увидел, что в нём написано лишь (Во имя Аллаха милостивого милосердного). ‘Али сказал: «Му‘авийа решил воевать!» Затем он сказал людям несколько слов о своей доброжелательности и коварности Му‘авийи и призвал их подняться на борьбу с коварными замыслами Му‘авийи.

Посланник Му‘авийи, взволнованный словами и величием ‘Али, поднялся со своего места и сказал: «О повелитель правоверных, прости меня. Я считал тебя своим злейшим врагом, однако теперь я люблю тебя, ибо познал истину и понял, что Му‘авийа обманул всех жителей Дамаска, в том числе и меня. Разреши мне впредь служить тебе и таким образом превратить свою прежнюю злобу к тебе в дружбу и добиться твоей благосклонности». ‘Али обнял его и поручил своим сподвижникам заботиться о нём.

Услышав об этом, Му‘авийа опечалился и подумал: «Этот человек поведает ‘Али все наши тайны. Надо напасть на ‘Али прежде, чем он нападёт на нас».

С этой целью Му‘авийа пригласил всех близких к нему знатных людей и находившихся в Медине сподвижников Пророка (с), в частности Омейядов, сотрудничать и помогать ему в борьбе с ‘Али. Он написал каждому из них письмо и попросил помощи, однако никто, кроме Омейядов, не откликнулся на его призыв. Даже ‘Абд Аллах ибн ‘Умар открыто написал ему, что знает о его уловках и проделках, и что он сам намеренно отказался помочь ‘Усману, чтобы после его смерти свободно править Дамаском.

Некоторые из знатных лиц и сподвижников Пророка (с) дали Му‘авийи подобный ответ и отказались сотрудничать с ним, и Му‘авийа решил бороться с ‘Али при поддержке Омейядов. Он понимал, что это не так просто, и не каждый может противостоять ‘Али, ибо его светлость превосходил Му‘авийа во всём. Му‘авийа не мог сравниться с ‘Али в аскетизме, знаниях, храбрости и благочестии. ‘Али как никто другой был близок к Пророку (c), и все люди знали его. Му‘авийа мог обрести превосходство над ‘Али лишь в том случае, если бы все люди потеряли здравомыслие.

Иногда Му‘авийа представлял себе поле боя, на котором ‘Али вызывает его на битву. Тогда он дрожал от бессилия перед его светлостью и видел перед собой страшную тень смерти. Но даже в такие моменты его не покидала жажда власти.

Некоторое время под воздействием этих мыслей он перестал замечать, как проходят дни и ночи, и не знал, каким образом осуществить свой зловещий план. Наконец, его брат ‘Утба ибн Абу Суфйан сказал ему: «Единственное, что ты можешь сделать, это склонить ‘Амру ‘Аса на свою сторону, ибо он известен своей политикой и хитростью во всей Аравии, а там, где есть хитрость и уловки, обмануть простых людей не составит труда, так как хитростью можно завладеть умами людей, и тогда они предпочтут тебя ‘Али!»

Му‘авийа ответил: «‘Амру ‘Ас не поддержит меня, ибо знает, что ‘Али превосходит меня во всём». ‘Утба возразил: «‘Амру обманывает людей, а ты обмани ‘Амру деньгами и обещаниями!»

Му‘авийи понравилось предложение брата, и он написал ‘Амру ‘Асу, находившемуся в то время в Палестине, красноречивое письмо, которое вкратце выглядело таким образом: «Я назначен ‘Усманом правителем Дамаска, а ‘Усман был халифом Пророка (с). Изнывая от жажды, он был мученически убит в своём доме, и ты знаешь, как мусульмане скорбят о его смерти. Нужно отомстить убийцам ‘Усмана. Я приглашаю тебя принять участие в этой мести и получить высшую награду!»

Му‘авийа, не желавший вначале высказать ‘Амру ‘Асу своё истинное намерение и пытавшийся использовать ‘Амру лишь для победы в войне, призвал его к участию в мести за убийство ‘Усмана, в котором он обвинил имама ‘Али. Однако ‘Амру, по хитрости и изворотливости не имевший себе равных в Аравии, прочитав письмо Му‘авийи, понял его истинное намерение и, не показав вида, что догадался обо всем, ответил ему следующим образом: «Эй, Му‘авийа, ты несправедливо поощряешь меня воевать с ‘Али, в то время как он – брат посланника Аллаха, его наследник и преемник. Ты считаешь себя наместником ‘Усмана, однако с его смертью период твоего правления подошёл к концу». Далее ‘Амру подробным образом описал истинную веру имама ‘Али, его самоотверженность в сражениях, а также привёл айаты, посвещенные его светлости, и высказывания Пророка (с) об ‘Али. В конце письма он написал Му‘авийи, что это и есть его ответ.

Му‘авийа, увидев, что его стрела не попала в цель и ему не удалось так просто заставить ‘Амру ‘Аса выехать из Палестины в Дамаск, вторично написал ему письмо, в котором в некоторой степени открыл ему свои намерения. В письме было сказано: «Эй, ‘Амру, ты слышал о войне Талхи и Зубайра с ‘Али. Теперь Марван ибн Хакам пришёл ко мне с группой жителей Басры, а ‘Али требует от меня заключить с ним союз. Я хочу встретиться с тобой и поговорить об этом деле. Поспеши, ибо у меня ты найдёшь власть и почести».

Получив это письмо, ‘Амру позвал своих сыновей ‘Абд Аллаха и Мухаммада и спросил их мнения. ‘Абд Аллах посоветовал отцу не идти к Му‘авийи, а Мухаммад поощрил его на это дело. ‘Амру сказал: «‘Абд Аллах подумал о моей загробной жизни, а Мухаммад – о мирской». Хотя ‘Амру знал об этом лучше других, он всё же предпочёл мирские блага загробному счастью.

‘Амру ‘Ас немедленно отправился в Дамаск. Му‘авийа восторженно встретил его и устроил пир в его честь. Когда гости разошлись. они остались одни, Му‘авийа, заполучивший ‘Амру ‘Аса, вновь стал говорить о мести за кровь ‘Усмана и пригласил ‘Амру примкнуть к нему.

‘Амру, увидев, что Му‘авийа желает втянуть его в это опасное дело, не давая ему никаких гарантий, стал восторгаться имамом ‘Али и заговорил о его роли в прогрессе ислама и храбрости в сражениях Пророка (c). Затем он предостерёг Му‘авийа, что осуществление его намерения не только не является простым делом, но и лишит его счастья в загробной жизни.

Му‘авийа сказал: «Я делаю это именно ради загробного счастья. Что может быть лучше мести за кровь ‘Усмана, ибо он был добрым халифом и был так бессердечно убит!»

‘Амру ответил: «Эй, Му‘авийа, ты пригласил меня, чтобы я обманул людей, а теперь сам обманываешь меня? О, во всей Аравии нет никого хитрее меня, а ты говоришь, как простолюдин.

Какой умный человек поверит тебе? Если ты и вправду скорбишь об ‘Усмане, почему же ты не пришёл к нему на помощь, когда он был в окружении и просил тебя помочь ему? Ты жаждешь власти и избрал месть за Усмана предлогом для достижения своей цели. Если хочешь, чтобы я помог тебе, говори со мной моим языком и будь со мной искренним. Мы хорошо знаем друг друга, и обман между нами был бы бесполезен. Взамен на своё содействие я требую назначить меня постоянным правителем Египта, когда станешь халифом».

Му‘авийа, поняв, что ‘Амру ‘Ас знает о всех его намерениях и примет его сторону лишь взамен на господство над Египтом, был вынужден принять его условия. Они подписали соглашение, в котором Му‘авийа обязывался в случае победы над ‘Али предоставить ‘Амру правление Египтом. Му‘авийа схитрил и приказал писарю: «Напиши, что ‘Амру не должен нарушать условие Му‘авийи». Таким образом, Му‘авийа хотел заставить ‘Амру ‘Аса заключить с ним союз и не прекословить ему, чтобы в случае, если он не отдаст ‘Амру Египет, ‘Амру подчинился ему. Однако ‘Амру был хитрее Му‘авийи и сказал писарю: «Напиши, что ‘Амру не будет прекословить Му‘авийи в случае выполнения упомянутого условия». Иначе говоря, если Му‘авийа не предоставит ‘Амру Египет, ‘Амру не будет обязан подчиняться Му‘авийи.

Наконец, ‘Амру ‘Ас получил от Му‘авийи письменную гарантию и стал его визирем и советником.

Му‘авийа при первой же возможности вызвал к себе ‘Амру и поведал ему о преградах на пути осуществления своего намерения. Одной из проблем Му‘авийа было то, что его злейший враг Мухаммад ибн Абу Хадиф бежал из тюрьмы. Му‘авийа был очень встревожен этим побегом и сказал ‘Амру: «Боюсь, что если я покину Дамаск для сражения с ‘Али, Мухаммад нападёт на Шам[146] и захватит власть в свои руки. Но ещё труднее воевать с ‘Али, ибо он направил сюда своего посланника, чтобы заставить меня заключить с ним союз. Правители Рима воспользовались этим разногласием мусульман и намерены возвратить себе Дамаск».

‘Амру немного подумал и ответил: «Самое важное для тебя – это война с ‘Али, ибо Мухаммад ибн Абу Хадиф не так страшен, а Рим можно пока удовлетворять различными подарками. Твоё основное усилие должно быть направлено против ‘Али!»

Му‘авийа сказал ‘Амру, что последует его совету. ‘Амру ‘Ас снарядил отряд в погоню за Мухаммадом. Посланники ‘Амру поймали и убили Мухаммада. Затем Му‘авийа отправил дары римскому императору и направил все свои усилия на снаряжение войска для войны с ‘Али.

Для этой цели Му‘авийа использовал всевозможные уловки и под предлогом мести за смерть ‘Усмана настроил жителей Дамаска против ‘Али. Он повсюду злословил в адрес его светлости и наполнил сердца сирийцев злобой и ненавистью к его светлости. По добным образом Му‘авийа собрал и снарядил тридцатитысячное войско.

Со своей стороны, ‘Али не добился никаких результатов от своей переписки с Му‘авийей. Письмо Малика Аштара свидетельствовало о враждебных намерениях Му‘авийи в отношении его светлости. ‘Али также узнал о том, что ‘Амру ‘Ас присоединился к Му‘авийи и приказал правителю Египта ‘Абд Аллаху ибн ‘Аббасу вооружить жителей этого края и привести их в Куфу. Он также вызвал к себе нескольких своих сподвижников, в том числе Малика Аштара и, поднявшись на минбар, осведомил куфийцев об истинных намерениях Му‘авийи. Затем его светлость принялся за оснащение войска.

Прежде чем перейти к изложению подробностей Сиффинской битвы, необходимо привести краткую биографию Му‘авийи и ‘Амру ‘Аса.