Ходжа Туси был, несомненно, шиитом-иснаашаритом. В своих книгах и трактатах по каламу он доказывает право двенадцати шиитских имамов на имамат и их непогрешимость. Так, в книге «Таджрид ал-и‘тикад» («Очищение убеждений») он пишет: «Многочисленные предания указывают на одиннадцать имамов, подчёркивая их непогрешимость, которая недостижима для других, и их добродетели»[325]. Таким образом, он приводит три довода в пользу права одиннадцати имамов на имамат после Имама ‘Али:

1. Многочисленные предания (таватур).

2. Непогрешимость имама, т. е. только двенадцать имамов непогрешимы, и никто, кроме них.

3. Право на имамат принадлежит двенадцати имамам, так как они вобрали в себя все внутренние и внешние добродетели.

Известные богословы также признавали тот факт, что Туси был шиитом-иснаашаритом. Так, Мухаккик Хил ли (Джа‘фар ибн ал-Хасан, ум. 676 г. л.х.) пишет о нём: «Он самый благородный богослов и наилучший учёный эпохи. Господь укрепил его железной волей основы религии, а его высоким умом усилил веру»[326].

‘Аллама Хилли (Хасан ибн Йусуф, ум. 726 г. л.х.) характеризует Туси следующим образом: «У него много сочинений по философским наукам и шариатским вопросам по иснаашаритскому мазхабу. Он самый благородный из всех благонравных людей, которых мы видели на своём веку»[327].

Кроме того, когда Ходжа Насир ад-Дин Туси вырвался из окружения исмаилитов, он стал открыто называть себя иснаашаритом, а в начале или конце каждой новой книги он агитировал учение имамитов. Будучи уже при смерти, он завещал похоронить себя рядом с Имамом Мусой Казимом, что и было сделано. Если бы он был исмаилитом, то, несомненно, его похоронили бы в Багдаде рядом с Исма‘илом[328].