Человек, с точки зрения Маулави, – самое удивительное создание. С одной стороны, это очень сложное, разностороннее и самое благородное из творений. Он – основа мира бытия, высший мир, наместник Бога на земле, перед которым в своё время в знак уважения пали ниц все ангелы. Он – всеобъемлющий образчик бытия, в котором проявляются все эпитеты и атрибуты Всевышнего. В тайнике его души спрятаны редкие жемчуга, которые ему самому не всегда ведомы. Поэтому он – бескрайне великое творение Божье. Но с другой стороны – это самое низшее создание, так как, следуя своим низменным желаниям, животным прихотям и материальным наклонностям, он опускается до последнего возможного уровня бытия.
Самым главным является вопрос о том, что направляет человека. Если им управляют любовь, разум и религия, то, освободившись от мрака и тьмы, он достиг нет подлинного совершенства и величия. Но если он будет следовать своим прихотям и страстям, то его будущее представляется мрачным.
Сложность пути заключается в том, что человек слишком зависим от внутренних факторов, т. е. от наущений, сомнений, противоречивых мыслей и желаний, а также от чужих мнений, личных, социальных, политических и экономических условий. И потому часто красота ему кажется убогостью, а убогость – красотой, он сбивается с пути и забывает свою истинную родину.
Маулави пишет:
Так что с виду человек [лишь] ветвь мироздания,
А по своим свойствам он – ствол мироздания, знай это![632]
Значит, по форме ты – микрокосм,
Значит, по сути ты – макрокосм[633].
Ты – море, а спрятался в капле росы,
в трёх газах мирского тела спрятался[634].
Человек есть субстанция, а небосвод для него акциденция,
всё [в мире] является ветвями или основанием,
но он (человек) есть цель[635].
Ты – не только ты, о милый друг,
но ты – небосвод и глубокое море.
Это твоё огромное «ты», которое есть девять сотен тебя, –
океан, место, где потонула сотня тебя[636].
Душа есть лишь знание того, что обретено опытом;
у кого больше знаний, у того больше и душа[637].
Существует пять чувств, помимо них – ещё пять.
Те – словно червонное золото, а эти – словно медь[638].
Чувство дольнего мира есть лестница этого мира,
чувство религиозное есть лестница Небес…
Здравие этого чувства – от крепости тела,
здравие того чувства – от разрушения тела[639].
Глаза головы и глаза внутренней сути вступили в схватку,
победили глаза внутренней сути, предъявили довод[640].
Будь, как Сулайман, свободен от дурных мыслей и лукавства,
Чтобы тебе покорились джинны и дивы[641].
Твоя плотская душа – дракон, она разве бывает мертва?
От печали и отсутствия средств она замёрзла[642].
Плотская душа и Шайтан были одним телом,
в двух формах они себя показали…
Такой враг – в средоточии естества твоего,
он преграда разуму, враг души и вере враг…
Если бы плотская душа изнутри не грабила тебя в дороге,
то разве грабители бы тебя одолели?..
В предании услышь ты этот благой совет:
«Меж двух ваших боков у вас [находится ваш] злейший враг».
Высокопарные речи этого врага ты не слушай, беги,
ибо он – как Иблис в [своей] злобе и ненависти…
Такой вот волшебник есть у тебя внутри, в твоей сущности,
воистину в искушениях колдовство сокрыто![643]