В холле отеля «Риц», Джордж Винтер ждет Еву Чепмен. На нем безупречный пиджак. Черный галстук-бабочка безукоризненно, не слишком аккуратно, но все же идеально завязан. Его густые волосы с первыми прядями седины на висках гладко уложены. Его руки ухожены. В целом, даже при ближайшем рассмотрении он производит впечатление джентльмена.

Джентльмен – это тот, кто верит в королеву, Бога и данный им Англии мандат на определение мировых дел; кто не дает повода для скандала, уважает чужое мнение и не пытается навязать другим свое; кто умеет четко различать две группы людей – британцев и иностранцев, а еще точнее, британцев и англичан, не делает слишком резких складок брюк и никогда нигде не выделяется. Джордж Винтер – именно такой джентльмен.

Английский джентльмен также знает, как обращаться с дамой. Например, он никогда не посмеет поприветствовать ее на улице, если она не даст ему на это разрешения сдержанным кивком головы или каким-либо другим знаком. Приняв ее визит, он подождет, пока она подойдет к нему, прежде чем встать.

Винтер поступает так же. Только когда к Еве подходит администратор приема и подводит ее к Винтеру, когда между ними устанавливается зрительный контакт, тот поднимается размеренно и с достоинством, хотя ему хотелось бы подпрыгнуть от радостного удивления при виде чарующей внешности девушки.

На Еве вечернее платье из нефритово-зеленого шелка, закрепленное на плечах с помощью бретелей из жемчужного шнура, которое обволакивает ее от талии вниз, словно облако, и изящные туфли на высоком каблуке того же цвета. Ее сдержанно накрашенное лицо излучает жизнерадостность, а оттенок духов окружает ее соблазнительным ароматом. Джордж Винтер чувствует, что весна снова наступает. Только это ощущение гораздо сильнее, чем раньше, когда он видит ее.

– Спасибо, что пришли, – с улыбкой говорит он, когда она ему протягивает свою изящную, но сильную руку в знак приветствия. – Я очень рад, что вы окажете мне честь поужинать со мной.

Он указывает в сторону ресторана, где дежурный повар их с почестями принимает и сразу же ведет к столику, который Винтер уже выбрал и зарезервировал. Ева садится и позволяет Винтеру повесить ее накидку на спинку стула. Затем Джордж Винтер садится напротив нее. По его просьбе Ева выбрала очередность подачи блюд, и теперь, во время трапезы, разговор идет, казалось бы, бессодержательно, пока они тайком разглядывают друг друга.

Винтер весел и беспечен, и Ева вскоре тоже становится такой, преодолев приятное разочарование от его сегодняшней внешности. Только когда они подходят к десерту и шампанскому, Ева осторожно подается вперед.

– Вы просто хотели поужинать со мной сегодня или у вас есть что-то, о чем вы хотели бы поговорить в такой обстановке? – спрашивает она.

Он спокойно откинулся в кресле, пристально посмотрел ей в глаза и ответил с улыбкой:

– Если быть до конца честным, должен признаться вам, что до этого часа у меня не было других забот, кроме как провести вечер в вашей компании, пересмотреть свои прежние впечатления о вас и, если понадобится, стать к вам немного ближе.

Ева на миг отрывает взгляд своих больших глаз, которые она не сводит с него:

– Что вы ожидаете получить от этого, мистер Винтер?

– В данный момент я не могу вам сказать, – отвечает он с улыбкой.

Чтобы проверить его реакцию, она снова спрашивает, на этот раз с легкой затаенной ноткой в голосе:

– Это как-то связано со мной и моим бывшим боссом? – Винтер реагирует мгновенно и ошарашенно:

– Бывшим? Что вы имеете в виду?

– Мистер Стил уволил меня и отправил в отпуск по моей просьбе с немедленным вступлением в силу.

– А почему, если разрешите этот вопрос?

Теперь она внимательно наблюдает за ним, чтобы узнать, как он отреагирует:

– Он узнал, что я общаюсь с вами, и чувствует себя преданным мной. Он сделал единственный вывод, который кажется ему возможным. Я не виню его. С другой стороны, я не могу оправдать, а тем более поддержать то, что он задумал сейчас, учитывая последние политические события после терактов.

Винтер возмущен:

– Стил просто дурак!

– Я не знаю, дурак ли он, мистер Винтер. Он просто точно знает, чего хочет.

– Я тоже. – триумфально смеется он. – Можете на это рассчитывать. Его дни в качестве главы лондонского бюро «Чикаго Ньюс» сочтены. Я уже предусмотрел такой или подобный случай. Давайте больше не будем о нем говорить. Что думает о вас ваш коллега Шелтер?

– Томас согласен со мной, но считает, что в данный момент лучше придержать свое мнение о мистере Стиле.

Джордж Винтер еще раз уточняет, чтобы убедиться в этом:

– Значит, вы можете положиться на него во всех отношениях и поручиться за него?

Она отвечает убежденным тоном:

– За Томми? Абсолютно, мистер Винтер! Томас Шелтер будет со мной и в горе, и в радости!

– Это меня успокаивает. Значит, он может остаться. А вы можете остаться тем более. Надеюсь, вы мне не откажете. – Он удовлетворенно улыбается и откидывается в кресле, успокоенный. Он делает глоток красного вина.

– Я не понимаю. – Ева поражена.

С внутренним удовлетворением и подчеркнутым спокойствием Джордж Винтер говорит:

– Мои американские друзья без лишних слов скупят столько акций «Чикаго Ньюс», сколько потребуется, а мистер Стил будет уволен, если это будет необходимо. Но тогда я буду знать, что редакция находится в руках безусловно надежного человека.

Ева Чепмен задумчиво и серьезно смотрит на него и думает: «Этот человек на самом деле более опасен и имеет большее влияние, чем я предполагала. Деньги делают мир круглее».

– И кому же вы собираетесь доверить их в таком случае?

– Вам.

– Мне? – Теперь она смотрит на него широко раскрытыми, не верящими глазами, удивляется еще больше и говорит, слегка покачивая головой: – Сомневаюсь, что я справлюсь с такой задачей.

Он ободряюще кивает и подбадривает ее:

– Уверен, что да. Согласны ли вы, мисс Чепмен?

Мысли Евы лихорадочно мечутся в голове. Неужели Винтер хочет ввести газету в сферу своего влияния только для того, чтобы притормозить Нормана? Или он просто хочет произвести на меня впечатление и показать, на что способен и какой властью обладает? Что ему от меня нужно? Он меня почти не знает. Если я приму его предложение, не обвинит ли меня Норман в еще большем предательстве? Не захлопну ли я тогда дверь навсегда? Но я, конечно, могу принести Норману больше пользы, оставаясь рядом с ним, и это, безусловно, тоже шанс, который выпадает раз в жизни. И действительно ли разрыв с ним окончательный, как кажется на данный момент, или есть у нас еще шанс? Я люблю его, но что с ним? У него роман с этой привлекательной дамой или есть что-то большее? Что бы я ни решила, это может быть неправильно. Что ж, время – совет! Да, я должна выиграть время.

Она отвечает нерешительно:

– Хорошо. Если вы так хотите – да. Почему бы и нет? У меня есть только одно условие: это должно быть временное и не окончательное решение.

– Думаю, мы сможем договориться и об этом. Собственно говоря, в конечном счете, это задание не подходит вам, оно вас недостойно.

Мысли Евы работают молниеносно. Что пытается сказать Винтер? К чему он клонит? Неужели он просто проверяет меня?

Поэтому она прямо спрашивает его:

– Это и было целью вашего приглашения?

Он смотрит на нее, недоумевая:

– Я не понимаю. – Он отрицая качает головой: – Нет. С чего вы взяли? Я узнал о вашем увольнении только сегодня вечером.

– Вы правы, я совсем об этом забыла. – Она смеется с облегчением. и он присоединяется к ее смеху.

Потом, однако, ее смех становится искусственным:

– Что сказал бы мистер Стил, если бы узнал, что я сижу с вами за столом сегодня вечером. Думаю, что он не знал бы, что сказать – от зависти.

– Прошу вас, оставьте его, наконец, вне игры!

Теперь я даже не обижаюсь на него за то, что вы думаете о нем, пусть и мимолетно!

– Почему?

Его ответ едва не сбил Еву со стула. Спокойно, но серьезно и подчеркнуто.

Джордж Винтер произносит совершенно, неожиданные для нее слова:

– Потому что я совершенно очарован вами. И сегодняшний вечер – к моему собственному удивлению – привел меня к спонтанному решению попросить вас стать моей женой.

Ева настолько ошеломлена, что поначалу не может произнести ни слова. Ей кажется, что ее внезапно бросили на глубину. Но она должна как-то выплыть.

Когда она оправилась от шока, то ответила как можно спокойнее:

– Если вы хотели удивить или поразить меня, то вам это только что полностью удалось!

Джордж Винтер и не ожидал, что она сразу скажет «да», и поэтому спокойно ответил:

– Я прекрасно понимаю, что то, что я сейчас сказал, должно показаться вам странным. Особенно в связи с тем, что я знаю вас лично очень короткое время. Однако я уверен, что ваши возможные опасения утихнут, если вы заставили бы себя выслушать меня. Я хочу вам объяснить причины моей необычной просьбы.

– Я слушаю, – отвечает Ева вежливо, но внутренне сохраняя расстояние между ними, с предвкушением того, что будет дальше, и откидывается в кресле.

Джордж Винтер начинает со своей самопрезентации:

– Я вышел из самых нищих слоев населения, пробился в класс, который здесь называют «обществом», и стал человеком, которого люди вынуждены уважать. Куда бы я ни пошел, двери открываются сами собой, потому что я им нужен. Чтобы добиться этого, мне не разрешалось отвлекаться по пути, а нужно было сосредоточить всю свою энергию и свой разум на одной цели. Так я добился всего, чего хотел.

Интерес Евы пробудился, и она внимательно слушает, что он говорит.

Винтер продолжает:

– В результате у меня и в мыслях не было жениться. Не то чтобы я не мог найти себе жену. – Он усмехается. – Но она должна была быть частью Общества, part of the Society, как у нас принято говорить. А то, что я мог бы выбрать, казалось мне слишком гнилым, не говоря уже о декадентстве. Из-за моего происхождения я очень деликатен в своих взглядах на некоторые вещи. Будущая жена Винтера должна быть уважаемым человеком во всех отношениях.

Ева кивает в знак согласия и делает глоток шампанского.

– Это я, конечно, могу понять.

Винтер продолжает говорить с воодушевлением:

– Чтобы стать тем, кем я являюсь сегодня, я никогда не мог допустить быть слишком мягкотелым. Если вы хотите быстро пробиться сквозь толпу, вам придется в определенной степени использовать свои локти. В современном мире коммуникаций и бизнеса быстрое реагирование на изменения рынка и ситуации – это все. За последние годы наш мир сильно изменился. Он уже не похож на тот, что был раньше, где большие съедали маленьких, нет, сегодня быстрые съедают медленных! Но если вы добрались до вершины, как я, то все, чем вы дышите, – это холодный горный воздух, и в один прекрасный день вы сталкиваетесь с эмоциональной пустотой, которая к тому же ужасно скучна. Таков печальный результат, а точнее, цена, которую приходится платить за этот успех: вы больше не знаете, что с собой делать, хочется, чтобы рядом был кто-то, для кого вы все создали, кому вы доверяете и для кого стоит сохранить то, чего вы добились. Возможно, у человека также есть доселе подавляемое желание стать лучше, человечнее, чтобы себе это позволить, а чтобы быть в состоянии сделать это, мужчина должен быть дополнен женщиной.

Винтер делает паузу и внимательно смотрит на Еву, изучая ее реакцию. Ева подхватывает последнее замечание и вступает в разговор:

– Говорят, в прошлом вы не испытывали недостатка в этом отношении.

Джордж Винтер слегка улыбается:

– Есть разница между «женщиной» и женщиной. Я, правда, ищу настоящую женщину, но она нужна мне по другой причине. Положение, которое я завоевал, заставляет меня управлять большим домом, во главе которого стоит женщина, одной личности которой достаточно, чтобы заставить людей забыть о том, что великий человек успеха Джордж Винтер родился за пределами ее положения, а именно как сын дворецкого. Ева, надеюсь, я могу называть вас по имени, у вас есть все, что необходимо и желательно.

– Хм…, – польщенно говорит Ева и спрашивает с легкой насмешливой улыбкой, которая от него не ускользает: – И когда же вы сделали это открытие?.

Однако, Винтер не позволяет ее реакции расстроить себя и отвечает к ее удивлению:

– Откровенно признаюсь вам, что я навел о вас очень подробные справки. Вы происходите из одной из первых семей Новой Англии, из Коннектикута, который с XVII века заселяли английские пуритане. Вы знаете полмира по собственному непосредственному опыту и, как американка, вы воспитаны в том суверенном духе, который позволяет вам принимать даже королей, не чувствуя себя ниже их.

– И вы узнали все это за такой короткий срок? – недоверчиво спрашивает она.

Винтер громко смеется:

– Как вам сказать? Информация для меня – это все, как я уже говорил. Это лишь вопрос организации и, в лучшем случае, затрат. Но сами по себе эти наблюдения не привели бы меня к решению сделать вам предложение. Оно пришло ко мне совершенно неожиданно и спонтанно сегодня вечером.

На ее полных губах появляются легкая улыбка:

– Каким образом?

Пока Винтер делает глоток шампанского и заказывает новую бутылку, он собирается с мыслями, а затем отвечает:

– И в этом буду честен. Возможно, изначально я думал, что смогу использовать вас в качестве инструмента, как и других. Но с сегодняшнего вечера я больше не могу этого делать. Я знаю, что вам покажется неправдоподобным и, возможно, странным, если такой человек, как я, который был вместе с вами всего около двух часов, будет говорить о своих чувствах. Но они есть. Я сам удивлен и с нетерпением жду, когда то же самое произойдет с вами, Хотя, знаю, и вам не нужно говорить мне об этом, что вы только что расстались с мужчиной. И вы не в том состоянии, чтобы сразу перенести свои женские чувства на кого-то другого. Но рано или поздно это произойдет. Вы очень умны, поэтому сначала я обращусь к вашему интеллекту.

Ева думает только об одном: как было бы хорошо, если бы она никогда не принимала приглашение Винтера. Теперь ей нужно подумать, как выйти из этой неловкой ситуации, не испортив все.

Винтер продолжает «нестись» на нее, как словесный пароход, и заваливает ее логическими объяснениями:

– Я намекнул, какое вы имеете значение для меня, и что еще могло бы развиться из этого. Но я прошу вас не стоит недооценивать то, что я еще могу вам предложить. Помимо того, что вы сделаете меня счастливым человеком, достойным этого слова, вы за очень короткое время станете одной из самых желанных женщин в Англии и увидите у своих ног мир, о котором большинство женщин только мечтает. Сегодня, в условиях надвигающегося экономического спада, вызванного обвалом раздутых цен на акции всех фондовых бирж мира, а также проблемными ситуациями во всех уголках, неправильной политикой процентных ставок американских и европейских центральных банков, а также террористическими атаками, угрожающими миру во всем мире, и их пока непредсказуемыми последствиями, такой разумной женщине, как вы, стоит задуматься об обеспечении своего существования, особенно в финансовом плане. Согласно моей оценке ситуации не может быть никаких сомнений в том, что благодаря связи с вами, мое дальнейшее продвижение будет быстро ускорено.

Ева почти ошеломлена и парализована его трезвым и недвусмысленным описанием своих желаний и идей, поэтому, чтобы выиграть время, она отвечает:

– Но вопрос в том, возникнет ли у меня вообще желание совершить такое восхождение.

– У каждой женщины, в конце концов, есть такое желание, хотите вы этого или нет! – поспешно отгораживается он от нее жестом, словно смахнув со стола назойливую муху, и со смехом заявляет. – В этом отношении аппетит тоже приходит во время еды!

Ева решается на дерзкий выпад против его пышной тирады. И не без нотки иронии она заявляет:

– Разве вы не думаете, что для счастья женщине прежде всего нужна любовь? Вы вряд ли ожидаете…

Он резко прерывает ее:

– Я знаю, что вы хотите сказать. Я не настолько наивен, чтобы вообразить, что сегодня вы можете ответить мне взаимностью. Но я также не сомневаюсь, что вы со временем согласитесь. Я не тщеславен. Тщеславие – это неприятное профессиональное расстройство для мужчины, если только он не политик. Однако, как мужчина, я не страдаю от чувства неполноценности. Сначала вы будете меня чтить и уважать, затем почувствуете дружбу и товарищество, а из уважения, дружбы и совместной борьбы за жизнь неизбежно вырастет любовь. Это гораздо лучшая основа для брака, чем романтическое увлечение, особенно тогда, когда оно вначале особенно сильно, и любимый человек определенным образом идеализируется. Как правило, позже наступает разочарование, тем более из-за того, что выработка гормонов, которая в данной ситуации тоже играет свою роль, идет на спад. Даже романтики древности признавали, что любовь непостоянна, а значит, не вечна. И поверьте опытному человеку, я это прекрасно знаю по многим бракоразводным процессам: большинство отношений все равно терпят крах из-за денег. – Он улыбается и смотрит на нее, вопросительно и в то же время приглашая ее высказаться. К лучшему или к худшему, но сейчас ей придется что-то сказать. Но что?

Винтер предполагает, что она обдумывает его предложение, и не прерывает ее размышлений. Он не может знать, что ее мысли направлены совсем в другую сторону.

Наконец она поднимает глаза и говорит:

– Все, что вы сказали, кажется мне вполне правдоподобным и даже логичным, но в данный момент я не знаю, как на это реагировать. Дайте мне время. Вы должны понимать, что я не могу так быстро принять решение и дать вам исчерпывающий ответ. Однако, ваше предложение – большая честь для меня.

Он говорит почтительно и с надеждой:

– Не торопитесь. На данный момент мне достаточно, если вы не отвергнете мое предложение сразу и оставите мне надежду на положительное решение.

– В принципе и в целом я не возражаю против ваших идей, – двусмысленно и уклончиво отвечает Ева.

Он берет ее руку, целует ее и с теплотой в голосе произносит:

– Спасибо, Ева. А теперь позвольте мне обратиться к вам с просьбой. Завтра я приглашен на прием к виконту Шервуду. Я попрошу его разрешить мне взять вас с собой. Пожалуйста, не отказывайтесь сопровождать меня! В будущем людям все равно придется привыкнуть к тому, что вы часто бываете в моем обществе.

Торопливо подходит официант.

– Господин Винтер, пожалуйста, срочно ответьте на звонок!

– Сейчас буду, – говорит Винтер и поднимается, слегка раздосадованный этой заминкой, коротко кланяется Еве и с сожалением пожимает плечами: – Извините, Ева, я на минутку. Я сейчас вернусь за вами.

Ева очень рада, что у нее появилось немного времени, чтобы свои путаные мысли привести в порядок. В его отсутствие она размышляет о том, как все это должно продолжаться и как ей выпутаться из этой ситуации, не навредив себе и не поставив под угрозу свою миссию. Прежде всего, Норман не должен узнать о предварительных итогах сегодняшнего вечера! Норман! Теперь она поняла, как сильно любит и скучает по нему. Его характер – полная противоположность Винтеру: эмоциональный, чувствительный, ранимый – даже в его ревности есть что-то трогательное. Он очень умен, но не так холоден и расчетлив, и не так напряженно амбициозен. Ей вдруг захотелось его близости и тепла, даже несмотря на его непокорность, упрямство и многочисленные недостатки. Нет, Джордж Винтер похож на идеально работающую машину, и это пугает ее.

Джордж Винтер возвращается, мимолетно улыбается, но не может скрыть своего раздражения:

– В будущем мне придется более решительно пресекать попытки людей приставать ко мне с деловыми вопросами по вечерам. Почему они думают, что я всегда отключаю мобильный в конце дня?

– Кто хотел поговорить с вами так срочно? – с любопытством спрашивает Ева.

– Ой, эти журналисты! – сердито отвечает он, – Эти люди всегда хотят услышать от меня последние новости. Здесь, в Европе, цены на нью-йоркской бирже поступают только во второй половине дня или вечером, когда в США еще яркий день. В данный момент цены на акции снова стремительно падают из-за террористической атаки и предстоящих ответных ударов США по правительству талибов в Афганистане, к которым мы, британцы, должны и будем присоединиться. И люди хотят знать мои прогнозы на будущее. Как будто я могу услышать, как растет трава. Но им будет интересно узнать, что акции General Electric выросли.

– Знаете ли вы, что у меня акции General Electric? – изумленно спрашивает она, глядя на него в недоумении своими большими голубыми глазами.

Он торжествующе смеется над ней:

– Знаю. Но тем более я знаю, что вы – самая красивая и желанная женщина, которая когда-либо встречалась на моем пути.

«Норман, Норман!», что-то восклицает в ней. Но с идеальным самообладанием и вежливой улыбкой она отвечает Винтеру:

– Когда такой мужчина, как вы, говорит подобные вещи, это должно казаться почти непонятным для такой девушки, как я.

– Тем не менее, Ева, это чистая правда.

– Тогда я могу только поблагодарить вас за этот комплимент. Но давайте уйдем, пожалуйста. Сегодня на меня свалилось сразу много всего.

– Разрешите…?

Ева слегка качает головой:

– Нет, спасибо! У меня есть своя машина. Благодарю вас за прекрасный и познавательный вечер.

– Вы сделали меня счастливым, Ева, – говорит он, встает, накидывает плащ на ее плечи, слегка кланяется, берет ее руку и галантно целует на прощание.