Шошана присела на кровать и обняла сестер, прижав их к себе. Все трое молчали. Шошана думала про их родителей и Руфь. «Неужели это правда? Неужели все они мертвы? Моя милая, любимая мама? Моя лучшая подруга, Руфь? И мой упрямый, непреклонный отец? Неужели остались только я и сестры? Что станется с нами в этом месте? Блюма такая дерзкая и сердитая. Я боюсь за нее. Очень боюсь, что Менгеле ей навредит. Но я знаю, как убедить ее подчиняться правилам. Может, это глупо, но я не боюсь доктора Нейдера. Кажется, он хороший человек, хотя в действительности я его совсем не знаю и не могу быть уверена, что он не обратится против нас. Но меня ужасно пугает доктор Менгеле. Мне кажется, если его разозлить, он превратится в монстра. А Блюма как раз из тех, кто может привести его в ярость. Надо как-то уговорить Блюму делать, что ей говорят, и не сопротивляться».

Шошана попыталась донести до Блюмы необходимость подчиняться докторам.

– Блюма, не забывай, что мы здесь пленницы. Надо делать, что нам велят, – сказала она.

– Но почему мы здесь оказались? Я тебе скажу, как это вышло: твою подружку Руфь обманули. Она поверила нацисту, и из-за ее глупости мы попали сюда.

– Я знаю. Мы не должны были ему доверять, но все случилось слишком быстро. Мне очень жаль. Я сделаю все, что смогу, чтобы мы выбрались из этого места. Но пока ты должна слушаться врачей, чтобы они на тебя не злились. Пожалуйста, ты можешь попытаться?

– С какой стати? Я ничего плохого не сделала. Почему я в тюрьме и почему этот доктор может колоть меня иголками и брать у меня кровь? Я не больна.

– Я знаю. И ты права. Но, по крайней мере, доктор Нейдер не злой человек и не станет причинять тебе боли. Но ты должна слушаться его. Может, это твой единственный шанс выжить.

– Мне все равно, – заявила Блюма, скрестив руки на груди. – Я не позволю ему делать это со мной.

– Понимаю. Тебе все равно, что с тобой будет. Но как насчет Перл? Вдруг он накажет Перл, если ты не станешь подчиняться?

– С какой стати ему так поступать? Перл не имеет к этому отношения.

– Они могут это сделать, чтобы наказать тебя. Поэтому я прошу: смирись с тем, что они делают с нами, – сказала Шошана. – Если не ради себя, то хотя бы ради Перл.

Блюма покосилась на Перл. И кивнула.

– Хорошо. Я это сделаю. Но только ради Перл… и тебя.

– Спасибо, Блюма. Ты очень храбрая, – сказала Шошана. Перл встала и подошла к Блюме. Обвила ее руками и прижала к себе.

Ночью, когда Блюма уже спала, Перл тихонько дернула Шошану за рукав.

– Ты помнишь тот сон, что я видела? Про доктора?

– Кое-что помню, – ответила Шошана хриплым со сна голосом. – Почему ты спрашиваешь?

– Потому что я узнала того доктора, что мне приснился: это был доктор Менгеле.

Шошана охнула.

– Пожалуйста, постарайся заснуть, – прошептала она. – Тебе надо отдыхать.

Перл кивнула и положила голову Шошане на плечо. Она заснула практически мгновенно. Но Шошана остаток ночи лежала без сна, пытаясь вспомнить все, что она знала про тот сон.